Правовая регуляция социальных коммуникаций в России

Главным принципом функционирования СМИ в правовом государстве является свобода массовой информации. Конституция Российской Федерации, принятая на всенародном референдуме 12 декабря 1993 г., заложила этот принцип в часть 5 статьи 29, использовав краткую, но ёмкую формулу: “Гарантируется свобода массовой информации. Цензура запрещается”. В этой же статье Конституции каждому гражданину гарантируется “свобода мысли и слова” (часть 1) и “право свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом” (часть 4).

Среди конституционных гарантий свободы массовой информации следует назвать также признание идеологического разнообразия. статья 13, гласит:

“1. В Российской Федерации признаётся идеологические многобразие.

2. Никакая идеология не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной”.

7) Этика (от греч. «этос» - обычай, нравственный характер) – наука о морали, моральных законах и нормах человеческого поведения, о добре и зле, об их осуществлении в человеческих отношениях и деятельности людей. Законы этики включают в себя понятия морали и нравственности. Эти понятия настолько близки, что в современной этике, как отрасли философии, обе дефиниции употребляются синонимично, заменяя одна другую.

Однако А.С.Арсеньев [1981], В.С.Библер [1990], Н.И.Непомнящая [2003], И.В.Силуянова, [2001], М.А.Шемшурина [2000] утверждают, что необходимо различать моральное и нравственное в сознании и поведении человека. За понятием мораль, с точки зрения И.В.Силуяновой [2001], закрепилось значение нормативных предписаний, принципов и правил, приемлемых (должных) или неприемлемых (недолжных) для общества. М.А.Шемшурина [2000] говорит о морали как регуляции поведения посредством строго фиксированных норм, внешнего психологического принуждения и контроля, групповых критериев, общественного мнения. С.Л.Рубинштейн [1997] обращал внимание на то, что моральные нормы зависят от экономических, политических, культурных условий развития общества, и требования к поведению людей значительно разнятся между собой в исторической перспективе развития человеческой цивилизации. При этом действия человека, ориентированные на изменяющиеся требования социума, делают его пассивно-страдательным индивидом. Он писал [1997, с.91]: "Люди часто поступают так или иначе, потому что так делают "все" (так принято, так общепринято, так поступают). В этом случае я сам как внутренняя контрольная инстанция и моя собственная ответственность отпадают".

Нравственность, напротив, фиксирует эмоционально-психическое состояние человека, характерные для него индивидуально-личностные мотивы поведения, обусловленные значимыми для него ценностями. В.С.Библер [1990, с.52] пишет: "Нравственность – это право личности нести крест совести". В отличие от морали нравственность не предполагает социального одобрения и существует как явление самодостаточное, внутреннее и органичное человеку.

"Различение морали и нравственности, - продолжает Н.И.Непомнящая [2003, с.49], - не исключает того, что развитие нравственности может использовать и часто содержит среди множества других условий усвоение моральных норм, но последние ни в коем случае не исчерпывают ни понятия, ни механизмов нравственности". А.С.Арсеньев [1981] отмечает, что моральное и нравственное в поведении человека могут совпадать, но могут и вступать в противоречие. Человек может действовать согласно значимым для него ценностям, но вразрез с общепринятыми моральными нормами (т.е. нравственно, но не морально). И наоборот, он может по каким-либо причинам уступить социальным требованиям морали вопреки своим представлениям о нравственности и тем самым поступить безнравственно. Таким образом, каждый поступок человека можно рассматривать, по словам И.В.Силуяновой [2001, с.22], "как результат взаимодействия (включая противоборство) его нрава (свободы) и моральных норм (долга, обязанности)". Неоднозначность взаимосвязи морального и нравственного в поведении свидетельствует о том, что морально-нравственное регулирование поведения не носит индивидуальный характер.

В отличие от этических норм, включающих индивидуальное для каждого человека сочетание морали и нравственности, право – это социальные нормы границ поведения, установленные государством. Правовое регулирование поведения осуществляется законодательно. Закон – это общепризнанное безличное, т.е. независящее от личных мнений и желаний определение социальных норм поведения, применяемых принудительно.

Этика и право – две взаимосвязанные формы регуляции поведения людей в обществе. Нравственные принципы построены на понимании и проявлении добра, любви к ближнему, милосердия. Эти нормы зафиксированы в принципах, характерных для всех конфессий (христианства, ислама, иудаизма, буддизма), сохраняющихся тысячелетиями и называемых «вечными истинами». Для зрелой высоконравственной личности этого бывает достаточно. Однако человеческое общество построено не только на идеалах добра и любви. Люди несовершенны, поэтому им необходима принудительная сила закона. Право строит свои принципы на ценностях взаимной свободы, социального равенства, справедливости деяний и воздаяний.

При осуществлении социальных коммуникаций важно различать в профессиональной деятельности, что есть добро и зло, «должное» и «недолжное», правда и ложь, что подлежит этической регуляции, а что является правонарушением

8)

9) Коммуникативный процесс - процесс взаимодействия между различными субъектами коммуникации, при котором осуществляется обмен информацией [10].

Основная цель коммуникационного процесса - обеспечение понимания информации, являющейся предметом общения, т.е. сообщения. Однако сам факт обмена информацией не гарантирует эффективности общения участвовавших в обмене людей. Чтобы лучше понимать процесс обмена информацией и условия его эффективности, следует иметь представление о стадиях процесса, в котором участвуют двое или боль шее чи Коммуникационный процесс - это процесс передачи информации от одного человека к другому или между группами людей по разным каналам и при помощи различных коммуникативных средств (вербальных, невербальных и др.). Этот процесс может приобретать различные формы в зависимости от числа участников, целей участвующих сторон, используемых каналов, средств, стратегий и пр. Отсюда и большое количество моделей коммуникации, представленных в научной и учебной литературе. Большинство из них было создано в XX в. Но первая из известных моделей была предложена еще Аристотелем.

Модель Аристотеля. Еще в «Риторике» древнегреческий философ писал: «Речь слагается из трех элементов: из самого оратора, из предмета, о котором он говорит, и из лица, к которому он обраща­ется; оно-то и есть конечная цель всего (я разумею слушателя)» (Аристотель. Поэтика. Риторика. СПб., 2000). Таким образом, данная модель универсальна -она отражает коммуникативный акт как в устной, так и в письменной формах. В этом акте выделяются три основных элемента коммуникации:

ОРАТОР - РЕЧЬ - СЛУШАТЕЛЬ Эти элементы, хотя и в измененном виде, воспроизводятся и в последующих моделях коммуникации. Греческая традиция искусства риторики была продолжена в Средневековье и оставалась практически неизменной вплоть до XX в. Только с развитием массовых коммуникаций через радио, кино, телевидение и под влиянием по­требности в совершенствовании методов пропаганды классическая модель претерпела изменения.

Модель Лассуэлла. В 1948 г. американский ученый Г. Лассуэлл предложил свою модель коммуникации, которая раскрывается по мере ответа на последовательно возникающие вопросы:кто? сообщает что? по какому каналу? кому?с каким эффектом?

«Формула» Лассуэлла стала как собственно моделью, отражающей структуру коммуникационного процесса, так и моделью исследования этого процесса, его структуры и отдельных элементов.

В 1968 Г. Лассуэлл предложил более подробную версию своей модели коммуникации. Она также предполагает изучение процесса коммуникации с помощью ответов на следующие вопрос: кто? С каким намерением? В какой ситуации? С какими ресурсами? Используя какую стратегию? Оказывает влияние на какую аудиторию? С каким результатом? Вопрос кто? связан с определением источника информации, который не всегда может совпадать с коммуникатором, непосредственно ее передающим: это может быть одно лицо, а могут быть и разные.

Определить это важно для нахождения правильного ответа на второй вопрос. Вопрос с каким намерением? — ключевой. Только уяснив истинную цель коммуникации, можно говорить о подборе адекватных этой цели средств (коммуникатора, сообщения, канала), о выборе целевой аудитории и т.д. Четкое осознание цели (информирование, инструктирование или же мотивирование аудитории) определяет соответственно и подбор остальных компонентов коммуникации как условие ее эффективности.

Ответ на вопрос в какой ситуации? связан с определением того, в какой ситуации — благоприятной, неблагоприятной или нейтральной — осуществляется коммуникативный акт. При этом необходимо установить наличие естественных и искусственных барьеров между коммуникатором и аудиторией, которые препятствуют доведению информации до адресата, и попытаться минимизировать их влияние.

Отвечая на вопрос с какими ресурсами?, надо знать, что к ресурсам коммуникации относят как самих специалистов-коммуникаторов, так и финансовые и информационные средства, которыми они располагают, а также эффективные коммуникативные технологии, приемы, методы и т.п.

Ответить на вопрос используя какую стратегию? — значит правильно выбрать стратегию, следовательно, обеспечить наиболее эффективный способ достижения результативной коммуникации. Стратегия — это не только определение перспективных целей, но и подбор адекватных им средств и путей их достижения. Стратегия коммуникации определяется в первую очередь характером цели, особенностями аудитории, наличием ресурсов. При выборе стратегии руководствуются решением следующих задач: обеспечение возможно более полной информации; обеспечение надежной, быстрой и эффективной обратной связи.

Вопрос на какую аудиторию? связан с выбором аудитории коммуникации, т.е. тех, кому адресованы сообщения. Эффективность коммуникации связана с правильным выбором аудитории (массовой, специализированной, отдельных людей). Поиск «своей» аудитории и умение подобрать к ней соответствующие средства и способы коммуникативного влияния требуют высокого профессионализма и владения методами и методиками конкретных социальных исследований.

Отвечая на вопрос с каким результатом?, мы подразумеваем оценку итога совокупных усилий участников коммуникационного процесса.

Коммуникация эффективна, если поставленные цели реализованы в установленные сроки и с наименьшими издержками. Коммуникативная эффективность обусловлена изменением в знаниях и установках, убеждениях или поведения получателя информации.

«Коммуникативная формула» Лассуэлла представляет собой одновременно и модель исследования коммуникационного процесса, и развернутый план собственно коммуникативного действия - в этом ее несомненное достоинство. Вместе с тем она обладает и существенным недостатком — она монологична, в ней отсутствует обратная связь, благодаря которой мы рассматриваем коммуникацию не однонаправленной и не «саму по себе», а как двусторонний процесс.

Модель Шеннона—Уивера. По существу эта модель представляет собой графическое подобие предыдущей. Она основана на аналогии с телефонной связью. Предположим, что два человека, проживающие в разных странах, говорящие на разных языках и плохо понимающие язык своего абонента, вынуждены вести переговоры по телефону. При этом время разговора ограниченно, а телефонная связь неустойчива. Такова ситуация, которую пытаются смоделировать К. Шеннон и У. Уивер в разработанной ими математической теории связи (коммуникации) (1949).

В данной модели: источник — это тот, кто делает звонок (передает сообщение); сообщение — передаваемая информация; телефонный передатчик — кодирующее устройство, преобразующее звуковые волны в электрические импульсы; телефонный провод — канал; телефонный приемник (второй аппарат) — декодер, осуществляющий обратное преобразование электрических импульсов в звуковые волны; приемник — человек, которому адресовано сообщение. При этом разговор может сопровождаться постоянными помехами (шумами), возникающими на линии связи; частотный диапазон канала может быть ограниченным, а абоненты могут плохо понимать язык друг друга. Ясно, что в этой ситуации они пытаются максимизировать количество информации, передаваемой по линии связи.

Аналогичным образом осуществляется связь с помощью телеграфных и радиосистем. При их использовании также возникают «шумы», понимаемые в техническом смысле как любые искажения или помехи, отличающиеся от полезного сигнала или сообщения, предназначенного для передачи. Математическая теория коммуникации и была первоначально разработана с целью отделить шумы от полезной информации, передаваемой источником. По Шеннону, преодоление шумов может быть достигнуто путем использования избыточности сигналов.

Понятие избыточности — повторения элементов сообщения для предотвращения коммуникативной неудачи — чаще всего демонстрируют на примере естественных человеческих языков. Считается что все языки приблизительно наполовину избыточны: можно залить чернилами половину слов текста или стереть половину слов в радиовыступлении, но при этом все же сохранится возможность понимания. Разумеется, есть предел допустимого шума, за порогом которого возможность понимания резко снижается. В особенности трудно в условиях шума понимать сообщение, использующее малознакомый код.

Математическая теория связи Шеннона абстрагируется от содержания (смысла) передаваемой информации, сосредоточиваясь целиком на ее количестве: неважно, какое сообщение передается, важно лишь, какое количество сигналов передается. С точки зрения Шеннона, информация — противоположность энтропии (хаоса, неопределенности, беспорядка), следовательно, она есть возможность уменьшения неопределенности: чем больше информации содержит система, тем выше степень ее упорядоченности (при этом Шеннон отмечает, что слишком большой объем информации также увеличивает степень неопределенности — возникает «информационный шум»).

Достоинство данной модели связано с тем, что с ее появлением возникло представление о скорости и количестве передаваемой информации. Однако модель Шеннона—Уивера имеет и ряд ограничений:

• она механистична — отражает преимущественно технические способы коммуникации; человек включается в нее лишь в качестве «источника» или «приемника» инфорюмации;

• она абстрагируется от содержания, смысла передаваемой информации, уделяя внимание только ее количеству;

• коммуникативный процесс в данной модели носит линейный, однонаправленный характер, обратная связь отсутствует.

Модель М. де Флера. Зачастую неспособность участников коммуникации осознать, что посланное и полученное сообщения не всегда совпадают, является причиной многих затруднений общения. Эта мысль, уже заложенная в модели Шеннона-Уивера, при­влекла внимание и получила дальнейшее развитие в исследованиях М. де Флера. В частности, он отмечает, что в коммуникативном процессе пер­воначальная идея («значение») трансформируется в «сообщение», которое отправитель затем переводит в «информацию», посылаемую по каналу получателю. Получатель декодирует «информацию» в «сообщение», которое в свою очередь трансформируется в месте назначения в идею («значение»). Если между первым и вторым «значениями» есть соответствие, т.е. идея, возникшая в сознании отправителя, соответствует идее, возникшей в сознании получателя, то коммуникация состоялась. Однако, согласно де Флеру, полнoe соответствие является весьма редким.

В модели де Флера учтен основной недостаток линейной модели Шеннона-Уивера - отсутствие обратной связи. Он замыкает цепочку следования информации от источника до получателя петлей обратной связи, повторяющей весь путь в обратном направлении, включая трансформацию значения под воздействием «шума». Обратная связь дает коммуникатору возможность лучше приспособить свое сообщение к коммуникационному каналу для повышения эффективности передачи информации и увеличения вероятности соответствия между отправленным и принятым значениями.

Циркулярная модель коммуникации. В этой модели отражена реакция коммуниканта на сообщение источника в виде обратной связи. Именно обратная связь делает коммуникацию двусторонним процессом (диалогом), позволяя каждой из сторон корректировать свои действия и цели. Циркулярная (циклическая) модель коммуникации была предложена в работах У. Шрамма и Ч. Осгуда. Шрамм полагал, что было бы слишком большим заблуждением рассматривать коммуникацию как линейный процесс, у которого есть начало и есть конец. В действительности это процесс бесконечный; чтобы исправить неточность линейных моделей, необходимо подчеркнуть циклический характер коммуникации, когда ее участники (источник и получатель) периодически меняются ролями. Таким образом, коммуникация трактуется как двусторонний процесс связи, когда и отправитель, и получатель информации в равной степени взаимодействуют друг с другом, обмениваясь сообщениями (сигналами).

Особое внимание авторы модели обращали на проблему интерпретации сообщения. Если линейные модели (например, Шеннона—Уивера) в первую очередь были нацелены на исследование точности передаваемых сигналов, достигаемой минимизацией технических шумов в канале, то в циркулярной модели основной акцент переносится на интерпретацию сообщения. Поскольку каждый участник коммуникации подходит к расшифровке смысла передаваемого сообщения со своими критериями, то в коммуникационном процессе возникает «семантический шум». Минимизировать его последствия и сделать коммуникацию более эффективной (результативной) можно лишь посредством механизма «обратной связи».

В теории коммуникации под обратной связью понимают ответную реакцию получателя на сообщение источника. При обратной связи коммуникация становится двусторонним процессом, позволяя обеим сторонам корректировать свои цели и свое поведение по отношению друг к другу.

Именно благодаря обратной связи источник информации узнает, достигнут ли желаемый результа т коммуникации (положительная обратная связь) или нет или сообщение вызвало не ту реакцию, на которую рассчитывал источник (отрицательная обратная связь). Обратная связь очевидна в ситуации межличностной коммуникации. В массовой коммуникации также обнаруживается естественное наличие обратной связи, какой бы длинной она ни была. Это объясняется тем, что коммуникатор не изолирован от внешней среды, и еще раз подтверждает потенциальную возможность использования обратной связи в целях прогнозирования эффектов и управления массово-коммуникациоными процессами.

Обратная связь. Обратная связь - это реакция на то, что услышано, прочитано или увидено. Информация (в вербальном или невербальном оформлении) отсылается назад отправителю, свидетельствуя о мере понимания, доверия к сообщению, усвоения и согласия с сообщением. При наличии обратной связи отправитель и получатель меняются коммуникативными ролями. Изначальный получатель становится отправителем и проходит через все этапы процесса обмена информацией для передачи своего отклика начальному отправителю, который теперь играет роль получателя. Эффективный обмен информацией должен быть двусторонне направленным: обратная связь необходима, чтобы понять, в какой мере сообщение было воспринято и понято. Обратная связь может способствовать значительному повышению эффективности обмена управленческой информацией [9]. Согласно ряду исследований двусторонний информацией (при наличии возможностей для обратной связи) по сравнению с односторонним (обратная связь отсутствует), хотя и протекает медленнее тем не менее эффективнее снимает напряжения, более точен и повышает уверенность в правильности интерпретации сообщений [16].

10) В качестве коммуникантов и реципиентов могут выступать три субъекта, относящиеся к разным уровням социальной структуры: личность (Л), социальная группа (Г), массовая совокупность (М). Они могут вступать в аутокоммуникацию (с самим собой), например Л –Л, Г – Г, М – М или в коммуникацию между собой, например И – Г, И – М, Г – М и т.д.

Для полноты картины возможных форм коммуникационной деятельности следует учесть квазикоммуникацию, когда коммуникант обращается к воображаемому субъекту и обретает ощущение диалога с ним. Сюда относится феномен фетишизации, который Н.Д. Кондратьев описывал следующим образом: «людям начинает казаться, что вещи обладают особыми сверхъестественными свойствами быть ценностью, обладать прерогативами святости, величия, источника права и т.п. Иначе говоря, люди начинают наделять вещи физически не присущими им значительными свойствами, подобно тому, как дикари приписывали свойства всесильного божества истуканам». Сотворение всевозможных «кумиров», культ вождей и т.д. в конечном счете имеет целью создание всезнающего и всемогущего «квазикоммуникационного» партнера.

Коммуникационное действие – завершенная операция смыслового взаимодействия, происходящая без смены участников коммуникации. Субъектами, вступившими в коммуникацию, могут преследоваться три цели: во-первых, реципиент желает получить от коммуниканта некоторые привлекательные для него смыслы; во-вторых, коммуникант желает сообщить реципиенту некоторые смыслы, влияющие на поведение последнего; в-третьих, и коммуникант, и реципиент заинтересованы во взаимодействии с целью обмена какими-то смыслами. Соответственно возможны три формы коммуникационного действия.

1. Подражание. Подражание – одна из древнейших форм передачи смыслов, используемая высшими животными и птицами; недаром некоторые ученые считали источником подражания стадный инстинкт. Под подражанием понимается воспроизведение реципиентом движений, действий, повадок коммуниканта. Подражание может быть произвольным и непроизвольным (бессознательным). Произвольное подражание (имитация) используется при школьном обучении, овладении технологиями, мастерством. Непроизвольное подражание – главный метод первичной социализации детей дошкольного возраста.

В общественной жизни посредством подражания происходит распространение модных новаций, популярных идей и веяний. Вместе с тем благодаря подражанию из поколения к поколению передаются традиции, обычаи, стереотипы поведения. Недаром в «Поучении Мерикара», памятнике египетской письменности XXII–XXIII вв. до н.э. сказано: «Подражай отцам своим и предкам своим». Можно сказать, что подражание – один из способов существования живой социальной памяти.

Э. Фромм среди специфически человеческих социально-культурных потребностей отмечал стремление к уподоблению, поиску объекта поклонения, отождествлению себя с кем-то более сильным, умным, красивым. В детстве дети уподобляют себя родителям, во взрослом состоянии – литературным героям, спортсменам, артистам, воинам. Эту потребность можно назвать потребностью в кумиротворчестве (отыскать или сотворить себе кумир).

Не следует думать, что подражание не соответствует элементарной схеме коммуникационного действия, ибо не обнаруживается явного смыслового сообщения, адресованного реципиенту. На самом деле такое сообщение, обладающее привлекательностью для реципиента, всегда есть. Реципиент целенаправленно выбирает коммуниканта и использует его в качестве источника смыслов, которые он хотел бы усвоить. Коммуникант при этом зачастую не осознает своего участия в коммуникационном действии. Подражание – это такое объект-субъектное отношение, где активную роль играет реципиент, а коммуникант – пассивный объект для подражания.

2. Управление – такое коммуникационное действие, когда коммуникант рассматривает реципиента как средство достижения своих целей, как объект управления. В этом случае между коммуникантом и реципиентом устанавливаются субъект-объектные отношения. Управление отличается от диалога тем, что субъект имеет право монолога, а реципиент не может дискутировать с коммуникантом, он может только сообщать о своей реакции по каналу обратной связи.

Авторитарное управление. Это императивная, директивная форма взаимодействия с партнером по общению. Его цель: установить контроль над партнером, над его мыслями, поведением, мотивами принятия решений и т.д. Для достижения цели используются соответствующие средства: указание, приказ, требование, принуждение, предписания. Этот тип общения эффективен в экстремальных ситуациях, в военно-уставных отношениях, в отношениях «начальник-подчиненный» и т.п.

Манипулятивное управление. Партнер воспринимается не как целостная уникальная личность, а как носитель определенных «нужных» манипулятору качеств. Манипулятор использует партнера по общению в собственных интересах, применяя в качестве средств общения ложь, лесть, лицемерие, провокации и т.п. Манипуляции разрушают отношения, построенные на любви, доверии и дружбе.

Особой формой управленческого коммуникационного действия является заражение, которое стихийно возникает в массах людей. Заражение характеризуется эмоциональным накалом и агрессивностью. Его источниками могут быть ритуальные танцы, музыкальные ритмы, религиозный экстаз, спортивный азарт, ораторское мастерство. По-видимому, как и в случае внушения, при заражении большую роль играют бессознательные побуждения.

3. Диалог – форма коммуникационного взаимодействия, освоенная людьми в процессе антропогенеза при формировании человеческого языка и речи. Участники диалога относятся друг к другу как к равноправным субъектам, владеющим определенными смыслами. Между ними складывается субъект-субъектное отношение, а взаимодействие их носит творческий характер в том смысле, что достигается социально-психологическая общность партнеров, обозначаемая словом «МЫ».

Диалоговая коммуникация представляется как последовательность высказываний участников, сменяющих друг друга в роли коммуниканта и реципиента. Высказывание – это не слово, не предложение, не абзац, а единица смысла, дающая возможность ответить на него. Участники диалога совместно создают драматургический Текст, обладающий относительной смысловой завершенностью. Относительность завершения диалога определяется тем, что реакция на то или иное высказывание может проявиться в поведении реципиента спустя много времени. Литература, театр, лекция как раз рассчитаны на ответ замедленного действия. Незавершенный диалог перерастает в коммуникационный дискурс, охватывающий множество субъектов и продолжающийся бесконечно. Короче говоря, дискурс – это мультисубъектный бесконечный диалог.

Сущностная характеристика диалога в психологическом, а не лингвистическом понимании – это внутренняя обращенность к личности человека, отношение к нему как к уникальной неповторимой личности. У выдающегося русского физиолога А.А.Ухтомского есть понятие доминанты – господствующего очага возбуждения, который втягивает в свое русло все прочие воздействия внешней среды. Так, если у лягушки пищевая доминанта, то все воздействия внешней среды (звук, свет) будут вызывать пищевую реакцию. Если грибник с доминантой на грибах ходит по лесу, то ягод он не замечает. Это временные доминанты. А если человек центрирован на себе (такое состояние называется эгоцентризмом), то есть у него доминанта на собственном Я, для него важно только то, что ему полезно или вредно. Его Я – центр Вселенной, а все другие люди – средства для достижения цели (люди-вещи) или препятствия, если они мешают. Даже если человек намерен помочь другому, то будет делать только то, что сам считает правильным и только так, как он считает нужным. В сказке Е.Шварца один из правителей государства говорил своим подчиненным: "Я заставлю вас быть счастливыми". И заставлял их делать то, что ему самому доставляло удовольствие, а для них было противоестественно, противно. Вместо счастья они испытывали глубокое унижение.

У эгоцентричного человека сужено поле восприятия. Он не способен объективно видеть другого человека как другого. Как на фотоаппарат надевают светофильтры, которые пропускают световые волны только одной длины, и фотографии получаются одноцветными (с желтой, красной, синей окраской), так и у эгоцентричного человека все люди жадные, если он сам жаден, он очень ревнив только потому, что сам в любой момент готов изменить. Для преступников "все люди такие, только одних поймали, а другие на воле ходят". Каждый другой для эгоцентричного человека лишь отражение его самого, его двойник.

Для того чтобы преодолеть эгоцентризм, надо сформировать доминанту на Другом. Не на одном каком-то другом (это будет эгоцентризм вдвоем), а на каждом другом. Надо попытаться увидеть в человеке, с которым свела судьба, неповторимую уникальную личность. Осознание того, что у каждого человека есть свое призвание, свое предназначение в мире, уже делает восприятие другого как необыкновенной ценности. И восприятие жизни другого человека тоже будет ценностным. Такое ценностное отношение в ненаучной среде называется просто способностью любить человека. Речь идет не о половом влечении (в нем больше проявляется стремление к обладанию человеком), а о любви как духовном отношении. У такой любви есть свойство прозревать и открывать глубины личности человека, скрытые от него самого и от окружающих.

Однако вера в личность человека и любовь к нему не имеют ничего общего со всепрощенчеством. Надо помнить о том, что человеку свойственно ошибаться. Поэтому ценностное отношение к самому человеку должно сопровождаться сохранением собственной нравственной позиции. Нельзя спокойно принимать жестокость, лживость, жадность в поведении любимого человека. Совершая нравственное преступление, человек совершает преступление против себя: он внутренне разрушается как личность. Поэтому важно уметь сохранять позицию вненаходимости по отношению к партнеру по общению.

Вненаходимость - способность понять переживания другого человека и откликнуться на них, но не заразиться ими, способность понять точку зрения другого человека, но при этом не изменить своим нравственным принципам.

Следует обратить внимание на то, что формы коммуникационных действий могут включать различное содержание и вместе с тем один и тот же смысл может передаваться в двух или даже в трех формах, например, обучать чему-либо можно путем показа (подражание), путем инструктирования (управление) или путем диалогического объяснения