Святитель филипп, митрополит московский.

(1507 -1568)

В миру это Феодор Степанович Колычев. Родился в знатной боярской семье. Отец заседал в боярской думе. И сам Феодор начал службу при дворе великого князя. В тридцать лет тайно бежит на Соловки. В тот год, когда его родственники участвовали в мятеже князя Андрея Старицкого против великой княгини Елены, матери Ивана Грозного. Тогда они попали в опалу. Скрыв своё имя будущий митрополит поступает в послушники и после сурового испытания пострижен в монахи с именем Филипп. Через десять лет в 1548 году уходивший на покой игумен Алексий указал на Филиппа как на достойного преемника. Всё новое о Филиппе заключается в акцентах. Восемнадцать лет управляя Соловками он показал себя прекрасным администратором и рачительным хозяином (от слова рациональный). Монастырь при Филиппе стал богатейшим промышленником; он вёл добычу и торговлю солью. Впервые здесь был заведён железный промысел. Монастырь стал культурным центром Поморья. Филипп осушал болота, соединял каналами озера, ставил мельницы, проложил дороги, раскинул фруктовые сады и выращивал в них южные растения, чуть ли не арбузы, построил два каменных храма, завёл колокольный звон вместо бил и клепал. Некоторые исследователи допускают участие Филиппа в Стоглавом Соборе. После изгнания Святого Германа с митрополичьего престола Иван Четвёртый указал на игумена Филиппа. 20 июля 1556 года царь с собором понуждали принять Филиппа принять митрополичий сан. Он отказывался, ставя условие отменить опричнину (1565 год — учреждение опричнины). Царь разгневался, но отложил свой гнев по молитвам епископов и поручил собора добиваться от Филиппа, чтобы он не встревал в опришнину, в политические дела и в царьской домовой обиход. Наконец Филипп уступил, вынужден был признать опричнину, но получив право протеста против всех безнравственных и противных христианскому долгу явлений. 25 июля 1566 года состоялось его посвящение в митрополиты. Спокойно прошёл один год без казней. В следующем году были перехвачены письма польского короля Сигизмунда к московским боярам, чтобы они отъехали в Литву. При Сигизмунде в Польше и Литве царил либерализм. Поэтому были казнены и не только виновные. Филипп просил царя прекратить бессмысленные кровопролития. Царь не внял просьбам святаго Филиппа. Среди духовных нашлись завистники, то были: Пимен Новгородский, из рук которого Филипп принимал омофор при посвящении, епископы Филофей Рязанский, Пафнутий Суздальский и царский духовник Евстафий, которого митрополит запретил за какое-то ослушание. Сначала митрополит келейно просил царя оставить казнь, но тщетно. Тогда митрополит публично обличил его в Великий Пост в Успенском соборе 22 марта, напомнив ему об ответственности пред Богом. Царь приказал: "Филипп, не прекословь державе нашей, да не посягнет тебя мой гнев. Митрополит в этот же день "вышел из двора митрополичья и жил в монастыре у Николы Старого". Филипп был неустрашим и снова обличил его в соборе, когда туда явились опричники в маскарадной одежде: черные кафтаны и высокие татарские шлыки. Иван подошёл к митрополиту за благословением. Митрополит же как бы не замечая его пристально смотрел на образ Спасителя. Бояре шептали: "Владыка, государь пред тобою, благослови его". Митрополит с пастырским дерзновением и гневным пафосом произнёс: "В сем виде, в сем одеянии не узнаю царя православного. Не узнаю его и в делах государственных. Кому поревновал ты приняв сей образ?! И изменив свое благолепие?! Государь, убойся суда Божия. На других ты закон налагаешь, а сам нарушаешь его. У татар и язычников есть правда, на одной Руси её нет. Мы здесь приносим бескровную жертву за спасение мира, а за алтарём без вины проливается кровь христианска". Царь воскликнул: "Филипп, ужели ты думаешь изменить нашу волю, лучше тебе быть единомысленным с нами". "Тогда суетна была бы моя вера" отвечал митрополит. "Я не о тех скорблю, которые предаются смерти невинно как мученики, я о тебе скорблю, пекусь о твоем же спасении" В другой раз 28 июля Филипп заметил во время крестного хода в Новодевичьем монастыре при чтении Евангелия одного опричника стоящего в тафье. Это татарский обычай. Митрополит выговорил за это царя, тот оглянулся, но виновного не нашёл, потому что тот успел снять шапку. Злые языки шептали, что митрополит говорит неправду. Царь гневно бранил митрополита, называл его злодеем. Иван решил низложить смелого святителя. Была направлена следственная комиссия на Соловки во главе с Пафнутием Суздальским. Там нашли клеветников во главе с игуменом Паисием. Спешно собран собор, который осудил святаго митрополита. Филипп молча начал слагать знаки своего сана прямо на соборе, но ему не позволили сделать это. 8 ноября его заставили служить Литургию в Успенском соборе и во время Литургии главный опричник Басманов прочёл народу соборный приговор о низложении митрополита. Опричники сорвали с него одежды архиерея и облекли в старую монашескую ряску, вытолкали из храма и на дровнях отвезли в Богоявленский монастырь. Неделю страдалец сидел в оковах в смрадной монастырской тюрьме, затем был переведён в Старо — Никольский монастырь. В это время были казнены десять его родственников. Однажды царь прислал митрополиту отрубленную голову одного из родственников, старец поклонился пред ней, благословил её, облобызал с любовью и отдал принесшим. Потом он был сослан в тверской Отроч монастырь. Через год когда Иван шёл со своим войском в Великий Новгород чтобы наказать его за мнимую измену 23 декабря 1569 года царь проходя мимо монастыря послал туда Малюту Скуратова (от слова шкура)(на самом деле Малюта это псевдоним, а сам он из рода Бельских), чтобы святитель дал благословение на поход. Тот разумеется отказал. Скуратов задушил старца подушкой (возглавием) сказав, что умер по небрежности монахов, от неуставного зноя келейного(угар). В народе была такая молва, что царь собирался сжечь его живым как чародея, затравить медведем. Рассказывали так же о его чудесах. В 1591 году по просьбе братии Соловков его останки перевезены в монастырь, а в 1652 году царь Алексей Михайлович повелел перенести его мощи пока непрославленные в Москву. Посольство по перенесению возглавил патриарх Никон, тогда митрополит новгородский. Никон в церкви Зосимы и Саввватия распечатав грамоту царя во всеуслышание прочёл, что царь молит святого мученика отпустить вину прадеда его. 19 июля 1652 года святые мощи были положены в Успенском соборе. Он прославлен в 1669 году. 25