Добавил:
Upload Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:
PKhT.doc
Скачиваний:
11
Добавлен:
01.07.2025
Размер:
2 Мб
Скачать
☆

4. Психология художественного творчества: предмет и объект изучения

4.1. Становление психологии художественного творчества

(психология – творчество – искусство – психология)

Факт выделения и определения области «субъектной» и «объектной» (предметной) деятельности в сфере художественного творчества для «психологии художественного творчества», как самостоятельной научной отрасли, оказался весьма продуктивным, с одной стороны, а с другой, – выявил массу противоречий и разночтений в понимании природы художественного творчества.

В результате, в XX столетии, за весьма непродолжительный период развития, образовалось чрезвычайное множество различных психологических школ, направлений, течений. Общее что их объединяет – междисциплинарный характер исследования.

Психологические исследования межпредметного направления часто меняют свою структуру в аспектах общетеоретического и прикладного анализа искусства и художественного творчества, в соответствии с акцентами предметных взаимодействий: психологии и эстетики, психологии и философии, психологии и искусствознания, психологии и идеологии, «психологии и психологии» и т.д.

На начальном этапе становления психологических исследований природы художественного творчества возникли и определились две «психологии» – «Психология художественного творчества» и «Психология искусства».

Психоанализ в лице З. Фрейда и К.Г. Юнга признал самостоятельное (автономное) значение психических образований в сфере художественного творчества – «психология творца, создателя». Важной и значительной является в психоанализе постановка вопроса, как и откуда, возникают «психические продукты», которых не было в прежнем опыте индивида («личное» и «коллективное» бессознательное).

Русская «психологическая школа», представленная именами литературоведа А.Н. Веселовского и филолога А.А. Потебни, возникла за пределами самой психологии. Литературоведение подробно рассмотрело и проанализировало роль психологических механизмов в сложении форм поэтической речи. Особенно значимым для психологии творчества является учение А.А. Потебни о «внутренней форме» слова (или «внутреннем образе»). Основополагающим выводом «психологической школы» является «образность» как «основа художественного переживания», соответствующая произведению искусства (образность=переживание=произведение или «художественное творчество=искусство»). Метод искусства есть психологический «способ переживания», который осуществляется как особый «механизм», «способ мышления».

Часто «процессуальные» и «результативные» определения пересекаются в плане выявления функционального назначения искусства. Так, например, в определении искусства русской «формальной школы», активно противостоящей «психологизму», парадоксально существенным образом излагается психологическое содержание природы художественного творчества. Тем более что предпосылки «русского формализма» возникали в естественно-психологических открытиях начала XX столетия.

Провозвестниками специализированного подхода к проблеме творчества стали статьи поэтов-символистов В.Я. Брюсова и А. Белого «о стихотворной технике» (1903-1911 гг.). Их общее утверждение заключалось в положении, что «точным» научно-рациональным путем нельзя постигнуть глубинный смысл художественного творчества, но можно объяснить некие внешние слои, пласты и уровни произведений искусства («памятников»), в чем и состоит задача, по сути, «психологической» «формальной эстетики».

А. Белый, наряду с понятием «форма искусства», вводит знаменитые для «формальной школы» понятия «материал» и «прием». «Материал» «ощутим» в звуке, ритме, метрике, качестве слова и пр. «приемах организации», и потому доступен для «позитивистского» (рационального) объяснения (более поздние исследования Тынянова, Жирмунского, Томашевского, Якобсона). Природа «содержания» художественного творчества не объяснима, и потому «метафизична», поскольку не возможно «уяснить единую цель красоты и ею измерить эстетический опыт человечества» (А. Белый).

По «формальному методу» Шкловского, целью искусства является, – «дать ощущение вещи как видение, а не как узнавание (в отличие, например, от философии), приёмом искусства является приём «остранения» вещей и приём затруднённой формы, увеличивающий трудность и долготу восприятия, так как воспринимательный процесс в искусстве самоценен и должен быть продлён; искусство есть способ пережить деланье вещи, а сделанное в искусстве не важно» (В.Б. Шкловский).

Пересечения в определении специализированных сфер деятельности «художественного творчества», – как «содержания», и «искусства», – как «формы» и «приема», происходят по линии «синтетичности» понимания творчества вообще («общей идеи» жизни по А.П. Чехову). Его сущности, назначения или «предназначения» – с одной стороны, – «общая» психология художественного творчества. С другой, – структуры, механизмов, способов, приемов, методов, техник, т.е. «специализированной» психологии художественной деятельности или «психологии искусства».

Проблему психологических аспектов восприятия художественного текста поставил Л.С. Выготский в своей работе «Психология искусства» (несмотря на то, что эта работа была издана через сорок лет после написания, она оказала существенное влияние на общеметодологические вопросы психологии творчества). Выготский выделил в качестве основной единицы психологического анализа искусства «эстетическую реакцию», которая создается специальным построением литературного текста (форма искусства). Психолог призывал «изучать чистую и безличную психологию искусства безотносительно к автору и читателю». «Вопрос метода» изучения искусства Выготским определялся косвенно аналитически и выражался формулой: «от формы художественного произведения через функциональный анализ ее элементов и структуры к воссозданию эстетической реакции и к установлению ее общих законов» (Психология искусства. С.33).

И еще один существенный методологический аспект уже «психологии творчества» предложен Выготским в качестве положения о «единстве аффекта и интеллекта» (в отличие от дифференциации подходов на «эмоциональные» и «интеллектуальные»), с помощью которого стало возможно инструментальное описание и анализ психологических механизмов творчества.

Данные «школы» и авторы заложили фундамент психологических подходов к анализу природы художественного творчества и искусства, которые впоследствии развивались, дополнялись, критически оспаривались и идеологически отвергались, но признавались в качестве несомненного импульса к новым поискам.

Проблема границ между психологией (психические свойства творящей личности) и искусством («психологическая эстетика» – «переживание формообразования») ставилась и обсуждалась неоднократно, т.к. искусство, наравне с любой другой диктуемой психическими мотивами человеческой деятельностью, естественно, может быть предметом психологической науки. Крайность суждений в выяснении психологической значимости искусства и науки заключается в широко распространенном высказывании: «Разве Рембрандт и Достоевский рассказали о психической реальности меньше, чем авторы научных трактатов?».

Но излишний «психологизм», производимый только из психического, опасен и для художественного творчества, и для психологии как науки. В искусстве важно художественное произведение, а не сферы душевной жизни «субъекта творчества», которые находят преломление в художественной ткани произведения. В науке важны общие связи и взаимодействия свободные и независимые от их реалий.

Опять-таки возникает ряд проблем, что считать предметом психологии в приложении к сферам искусства и процессу художественного творчества: соотношение творческой личности, ее духовного потенциала, внутреннего мира и поведения с предметным бытием искусства (художественное произведение) или наоборот.

Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]