1.4. Психологическая готовность к родительству

В философском направлении исследование основных аспектов феномена родительства было предпринято под углом гендерного подхода (О.А. Воронина, Т.А. Клименкова, И.Т. Неудачина, Н.М Римашевская и др.). Родительство анализируется как гендерный фактор, выделяется социальная основа феноменов «отцовство», «материнство», способов адекватного взаимодействия в данной области отношений, особое значение придается вариативности жизненного опыта.

С точки зрения социологического подхода феномен родительства изучается как действующий социальный институт в трудах: А.И. Антонова, О.И. Волжиной, С.И. Голода, И.Ф. Дементьевой, С.В. Захарова, М.С. Мацковского, В.М. Медкова, А.Б. Синельникова, Н.Я. Соловьева, С.В. Трушкина, А.Г. Харчева, В.Д. Шапиро, Н.Г. Юркевича и др.

Культурно-антропологический подход (Р. Бенедикт, А. Кардинер, М. Мид, Дж. Плек, М. Спиро, М. Херсковиц, Ф. Хсю и др.) изучает феномен родительства как специфическую модель поведения личности с точки зрения ее опосредованности культуральными особенностями общества, при помощи которых достигаются цели воспитания и определяются способы воздействия, контролируются полнота слияния личности с культурой своего народа и ее вхождение в социум. В данном подходе рассматриваются типичные в различных культуральных контекстах виды взаимодействия между родителями и детьми, способы воспитания подрастающего поколения и их воздействие на формирование личности, а также неосознаваемые родителями психологические установки по отношению к детям.

В психологическом подходе уделено внимание вопросам детско-родительских отношений в контексте семейной психотерапии и психологического консультирования детей и родителей с неоптимальными видами взаимодействия (А.С. Алексеева, М.Ю. Арутюнян, А.Я. Варга, Е.Н. Васильева, А.Д. Кошелева, С.Н.Сорокоумова, А.С. Спиваковская, Г.Г. Филиппова,). Рассматривались также источники детского неблагополучия вследствие определенных родительских способов поведения, изучалось явление отторжения в отношениях родителей и детей, раскрывались понятия «Я-концепция родителя» и «родительские установки» (М.О. Дубровская, Н.А. Ефремова, Л.В. Жуковская, В.К. Зарецкий, Л.Я, Олиференко, И.И. Осипова, М.В. Полевая, В.А. Петровский, А.Ф. Хайрутдинова, А.Б. Холмогорова, Т.И. Шульга).

В отечественной психологической литературе определение феномена «родительство» представлено в работах Р.В. Овчаровой, Г.С. Абрамовой, Т.А. Гурко, И.С. Кона и др.

Так Кон И.С. под родительством понимает систему коррелирующих явлений, в которую входят: любовь, родительские чувства, привязанность к детям, специфические родительские роли и нормативные предписания культуры, реальное поведение, стиль воспитания, отношение родителей к детям [81].

Абрамова Г.С. видит феномен родительства как набор социальных ролей матери и отца, полагая, что освоение этих социальных ролей является основной жизненной задачей развития человека в период взросления [1].

Если рассматривать родительство как многомерный и сложный психологический, функционально-ролевой конструкт, важно принимать во внимание самостоятельность понятий «родительство», «отцовство» и «материнство». Так Ермихина М.О. полагает, что родительство является надындивидуальным целым, выходящим за рамки индивида, а«отцовство» и «материнство» описываются, прежде всего, в рамках отдельной личности; данные понятия могут быть использованы в независимости от наполнения понятия родительства (не подразумевая стоящего за ними надындивидуального понятия) [56]. Однако «родительство», являясь надындивидуальным понятием, с необходимостью влечет за собой существование общих мест с понятиями «отцовство» и «материнство», которые описывают явления, находящиеся в сфере индивида (надындивидуальное понятие состоит из набора феноменов, свойственных индивидам).

Однако наиболее полное, на наш взгляд определение, дано Р.В. Овчаровой. Она рассматривает «родительство» как «интегральное психологическое образование личности (отца и/или матери), включающее совокупность ценностных ориентации родителя, установок, ожиданий, родительских чувств, отношений и позиций, родительской ответственности, стиля семейного воспитания», в котором каждый компонент содержит эмоциональные, когнитивные и поведенческие составляющие» [115, с. 21-31].

Как полагает Р.В. Овчарова, в развитой форме родительство включает в себя: ценностные ориентации супругов (семейные ценности); родительские установки и ожидания; родительское отношение; родительские чувства; родительские позиции; родительскую ответственность; стиль семейного воспитания.

• Ценностные ориентации супругов - это отражение в их сознании ценностей, признаваемых ими в качестве стратегических жизненных целей и общих мировоззренческих ориентиров. Ценности, которых придерживаются родители, влияют на формирование структуры иерархии ценностей у их детей, так как ребенок, непременно, идентифицирует себя со взрослым. Ценностные ориентации делают семью крепче и являются основой перспективы ее развития, таким образом, являясь мощным фактором интеграции.

• Родительские установки - это определенное мнение супругов по поводу родительской роли. Родительские установки имеют корреляции с родительскими ожиданиями. Когда говорится о взаимных установках и ожиданиях супругов по отношению друг к другу, речь идет о гласном или негласном распределении ролей. Под установками и ожиданиями по отношению к своему ребенку обычно понимаются явления, реализованные в стиле воспитания и родительском отношении в целом.

• Родительское отношение - это сложное образование, которое состоит из: межличностной дистанции, интегрального принятия или отвержения ребенка, социальной желательности поведения и формы и направления контроля [28]. Существуют четыре основных типа родительских отношений: принимающе-авторитарное отношение, характеризующееся принятием родителями ребенка, одобрением его, но при этом наличием требований с их стороны социальных успехов от ребенка; отвергающее с явлениями инфантилизации - присутствует эмоциональное отвержение ребенка родителями, низкая оценка его индивидуально-личностных качеств, приписывание ему социально неодобряемых черт и негативных наклонностей; симбиотическое отношение, для которого свойственна гиперопека и наличие паттернов поведения симбиотического характера в общении с ребенком; симбиотически-авторитарное, отличающееся от предыдущего типа наличием гиперконтроля.

• Родительские чувства - это наивысшая форма эмоциональных взаимоотношений супругов и их отношений к детям, для которой характерна относительная устойчивость, обобщенность, соотнесенность с потребностями и ценностями. Они могут быть различной модальности; помимо родительской любви, ребенок может ощущать на себе также и чувства усталости, раздраженности родителей и т.п. Их особенностью является то, что они необходимы для поддержания самой жизни ребенка, а потребность в родительской любви является жизненно важной для маленького ребенка, ожидающего доверия со стороны родителей, принятия его таким, каков он есть.

• Родительские позиции- это реальная направленность, основанием которой является сознательная или бессознательная оценка ребенка со стороны родителей, выражающаяся в способах и формах взаимодействия с детьми. Одной из самых частых родительских позиций является позиция «над», «сверху», тогда как, по словам А.С. Спиваковской, наилучшим вариантом было бы равенство позиций [154].

• Родительская ответственность - это специфическая социальная позиция субъекта, которая может быть описана мерой принятия и реализации им некоторых норм ответственного поведения. Член семьи может нести ответственность за других членов семьи и за семью в целом как социальную группу.

• Стиль семейного воспитания - это некоторая квинтэссенция всех компонентов родительства, перечисленных выше. Характер поведения ребенка, прежде всего, зависит от родительского стиля воспитания. Родители являются моделями поведения, оказывают влияние на развитие эмоциональной сферы ребенка и всей личности в целом. Стиль воспитания выступает реализатором системы санкций, существующей в семье, ее норм и ценностей [128].

Р.В. Овчарова изучала также представление о родительстве у современной молодежи. По ее мнению, представление о родительстве - это наглядный образ явления родительства, возникающий на основе имеющегося у человека опыта (прежде всего в родительской семье) путем его воспроизведения в воображении. Представление образа является менее ярким и детализированным, чем восприятие этого образа в реальной ситуации, но в то же время оно более обобщенное и схематизированное.

По своей сути представление о родительстве является фантазией, так как явления родительства в реальности еще не существует, а существует лишь его образно сконструированное содержание. В это содержание могут входить образы эмоций, связанных с процессом воспитания детей, отдельные и общие когнитивные схемы: планирование уклада жизни в условиях родительства, планирование воспитательного процесса и другое, а также образы отдельных поведенческих актов и всего поведения в целом.

В юношеских мечтах формируется образ желаемого родительства. У некоторых молодых людей этот образ возникает в контрасте с воспоминаниями о своем «тяжелом» детстве. У других, наоборот, на основе положительного примера своих родителей. Они помнят много приятных моментов из своего детства и оценивают его как самый счастливый период в своей жизни. Следовательно, они желают для своих детей такого же детства. У третьих - этот образ возникает преимущественно под влиянием социокультурных образцов. В любом случае мечты влияют в целостное представление о родительстве и являются мощным мотивирующим фактором [115, с. 98].

В своем исследовании Р.В. Овчарова выявила, что молодые люди представляют родительство как трудный и ответственный процесс, который требует затрат времени и считают, что необходимо быть готовым к нему [115].

В последнее время появился ряд работ, посвященных психологической готовности к материнству, отцовству и, в целом, к родительству.

Проблема психологической готовности к материнству представлена в работах: Н.Н. Авдеевой, Е.Х. Агнаевой, Т.В. Архиреевой, Л. А. Баз, Э. Берн, В.И. Брутман, А Я. Варги, Т.А. Гурьяновой,И.В. Грандилевской, И.В. Добрякова, О.Ю. Дубовик, А.И. Захарова, Н.Б.Кедровой, Н.П. Коваленко, Т.В. Леус, Н.Л. Мамышевой, С.А. Минюровой, Е.М. Савицкой, Г.В. Скобло А.С. Спиваковской, Г.Г. Филипповой, И.Ю. Хамитовой, К. Хорни, Э.Г. Эйдемиллер.

В психологии существует большое разнообразие трактовок понятия «готовность к материнству». В.И. Брутман, Г.Г. Филиппова, И.Ю. Хамитова, Е.Ю. Шулакова рассматривают данный феномен как наличие способности матери обеспечивать адекватные условия для развития ребенка, которая проявляется в определенном типе отношения матери к ребенку.

Готовность к родительству изучается с использованием различных теоретических оснований: социологические исследования материнства несовершеннолетних и позднего материнства (С.О. Кашапова); определение условий развития психической патологии ребенка в связи с социальными и психическими аномалиями их матерей (А.И. Захарова, Г.В. Козловская, А.А. Северный, Г.В. Скобло и др.); изучение определяющих характеристик личности будущей матери (Е.И. Исенина); разработка методов, способных выявлять характер отношения родителей к их еще не родившемуся ребенку (Н.В. Боровикова, С.Ю. Мещерякова, С.А. Федоренко и др.); изучение факторов, оказывающих влияние на поведение матери (Л.Л. Баз, В.И. Брутман, С.Н. Еникополов, С.Н. Копыл и др.).

Е.Ю. Шулакова выделяет в качестве основных структурных элементов психологической готовности к материнству следующие: психологическую, биологическую, социально-культурную. Эти элементы анализируются с двух позиций: с позиции осознанного отношения девушки к материнству и с позиции неосознаваемой совокупности предрасположений, норм, установок, представлений [42].

С.Ю. Мещерякова полагает, что готовность к материнству – это особенное личностное образование, основой которого выступает субъект-объектная ориентация родителя в отношении еще не родившегося ребенка. Автор полагает, что это отношение разворачивается в реальное поведение матери после рождения ребенка и определяет его эффективность.

С.Ю. Мещерякова полагает, что базой для изучения содержательных аспектов готовности к материнству являются некоторые показатели генеза материнства. Они, как считает исследователь, отражают уровень готовности к материнству и выступают основой прогноза эффективности будущего материнского поведения [42].

Большая часть зарубежных авторов считают, что люди, вступающие в брак, реинкарнируют структурный тип семейной системы своей родительской семьи - таким образом, семьи воспроизводят сами себя (G. McGoldric; D.H. Olson) [217], [218]. Стили взаимодействий предыдущих поколений (J. Watson, W. Breed, Н. Posman) [226] служат моделями для семейного функционирования следующих поколений.

Так, Дружинин В.Н. выдвигает две гипотезы подражания:

• супруги воспроизводят в своей семье способы воспитания, которые осуществляли их родители по отношению к их братьям и сестрам, а не к ним самим (самые большие трудности должны возникать у взрослых, бывших единственными детьми в семье - «они должны относиться к детям как к взрослым, более того, как к своим партнерам») [48, с. 15];

• дети относятся к другим так же, как родители относились к ним самим.

По мнению Дубровиной И.В., исключительно семья - родители и близкие родственники, стиль их жизни, характер взаимоотношений и качество общения - формируют у детей эталоны, образцы женщины и мужчины. Например, у детей, воспитывающихся в закрытых учреждениях, отсутствует возможность воспринимать особенности поведения и взаимоотношений мужчин и женщин, участвовать в семейных отношениях [46]. Хотя Лисина М.И. [99] и Дубровина И.В. [46] не считают, что отсутствие взаимодействия ребенка с его кровными родственниками носит катастрофический характер, оценивая как более важный характер связей, который складывается у ребенка со взрослыми, непосредственно ухаживающими за ним.

Различные, порой противоречивые взгляды исследователей на роль факторов мезоуровня в становлении феномена родительства, примиряет позиция Кона И.С.: «Преемственность поколений всегда селективна (избирательна): одни знания, нормы и ценности усваиваются и передаются, следующим поколениям, другие, не соответствующие изменившимся условиям, отвергаются или трансформируются. Преемственность не совсем одинакова в разных сферах деятельности. В сфере потребительских ориентаций... и некоторых других установок расхождения между старшими и младшими, как правило, больше, чем в том, что касается главных социальных ценностей...» [165, с. 154]. Микроуровень факторного детерминирования родительства - уровень влияния на формирующееся родительство, где оно приобретает законченный вид - согласуются две модели родительства супружеской пары - мужчины и женщины, которые создают свою семью и предполагают создать новую жизнь. Также, свое воздействие на формирование развитой формы родительства и ее реализацию оказывают конкретные условия жизни семьи, которые определяются воспитательной активностью родителей и некоторыми другими личностными факторами, определенными в каждой конкретной семье [184].

Что касается факторов макроуровня, то они могут воздействовать непосредственно - путем социального регулирования или опосредованно - через весь комплекс социальных влияний, мишенью которых является система ценностных ориентации и установок личности. Фактором мезоуровня выступает родительская семья - первичная социальная среда субъекта, в которой он получает базовый социокультурный опыт, среди которого, опыт реализации родительской модели поведения. Общее влияние факторов, которые принадлежат рассмотренным выше уровням, ведет к формированию конкретной модели родительства. Общество в целом и родительская семья, в частности, закладывают некоторый пример родительства, некоторые границы вариативности структуры и наполнения родительства. Субъект интериоризирует данную ему внешнюю модель, ее границы, преломляя внешний опыт своей направленностью и индивидуальностью с целью дальнейшего согласования интериоризированных моделей обоих супругов в единый комплекс.

Следовательно, родительство как феномен, следует рассматривать на личностном уровне и на надындивидуальном уровне, которые одновременно выступают и уровнями его формирования. Начальный уровень формирования (наиболее глубокий пласт) - уровень индивида, который формируют макроуровневые факторы (уровень общества), мезоуровневые (уровень родительской семьи) и факторы микроуровня (уровня конкретной личности). Воздействие всех групп факторов на уровне личности формирует необходимые компоненты родительства. В начале супружеской жизни мужчины и женщины родительство как феномен начинает формироваться на надындивидуальном уровне (комплекс воздействий представлен влиянием факторов всех уровней, в том числе и микроуровня, то есть уровня собственной семьи). Развитие надындивидуального уровня отличается неустойчивостью компонентных структур супругов, потому, что имеет место корректировка поликомпонентных составляющих родительства (как раз на надындивидуальном уровне завершается формирование родительства). Развитой форме родительства свойственна относительная стабильность и устойчивость, которая выражается в согласованности представлений супругов о родительстве и комплементарности его динамических проявлений [69].

А.Н. Родионов говорит, что представления о взаимодействии со своими будущими детьми оформляются под воздействием взаимоотношений с родителями и выступают как многомерная система социальных установок различного уровня (А.Н. Родионов). Трансляция опыта и поведения родителей, конкретные условия жизни в юношеском возрасте выступают каналом формирования образов родительского поведения на личностно-смысловом, микросоциальном и социальном уровне [135].

К. Бейкер и Ю.Б. Гиппенрейтер определили специфическую роль женщин в межпоколенной трансляции некоторых ценностей [12]. Как они выяснили, идентификация с образом женщины находится в зависимости от трансляции паттернов старшей женщины в семье и характера усвоения материнского образа. При удачном стечении обстоятельств имеет место консолидация со всеми женщинами своего возраста и становление позитивного образа женщины, в то время как в семьях, имеющих проблемы выявлены нарушения согласованности компонентов иерархии гендерных ролей [70].

А.А. Петрова говорит о межпоколенных отношениях как о ресурсе совладающего поведения. Этот ресурс, как она полагает, состоит из отношений со значащими представителями старшего поколения, которые выступают в качестве объектов идентификации, источников социальной поддержки и представлений о значимых людях семьи. Межпоколенные отношения как ресурс приводят к укреплению «Я-концепции», стабилизации эмоционального состояния, углублению осознания некоторых жизненных ситуаций, к повышению качества межличностных отношений [119].

В исследованиях И.Н. Скоромной определилась положительная связь психологической готовности к материнству с некоторыми показателями личностной взрослости, такими как: зрелые копинги, половая идентификация, личностная суверенность и стремление к самоактуализации. Оказалось, что рост уровня самоактуализации ведет к росту частоты встречаемости условного принятия ребенка и уменьшению степени инфантилизации женщиной своего ребенка [34].

К. Хорни, М. Кляйн выделяют в качестве важных факторов, влияющих на развитие нарушений детско-родительских отношений акцентуации и расстройства личности матери [77], [183]. Как они считают, становление функций матери находится в зависимости от типа акцентуации ее личностных черт, от системы ценностей и родительских установок. Всем типам акцентуаций личностных черт свойственны свои специфические системы инструментальных и терминальных ценностей и определенные родительские установки [187].

Внутриличностный конфликт, возникающий из-за конкуренции личностно значимых ценностей, среди которых материнство и независимость, материнство и карьера, материнство и саморазвитие, материнство и развлечения провоцирует появление нарушений эмоциональной сферы на этапе беременности с формированием отклоняющихся форм материнского поведения в будущем. Выявлено, что атрибутивно-стилевые качества, например пессимизм, снижают адаптивность к беременности [138], а повышение уровня осмысленности жизни ее повышает [66].

Исследованием Игнатовой О.В. выявлено, что ключевыми факторами становления готовности к будущему отцовству выступают состав и характер воспитательной среды родительской семьи, влияющей путем формирования феминных/маскулинных/андрогинных гендерных черт личности на мотивационно-ценностную сферу подростков и закладывающей конкретные представления о будущей отцовской роли. В частности, определены факторы воспитательной среды родительской семьи, определяющие становление феномена готовности к будущему отцовству:

• факторы неполной семьи, жестокое обращение с детьми, гипопротекция, вынесения конфликта между супругами в сферу воспитания, сдвиг установок родителя по отношению к ребенку в зависимости от его пола приводят к маскулинизации гендера подростка, определяющего формирование модели будущего «традиционного» отцовства, которому присущи внешние и вынужденные мотивы рождения детей, высокая степень выраженности представлений, понижающих ценность отцовства.

• факторы полной семьи, сильные положительные взаимовлияния, сильные положительные влияния детей на родителей воздействуют на становление гендера подростка по андрогинному типу, определяющему формирование модели будущего отцовства, которому присущи сознательные мотивы и низкая степень выраженности представлений снижающих ценность отцовства.

• Факторы симбиотических отношений в семье, потворствование, гиперпротекция, фобия утраты ребенка, воспитательная неуверенность родителей ведут к формированию гендера подростка по феминному типу, определяющего развитие модели «отстраненного» отцовства в будущем, которой свойственны недифференцированность мотиваторов отцовства, высокая степень усвоения представлений снижающих ценность отцовства [69].

И.Г. Григорьян определяет психологическую готовность к материнству как интегральную характеристику личности, объединяющую психологические мотивы, знания и качества, обеспечивающие принятие решения стать матерью, которая проявляется в мотивационно-ценностном, эмоционально-волевом, когнитивном, операционально-поведенческом компонентах.

И.Г. Григорьян в своей работе экспериментально установила взаимосвязь уровня психологической готовности к материнству с психологическим типом личности, гендерными особенностями и выбором направления специальности студентками:

• студентки с высоким уровнем готовности показывают устойчивый интерес к теме будущего материнства; к качествам будущей матери; к психологическим качествам ребенка, его будущему; они имеют высокий уровень феминности; ведущими социально-психологическими типами личности среди них являются сензитивный, гармоничный, интровертивный; у них оказались наиболее выраженными мотивационно-ценностный и когнитивный компоненты;

• для студенток со средним уровнем готовности к материнству характерны неустойчивый интерес к будущему материнству; наибольшую значимость для них имеют материальная помощь родителей, самостоятельность; среди них распространен андрогинный тип личности; им присущи тревожный и доминирующий типы личности; наиболее выраженными оказались когнитивный и мотивационно-ценностный компоненты;

• у студенток с низким уровнем готовности к материнству отсутствует интерес к теме материнства, к психологическим качествам матери, ребенка; наибольшее значение для них имеют материальная помощь родителей в ситуации материнства и характер оценки материнства окружающими; чаще всего у них встречается андрогинный тип; они, как правило, конформны, инфантильны и тревожны; у них большую выраженность приобретают операционально-поведенческий и когнитивный компоненты [42].

Психологическая готовность к отцовству, по мнению В.М. Вязовченко, определяется сформированностью всех аспектов личности, предполагающих выполнение возложенных обязанностей и принятых обязательств; представлений об отцовстве, т. е. знаний функций отца в семье и его роли в воспитании ребенка; оценки собственной готовности стать отцом, т.е. готовности принять на себя ответственность за жизнь и благополучие другого человека, ребенка [115].

О.В. Игнатова рассматривает развитие готовности к отцовству у старшеклассников как открытую систему, находящуюся в состоянии подвижного равновесия со средой. Определяющим фактором формирования готовности к будущему отцовству является состав и воспитательная среда родительской семьи, которая посредством формирования маскулинных/андрогинных/феминных гендерных черт личности воздействует на мотивационно-ценностную сферу подростков и закладывает соответствующие представления о будущей отцовской роли. В частности, выявлены факторы воспитательной среды родительской семьи, определяющие формирование готовности к будущему отцовству, такие как: полная-неполная семья, конфликтные-позитивные отношения между супругами, гипо-гиперпротекция как стили родительского воспитания и другие [69].

В своем диссертационном исследовании И.А. Меркуль дает понятие психолого-педагогической компетентности родителя, а также выделяет ее взаимосвязанные и взаимообусловленные компоненты: когнитивно-рефлексивный, ценностно-смысловой, социокультурный, личностный и эмоционально-регуляционный. По определению автора, психолого-педагогическая компетентность родителя» - это формируемое личностное образование в виде подготовленности личности к конструктивному осуществлению родительской роли, складывающееся из адекватного понимания сущности выполняемых родительских задач, их социальной значимости, конструктивного владения накопленным опытом в семейной сфере, субъектного отношения к своему ребенку, постоянного совершенствования стиля воспитания с опорой на психолого-педагогические достижения в отечественной и мировой культуре в области детско-родительских отношений.

И.А. Меркуль был проведен анализ уровня сформированности компонентов психолого-педагогической компетентности родителя у студентов вуза и предложена формирующая программа, по результатам которой автор констатировала позитивную динамику при формировании изучаемых параметров [107].

Опираясь на вышеуказанные исследования, мы конкретизировали содержание феномена «психологическая готовность к родительству». В нашем исследовании под «психологической готовностью к родительству» понимается интегральная характеристика личности, включающая в себя следующие компоненты: когнитивно-рефлексивный, личностный и эмоционально-регулятивный (Е.Н. Васильева, А.В. Щербаков).

По результатам теоретического анализа современных психологических исследований мы выделили уровни психологической готовности к родительству применительно к студентам вуза (см. таблицу 1).

Таблица 1