Заключение

Сейчас мы рассмотрели различные аспекты расхождения Православного вероучения с вероучением нескольких крупных сектантских религиозных объединений. Автор не претендует на полноту изложения данного материала, но если было освещено и практически состоятельна оказалась аргументация в дискуссии с представителями этих четырех деноминации, автор будет считать себя внесшим небольшую лепту в общецерковное дело. Эта причина и заставила его взяться за перо.

Обобщая все вышесказанное и подводя его к общему знаменателю, следует заметить, что хотя сущность христианской догматики и излагается в Символе веры, однако христиане разных ориентации вкладывают свой смысл в слова Символа. Вот как говорит об этом православный философ-славянофил Хомяков: "... все западные христианские общества суть ереси против Церкви. Важность правильного понятия о Церкви такова, что между тем как ложный догмат, касающийся даже самых основных влияний истин христианства, может ограничить свое вредоносное влияние одним кругом понятий к нему относящихся, оставляя все прочее неповрежденным и истинным, — то ложное понятие о церкви неминуемо ведет хотя иногда к медленным, но неизбежным логическим процессом к ниспровержению всего христианского учения, лишая его всякого основания и всякой опоры".

"Во Единую, Святую, Соборную и Апостольскую Церковь" — предваряем мы окончание Символа таким членом. Поэтому самое значение Откровения (что является доминирующим звеном в протестантизме) будет зависеть от того, какое значение придается понятию Церкви (что является доминирующим звеном в Православии), ибо отношение Церкви к Откровению совершенно то же, как отношение суда к гражданскому закону с той, конечно, разницей, что внутренняя достоверность заменяется в последнем случае внешней обязательностью. То есть, иначе говоря, самое значение Откровения будет зависеть от того, какое значение придается понятию Церкви и нераздельному с нею понятию о ее непогрешимости. Таких понятий в христианском мире существует четыре. Так, понятие православное утверждает, что Церковь есть собрание всех верующих всех времен и народов во главе с Иисусом Христом и под водительством Св. Духа, приписывающее Церкви, таким образом понимаемой, непогрешимость. Католическое понятие сосредоточивает понятие о Церкви в лице папы и потому приписывает ему непогрешимость. Понятие протестантское переносит право толковать Откровение на каждого члена определенной деноминации, а потому и переносит на каждого же и непогрешимость относительно его самого. Поэтому вся сущность религии, по протестантскому воззрению, необходимо сводится на одно лишь личное субъективное чувство. То есть, представитель, скажем, мистических сект не удостоит вниманием всего того в Св. Писании, что покажется ему слишком простым и естественным (ведь в мистических сектах непогрешимость последователей идет от непосредственного просветления каждого из них Духом Святым), тогда как рационалист, наоборот, отвернется от всего, что покажется слишком таинственным и сверхъестественным. Так, отвергнув церковное предание, Лютер, вместе с тем, и устранил из проповеди текст Ап. Павла, где повелевается держаться преданий (1 Кор. 11:2. 2 Фес. 2:15). Он же, отвергнув установленное Ап. Иаковом елеосвящение, опустил в проповедях и его необходимость (Иак. 5:14). Кальвин идет дальше и совсем не упоминает беседу Иисуса Христа с учениками о значении Причащения. Одним словом, после Лютера, Кальвина, Цвингли расколы пошли быстрее, чем можно было ожидать. Дробление продолжается и сейчас.

Но судьба протестантизма постигла и русский раскол XVII века. Появились беспоповцы, беглопоповцы, дьяконово согласие, лушковское согласие, перемазанцы, окружники, раздорники, перекрещенцы, нетовцы, авраамовцы, расстриженцы, дырники, странствующие, молокане, прыгуны, скопцы, хлысты и многие другие. И все они, как неугодные Богу, как творение человеческого своеволия, исчезли. И если русский раскол перестал дробиться, поскольку и дробить-то стало нечего, то на Западе этот процесс даже и сейчас набирает силу. "Многие придут под именем Моим", — говорит Христос (Мф. 24:5). Под Его именем пришли в мир многие лжепророки: Сен Мун Мюн со своей "Церковью унификации" и уже объявившим себя третьим Адамом, и Моисей Берг со своей общиной "Дети Бога", где воплощены все мерзости мира: сластолюбие, цинизм, стяжательство, и Джон Джонсон, который основал колонию "Народных хор", 914 членов которой в 1978 году по призыву своего вождя приняли яд... Цель духа тьмы предельно ясна: раздробить Церковь Христову на мелкие куски, превратить по возможности в пыль и, таким образом, руками же верующих уничтожить дело Божие. "Симоне, Симоне, се сатана просил сеять вас, яко пшеницу..." (Лк. 22:31). И сектантские вожди вольно или невольно, сознательно или несознательно, но помогают ему в этом. Вот и получается подгонка Истины Божией к самому себе, к своему греховному пониманию. Западный богослов Уильям Баркли писал: "Ересь происходит из желания и попыток создать религию, которая бы устраивала людей, была бы популярной и привлекательной. Сделать это — значит разбавить религию водой, устранить из нее муки, самоосуждение, смирение и нравственные требования". Американский президент Уильямсон Кеннеди рассказал об одном старике, который вспомнил однажды факт из своего детства. "Когда я был мальчишкой, — рассказывал старик, — я часто играл на большом пустыре, в центре которого пересекались две дороги, и на их перекрестке стоял покосившийся указательный столб. Помню, как однажды я повернул его так, что он стал показывать неверное направление. И с тех пор я часто думаю о том, сколько людей пошло по неверной дороге по моей вине". Если пилот авиалайнера уклонится в воздухе всего на градус от маршрута, то он приземлится не только не в пункте назначения, но скорее всего в другом регионе страны... Сектантство дает людям неверное направление, или полуправду, а словами праведного Иоанна Кронштадтского — "истину в неправде". Христос Спаситель говорил о едином камне веры, на котором созиждется Его Церковь (Мф. 16:18).

В 1054 году этот камень дал первую трещину, о которой мы все теперь сожалеем. В 1520 году католический камень треснул повторно, и в мире появился протестантизм. Теперь на протяжении сотен лет каждый желающий отбивал и отбивает себе от последней глыбы кусочек, создает на нем свою человеческую церковь вместо Христовой. Дробление этого камня происходит все интенсивнее, с воодушевлением и завидной настойчивостью, так, что есть все основания полагать, — этот камень веры вскоре превратится в пыль. То, к чему стремился сатана и от чего предостерегал Христос в первые века н.э. совершается сейчас, и к тому же руками самих христиан. Диавол знает, что нельзя победить Церковь, пока она сохраняет единство. Разделяй и властвуй, т.е. "сей, яко пшеницу". Давайте посмотрим наличие церквей, спускаясь по лестнице истории вниз. Тогда станет очевидным, что так называемый "консерватизм" (т.е. традиционность и апостольское преемство), остались лишь в Православной Церкви.

Первым возьмем XX век. В нем: Православие, католицизм, лютеранство, баптизм, пятидесятники, адвентисты и еще множество других религиозных объединений, групп, школ.

Вот XIX век. Здесь нет уже пятидесятников, Берга, Муна, Джонсона. Значит не их основал Христос.

Вот XVIII век. В этом веке отсутствуют адвентисты, свидетели Иеговы, мормоны, квакеры, штундисты и еще некоторые секты. Значит не Христом основаны они.

Вот XVI век, где есть лишь Православие, католики, кальвинисты, меннониты, пуритане.

Спустимся еще через историческую ступень в век XIV, где остались лишь православные и католики. А это значит, что все вышеупомянутые религиозные объединения не были основаны Христом.

Если же спустимся с XIV к Х веку, то останется Единая Святая Соборная Церковь — Вселенская, не раздробленная и монолитная.

В трех первых веках церковная организация, богослужения из-за постоянных гонений на христиан были просты, не так богаты ритуалами, потому как совершались тайно, под покровом ночи, в уединенных местах. Но это была та Церковь, которую основал Сам Христос, и она не была похожа ни на одну из современных сект. В ней совершались богослужения, среди которых была и Божественная Литургия, составленная Апостолом Иаковом, и существовало в этой древней Церкви три степени священства и семь Таинств. Именно об этой Церкви писал св. мученик Иустин-философ, живший во II веке.

Можно проследить и епископат Константинопольской Церкви от древности: 36 год — апостол Андрей Первозванный, 37 — апостол Стахий, 53 — епископ Онисим... и так без перерыва до Иоанна Златоуста (407 год). Именно присутствие законной иерархии в Церкви как Божьего установления делает эту Церковь истинной, Апостольской. Без иерархии, без священства нет Церкви. Об этом говорят все учителя церковные, среди которых и такой достойный святитель, как Игнатий Богоносец. В своем послании к Троллийцам он писал: "Все почитайте диаконов, как заповедь Иисуса Христа, а Епископа, как Иисуса Христа... пресвитеров же,.. как сонм Апостолов. Без них нет Церкви".

Сектанты же, поняв, что "без них нет Церкви", решили обзавестись собственной иерархией, избирая из своих общин лучших членов и "рукополагая" их. Образовалась такая самосвятская иерархия. Но подлинная практика Церкви таких рукоположении не знает и не принимает их. Мирянин не может дать благодати священства кому-то другому, так как не обладает ею сам. Вспомните из Ветхого Завета Корея, Дафана, Авирона, взбунтовавшихся против Моисея, призванного на служение Самим Богом. Когда они пожелали встать на его место, то разверзлась земля и поглотила бунтовщиков. Где нет законного священства, там нет и подлинной Церкви, а только простое собрание верующих, отошедших от Церкви и потому называемых еретиками. Святой Игнатий Богоносец в послании к Траллийцам (гл. 6) писал: "Итак, прошу вас, не я, но любовь Иисуса Христа, питайтесь одной христианской пищей, а от чужого растения, какова ересь, отвергайтесь. К яду лжеучения еретики примешивают Иисуса Христа, чем и приобретают к себе доверие: но они подают смертоносную отраву в подслащенном виде. Не знающий охотно принимает ее, и вместе с пагубным удовольствием принимает смерть".

Что же объединяет сектантов всех мастей и в чем они солидарны, не взирая на свой особый, так сказать, профиль? Безусловно, это ненависть к исторической Церкви. Эта почва сближает и роднит все, что не хочет вписаться в Церковь, несет чужеродный дух своему народу при отсутствии исторических корней. Вспоминаются строчки русского классика Ивана Бунина, которые вполне можно соотнести с этой проблемой. Кто хоть бы раз имел диалог или участвовал в диспуте с сектантами, не может не согласиться с такой меткой характеристикой:

Они глумятся, над тобою Они, о Родина, корят Тебя твоею простотою Убогим видом черных хат. Как сын спокойный и нахальный Стыдится матери своей Усталой, робкой и печальной Средь городских его друзей. Глядит с насмешкой снисхожденья На ту, что сотни верст брела И для него последний грошик Ко дню свиданья берегла.