§ 3. Военное и политическое поражение Комуча

Важнейшими направлениями политической деятельности Комитета членов Учредительного собрания были, с одной стороны, деятельность по созданию всероссийской власти на основе консолидации всех политических сил, так или иначе разделяющих позицию Комитета в вопросах борьбы с большевизмом, а с другой – вооруженная борьба с Советской властью. Без анализа содержания этих направлений деятельности Комуча, без выявления противоречий его политики невозможно определить всю совокупность как объективных, так и субъективных причин поражения идеи «третьего пути», возможности демократической альтернативы в России. При анализе этих направлений деятельности Комуча представляется необходимым рассмотреть следующие вопросы: ход боевых действий армии Комуча на фронте в период с 8 июня по 7 октября 1918 г., борьба Комитета членов Учредительного собрания за создание Всероссийского правительства, Государственное совещание в Уфе и ликвидация правительства Комуча.

Боевые действия армии Комуча на фронте против Красной Армии проходили в период с 8 июня 1918 до 22 января 1919 гг. В ходе боевых действий представляется возможным выделить ряд этапов:

первый этап – с 8 июня по 7 августа – период наступления армии Комуча;

второй этап – с 7 августа по 7 сентября – период временной стабилизации фронта;

третий этап – с 8 сентября по 7 октября – период отступления армии Комуча;

четвертый этап – с 7 октября 1918 по 22 января 1919 гг. – период распада армии Комуча.

Боевые действия армии Комуча на фронте против большевиков в период с 8 июня по 7 октября определили в конечном итоге судьбу Комитета членов Учредительного собрания как государства¹. Театр боевых действий, на котором активно оперировали части и соединения армии Комуча, охватывал Вятско-Ветлужский и Уральский край, Средневолжский и Юго-Восточный районы (См. приложение 19)².

Состав армии Комуча был неоднороден. Вооруженные силы Комитета членов Учредительного собрания представляли собой довольно пеструю картину по своей политической ориентации и идеологии, классовому составу, условиям комплектования, организации, снабжению и боеспособности.

Основу армии Комуча составляли три воинских формирования: во-первых, отдельные подразделения чехословацкого корпуса, являвшиеся самостоятельными боевыми единицами, но формально подчинявшиеся Штабу армии Комуча и действовавшие как часть армии Комитета; во-вторых – вооруженные силы восточных казачьих областей (Оренбургского и Уральского Войска), политическая ориентация которых склонялась в сторону эсеровской партии, а официальным лозунгом являлась борьба за Учредительное собрание; и в-третьих – непосредственно «Народная Армия», основу которой составляли члены офицерских организаций, находящихся в крупных городах Поволжья, мобилизованные и добровольцы. В связи с этим следует отличать «армию Комуча» от «Народной Армии» Комуча. «Народная Армия» являлась лишь одним из формирований в составе «армии Комуча».

Еще до прихода Комуча к власти в начале июня 1918 г. все войска чехословацкого корпуса были сведены в четыре основные группы: Пензенская группа (1-я дивизия) Чечека насчитывала около 12 тысяч солдат; Челябинская группа Войцеховского состояла приблизительно из 9 тысяч солдат; Сибирская группа (2-я дивизия) Гайды находилась между Курганом и Иркутском и имела приблизительно 11 тысяч солдат; Владивостокская группа генерала Дитерихса насчитывала около 15 тысяч солдат¹. Непосредственно в состав армии Комитета вошли в последующем лишь Пензенская группа полковника Чечека и часть Челябинской группы во главе с Войцеховским, а остальные части чехословацкого корпуса в боевых действиях против Красной Армии в изучаемый период (8 июня 1918 – 22 января 1919 гг.) не участвовали.

Начало боевых действий армии Комуча было положено наступлением 1-й дивизии Чечека и частей Народной Армии Комитета членов Учредительного собрания, развернувшимся сразу после взятия Самары и принятия решения Комучем о создании Народной Армии 8 июня 1918 г. Это наступление шло в северо-восточном направлении на Уфу и Челябинск для соединения с ближайшей группой чехословацких войск – группой Войцеховского и посредством этого с сибирскими эшелонами чехословаков.

На других направлениях чехословаки мелкими частями заняли ряд крупных населенных пунктов: Сергиевск, Бугульму, Бирск, Стерлитамак, направив небольшие отряды на юго-восток, в сторону оренбургских степей.

В ходе наступления на основном, северо-восточном направлении 5 июля была взята Уфа, а 8 июля, не дойдя до Челябинска, армия Комуча и Челябинская группы чехословаков соединились в районе Златоуста, закрепив за собой значительный участок Сибирской железнодорожной магистрали². В результате армия Комуча установила контроль над большей частью территории Уфимской губернии, что позволило Комитету членов Учредительного собрания установить непосредственный контакт с Екатеринбургским правительством, которое пришло к власти в 10-х числах июля. После соединения с армией Комуча, часть Челябинской группы Войцеховского начала совместные с ней боевые действия, согласовывая со штабом армии Комитета лишь стратегические планы.

Таким образом, к середине июля 1918 г. армия Комуча с присоединившимися к ней частями контролировала часть территорий Самарской, Екатеринбургской и Уфимской губерний, то есть значительную часть Среднего Поволжья и Южного Урала.

15 июля армия Комуча совместно с частью группы Войцеховского развернула новое крупное наступление. Оно велось одновременно в направлении Сибири, Урала, а также в направлении Верхнего и Нижнего Поволжья и имело целью расширить занятую территорию, занять всю территорию Сибири, Урала и Поволжья. В направлении Нижней Волги ставилась задача создания плацдарма для последующего наступления на Царицын и соединения с Донской армией Краснова¹.

Армия Комуча делилась на группы в зависимости от расположения на фронте. Поволжская группа армии Комуча располагалась на линии Вольск–Казань–Ижевск. На севере, в районе Сарапула и Ижевска, она соприкасалась с Прикамской группой, а на юге (Хвалынск, Пугачев) – с уральскими и оренбургскими казачьими войсками Дутова, с которыми был установлен военный союз.

В районе Самары, на Поволжском участке фронта, в армии Комуча действовали: чехословаки Чечека, имевшие около 4–5 тысяч человек, добровольческие отряды капитанов Махина и Каппеля – не больше 3 тысяч человек каждый, а также небольшие партизанские отряды и вновь сформированные отряды Народной Армии.

По мере расширения «территории Учредительного собрания» шел процесс формирования и укрепления армии Комуча, и в первую очередь входившей в нее «Народной Армии». Народная Армия состояла из мобилизованных солдат и офицеров. Ее социальный состав был неоднородным: наряду с радикально настроенным офицерством, там имелось значительное количество крестьян, рабочих, учащейся молодежи и интеллигенции. Южнее Самары, в районе Вольска и Николаевска, на фронте оперировали отряды, составленные, главным образом, из крестьян. В Уфе, уже после ее взятия, был сформирован рабочий отряд, состоявший преимущественно из железнодорожников. На севере, в Ижевском и Воткинском районах, действовали довольно многочисленные пролетарские части, вербовавшиеся из среды рабочих двух оружейных заводов, влившихся в армию Комуча после антибольшевистского восстания рабочих в Ижевске. Кроме того в Народной Армии имелись небольшие «эсеровские отряды» и студенческие части, сильно сочувствовавшие эсерам, а также некоторые другие подразделения, стоявшие на платформе демократии¹.

Действуя в направлении Верхней Волги 22 июля 1918 г., войска Поволжской группы под командованием полковника Чечека заняли Симбирск. На юго-востоке с 1 июля начали наступление казачьи отряды Дутова, которыми уже 3 июля был взят Оренбург. Произведя необходимую реорганизацию сил, Дутов начал действовать от Оренбурга как от центра в разных направлениях – на Актюбинск, по направлению к Верхнеуральску и на Орск, который к концу сентября был взят. После взятия Екатеринбурга 25 июля 1918 г. армия Комуча и чехословацкие части полностью заняли Самарскую, Уфимскую, Екатеринбургскую губернии и в разных местах вышли к Каме².

Таким образом, к концу июля 1918 г. Комитет членов Учредительного собрания из Прикамской и Поволжской группировки армии Комуча, казачьих соединений Дутова и армии Екатеринбургского правительства (13 тысяч штыков) фактически завершил формирование на Средней Волге, в Прикамье и на Урале фронта Учредительного собрания во главе с С.Чечеком.

Созданный объединенный штаб для командования фронтом Комуча для Прикамской группы избрал в качестве главного оперативного направления направление Екатеринбург–Пермь–Вятка, стремясь этим путем установить скорейшую связь с английским десантом, наступающим со стороны беломорского побережья в центральные районы страны. Однако осуществление этого плана привело к чрезмерной концентрации войск на правом фланге фронта, то есть на пермском направлении, и ослаблению Поволжской группы.

В целях исправления этого положения штабы Народной Армии и чехословацких войск 27 июля 1918 г., после занятия ими Симбирска, поставили ближайшей задачей овладеть Казанью, с занятием которой в их руки попадала вторая и последняя в Среднем Поволжье железнодорожная переправа через Волгу (Красный мост у Свияжска) после Сызрани. Кроме того, нанесение удара в направлении Казани и Нижнего Новгорода должно было обеспечить широкий прорыв фронта между 1-й и 2-й армиями красных и создавало возможность угрожать Москве по наиболее короткому оперативному направлению. Немаловажную роль в определении направления главного удара сыграло и то, что в Казани в это время находился российский золотой фонд, а также ценности, вывезенные большевиками при отступлении из Самары. Одновременно вместе с главным ударом планировалось нанести вспомогательный удар на Вольск и Саратов и тем самым установить связь с Донской армией Краснова на юге¹.

На наш взгляд, направление главного удара было избрано неверно, поскольку взятие Казани и ее последующее удержание требовало большей концентрации войск Комитета в этом районе, чем он мог обеспечить. Это порождало опасность разгрома основных сил Комитета превосходящими силами Красной Армии. В качестве направления основного удара, как нам представляется, должно было быть избрано направление на Вольск–Саратов–Царицын, что позволило бы войскам Комуча соединиться с Донской армией и тем самым значительно увеличить военный потенциал армии Комитета перед основными сражениями с Красной Армией. Тем не менее, 7 августа Казань была взята войсками Комуча, при этом захвачен российский золотой фонд. После взятия Казани наступление Народной Армии было остановлено Красной Армией уже около Свияжска. С момента взятия Казани на «фронте Учредительного собрания» наступил период относительного затишья, что дало обеим сторонам возможность произвести перегруппировку сил, подвезти резервы.

С 7 августа начался второй этап боевых действий армии Комуча, который продолжался до 7 сентября и характеризовался относительной стабилизацией фронта. В течение этого периода Советская сторона значительно увеличила численность войск, сражавшихся против Комуча. Еще 26 июня 1918 г. была установлена всеобщая воинская повинность трудящихся. В 51 уезде Приволжского, Уральского и Западно-Сибирского военных округов был объявлен призыв всех рабочих и не эксплуатирующих чужого труда крестьян. В течение летних месяцев призыв в ряды Красной Армии был распространен и на офицеров старой армии.

Эти меры привели к тому, что к концу лета 1918 г. войска Восточного фронта, действующие против чехословаков в 1-й, 3-й и 4-й армиях, насчитывали: пехоты – 35 500; сабель – 2 318; пулеметов – 224; орудий – 38¹.

Противоположная ситуация сложилась по другую сторону линии фронта, где формирование контингентов Народной Армии проводилось следующим образом. После занятия какого-либо крупного населенного пункта отрядами чехословаков или частями Народной Армии объявлялась принудительная мобилизация бывших офицеров и юнкеров, а также запись добровольцев. Когда складывался, таким образом, необходимый командный состав, объявлялась мобилизация остального населения, из которого формировали дивизию, бригаду или полк – в зависимости от числа мобилизованных. Подобная практика проведения мобилизации позволяла увеличивать численность войск, но не делала их боеспособными.

Так, по спискам, за исключением дезертиров, в Народной армии было 50–60 тысяч, но вооруженных лишь около 30 тысяч человек. Эти войска были очень плохо обучены, не имели никакой внутренней сплоченности и были, по замечанию В.Л.Утгофа, «совершенно негодным боевым материалом»².

К концу августа положение на всех участках фронта Учредительного собрания, кроме Поволжского, было устойчивым. Командованием Народной Армией была допущена серьезная стратегическая ошибка, вытекавшая из желания во что бы то ни стало удержать Казань. В город были стянуты все боеспособные силы и тем самым фактически поставлены под удар превосходящих сил Красной Армии. На этом направлении части Красной Армии включали интернациональные соединения и по количеству людей, а главное по массе артиллерии, броневиков, пароходов почти вдвое превышали силы армии Комуча.

В результате наступления Красной Армии 8 сентября 1918 г. Казань была взята, а выбитые из города отряды Народной Армии и чехословаков отступили в двух направлениях: к Чистополю и далее на Бугульму, а также южнее Спасска – на соединение с Симбирской группой своих войск¹. Несмотря на взятие Вольска войсками Комитета 5 сентября 1918 г., общего положения на Поволжском участке фронта командованию армии Комуча стабилизировать не удалось.

С момента взятия Казани Красной армией 8 сентября 1918 г. начался третий этап боевых действий армии Комуча, характеризующийся серией ее поражений, закончившихся падением Самары.

Для Советской власти государство Комуча являлось территориально самым близким и наиболее опасным как военным, так и политическим противником. Комитет членов Учредительного собрания являлся легитимным органом, созданным из избранных на всероссийских выборах депутатов Учредительного собрания, стоявших при этом на социалистических революционных позициях. Их программа могла быстро сформировать широкую социальную базу и обеспечить разгром Советской власти. К середине лета 1918 г. в глубоком тылу, на востоке Комуч уже имел ряд союзнических антисоветских политико-государственных образований, что давало основания предполагать возможность их объединения вокруг Комуча и еще большее его усиление. Поэтому Советская власть рассматривает с июня 1918 г. свой Восточный фронт как главный, как фронт, на котором решалась ее судьба. К началу сентября было подготовлено наступление Красной Армии по всему Восточному фронту. Оно имело целью ликвидацию Комуча как государства и освобождение всего Поволжья, Урала и Сибири с последующей ликвидацией расположенных там политико-государственных антисоветских образований.

Наступление Красной Армии на войска Комуча шло по нескольким направлениям по всему Восточному фронту: севернее Самары, на Самару и южнее Самары. 12 сентября, в результате наступления Красной Армии, был оставлен Вольск. 14 сентября был сдан Симбирск. 15 сентября началось наступление Красной Армии от Николаевска на Иващенково (Уральское направление), результатом которого стало создание условий для захвата столицы Комуча – Самары. 18–25 сентября совершено быстрое наступление красных со стороны Казани с целью обхода Самары с северо-востока на Бугульму, а 26 сентября мощным ударом Красной армии войска Комуча были выбиты из Хвалынска.

Между тем, крупное развитие казанской операции Красной Армии, являвшееся, по существу, стратегическим прорывом «фронта Учредительного собрания», нисколько не отразилось на положении и устойчивости его северного фланга. Наоборот, операции в бассейне Средней и Верхней Камы за описываемый период времени проходили под знаком постепенного нарастания успехов войск Комитета. Левый фланг его общей группировки в этом районе находил себе прочную опору в виде местного повстанческого очага Ижевско-Воткинского района. Здесь в треугольнике Верхотурье–Сарапул–Екатеринбург в армии Комуча было сосредоточено 28 330 штыков, 227 пулеметов, 68 орудий, 3 180 сабель, 10 бронепоездов и бронеплощадок, 4 аэроплана. К этим силам необходимо прибавить силы повстанцев Ижевского и Воткинского заводов, которые определялись в 5 500 вооруженных бойцов при 9 орудиях и около 4 000 невооруженных рабочих и крестьян, обучавшихся в районе Ижевского завода¹. Успехи армии Комуча на этом направлении объяснялись значительным перевесом сил.

Устойчивость военного положения Комитета на ижевском и пермском направлении не могла изменить катастрофической ситуации на Поволжском участке фронта: к началу октября 1918 г. создалась реальная угроза политическому центру власти Комуча – Самаре. Таким образом, в результате ряда ошибок командования армии Комуча возникла непосредственная опасность полного военного поражения и крушения государственности Комитета членов Учредительного собрания.

Самым важным направлением деятельности Комуча являлась борьба за создание Всероссийского правительства, в котором Комитет и эсеровская партия играли бы определяющую роль. Главным соперником Комуча в этой борьбе было Временное Сибирское правительство¹, образовавшееся в Томске 23 июня 1918 г. в результате восстания чехословацкого корпуса. В отличие от Комуча, являвшегося легитимным правительством, Временное Сибирское правительство было инициативно образованной коалицией антисоветски настроенных политических сил: кадетов, являвшихся ведущей партией в этом правительстве, эсеров и членов других политических партий. Это правительство контролировало значительную часть территории Урала и Сибири.

В период наибольших военных успехов Комуча, в июне – начале августа 1918 г., основным мотивом, стимулировавшим деятельность его лидеров по организации переговоров с Временным Сибирским правительством, являлось наличие большого числа экономических и территориальных проблем, затрагивавших интересы Комитета. В августе – начале сентября 1918 г. положение дел на территории РДФР вследствие неудач на фронте кардинально изменилось и стало таково, что перед Комучем было только два варианта дальнейшего развития событий: или потерпеть полное военное поражение в неравной борьбе двух губерний (Самарской и Уфимской) со всей Советской Россией, или, создав Всероссийское правительство, обеспечить себе тыл и снабжение за счет ресурсов Сибири и союзников.

Стремление Комитета обеспечить теперь свое военное положение полностью разделялось Прикамским, Уральским Областным, Уральским Войсковым, Оренбургским Войсковым и Башкирским правительствами. Сибирское, Семенова, Хорвата, Дальневосточное правительства ставили перед собой цели, предполагавшие распространение их влияния на соседние области, а затем последующую ликвидацию внутри этих областей остатков «учредиловской» демократии. Опасность дальнейшего развития центробежных сил в антисоветском лагере отчетливо осознавалась всеми его участниками. Сепаратизм областей все более отрицательно влиял на хозяйство, финансы и военное положение антибольшевистских правительств. Железнодорожные перевозки, в том числе и воинские, затруднялись из-за хаоса и анархии в управлении железными дорогами. «Экономическая война» Сибири и Поволжья усиливала хозяйственную разруху, а территориальные и политические раздоры еще более форсировали процесс дробления антисоветского лагеря.

Расстановка политических сил летом–осенью 1918 г. на освобожденных от большевиков территориях Поволжья и Сибири была такова: наиболее прочные позиции занимали два областных правительства – Самарское в лице Комитета членов Учредительного собрания, являющееся выразителем идеи социалистической демократии, и Временное Сибирское (Омское) правительство, тяготеющее к политике диктатуры буржуазии¹; все остальные областные правительства так или иначе группировались вокруг них. Этим обстоятельством объясняется тот факт, что основная борьба по вопросу о создании единой Всероссийской власти велась между Самарой и Омском.

Первоначально Комуч стремился добиться признания его высшей всероссийской властью. В связи с этим в июле–августе 1918 г. состоялась серия предварительных совещаний представителей Комуча, Сибирского, а позднее и Уральского правительств, целью которых было согласование общей политики, выработка принципиальных начал, на основе которых могла быть построена общероссийская власть. Первое такое совещание, инициатива проведения которого принадлежала Комучу, происходило 15 и 16 июля в Челябинске. Комитет членов Учредительного Собрания был представлен членом Комитета И.М.Брушвитом, управляющим Иностранным отделом М.А.Веденяпиным и начальником Главного военного штаба Н.А.Галкиным; Сибирское правительство представляли военный министр А.Н.Гришин-Алмазов, министр финансов И.Михайлов и товарищ министра иностранных дел Головачев¹.

Практически с самого начала совещания обнаружились острые разногласия сторон по всем пунктам переговоров, причем делегаты Омска, в вопросе создания единой власти, сразу же заняли непримиримую позицию, исключавшую возможность всяких компромиссов: в процессе выяснения полномочий обеих делегаций представители Временного Сибирского правительства заявили, «...что они делегированы исключительно для того, чтобы установить с Самарской властью координацию практических действий, а не для выяснения вопроса о возможности образования и конструкции Всероссийского Правительства»².

Делегация Комуча настояла на том, чтобы совещание прошло хотя бы в порядке обмена информацией, после чего И.М.Брушвит огласил Проект Комитета членов Учредительного собрания об организации центральной власти. В нем говорилось:

«Верховной государственной властью в стране признается Всероссийское Учредительное Собрание. Основные законы (конституция) и все вопросы подлежащие ведению Учредительного Собрания не входят в компетенцию Комитета и откладываются разрешением до созыва Учредительного Собрания.

Исходя из этих положений Комуч полагает своими ближайшими задачами:

– укрепление власти Учредительного Собрания, принятие мер к обеспечению условий скорейшего его созыва;

– воссоздание государственного единства в России и национальное возрождение;

– формирование народной государственной армии;

– восстановление демократических органов самоуправления;

– восстановление разрушенного народного хозяйства и транспорта и принятие мер к урегулированию продовольственного вопроса;

– восстановление дружественных отношений с союзными державами против германской коалиции для образования единого фронта, как последствие непризнания Брестского мирного договора».¹

Кроме того, Комитет включал также в число своих основных задач беспощадную борьбу с большевизмом путем организации народных сил и вооружения самого населения.

Наиболее значимыми для решения вопроса о единой Всероссийской власти являлись пункты Проекта, в которых были описаны взаимоотношения между Комучем и вновь создаваемым правительством. В них отмечалось, что в ведении центрального Всероссийского правительства, образованного Комитетом членов Учредительного собрания на основе коалиции, должны находиться лишь функции государственной исполнительной власти. Власть же законодательная и определение общего направления деятельности правительства принадлежит Комитету членов Учредительного собрания. Дела военного управления, финансов и внешней политики относятся к компетенции центрального Всероссийского правительства. В остальных отраслях государственного управления взаимоотношения сторон определяются центральным Всероссийским Правительством и санкционируются Комитетом членов Учредительного Собрания².

Таким образом, проект создания единой Всероссийской власти, представленный Комучем, представлял по сути конструкцию, воссоздающую ту форму государственности, которая уже была реализована Комитетом на подвластной ему территории. Более того, предусматриваемое проектом доминирование Комуча в сфере законодательной позволяло партии эсеров сохранить за собой инициативу в этой области и после передачи всей полноты власти Учредительному собранию.

Позиция Комитета членов Учредительного собрания, естественно, не встретила поддержки со стороны делегации из Омска, поскольку Временное Сибирское правительство, интересы которого она представляла, само стремилось стать Всероссийским Правительством, растворив в себе и поглотив остальные областные правительства¹. Именно это обстоятельство привело к тому, что единственным позитивным решением, принятым на совещании в Челябинске в июле 1918 г., стало решение о созыве повторного заседания для обсуждения вопросов, связанных с конструкцией Всероссийской власти.

В августе 1918 г. военное положение Комуча принципиально изменилось. Закончился период военных успехов и наступления. Фронт стабилизировался и приближалось начало наступления Красной Армии. В этих условиях в августе после неудачи на первом предварительном совещании в Челябинске Комуч выступил с инициативой созыва Государственного совещания из всех антисоветских политических сил, на котором должен быть решен вопрос создания уже коалиционного Всероссийского правительства, надеясь сохранить хотя бы в нем определяющую роль лидеров эсеровской партии и Комуча.

Второе, расширенное совещание в Челябинске проходило с 20 по 25 августа 1918 г. В его работе приняло участие в общей сложности около 80 делегатов, которые представляли теперь Самарский Комуч, Сибирское (Омское), Уральское (Екатеринбургское) правительство, Уральское и Оренбургское казачьи правительства, Башкирское правительство². В отличие от июльского совещания, здесь в качестве самостоятельных делегаций участвовали представители партий эсеров, меньшевиков, кадетов и группы «Единство». Особое положение в работе Челябинского совещания занимали представители Временного исполнительного комитета ЧНС, возглавлявшего войска чехословаков.

Поскольку потребность в объединении и централизации управления захваченной территории сознавалась большинством делегатов, переговоры протекали спокойнее и делегаты обнаружили склонность достигнуть соглашения. Совещание вновь было объявлено предварительным, предложение Комуча о необходимости созыва Государственного совещания получило поддержку и «вопрос шел о том, где, когда и в каком составе назначить Государственное совещание по созданию единой всероссийской власти»¹.

Первое заседание в полном составе состоялось 23 августа. При обсуждении вопроса о будущем представительстве на Государственном совещании было принято решение о том, что в его работе могут принять участие все правительства и партии, высказавшие свое желание². Одновременно разъяснялось, что право на участие в нем должны получить лишь организации, ставящие себе общегосударственные, а не частноправовые или групповые цели. На Государственном совещании должны быть представлены: правительства, органы народного и национального представительства, политические партии. Все его постановления должны были утверждаться единогласным решением всех представленных в нем организаций³.

На заседании 24 августа началась острая борьба по вопросу о месте проведения Государственного совещания. В этой борьбе столкнулись прежде всего интересы Комуча, предлагавшего Самару, и Временного Сибирского правительства, отстаивающего в качестве места проведения Челябинск. Вопрос о сроках был решен быстро и единодушно: 28 августа 1918 г.⁴

На последнем пленарном заседании 25 августа, по предложению Комуча, было принято компромиссное решение – избрать для проведения совещания Уфу. Срок созыва Совещания был перенесен на 1 сентября¹. Таким образом, лидерам Комуча удалось добиться созыва общероссийского представительного Государственного совещания, на котором должен был быть решен вопрос о создании Всероссийского правительства, полномочия которого были бы признаны всеми антибольшевистскими силами России. Вопрос о сохранении в будущем всероссийском правительстве лидирующей роли партии эсеров и руководителей Комуча оставался открытым.

Важнейшим этапом в судьбе государства Комуча явилось Государственное совещание в Уфе (8–23 сентября 1918 г.) и ликвидация правительства Комуча. Уфимское Государственное совещание открылось с некоторым запозданием. На нем были представлены следующие организации:

– Самарский Комитет членов Учредительного собрания (М.А.Веденяпин) и Съезд членов Учредительного собрания (63 человека), представлявших одновременно партию эсеров;

– партия социалистов-революционеров: члены ЦК (М.Гендельман, Ф.Федорович) и члены Комуча (всего 9 человек);

– отдельная группа, представлявшая партию эсеров, но не вошедшая в Комуч по принципиальным соображениям (В.Павлов, Н.Авксентьев, Е.Брешко-Брешковская, А.Аргунов), стоявшая на позиции «Союза возрождения»;

– Временное Сибирское (Омское) правительство (В.Сапожников, С.Старынкевич, П.Иванов-Ринов, П.Маслов);

– Уральское Областное правительство (Л.Кроль, А.А.Кащеев, И.Войтов);

– Уральское Войсковое правительство (М.Хорошихин);

– Оренбургское Войсковое правительство (А.И.Дутов);

– Сибирское Войсковое правительство (Э.Березовский);

– Семиреченское Войсковое правительство (И.Шендриков);

– Енисейское Войсковое правительство (П.Шуваев);

– Астраханское Войсковое правительство (Г.Астахов);

– Автономное Временное правительство Туркестана (М.Чокаев);

– Национальное управление тюрко-татар внутренней России и Сибири (М.Г.Исхаков);

– Башкирское Правительство (И.Султанов);

– Киргизское Правительство «Алаш-Орды» (А.Букейханов);

– Эстонское Правительство (Б.Линдэ и А.Нэу);

– партия РСДРП (меньшевиков) – С.М.Лепский, И.М.Майский, Б.Кибрик;

– организация социал-демократов «Единство» (В.Фомин);

– партия кадетов (Л.Кроль);

– партия народных социалистов (Ф.Чембулов, И.Суханов);

– партия «Народной свободы» (А.И.Коробов, А.П.Мельгунов);

– Союз «Освобождение России» (генерал В.Г.Болдырев);

– Союз городов и земств Сибири, Урала и Поволжья (И.Ахтямов, С.М.Третьяков) и др.¹

Политическая борьба на Государственном совещании развернулась вокруг трех основных вопросов: кто является источником постоянной всероссийской власти; в какой форме должно быть создано новое всероссийское правительство и какова будет степень его ответственности; каким должен быть персональный состав нового правительства.

Делегации, принимавшие участие в работе Государственного совещания, разделились на три группы. Первая из них объединяла партию кадетов, группу «Единство», Сибирское правительство и представителей казачьих войсковых правительств, то есть все политические силы, тяготевшие к буржуазной диктатуре и единовластию. Их позиция, по воспоминаниям В.Л.Утгофа, сводилась к тому, что «источником власти должно быть Учредительное собрание, но не настоящего, а будущего созыва... Для данного момента важен не легальный титул власти, а ее фактическая мощь. Поэтому наилучшей формой власти является не ответственный ни перед кем диктатор, который будет управлять Россией до полного водворения в ней порядка и лишь тогда сам созовет новое Учредительное собрание, избранное на новой основе»¹. Предполагалось, что единоличная власть диктатора может быть заменена менее совершенной и эффективной властью директории, действующей, опираясь на кабинет министров. Директория ни перед кем не отвечает, а объем ее прав – вся полнота власти, ограничивается только тем, что перед директорией ставится задача доведения страны до выборов в Учредительное собрание². Однако этот вариант рассматривался как наименее желательный.

Вторую группу составляли: партия эсеров, Самарский Комитет членов Учредительного собрания, правительство Башкирии, Туркестана, Национальный Совет тюрко-татар внутренней России, партия меньшевиков, представители Съезда земств и городов. Они были сторонниками создания демократического по форме правительства.

Их политическая платформа основывалась на следующих положениях. Единственным источником власти в России может являться только законно избранное Учредительное собрание, каким являлось Учредительное собрание первого состава и которое не могло быть распущено иначе, как собственным волеизъявлением. Легитимность его решений при этом обеспечивается не только законностью процесса избрания его делегатов, но и определенным кворумом участников. Поскольку созыв разогнанного большевиками Учредительного собрания первого состава в настоящее время невозможен прежде всего из-за отсутствия достаточного кворума, то всякое правительство, не назначенное им, автоматически является правительством временным и должно быть образовано на основе соответствующего соглашения участников Государственного совещания на началах демократии, социальных и политических завоеваний Февральской революции. Основной целью деятельности вновь образованного правительства должен быть созыв Учредительного собрания и получение от него полномочий. До созыва Учредительного собрания необходимо установить ответственность правительства, хотя бы и ограниченную, перед органом, частично воссоздающим его по составу, то есть перед Съездом членов Учредительного собрания. Правительство при этом должно быть кабинетом или Советом министров. Оно должно быть образовано на основе принципа коалиции и быть приемлемым для будущего Учредительного собрания.

В третью группу входили Уральское Областное и Эстонское правительства, группа «Освобождение России». Особое положение в третьей группе занимали представители Центрального Комитета партии народных социалистов. Третья группа занимала как бы промежуточную позицию между требованиями первой и второй, требуя ответственности будущего правительства перед настоящим Государственным совещанием.

Шла борьба не только по вопросу о порядке создания, полномочиях и составе будущего Всероссийского правительства, но и о его социально-политическом характере – последовательно буржуазном или социалистическом. Как вспоминает В.Л.Утгоф, «моменты внутри-съездовой борьбы фракций только с внешней стороны определялись всеми вышеприведенными соображениями. На самом деле на съезде шла крайне обостренная борьба демократии, в лице партии социалистов-революционеров, против цензовой буржуазии, представленной партией кадетов и Сибирским правительством. Одновременно в эту борьбу партий вмешивался и третий элемент, в лице армейской и казачьей военщины, стремясь к возврату своих кастовых привилегий»¹. Политический смысл этой борьбы был очевиден: эсеры и меньшевики, считавшие себя «третьей силой» в революции и гражданской войне, пытались закрепить доминирующую роль своих партий и теперь, и после свержения Советской власти. Представители либерально-буржуазного направления (кадеты и Временное Сибирское правительство) стремились создать условия для последующей концентрации власти в руках крупной буржуазии.

Представители Комуча на Уфимском Государственном совещании отдавали себе отчет в том, что «по условиям гражданской войны объективно нужна была диктаторская власть, власть группы или партии»², а борьба за установление своеобразной «диктатуры» партии эсеров в вопросе создания Всероссийского правительства, могла быть успешной только при условии сохранения организационного и идейного единства во фракции социалистов-революционеров на Совещании. Эсерам не удалось избежать внутрипартийного раскола. Практически с самого начала совещания фракция эсеров представляла собой несколько противоборствующих группировок, объединенных одним именем.

Значительная группа депутатов-эсеров, возглавляемая В.К.Вольским (лидер Комуча), была готова идти на компромисс ради получения военной помощи. В эту группу входили члены Комуча – М.А.Веденяпин, Н.И.Ракитников, К.Буревой, Д.Ф.Раков и почти все депутаты-рабочие.

На крайне левой позиции стояли М.Л.Коган-Бернштейн и И.Чайкин. Они считали возможным признать Всероссийское правительство, если оно будет ответственным перед съездом членов Учредительного собрания, если учредительные функции Собрания первого созыва не будут оспариваться и если эсеры будут представлены в правительстве соответственно их числу в Учредительном собрании.

Группа эсеров, стоявших на крайне правой позиции, не отличалась многочисленностью. В нее входили: Д.С.Розенблюм, В.Павлов, А.Аргунов, Е.Лазарев, В.Подвицкий, М.Кутузов, Е.К.Брешко-Брешковская, В.Лебедев и некоторые другие. Особенностью тактической линии этой группы было стремление к соглашению с буржуазией во что бы то ни стало. Соображения освобождения России от власти большевиков перевешивали в ней все остальное.

Две последние группы во фракции эсеров, хотя и довольно многочисленные, играли на практике очень незаметную роль. Это, во-первых, – колеблющийся центр Минора–Архангельского, который поддерживал идею диктатуры на основе коалиции с буржуазией. Второй группой была группа так называемого «государственного разумного компромисса» с буржуазией (Е.Е.Лазарев).

Результат политических дискуссий во фракции ПСР выразился в том, что левое крыло (М.Л.Коган-Бернштейн) и центр фракции – группа В.К.Вольского (Комуч) оказались в меньшинстве. Большинство фракции эсеров встало на позицию правого крыла и примкнула фактически к группе Н.Авксентьева, возглавлявшего «Союз возрождения России». Этот «Союз», возникший в середине апреля 1918 г., являлся формой политического объединения правых крыльев социалистических партий, левых кадетов и офицерства¹. Он к тому времени вступил в прямой союз с «Национальным центром» – политическим объединением представителей высшей царской бюрократии, крупных промышленников, землевладельцев, земских и городских дореволюционных учреждений², то есть с крупной российской буржуазией и бюрократией.

В ходе работы Государственного совещания 16 сентября частью его участников-делегатов Всероссийского Учредительного собрания, разделявшие политические позиции Комуча и считавших себя «Съездом членов Учредительного собрания», была принята резолюция «о власти до Учредительного собрания», согласно которой все властные полномочия официально переходили от Комитета к Съезду³. Съезд занял позицию правого крыла партии эсеров и с этого времени на Государственном совещании борьба перестала идти по линии «социалисты–буржуазия», а проходила вокруг частных вопросов реализации буржуазной концепции создания высшей государственной власти в России. Таким образом, вся полемика на Государственном совещании шла в дальнейшем между двумя реальными силами: с одной стороны, Съездом членов Учредительного собрания, отстаивавшем эсеровскую и в значительной степени точку зрения «Союза возрождения», и с другой – Временным Сибирским правительством, в целом выражавшем «концепцию» «Национального центра».

Преодолеть противоречия, возникшие между этими группировками, удалось лишь после энергичного вмешательства союзников, и, главным образом, представителей чехословацкого Национального Совета. Вообще, воздействие союзников на совещание было очень велико, и достигнутое на нем соглашение обязано, главным образом, этому влиянию, так как успех совещания был необходим как в политическом, так и в военном отношении. Оно было призвано объединить под единым командованием армию Комуча, армию Сибирского правительства и чехословацкие войска, действовавшие в районе Поволжья и Урала, и тем самым предотвратить разгром армии Комуча и всего антибольшевистского фронта Красной Армией¹. Во время работы Государственного совещания Красная Армия взяла Казань, Вольск и Симбирск.

В такой обстановке позиция чехословацкого командования и российского отделения чехословацкого Национального совета имела решающее значение. На заседании 12 сентября член филиала ЧНС и председатель Временного исполкома чехословацких войск Б.Павлу еще более усилил категоричность требования своего командования. Он предъявил фактический ультиматум участникам Совещания, потребовав от них «незамедлительно создать единую власть»² или они рискуют потерять как политическую, так и военную поддержку единственных реально боеспособных частей.

18 сентября 1918 г. общему пленарному заседанию Государственного совещания было доложено решение согласительной комиссии о конструкции власти. Вся высшая власть должна была передаваться Всероссийскому Временному правительству, состоящему из пяти человек, избранных совещанием не по партийному принципу, а персонально. В публицистике это правительство получило название «Директория» (от лат. directore – управлять). Директории полагалось действовать как власти, не подотчетной никаким другим органам, до 1 января 1919 г. К этому времени предполагалось созвать Учредительное собрание прежнего состава, в числе не менее 280 человек. Если же указанного кворума не будет, то открытие Учредительного собрания допускалось отложить еще на один месяц – до 1 февраля 1919 г., а кворум уменьшить до 170 человек. Перед этим Учредительным собранием Директория должна была отчитаться о своей деятельности и передать ему всю полноту государственной власти¹.

В вопросе о персональном составе Директории позиция социалистов-революционеров была сильно ослаблена особенностями личного состава фракции и внутрифракционной борьбой. По мнению В.Л.Утгофа, «кроме принципиальных положений, многих эсеров... идти на передачу значительной части власти представителям кадетов и промышленников заставляли соображения совсем иного порядка. Самарская эпопея показала, что в партии социалистов-революционеров нет достаточного числа людей, способных руководить деятельностью государства в такой сложной и запутанной обстановке»².

Это привело к тому, что на согласительной комиссии, заседавшей в рамках Государственного совещания, было принято решение, что Всероссийское правительство персонально будет представлено Директорией из пяти лиц: Н.И.Астровым от кадетов, В.Г.Болдыревым от «Союза Освобождения», П.В.Вологодским от Сибирского правительства, Н.Д.Авксентьевым от эсеров, Н.В.Чайковским от энесов. Так как три кандидата из пяти в это время отсутствовали на совещании, было решено избрать еще пять заместителей: Н.И.Астрова замещал профессор В.А.Виноградов, В.Г.Болдырева – генерал М.В.Алексеев, П.В.Вологодского – профессор В.В.Сапожников, Н.Д.Авксентьева – А.А.Аргунов и Н.В.Чайковского – В.М.Зензинов. Таким образом, в состав Директории фактически вошли Авксентьев – временный председатель, генерал Болдырев, Виноградов, Вологодский и Зензинов³.

23 сентября 1918 г. на Государственном совещании был оглашен заключительный документ – «Акт об образовании Всероссийской верховной власти», составленный на основании решений согласительной комиссии. В «Акте...» Государственное совещание постановляло «вручить всю полноту Верховной власти на всем пространстве государства Российского Временному Всероссийскому правительству в составе 5 человек»¹.

Всероссийское Временное Правительство до созыва Всероссийского Учредительного Собрания объявлялось единственным носителем верховной власти, все функции которой должны быть переданы Всероссийскому Временному Правительству, как только оно того потребует.

Установление пределов компетенции областных правительств также предоставлялось Всероссийскому Временному Правительству. В обязанность правительства в отношении Всероссийского Учредительного Собрания вменялось:

– всемерное содействие функционирующему как государственно-правовой орган, съезду членов Учредительного собрания в его самостоятельной работе по ускорению и подготовке занятий Учредительного Собрания настоящего состава;

– неуклонное руководство в своей деятельности верховными правами Учредительного собрания;

– представление отчета в своей деятельности Учредительному собранию по объявлении Учредительным собранием своих работ возобновленными.

Основными задачами, стоящими перед Всероссийским Верховным правительством, являлись: борьба с Советской властью, воссоединение России, продолжение войны с германской коалицией и восстановление договоров с державами Согласия (Антанты)².

За исключением отдельных членов партии эсеров, «Акт об образовании Всероссийской верховной власти» был подписан всеми участниками Уфимского Государственного совещания.

В результате решений Государственного совещания социалисты-революционеры в Директории были представлены двумя эсерами – Авксентьевым и Зензиновым, членами ЦК ПСР, и одним «сочувствовавшим» эсерам П.Вологодским. Генерал Болдырев вместе с Авксентьевым был одним из основателей «Союза возрождения России» и находился под влиянием Авксентьева. Таким образом, персональный состав Директории представлял союз крайне правого крыла эсеровской партии с последовательными сторонниками буржуазной диктатуры. Никто из руководителей Комуча не вошел в состав Директории. Политическая задача добиться руководящей роли в создаваемом Всероссийском Временном правительстве не была решена. Формально Директория стала правопреемницей Комуча, но в политическом смысле переход власти к Директории означал начало его политического поражения.

29 сентября, во исполнение постановления Съезда членов Учредительного собрания от 16 сентября 1918 г. и соответствующих положений «Акта...», была образована ликвидационная комиссия. С ее образованием начался процесс роспуска Комитета членов Учредительного собрания. В качестве областной власти в Самаре предполагалось оставить Совет управляющих ведомствами¹, переподчинив его деятельность Директории. 3 октября 1918 г. было принято решение о самоликвидации Комуча², на основании которого Самарский Комитет членов Учредительного собрания прекратил свое существование как высший орган образовавшегося 8 июня 1918 г. государства и передал свои властные полномочия Директории, а полномочия по созыву Учредительного собрания – Съезду членов Учредительного собрания.

С 3 октября начинается новый – последний этап в истории государства Комуча. Вместо ожидаемых успехов на основе решений Государственного совещания он объективно привел к его политическому и военному поражению. Уфимская Директория явилась на практике лишь правоприемником Комуча, поскольку Временное Сибирское правительство, как второй главный участник Государственного совещания, не передало свои полномочия Директории. Процесс передачи полномочий другими участниками Государственного совещания в этих условиях стал затягиваться³.

7 октября 1918 г. войска Красной Армии заняли Самару – бывшую столицу государства Комуча. Совет управляющих ведомствами Комуча выехал накануне в Уфу. Туда же был перевезен российский золотой фонд. В связи с наступлением Красной Армии Съезд членов Учредительного собрания 19 октября переехал из Уфы в Екатеринбург, а в конце октября Всероссийское Временное правительство переехало из Уфы в Омск, где располагалось Сибирское правительство. 18 ноября 1918 г. военный министр Сибирского правительства, так и не признавшего власть Директории, адмирал А.Колчак совершил государственный переворот, в результате которого было свергнуто Сибирское правительство и установлена военная диктатура. Адмирал А.Колчак объявил себя Верховным правителем России. Сразу после государственного переворота было арестовано Всероссийское Временное правительство – Директория, а спустя некоторое время в Екатеринбурге было арестовано большинство Съезда членов Учредительного собрания. Небольшая группа членов Съезда во главе с его председателем В.К.Вольским, стремясь избежать ареста властями А.Колчака, возвратилась из Екатеринбурга в Уфу и попыталась восстановить первоначально контроль над армией Комуча. К этому времени от нее осталась лишь Народная Армия, разрозненные части которой продолжали оказывать сопротивление Красной Армии. Чехословацкие части вышли из состава армии Комуча и продолжили движение на Владивосток, откуда должны были выехать во Францию.

К концу ноября территория государства Комуча–Всероссийского Временного правительства включала лишь части Уфимской, Оренбургской губерний и районов Верхнего Прикамья. На этой территории все еще сохранялись местные органы управления и самоуправления, созданные Комучем. Усилия В.К.Вольского и группы членов Съезда по восстановлению руководства органами власти Комуча и предотвращению его военного поражения в этих условиях не увенчались успехом.

На остатки территории Комуча в ноябре–декабре 1918 г. шло одновременное наступление Красной Армии с запада и Сибирской армии Колчака с востока. В этих условиях В.К.Вольский и группа членов Съезда принимают решение о прекращении сопротивления Красной Армии и о передаче остатков своей власти и армии большевикам. Это решение принималось, исходя из признания государственного переворота Колчака и установленной им власти контрреволюционными и направленными на утверждение в России буржуазной диктатуры.

31 декабря 1918 г. авангардные части Красной Армии взяли Уфу. Власть в городе перешла к военно-революционному комитету, с которым члены Съезда во главе с В.К.Вольским установили контакт и вступили в переговоры 20 января 1919 г. Целью переговоров была юридическое оформление передачи власти Комуча–Всероссийского Временного правительства Уфимскому ревкому и переподчинение Красной Армии еще оказывавших сопротивление оставшихся частей Народной Армии. 22 января было подписано соответствующее соглашение и члены Комуча признали Советскую власть. Таким образом, 22 января 1919 г. прекратили существования остатки государства Комуча.

Фактически остатки Народной Армии разделились на две части. Одна из них (Ижевско-Воткинские части рабочих) присоединилась к армии Колчака, другая – присоединилась к Красной Армии и сражалась в ее рядах. Активные участники Комуча не были подвергнуты в годы гражданской войны репрессиям за участие в деятельности Комуча и войне против Советской власти. После ее признания они принимали активное участие в политической жизни Советской России, пока не были репрессированы в 30-е годы, те из них, кто к тому времени не эмигрировал за границу.

События, произошедшие в период с 3 октября 1918 до 22 января 1919 гг., могут характеризоваться лишь как политическое и военное поражение не только государства Комуча, но и целого политического направления, представленного партией эсеров, возглавлявшей Комуч. Это политическое направление пыталось найти возможность практической реализации «третьего пути» как альтернативы диктатурам большевиков с одной стороны и буржуазии с другой в условиях гражданской войны, найти демократический способ решения вопроса о высшей государственной власти в России и преодоления острейшего кризиса в обществе на пути достижения «крестьянского социализма» через мирное развитие капитализма в российском обществе. Это поражение и победа в конечном счете одной из диктатур – большевистской диктатуры – ставит вопрос о его причинах и об объективной возможности реализации «третьего пути» в российской революции. Причины военного поражения могли бы быть сведены к неверному определению направления главного удара на Казань. Однако такое определение может объяснить, по нашему мнению, лишь конкретные военные неудачи в районе Казани. Главные причины военных неудач кроются в более общих, политических причинах поражения Комуча. В целом военные силы Комуча были недостаточны для нанесения поражения Красной Армии без политического и военного союза с другими антибольшевистскими силами. Но по отношению к этим силам, представленным Донской армией Краснова на юге и различными политико-государственными образованиями, возникшими летом 1918 г. на Урале и в Сибири, Комуч был единственным ориентированным на социализм, пусть лишь главным образом в своих программных документах, государством. Его потенциальные политические и военные союзники занимали позицию открытой буржуазной диктатуры или восстановления в России монархии в той или иной форме. Объективное совпадение их общих интересов в борьбе против Советской власти не компенсировало, однако, их принципиального расхождения в решении важнейших политических и социально-экономических вопросов развития российского общества. Это делало невозможным их устойчивый союз, а следовательно – неизбежным их политический и, как показала дальнейшая практика, военный конфликт. В этом конфликте Комуч с неизбежностью вынужден был терпеть поражение, поскольку подвергался ударам как со стороны Советской власти в лице наступающей Красной Армии, так и со стороны мнимых союзников.

Ориентация на демократизм в решении политических вопросов в условиях гражданской войны делали Комуч уязвимым в борьбе со своими политическими «союзниками» и противниками, которые сознательно шли на отказ от всякой демократии в этих условиях и последовательное использование самых жестких форм насилия и централизации власти. Названные причины делали неизбежным как политическое, так и военное поражение государства Комуча не в силу субъективных причин, а в силу объективной невозможности реализовать утопию демократического решения вопроса о высшей государственной власти в стране, когда борьба за нее между основными политическими силами приняла форму фронтальной вооруженной борьбы.

Таким образом, подводя итоги анализа основных направлений политической деятельности Комуча, можно сделать следующие выводы. Комуч, взявший в свои руки власть, за относительно короткий период времени сформировал не только систему органов государственной власти, дополненную органами местного самоуправления, но и наладил функционирование демократической многопартийной политической системы в условиях гражданской войны. В результате успешных боевых действий армии Комуча его власть распространилась практически на всю территорию Среднего Поволжья и ряд районов Южного Урала.

Активная экономическая политика Комуча была направлена на реализацию эсеровской программы капиталистического развития при сильной регулирующей роли государства. Такой подход предполагал сочетание интересов рыночной экономики с интересами рабочих и крестьян, выразителем власти которых в конечном счете считал себя Комуч. Последствием этой политики явилась денационализация в промышленности, попытки преодолеть хозяйственный кризис экономическими методами воздействия на производство и рынок, но эти меры в условиях гражданской войны не могли дать и не дали положительных результатов.

В своей социальной политике Комуч пытался найти равновесие в удовлетворении несовпадающих интересов основных классов и социальных групп населения своей территории. Это приводило к тому, что ему не удавалось в достаточно ощутимой степени реализовать интересы ни одной из социальных групп, на которую он мог бы опереться. В результате демократическая политика гармонии интересов вместо расширения социальной базы власти Комуча приводила на практике к ее сужению. Ход военных событий повлек за собой, после столкновения с основными силами Красной Армии, серьезные поражения армии Комуча. Попытки Комуча после провозглашения себя высшей властью в России стать таковой на практике не имели успеха, что повлекло за собой стремление утвердиться в этой роли через политический союз антибольшевистских сил, по сути политически враждебных режиму Комуча. Эта тактика привела, в конечном счете, как к политическому, так и военному поражению Комуча и его ликвидации.

З А К Л Ю Ч Е Н И Е

Конкретно-исторический анализ строения системы органов власти и политической деятельности Комитета членов Учредительного собрания подтверждает продуктивность предложенного в исследовании концептуально-методологического подхода, в рамках которого всякий объект рассматривается как система и одновременно как элемент более широкой системы, а общество трактуется как сложный, многоуровневый, развивающийся социальный организм, выступающий как единство сфер материального, духовного, социального воспроизводства, политической системы и системы институтов культуры. Системно-диалектическое понимание общества позволило выявить в бесконечном многообразии эмпирического материала объективную логику развития и позволяет рассмотреть процессы трансформации политической системы России в период революции и гражданской войны во всем многообразии их форм и проявлений. В этой логике Комитет членов Учредительного собрания является одним из государственных образований, которые возникли в ходе политической революции в России в 1917–1920 гг., проходили стадию формирования, переживали процесс острой политической борьбы с себе подобными государственными образованиями, претендовавшими на всероссийскую роль, и погибали в острой политической борьбе друг с другом. Конкретно-исторический анализ развития Комитета членов Учредительного собрания позволил сделать ряд выводов и обобщений.

Складывание политических предпосылок возникновения Комуча в форме многовластия в стране начинается с Февраля 1917 г., когда кризис центральной государственной власти породил стремление ведущих политических сил страны к ее полному сосредоточению в своих руках. Нерешенность к лету 1917 г. главных вопросов общественной жизни – вопросов о войне и земле – и перспектива все большего отдаления их практического разрешения, накаляла общественную атмосферу, порождала политическое нетерпение у ведущих политических партий и готовность их идти на крайние меры для завоевания власти под лозунгами спасения Отечества.

В общественно-политической ситуации, сложившейся к лету 1917 г., несмотря на спровоцированную фактическим безвластием эскалацию напряженности, сохранялся вариант относительно мирного решения ключевого вопроса – вопроса о власти. Он мог быть реализован лишь путем незамедлительного созыва Всероссийского Учредительного собрания, которое должно было принять на себя всю полноту политической ответственности за судьбы России и решения ее главных вопросов. Гражданской войны можно было избежать.

В это время на арене общественной жизни России, только что освободившейся от самодержавия, открыто выступили три политических направления, каждое с относительно самостоятельными целями и программами. Либеральное направление включало партии кадетов, октябристов, военную аристократию, высшую бюрократию и стоявшие за ними социальные силы. Народно-демократическое направление объединяло представителей партий эсеров, меньшевиков, энесов, трудовиков и др. Они выражали интересы средних слоев тогдашней России: крестьянства, мещанства, интеллигенции, средней и мелкой бюрократии. Леворадикальное направление было представлено, по сути, лишь большевиками, опирающимися на городской пролетариат и люмпенизированные слои крестьянства.

В политической жизни страны в период между Февральской и Октябрьской революциями доминировали две тенденции: первая – тенденция развития конфронтации в обществе, инициированная, с одной стороны, большевиками, провозгласившими курс на социалистическую революцию и установление диктатуры пролетариата, а с другой стороны – военной аристократией, вынуждавшей либеральные круги к применению радикальных методов и созданию устойчивой и последовательно выражающей их интересы государственной власти. Вторая тенденция заключалась в попытке создания широкой коалиции умеренных политических сил, делавших ставку на установление и развитие «демократического парламентаризма» в России. Борьба этих двух тенденций фактически определяла содержание и динамику политических процессов 1917 г.

Особое значение для формирования предпосылок возникновения Комуча имеет развернувшаяся после Октябрьской революции политическая борьба за созыв Учредительного собрания и передачу ему всей полноты государственной власти. Идея созыва Учредительного собрания, долгие годы являвшаяся знаменем борьбы всех демократических сил, была реализована на рубеже 1917–1918 гг., а его депутаты-эсеры стали впоследствии основой Комуча. Партия эсеров была единственной партией, которая от начала до конца последовательно отстаивала идею Учредительного собрания – идею демократического создания системы представительных органов власти в России.

Эсеры реализацию своих претензий на власть целиком связывали со Всероссийским Учредительным собранием. Одержав убедительную победу на выборах, партия эсеров видела в его созыве прямой путь к приходу к государственной власти в стране. После ликвидации большевиками Учредительного собрания партия социалистов-революционеров приняла решение о переходе к вооруженным формам борьбы с Советской властью, перенеся центр своей борьбы в районы, где влияние их партии было наиболее значительным. Одним из таких районов было Среднее Поволжье, для которого было характерно значительное преобладание крестьянского населения.

Действия Советского правительства, спровоцировавшие восстание чехословацкого корпуса, привели к ускорению начала гражданской войны в стране, созданию в Самаре 5 июня 1918 г. Комитета членов Учредительного собрания как органа антисоветского восстания и утверждению 8 июня его власти.

Комуч, возникнув в качестве органа власти в масштабе одного города, просуществовал до 22 января 1919 г. и прошел за относительно короткий период сложный процесс государственного и политического развития. В нем можно выделить следующие основные этапы.

Первый этап – с 5 июня до середины августа 1918 г. – этап формирования системы властных органов Комуча, в начале которого возникает Комуч как орган антисоветского восстания. С 8 июня он осуществляет все властные функции, формирует свои органы, а именно: отделы, ставшие в последствии ведомствами; Совет управляющих ведомствами, институт губернских и уездных уполномоченных; губернские, уездные и волостные Земства, Городские Думы; прокуратуру, адвокатуру, нотариат; милицию, Народную Армию. Данный этап характеризуется превращением Комуча из органа власти на территории одного губернского города в государство Комуча – Российскую Демократическую Федеративную Республику (РДФР), представлявшую собой демократическую систему органов государственной власти на значительной территории ряда губерний Среднего Поволжья и Южного Урала и претендующую на роль постсоветской всероссийской государственности.

Второй этап – с середины августа до 3 октября 1918 г., который является периодом существования государства Комуча в сложившейся форме, когда протекал процесс наиболее интенсивной деятельности по реализации основных направлений политической программы Комуча на территории шести губерний Среднего Поволжья и Урала – Самарской, Симбирской, Саратовской, Казанской, Пензенской и Уфимской, были предприняты основные усилия по превращению власти Комуча во Всероссийскую власть, сформировались политические и военные предпосылки начала его деградации.

Третий этап – с 3 октября 1918 до 2 декабря – этап разложения системы властных органов Комуча. На этом этапе Комуч как правительство фактически передает свою власть Директории, после чего происходит постепенная ликвидация созданных органов власти в результате наступления Красной Армии и Омского государственного переворота радикальных антисоциалистических сил во главе с Колчаком 18 ноября 1918 г. и оканчивается 2 декабря ликвидацией Съезда членов Учредительного собрания и Совета управляющих ведомствами.

Четвертый этап – со 2 декабря 1918 до 22 января 1919 гг. – период ликвидации последних органов власти, созданных Комучем (Народной Армии, местных органов власти), и передачи остатков власти Комуча Уфимскому ревкому и Красной Армии.

Подводя итоги анализа программы Комуча, которая строилась на основе программы партии социалистов-революционеров, следует отметить, что это была программа революционной демократии, философская основа которой исходила из наивно-реалистического отношения к миру и признания его объективного существования по отношению к сознанию. Эклектизм и отсутствие внутреннего единства в философских основаниях программы партии закладывали глубокую противоречивость и в общесоциологические концептуальные истоки программы Комуча, ее политическую стратегию и тактику. Конкретно-исторические взгляды эсеров исходили из правильной оценки этапа общественного развития России, переживаемого в начале XX века, что привело в целом к правильной социальной оценке политических революций в России, а также целей и задач, выдвигаемых в программе партии. Программа эсеров исходит из признания неизбежной длительной стадии развития России в условиях победившего капитализма после Февраля 1917 г. и считает принципиально неверной позицию большевиков по непосредственному переходу к социализму после свержения самодержавия.

Свою конечную цель эсеры видели в преодолении отрицательных сторон капитализма путем экспроприации капиталистической собственности и реорганизации производства и всего общественного строя на социалистических началах. Переход к социализму должен был осуществиться путем развития капитализма и усиления в нем позитивных сторон – последовательного реформирования общественного строя России на основе мирного прихода к власти партии эсеров посредством победы на демократически проведенных выборах в высшие представительные органы страны.

Основные задачи программы партии эсеров в борьбе за демократию, конкретизированные в программных документах Комуча, предусматривали, что политическая демократия и социализация (как основа хозяйственной демократии) должны будут обеспечить мирный, эволюционный, без особой, социалистической, революции переход России в перспективе к «крестьянскому социализму». Его достижение связывалось с решением следующих практических задач, образующих политическую программу Комуча: восстановление государственности на основе принципов народовластия и федерализма; восстановление парламентаризма на основе реконструкции Учредительного собрания; социализация земли на основе Земельного закона Учредительного собрания; восстановление частнокапиталистических отношений в производственной, финансовой и торговой сферах при сохранении доминирующей и регулирующей роли государства; восстановление членства России в антигерманской коалиции, отмена Брест-Литовского соглашения и продолжение войны с Германией и ее союзниками путем создания антигерманского фронта в Поволжье; достижение союза крестьянства с городскими рабочими на основе кооперации; установление широкого спектра демократических и социальных свобод.

Важнейшими направления политической деятельности государства Комуча стали: во-первых, формирование демократической политической системы и политическая борьба за реализацию его программы; во-вторых, осуществление социальной и экономической политики на основе программы партии эсеров; в-третьих, боевые действия армии Комуча, деятельность по превращению власти Комуча во всероссийскую легитимную власть.

Разделение власти, сосредоточенной первоначально в руках членов Комитета, на исполнительную и законодательную ветви, сохранило за Комучем функции законотворчества. Создание Совета управляющих ведомствами и начало подготовки к открытию Съезда членов Учредительного собрания привели к формированию центральных властных органов Комуча. Параллельно осуществлялось формирование местных органов власти, выразившееся в появлении института губернских и уездных уполномоченных Комитета и воссоздании земств и Дум.

Оценивая итоги анализа политической борьбы за реализацию программы Комуча, можно сделать вывод о том, что она осуществлялась в двух направлениях – в сфере внешнеполитической и в сфере внутренней политики. Внешнеполитическая деятельность Комуча разворачивалась в отношении как союзных держав, так и в отношении самостоятельных государственно-политических образований, сформировавшихся на территории России в период гражданской войны. В отношении союзных держав деятельность ведомства иностранных дел Комуча не была успешной, поскольку, даже несмотря на неофициальную поддержку Комуча, страны Антанты отказались признать Комитет de jure. Позитивным итогом внешнеполитической деятельности Комуча явилось установление тесных связей со значительным числом небольшевистских правительств.

В сфере внутренней политики, несмотря на попытки лидеров Комитета привлечь к активному сотрудничеству во властных органах другие политические партии, осуществить это практически не удалось. В работе аппарата Комуча принимали участие члены партии меньшевиков, но не как представители партии. Представители партии кадетов ограничились лишь участием в работе консультативно-совещательных органов при Комитете и Совете управляющих ведомствами.

Комуч распустил все Советы, кроме Совета рабочих депутатов, который распался сам. Поощряя деятельность общественных организаций, распускал их, если они начинали претендовать на власть. Комуч провел выборы органов местного самоуправления на демократической основе и добился на них убедительной победы. В условиях гражданской войны Комуч поощрял развитие периодической печати, в том числе и политического характера, но тщательно контролировал содержание изданий. Эти меры привели фактически к созданию в короткий срок демократической политической системы, включавшей демократическим образом сформированную и действовавшую систему государственных органов, а также развитую систему партийных и общественных организаций.

В целом, оценивая направленность и результаты экономической и социальной политики Комуча, следует отметить, что, в первую очередь, в сфере промышленности Комуч осуществлял денационализацию мелких и средних предприятий.

Политика Комуча в сфере торговли была направлена на стабилизацию товарного рынка в условиях сокращения производства, острого товарного голода, а также значительного роста цен на промышленные и продовольственные товары. Отмена твердых цен на хлеб и установление свободной купли-продажи по рыночным ценам, сохранение государственной монополии заготовок и распределения хлебопродуктов, а также введение нормированного отпуска муки и хлеба в качестве главных мер не позволили Комучу преодолеть товарный кризис. Денационализация банков, привлечение средств населения путем осуществления серии займов и продажи ценных бумаг, а также введение в оборот собственных денежных знаков в финансовой сфере не позволили создать эффективно функционирующую финансовую систему.

В аграрной сфере политика Комитета членов Учредительного собрания закрепила результаты эсеровско-большевистских преобразований, не допустила восстановления помещичьих хозяйств.

В социальной политике Комуч пытался проводить линию опоры на крестьянство, рабочих и буржуазию одновременно. Однако насильственная мобилизация крестьянства в Народную армию Комуча обострила отношения Комитета с крестьянством. Ликвидация руководящей роли рабочих организаций на производстве при сохранении большевистского законодательства о труде не позволили Комучу опереться на рабочий класс. Политика сотрудничества с буржуазией в экономической сфере и ограничения ее роли в сфере политической привела к отказу буржуазии от поддержки Комуча. Однако Комучу удалось привлечь на свою сторону офицерство, хотя и не достаточно контролируя его политические шаги.

Боевые действия армии Комуча на фронте против Красной Армии проходили в период с 8 июня 1918 до 22 января 1919 гг. В их ходе представляется возможным выделить ряд этапов:

первый этап – с 8 июня по 7 августа – период наступления армии Комуча;

второй этап – с 7 августа по 7 сентября – период временной стабилизации фронта;

третий этап – с 8 сентября по 7 октября – период отступления армии Комуча;

четвертый этап – с 7 октября 1918 по 22 января 1919 гг. – период распада армии Комуча.

Первоначально Комуч стремился добиться признания его высшей всероссийской властью. В связи с этим в июле–августе 1918 г. состоялась серия предварительных совещаний представителей Комуча, Сибирского, а позднее и Уральского правительств, целью которых было согласование общей политики, выработка принципиальных начал, на основе которых могла быть построена общероссийская власть. Эти совещания кончались неудачей для Комуча.

В августе 1918 г. закончился период военных успехов и наступления. Фронт стабилизировался и возникла опасность наступления основных сил Красной Армии. В этих условиях в августе после неудачи на первом предварительном совещании в Челябинске Комуч выступил с инициативой созыва Государственного совещания из всех антисоветских политических сил, на котором должен быть решен вопрос создания уже коалиционного Всероссийского правительства, надеясь сохранить в нем хотя бы определяющую роль лидеров эсеровской партии и Комуча. На состоявшемся в Уфе Государственном совещании Комуч начал терпеть политические поражения. Комуч, как высший орган власти в государстве Комуча – РДФР, передал свою власть 3 октября 1918 г. Всероссийскому Временному правительству, ориентировавшемуся на диктатуру буржуазии.

События, произошедшие в период с 3 октября 1918 до 22 января 1919 гг., могут характеризоваться лишь как политическое и военное поражение не только государства Комуча, но и целого политического направления, представленного партией эсеров, возглавлявшей Комуч. Это политическое направление пыталось найти возможность практической реализации «третьего пути» как альтернативы диктатурам большевиков с одной стороны и буржуазии с другой в условиях гражданской войны, найти демократический способ решения вопроса о высшей государственной власти в России и преодоления острейшего кризиса в обществе на пути достижения «крестьянского социализма» через мирное развитие капитализма в российском обществе. Это поражение и победа, в конечном счете, одной из диктатур – большевистской диктатуры – ставит вопрос о его причинах и об объективной возможности реализации «третьего пути» в российской революции.

Проведенное изучение конкретно-исторического материала позволяет определенным образом разрешить главную проблему исследования. Причины военного поражения могли бы быть сведены к неверному определению направления главного удара на Казань. Однако такое определение может объяснить, по нашему мнению, лишь конкретные военные неудачи в районе Казани. Главные причины военных неудач кроются в более общих, политических причинах поражения Комуча. В целом военные силы Комуча были недостаточны для нанесения поражения Красной Армии без политического и военного союза с другими антибольшевистскими силами. Но по отношению к этим силам, представленным Донской армией Краснова на юге и различными политико-государственными образованиями, возникшими летом 1918 г. на Урале и в Сибири, Комуч был единственным ориентированным на социализм, пусть лишь, главным образом, в своих программных документах, государством. Его потенциальные политические и военные союзники занимали позицию открытой буржуазной диктатуры или восстановления в России монархии в той или иной форме. Объективное совпадение их общих интересов в борьбе против Советской власти не компенсировало, однако, их принципиального расхождения в решении важнейших политических и социально-экономических вопросов развития российского общества. Это делало невозможным их устойчивый союз, а следовательно - неизбежным их политический и, как показала дальнейшая практика, военный конфликт. В этом конфликте Комуч с неизбежностью вынужден был терпеть поражение, поскольку подвергался ударам как со стороны Советской власти в лице наступающей Красной Армии, так и со стороны мнимых союзников.

Ориентация на демократизм в решении политических вопросов в условиях гражданской войны делали Комуч уязвимым в борьбе со своими политическими «союзниками» и противниками, которые сознательно шли на отказ от всякой демократии в этих условиях и последовательное использование самых жестких форм насилия и централизации власти. Названные причины делали неизбежным как политическое, так и военное поражение государства Комуча не в силу субъективных причин, а в силу объективной невозможности реализовать «третий путь» – утопию демократического решения вопроса о высшей государственной власти в стране, когда борьба за нее между основными политическими силами приняла форму фронтальной вооруженной борьбы. Проведенный анализ позволяет дать следующее решение главной проблемы исследования: демократическая альтернатива в вопросе о государственной власти в России, несмотря на ориентацию Комуча на последовательный демократизм в его решении, в условиях войны была невозможна.

Проведенное исследование, однако, не позволяет считать изученным с достаточной степенью полноты и глубины все аспекты темы. На наш взгляд, представляется целесообразным в дальнейшем на основе конкретных исторических источников изучить роль и воссоздать исторические портреты политических руководителей Комуча, деятельность Комуча в области образования и культуры, а также «политику террора» Комуча на подвластной ему территории.