7 Метаболистов

Metabolisme «превращение, изменение») — еще 1 стиль в архитектуре пришедший на смену функционализму 1930-1940-х гг. зародился в Японии в 60-х годах ХХ в. Движение метаболистов, стремящихся в своем творчестве создавать архитектуру способную к изменению и росту, инициировал Кисе Курокава.

К числу метаболистов относятся Кионори Кикутакэ (род.1928), Кисё Нориаки Курокава (1934-2007), Масата Отака (род.1923), Арата Исодзаки (род.1931), Нобуру Кавадзое (род.1925), Кодзи Камия (род.1929), Ф. Маки.

Японцы привыкли к НЕРАЗРЫВНОСТИ ТРАДИЦИИ, одной из основ устойчивости цивилизации. Поэтому и концепция метаболистической архитектуры восходит к истокам японской строительной традиции, предлагая алгоритм ее изменения, не в пространстве, а во времени в первую очередь. Стремясь преодолеть кризис современных городов, метаболизм выдвигает принцип динамической изменчивости, органического роста как систем расселения, так и архитектурных ансамблей и сооружений, сочетания долговременных структур с недолговечными заменяемыми элементами Особенностями архитектурного языка метаболистов стали незавершенность, «недосказанность», открытость структуры зданий для «диалога» с изменяющимся архитектурным, культурным и технологическим контекстом городской среды.

Распространен прием акцентирования внимания на ПУСТОТЕ, где Пустота проявляет себя - и как способ слияния с миром, и как основа всего существующего, видимого и проявленного в мире, а также основа для любых возможных проявлений. Ведь то, что есть, еще не исчерпывает всего разнообразия бытия. Привнесение пустоты, незавершенности, в пространство дает осуществиться всему, что в нем находится -перефразируя высказывание Лао-цзы: «пустота дает предметам осуществиться».

1) Эффект «материализации внимания» создается визуальным закреплением незастроенных и неосвоенных пространств при помощи символических пространственных структур 2)Возможность развития закрепляется сохранением пространственных пустот. Ведь там, где не оставлена возможность развития – развитие останавливается.. Воображение умирает. Диалог прекращается. (Тут вспоминается стремление наших архитекторов застроить ВСЁ, СЕЙЧАС И СРАЗУ) Поэтому между архитектурой (как упорядоченной средой обитания) и окружающим хаосом изменчивой городской среды или «вакуумом» природного ландшафта - метаболистами мыслится и создается некое промежуточное пространство (иначе — мезопространство или СОЗИДАТЕЛЬНАЯ ПУСТОТА), которое согласно теории метаболизма являет собой недостающее звено.. ***В противовес Хаосу сознания современной нам западной культуры, что проявляет себя, в частности, страхом Пустоты, страхом познания самого себя, страхом остаться наедине с самим собой..

Кроме того в структуре как отдельных зданий, так и их комплексов и даже целых городов, разработанных под влиянием идей метаболизма, всегда четко прослеживается врЕменная и постоянная составляющие.

Признак метаболистической архитектуры — ее модульность, ячеистость, проявляется и в футуристических проектах городов будущего. На слайде вы видите - один из проектов города будущего К.Курокавы.

Модульность, ячеистость метаболистической архитектуры нагляднее всего иллюстрируется на примере башни «Накагин» (архитектор Кисе Курокава). На слайдах вы видите - его башню-капсулу (наполовину жилой дом, наполовину офисный центр) и саму капсулу. Каждая капсула присоединена к одному из двух несущих столбов башни всего лишь четырьмя болтами. Поэтому – подразумевалось – легко свинчивается и заменяется, при необходимости.

Однако как раз сегодня основные принципы метаболизма - город, здание подобны живому организму и должны развиваться, отбрасывая отмирающие элементы и заменяя их новыми – именно на примере высотки НАКАГИН, выстроенной в Токио в 1972 г. и ставшей манифестом архитектуры метаболизма, подверглись отрицанию. Владельцы сильно обветшавшего здания отказались от практики перманентного ремонта, замены одних ячеек на другие, и требуют сноса башни, даже не смотря на полное противоречие с идеей охраны архитектурных памятников..

Однако вернемся к рассмотрению футуристических градостроительных и архитектурных проектов – буму №2 - 60х гг. Снова, как и в буме №1 – 20-х гг. - совпадающему с глобальными переменами в структуре общества и всплеском социальных ожиданий.

Мы с вами рассмотрели деятельность групп Арчигрэм и 7-ми метаболистов с их концепциями мобильного города в пространстве и во времени…

Среди концепций этого периода так же можно назвать “город-структуру” Йона Фридмана, (1958 г.), выполненную на основе пространственных строительных конструкций, освобождающую от застройки поверхность земли, чтобы вернуть ее сельскому хозяйству и зонам отдыха.

В проекте «города-кратера», архитектор Шанеак создает пространственный город с использованием типовых элементов.

Структурную основу составляют искусственные уровни - площадки и звездообразные бетонные «ежи». Структура заполняется объемными ячейками заводского изготовления свободной формы, которые устанавливаются на несущих конструкциях. Композиция с применением таких жилых единиц в масштабе крупного жилого комплекса не получила бы уравновешенного, статичного построения; она, по мнению автора, образовала бы живое, постоянно меняющееся сочетание жилых единиц.

Еще один Проект Кратерного города - «Плаг-ин-сити» («город-розетка», «город-штепсель») от Архитектора группы Арчигрэм. Кук предложил решение, где сетчатая крупномодульная структура должна содержать все необходимые для города связи - по горизонтали, вертикали и диагоналям, т.е. транспортные, пешеходные и важнейшие виды обслуживания. Элементы города монтируются и заменяются посредством мощных кранов.

Общее:

Казалось бы, почти одну и ту же концепцию, взгляд на город будущего предлагают Арчигрэм и семь метаболистов. Жилая единица, которая, являет собой эдакую совершенную, высоко автоматизированную, механизированную, но чрезвычайно тесную квартиру оболочку, почти скафандр.

Различия: