Николай Александрович Бердя́ев (1874–1848)

Вопросы и задания:

1. Как понимается бытие в философии экзистенциализма?

 <...> В современной философии особенно Гейдеггер и Ясперс являются представителями экзистенциальной философии. Гейдеггер делает основное различие между существованием в себе и существованием, выброшенным в мир, которое есть Dasein. Бытие в мире, Dasein, подчинено заботе, страху, овременению, das Man (обыденности). Трагизм смерти, определяемой конечностью бытия, притупляется обыденностью Dasein и усиливается, когда существование возвращается к себе. Existenz (нем. существование) есть бытие, к которому Dasein имеет то или иное отношение. Dasein есть существование в мире. Seiende (нем. существующее, сущее), я сам, мое. Сущность Dasein в Existenz. Огромное значение у Гейдеггера имеет In-der-welt-sein, выброшенность в Dasein. Это и есть падшее бытие. Субстанция человека для него есть существование. Важно существование бытия, а не только сущность бытия. Existenz должно быть дано преобладание над Essenz (нем. сущность). Гейдеггер создает философию экзистенций, а не философию эссенций. Dasein в мире открывается Гейдеггеру как забота, и оно страшно. Страх и есть сам мир. Быть в мире есть уже падение. Dasein падает в das Man. Падение есть онтологическая структура Dasein. Совесть зовет Dasein из покинутости в das Man. Dasein есть виновность. Забота, характеризующая Dasein, есть ничтожество. Но непонятно, откуда у Гейдеггера раздается голос совести. Гейдеггер антиплатоник. У него нет духа. И его пессимистическая философия есть не столько философия Existenz, сколько философия Dasein. Его онтология есть онтология ничто, которое ничтоствует. Он совсем не раскрывает, что такое существование, не выброшенное в мир. Но философия Гейдеггера, стремящаяся быть Existenz Philosophie, занята совсем другими проблемами, чем те проблемы, которыми обыкновенно была занята философия, — заботой, страхом, обыденностью, падшестью, смертью и т.п. И это проблемы онтологии, а не психологии.

Бердяев Н. Я и мир объектов. Опыт философии одиночества и общения. Париж: YMCA-Press, 1934. С. 47.

Жан-Люк Нанси́ (р. 1940)

Вопросы и задания:

1. Почему бытие возможно только как со-бытие?

 Что может быть более привычным, чем факт бытия, существования? Мы есть. Бытие, наличное бытие есть то, что роднит нас с другими. Мы не обладаем свойством несуществования, чтобы разделять его с другими, несуществование не подлежит определению. Но бытие не есть и некая вещь, которой мы совместно владеем. Бытие не отличается от существования, каждый раз уникального. Поэтому можно сказать, что бытие не является общим в смысле какой-то общей собственности, но что оно совместно. Бытие со-вместно. Что может быть проще такой констатации? И между тем, как не ею, больше всего до сих пор пренебрегала онтология?

Мы существуем со-обща, со-вместно с другими. Что значит «со» в обоих этих случаях? На первый взгляд логика со-бытия соответствует тому, что можно назвать банальной феноменологией неорганизованных совокупностей людей. Люди, совершающие путешествие в одном купе, просто оказываются случайным, произвольным образом одни рядом с другими. Между ними нет никаких отношений. Но они равным образом являются пассажирами данного поезда, пребывающими в одном пространстве и в одно время. Они находятся в промежутке между отьединенностью «толпы» и связностью «группы», будучи ежесекундно близки к превращению в одну или в другую. Подобная приостановленность составляет «со-бытие» в качестве отношения без отношения, т.е. одновременной открытости как отношению, так и отсутствию такового <...>.

Этот способ бытия, существования <...> предполагает, что нет всеобщего бытия, общей субстанции, присущей всем сущностям и идентичностям <...>, но есть бытие-в-месте <...>. Оно скорее представляет собой бытие в качестве отношения, тождественное самому существованию.

Нанси Ж.-Л. О со-бытии // Философия М. Хайдеггера и современность. М., 1991. С. 91–101.