2010_Lyus_E__Bez_oglyadki_na_bogov_Vzlyot_sov

Заключение: Не упустить XXI век

лицам пора послужить людям, у которых нет ни работы, ни заработка». Амбани, один из умнейших лидеров индийского бизнеса, мог бы посодействовать исправлению нравов своих политических союзников. Свое место в парламенте он получил от партии Самаджвади из штата Уттар Прадеш, которая, как мы помним из четвертой главы, является одной из самых коррумпированных в Индии.

Наконец, Индия может лучше защитить свою внутреннюю систему либеральной демократии, улучшив отношения с соседними странами, ни одна из которых не смогла надолго сохранить демократию и большинство которых весьма нестабильны. Самым очевидным источником внешней угрозы для Индии является Пакистан, которому в известной мере помогает Китай, хотя в последние годы эта поддержка ослабла. На данный момент Индия уже третий год участвует в мирном процессе с Пакистаном. Есть признаки того, что мирный курс продолжится. Наблюдатели из других стран хотели бы, чтобы этот процесс укоренился и стал необратимым. Для достижения этой цели Индия могла бы избавиться от глубоко засевшего невроза по поводу соседней страны. У Пакистана много недостатков. Но его существование — факт, с которым Индии необходимо смириться. Будучи страной меньшей по размеру

иболее уязвимой, Пакистан более подозрителен и более склонен инициировать конфликты либо опосредованным образом, через засылку террористов, либо намеками на свое ядерное оружие, тем самым угрожая серьезным столкновением. Индия должна включить свое воображение и научиться удерживать Исламабад в рамках большей умеренности и меньшей параноидальности. Более великодушная и дальновидная политика Дели могла бы дать позитивные результаты, особенно в том, что касается стремлений жителей Кашмира. Никто не ждет и не требует от Индии отказа от ее суверенитета над Кашмиром. Но мы живем в меняющемся мире, в котором новые технологии и процессы экономической интеграции делают межгосударственные границы менее значимыми. Дипломатам Южной Азии должно хватить разума и изобретательности, чтобы придумать для Кашмира такую форму суверенитета, которая окажется приемлемой для большинства населения в обеих странах

идля самих кашмирцев.

УИндии неудачно сложились отношения с Бангладеш, где, несмотря на тот факт, что именно Индия в 1971 г. создала

371

Э. Льюс.  Без оглядки на богов

эту страну, много страхов и обид на своего большого соседа. По разным оценкам, в Индии работают от 10 до 15 млн нелегальных бангладешских иммигрантов. Их станет гораздо больше, если Бангладеш не сможет встать на путь устойчивого экономического роста. Индия должна признать, что именно на ней лежит самая большая вина за незначительность торговли в рамках Южно Азиатской ассоциации регионального сотрудничества (куда входят Индия, Пакистан, Бангладеш, Непал, Шри Ланка, Мальдивы и Бутан). Взаимная торговля между этими семью странами составляет менее 5% их общего внешнеторгового оборота. Это очень мало. А раз Индия является самой большой страной в этой ассоциации, без ее инициативы ничего не изменится. Если Индия намерена обуздать тревожные проявления исламского фундаментализма

вБангладеш и Пакистане, опасаясь его просачивания и в саму Индию, она должна заинтересовать эти страны в поддержании социальной стабильности, открыв их экспортерам прибыльный выход на свой огромный внутренний рынок. Они наверняка ответят взаимностью. Если Индия заинтересована в том, чтобы ограничить растущее влияние Китая в этом регионе, где он поддерживает теплые отношения с Бангладеш, Пакистаном и даже Непалом, ей следовало бы обращаться с этими странами как с партнерами, а не как с раздражителями. Между Индией и Непалом всегда существовали тесные отношения. Но, соблюдая все формальности, индийские дипломаты редко удерживаются от соблазна проявить высокомерную снисходительность по отношению к своим коллегам из маленького гималайского королевства. Непал страдает от длящегося уже десять лет мятежа маоистов. Индия не понаслышке знакома с маоистами — около 10 000 маоистских боевиков, или наксалитов, действуют в лесах и глухих углах на пространстве между штатом Бихар, который граничит с Непалом, и южным штатом Андхра Прадеш. Этот так называемый «красный коридор» не угрожает стабильности страны. Но он подрывает законность и правопорядок в ряде беднейших штатов Индии. Для решения проблемы маоистов Индии необходимо повысить качество административного управления в своих беднейших районах. Но и внешняя политика не должна оставаться в стороне. Наксалиты поддерживают тесные связи с непальскими маоистами. Индия не хочет оказывать поддержку происшедшему в 2005 г.

вНепале «дворцовому перевороту», осуществленному королем

372

Заключение: Не упустить XXI век

Гьянендра и воспринятом как символическая победа республиканцев маоистов. Но Индия может помочь Непалу избавиться от маоистской угрозы, оказав индуистскому королевству помощь в восстановлении демократии.

Бóльшая часть этой главы посвящена проблемам, которые Индии придется решать в предстоящие годы, чтобы продолжить свое восхождение в международном рейтинге. Проблемы грандиозны. Но и выгоды колоссальны. Индия никогда не страдала от недостатка масштабности. Несмотря на чрезвычайно высокую плотность населения, несомненным преимуществом Индии, по сравнению с Китаем и другими развивающимися странами, является ее демографический профиль. В Китае после 2010 г. коэффициент зависимости — отношение численности иждивенцев к численности трудоспособного населения — начнет ухудшаться. В Индии, напротив, коэффициент зависимости будет улучшаться вплоть до 2040 х годов1. В ближайшие двадцать лет отношение численности иждивенцев к численности работающих понизится c 60% до 50%. Это принесет индийской экономике большие «демографические дивиденды». Принято говорить, что молодежь — будущее нации. Но будущее Индии заключается еще и в молодости ее населения. Чем выше в населении доля лиц трудоспособного возраста, тем выше уровень сбережений. А более высокий уровень сбережений поддерживает инвестиции, обеспечивающие экономический рост, и этот благотворный круг будет работать в Индии в обозримом будущем. Норма сбережений в Индии уже повышается — с примерно 18% валового внутреннего продукта в 1990 г. до 26% в 2006 г. Пока что это существенно меньше, чем в Китае, где норма сбережений превышает 40%. Но в Китае этот показатель падает, а в Индии растет. Растет в здесь и эффективность экономики. ВВП Индии увеличивается на 6—8% в год при норме сбережений от 20% до 25% национального дохода. Китаю рост обходится существенно дороже.

Более того, Индия достигла высоких темпов экономического роста, не прибегая к автократическому инструментарию. Ни одно демократическое правительство не может навязать своему населению принудительно повышенную норму сбережений, как это происходит во многих государствах

1Vijay Kelkar, “India’s Growth on a Turnpike”, статья, представленная в Австралийский национальный университет, апрель 2004 г.

373

Э. Льюс.  Без оглядки на богов

Восточной и Юго Восточной Азии, и рассчитывать на то, что его еще раз изберут. Равным образом, ни одно демократическое правительство не может навязывать семьям регулирование рождаемости так, как это делает Китай с его политикой «одна семья — один ребенок». Потенциал экономического роста Индии выглядит еще более поразительным, если учесть, сколько всего было достигнуто столь малыми средствами. В Индии нет таких проектов создания современной инфраструктуры, которые помогли Китаю ускорить движение вперед. Здесь нет и такого объема прямых иностранных инвестиций — в 2005 г. в Индию иностранные инвесторы вложили 5 млрд долл., десятую часть того, что в том же году сумел привлечь Китай. При этом в Индии нет всеобщей грамотности. И тем не менее ее экономика растет со скоростью от 6% до 8% в год и более. Попробуйте представить, чего достигла бы Индия, сумей она радикально улучшить инфраструктуру или повысить качество начального образования.

Вдобавок Индия обладает институциональными преимуществами, которые убедили некоторых, что индийская черепаха в конце концов обгонит китайского зайца. По мере развития индийской экономики эти «мягкие» преимущества, такие как независимость суда и свобода средств массовой информации, будут приносить все большую отдачу. Многих инвесторов отпугивает индийская бюрократия. Но ни у кого из них не возникает опасений, что их свобода слова будет произвольно ограничена, как это произошло в Китае с Yahoo, Google и News Corporation Руперта Мэрдока, с чем они добровольно смирились. Индия располагает огромными ресурсами интеллектуального капитала. Из каждых четырех новых фирм в Кремниевой долине одна создана индийцем, не являющимся гражданином США. Почти половина американских трудовых виз H1B выдается индийцам. Более сотни транснациональных компаний открыли в Индии центры исследований и опытно конструкторских разработок, а в Китае — только тридцать одна1.

Но все расчеты на экономический рост и укрепление Индии являются все же лишь предположениями, и именно поэтому в этой главе мы больше говорили о проблемах, с которыми столкнется страна в недалеком будущем, а не об открывающихся возможностях. В прошлом Индия не раз демонстрировала

1 CLSA, The Indian Paradox, Spring 2005.

374

Заключение: Не упустить XXI век

склонность спотыкаться на ровном месте. Известный афоризм гласит: «Индия никогда не упускает возможности упустить возможность». При этом Индия страдает склонностью почивать на лаврах грядущих триумфов — раз уж в XXI веке ей суждено стать сверхдержавой, то можно, не перетруждаясь, спокойно дождаться этого обещанного великолепия. Самоуверенность индийских элит есть отражение демографиче­ ских масштабов страны. Они воспринимают Индию в абсолютных экономических показателях и совершенно не интересуются сопоставлением уровня жизни индийцев и граждан других стран. Опередить Японию по валовым экономическим показателям — это, конечно, замечательно (согласно прогнозам, это должно произойти в 2020 е годы)1. Но население Японии в десять раз меньше населения Индии, и в Японии никто не живет в нищете. Страну следует оценивать по тому, как она относится к своим людям, а не по тому, сколько этих людей или сколько ядерных боеголовок хранится в ее арсенале. Поэтому я упомяну еще одну проблему, которую предстоит решить Индии в ближайшем будущем: самодовольство ее привилегированных классов. Ключом к преодолению первых четырех проблем является повышение ощущения срочности и безотлагательности решения этих проблем в умонастроении политико бюрократических элит страны, а для этого необходимо, чтобы индийские избиратели проявили бóльшую чуткость в отношении стоящих перед страной проблем и оказали — через избирательные урны — давление в пользу реформирования государства. Не существует автопилота, который гарантированно доставит Индию к грядущему величию. А для авиакатастрофы достаточно простой некомпетентности экипажа. Как написал Виджай Келкар, один из самых мудрых экономистов Индии, «Индия может упустить свой XXI век»2.

* * *

Пробившись через толчею и сумятицу переполненной железнодорожной платформы, я предвкушал, как сладко отосплюсь

впоезде. Я заказал место в спальном вагоне первого класса,

1Индия очень близка к тому, чтобы превысить ВВП Японии по паритету покупательной способности, когда сравнивается все то, что можно купить, конвертировав доллары в местную валюту.

2Kelkar, “India’s Growth on a Turnpike”.

375

Э. Льюс.  Без оглядки на богов

которые в Индии еще хранят традиции классического железнодорожного комфорта. Здесь не чувствуется жары и не слышно шума. Я радуюсь мелочам, вроде регулируемой лампы для чтения или ручки управления температурой в купе. Здесь ты отрезан от мира. В индийском спальном вагоне так славно спится. Что может быть приятнее, чем погружаться в сладкую дрему, глядя, как за окном проплывает Индия?

«Как вас зовут?» — прозвучал голос с противоположной полки. Я повернул голову и увидел полные любопытства глаза сикхского мальчика. Я ответил. «А из какой вы страны?» Я снова ответил. «Я однажды написал письмо королеве, — сообщил он. — Она так и не ответила». Он, оказывается, посоветовал королеве почаще наезжать в Индию, потому что здесь столько хорошего. Он написал и президенту Бушу, посоветовав вывести американские войска из Ирака. Президент тоже не ответил. Я спросил, сколько ему лет (оказалось десять) и о том, где он ходит в школу (ответ: в Аллахабаде). Его отец служит в армии в чине майора. Мать мальчика, устроившаяся на нижней полке (в индийских спальных вагонах первого класса в купе всегда четыре полки) велела ему оставить незнакомца в покое и немедленно спать. Она выключила общий свет в купе. Мальчик выждал несколько минут, чтобы убедиться, что мать уже заснула. Потом он включил свою лампу для чтения и направил ее на меня. До чего же вовремя: еще миг, и я бы провалился в беспробудный сон. «Расскажите что нибудь интересное, — прозвучал жизнерадостный голос. — Я сегодня спать не собираюсь».

Я всячески пытался убедить моего любознательного собеседника выключить свет и поспать. Но он как то сумел отме­ сти все мои увещевания, посулы, угрозы и протесты, причем сделал это так, что я даже не рассердился. Его настойчивость была слишком безыскусна. «Я так и не понял, почему бы нам не поговорить», — подвел он черту. Пришлось мне согласиться на его предложение проверить его знания. Я начал с самых простых вопросов, которые он щелкал, как орешки — как зовут премьер министра Индии, потом министра финансов Индии, потом он назвал самую большую реку Индии и столицу Шри Ланки. «Я ведь не полный тупица», — улыбнулся он. Потом я двинулся по европейским столицам, которые он точно так же щелкал как орехи, а потом мы перешли к флоре и фауне Индии, и оказалось, что в этом его познания обширнее

376

Заключение: Не упустить XXI век

моих. Потом пошли президенты Соединенных Штатов Америки и т.д. Примерно после часа таких развлечений он решил поинтересоваться моей карьерой и моим образованием. Каждый его вопрос опирался на мой предыдущий ответ и требовал разъяснений и уточнений. Он начал выяснять мою биографию. Я чувствовал себя, как преступник в полицейском участке. Периодически он направлял на меня лампу, чтобы убедиться, что

яне дремлю.

Вконце концов мне удалось заключить сделку с моим неугомонным попутчиком. Он отпустит меня поспать, если я дам ему номер своего мобильника, чтобы он мог при желании позвонить мне и продолжить наш разговор. На этом мы и поладили. Но он истолковал наш договор уж слишком буквально. Не знаю, сколько я проспал, но тут моя подушка начала вибрировать и я мгновенно проснулся. Звонил телефон с соседней полки. «Я просто хотел проверить, что вы дали мне правильный номер», — прозвучал знакомый голос. Я сделал ему сердитое замечание и тут же об этом пожалел. «Жалко время терять, — удрученно ответил он. — Мы через пять часов уже будем на месте. О чем поговорим?»

Словом, мы опять разговорились. Каждый час поезд делал остановку в одном из бесчисленных провинциальных городов Северной Индии. Пару раз мы выходили на платформу, чтобы купить чашку масала чая, который готовят с молоком и пря-

ностями, а продают в одноразовых керамических кружках, которые бывают только в Индии. Меня забавляли его ненасытная любознательность и разум не по возрасту. Мало найдется десятилетних мальчишек с таким количеством всевозможных сведений в голове. При всем его пренебрежении к моему желанию поспать он был учтив, пожалуй, даже чрезмерно. При этом он был лукав. «Хотите еще печенья?» — спрашивал он всякий раз, когда я пытался прикрыть глаза.

В конце концов, выкачав из меня все, что возможно, он заявил, что пора спать. Уже начинало светать. Через час мы должны были быть на месте. «Нужно немного поспать, — рассудительно заметил он, убедительно и кротко кивнув, как умеют делать одни индийцы. — Завтра можно будет договорить. Спокойной ночи». Через мгновение он уже спал. Но я заснуть уже не мог. Меня охватил смех. Он зародился где то в животе, и через миг я сотрясался от беззвучного хохота. Это был тот редкий случай, когда смех заполняет все тело

377

Указатель

379

Э. Льюс.  Без оглядки на богов

380