Роберт Престус як представник проміжної плюралістично-елітистської парадигми влади.

Роберт Престус провел исследование в двух небольших городах штата Нью-Йорк (Ривервью и Эджвуд). Используя комбинацию репутационного и решенческого методов, он обнаружил, что структуры власти в городах заметно различаются. В Эджвуде наибольшим влиянием обладают экономические лидеры, хотя нередко им приходится преодолевать оппозицию лидеров политических. В Ривервью, наоборот, доминируют политические лидеры, а экономическая элита занимает периферийное место в политическом процессе. Эти различия Престус объясняет тем, что Эджвуд представляет собой значительно более развитый в экономическом отношении город, и поэтому роль местных экономических ресурсов в нем более заметна, чем в Ривервью; экономические лидеры могут мобилизовать большие финансовые ресурсы и получать поддержку своих компаний для реализации необходимых программ. В то же время у политических лидеров в Ривервью более “внешняя” ориентация, и они часто обращаются за ресурсами к политическим структурам более высокого уровня. По результатам исследования Престус делает вывод, что в общностях со слабыми экономическими ресурсами, скорее всего, будут доминировать политические лидеры, тогда как в общностях, где есть достаточное количество внутренних ресурсов, вероятнее большее влияние экономических лидеров.

В методологическом аспекте главный вывод Престуса состоит в том, что сравнительная полезность репутационного и проблемного методов вполне сопоставима, хотя изначально предполагалось, что проблемный метод более адекватен и научно обоснован. Достоинством репутационного метода является то, что он может указать на тех людей, которые действуют “за сценой” и не всегда оказываются в списке принимающих решения. Кроме того, их появление в репутационном списке направляет внимание исследователей на выяснение причин, почему люди, оценивающиеся как обладающие властью, не демонстрируют ее в публичном пространстве. В то же время, проблемный метод “не замечает” некоторых тонких манифестаций власти, когда индивиды с большими ресурсами играют скрытые роли в механизме принятия решений или действуют через своих подручных (которые, согласно проблемному методу, оказываются “реально” властвующими). Поэтому он считает рациональным использовать методы в комплексе, что обеспечивает наиболее адекватное объяснение распределения власти в социальной общности. Наконец, оценивая в целом ситуацию в данной отрасли политической социологии, Престус пришел к выводу, что расхождения в выводах, к которым приходят разные исследователи, связаны не столько с полученными данными как таковыми, сколько с их интерпретацией:

Марксистські концепції влади. Марксизм vs плюралізм і елітизм.

Марксистська концепція влади виходить з того, що природа владних відносин пов’язується з виявленням соціально-політичної ролі власності, поділом суспільства на антагоністичні класи з протилежними інтересами. Марксистська теорія вирішального значення в реалізації політичної влади надає народним масам, класам та соціальним групам. Характерною ознакою цієї доктрини є те, що держава розглядається як головний чинник політичної влади, а форми правління — як специфічний спосіб забезпечення класового панування. Значительное влияние на развитие политической мысли и общественных отношений в течение длительного периода производила марксистская концепция, суть которой заключается в том, что развитие экономики, производства с соответствующей структурой общества рассматривался как основа политической и духовной истории человечества, которая со времени распада первоначального общинного землевладения была историей классовой борьбы между угнетенными и эксплуататорами, подчиненными и господствующими классами. В таком обществе власть имеет классовый характер, она обусловлена имущественными отношениями, а содержанием социальной власти являются отношения господства и подчинения. Государство, по марксистской концепцией, играет главную роль в системе обеспечения социальной власти.Однако, как показал опыт государств, которые придерживались марксистской модели общественного развития, абсолютизация классовой борьбы блокирует конструктивные функции государства, исключает возможность ее функционирования как правового государства, делает невозможным формирование гражданского общества, а следовательно, и общественного прогресса в целом.