3. Установление иных обстоятельств, связанных с решением неидентификационных задач

Две предыдущие группы вопросов неидентификаци­онного характера, разработка которых относится к пред­мету судебного почерковедения, являются основными. Однако они не исчерпывают всех неидентификационных задач, требующих решения. Разработки, в частности, требуют вопросы:

пригоден ли графический материал (подпись, буквен­ная или цифровая запись) для идентификации личности исполнителя? Данный вопрос возникает в тех случаях, когда у эксперта появляется сомнение в возможности идентификации. Разработка критериев признания объек­та пригодным или непригодным для идентификации - одна из задач судебного почерковедения;

выполнена ли рукопись двумя лицами одновременно? В практике возникают подобные задачи, в литературе описан случай производства экспертизы с целью реше­ния вопроса об исполнении одного текста одновременно двумя лицами;

являются ли почерки двух лиц сходными? Конкрет­ные совпадающие и различающиеся признаки в сходных почерках позволяют использовать их не только с целью идентификации личности по почерку, оценки признаков, но и для решения самостоятельного неидентификацион­ного вопроса, сходны ли почерки двух и более лиц. Эксперт при решении данного вопроса должен исходить не из внешних впечатлений, которые вызывают два почерка (для этого экспертиза не нужна), а из на­учного, почерковедческого понятия сходства почерка.

Неидентификационные исследования в судебном почерковедении необходимо отграничить от установле­ния групповой принадлежности. В них почерк рассмат­ривается с точки зрения появившихся изменений, кото­рые характеризуют определенное состояние лица или условия, в каких писался исследуемый текст. Здесь основной задачей эксперта является оценка изменив­шихся признаков, установление причины и природы их появления, анализ психофизиологических и временных факторов.

При установлении групповой принадлежности про­цесс исследования и выводы эксперта основываются на теории подобия, классификационных данных, разрабо­танных наукой. С целью определения природы исследуе­мого явления необходимо выявить его признаки и сопо­ставить их с известными классификационными призна­ками, которые с точки зрения теории подобия могут быть распространены и на искомый случай.

Следовательно, например, определение пола по по­черку относится к установлению групповой принадлеж­ности, а не к неидентификационным исследованиям. Отнесение исследуемого почерка к группе мужских или женских почерков здесь производится на основе сово­купности заранее заданных признаков, которые характеризуют одну и другую группу. Установление факта исполнения рукописи (подписи) правой или левой рукой также нужно отнести к определению групповой принад­лежности, поскольку и в этом случае признаки, прису­щие письму правой и левой рукой, относятся к числу классификационных и заранее заданных, и цель иссле­дования сводится лишь к отнесению рукописи к одной или другой группе.

§ 2. Современное состояние неидентификационной почерковедческой экспертизы

Некоторые неидентификационные задачи в настоя­щее время практически могут решаться экспертом-почер­коведом, в частности вопросы об исполнении рукописей с подражанием или искажением почерка, об автопод­логе, о необычной позе написания текста (в меньшей мере). Таким образом, вопросы, относящиеся к первой группе неидентификационных задач, направленных на установление внешней обстановки и условий выполне­ния рукописи, являются ныне предметом судебно-почерковедческой экспертизы.

В Харьковском НИИСЭ по делу 3. была проведена экспертиза двух писем, написанных от его имени. Экс­перты дали заключение, что письма написаны 3. Озна­комившись с заключением экспертов, обвиняемый зая­вил, что письма написаны не им, а его соседом по каме­ре Т., по просьбе которого 3. написал лишь несколько строк на чистом листе бумаги. Т. данное обстоятельство отрицал. Следователь назначил повторную экспертизу, на разрешение которой поставил вопрос: исключается ли возможность написания Т. писем от имени 3. путем подражания почерку последнего?

Таким образом, перед экспертом стояла задача ре­шить неидентификационный вопрос об исполнении тек­стов писем с подражанием.

Эксперт пришел к выводу, что письма написаны самим 3., а не с подражанием его почерку. Свой вывод он обосновал тем, что в письмах обнаружены совпа­дения признаков письменной речи, присущих письму 3., общих и характерных частных признаков почерка, которые не являются результатом подражания, так как при использовании любого вида подражания (в данном случае рисовки) нельзя точно (тем более в большом тексте) воспроизвести все признаки письменной речи, общие и особенно частные признаки почерка. Этот вывод был подтвержден и другими доказательствами, собран­ными в ходе расследования и судебного разбиратель­ства.

Есть достаточные основания для решения вопросов, относящихся к третьей группе задач неидентификацион­ного характера. Эксперты-почерковеды могут устанав­ливать пригодность объектов для идентификации, сход­ство почерков двух лиц, одновременность исполнения одного текста двумя лицами.

Более сложным представляется решение вопросов, включенных во вторую группу неидентификационных исследований. Необходимые данные имеются лишь для решения некоторых вопросов этой группы. Так, экспер­ты-почерковеды могут определить по рукописи относи­тельный возраст писавшего, этап формирования его по­черка. В качестве примера может служить экспертиза по делу П.

На имя Л. была направлена почтой посылка, в кото­рой находилась самодельная мина. При вскрытии посыл­ки она взорвалась, в результате Л. был убит, а нахо­дившиеся рядом люди получили телесные повреждения. В ходе расследования выяснилось, что эту посылку мог выслать П., намеревавшийся убить Л. На почте изъяли извещение и бланк-адрес к посылке. На разрешение экспертизы следователь поставил такие вопросы: не вы­полнен ли текст извещения и адреса к посылке на имя Л. гр-ном П.? Не написаны ли они ребенком в возрасте девяти-десяти лет? Не выполнен ли текст способом ри­совки, искаженным почерком или левой рукой?

Исследование текстов показало, что почерк, которым они написаны, средней степени выработанное™, нестрой­ный, конструктивно простой, многие буквы близки к прописям, в отдельных элементах букв наблюдается вы­чурность движений. На основании результатов исследо­вания, литературных и экспериментальных данных экс­перт пришел к выводу, что извещение и адрес написаны учеником третьего или четвертого класса. Выводы эксперта совпали с показаниями П., утверждавшего, что по его просьбе бланки заполнил незнакомый мальчик примерно девяти лет.

В ряде случаев, когда признаки достаточно четко выражены, эксперт-почерковед самостоятельно или вме­сте с медиком (психиатром, невропатологом) может установить факт исполнения рукописи лицом, страдаю­щим нервным или психическим заболеванием либо пере­несшим травму мозга.

Значительную сложность представляет решение во­проса о внутреннем состоянии писавшего, в частности, выполнены ли рукописи лицом, находившимся в состоя­нии повышенного возбуждения или торможения. Однако в экспертной практике встречаются случаи проведения подобных исследований. По одному делу эксперту необ­ходимо было установить, писало ли определенное лицо записку и в каком состоянии оно находилось во время выполнения текста.

Изнасиловав К., преступники решили ее убить. После того как потерпевшая заявила, что «сама бросится под поезд», они заставили ее написать предсмертную запис­ку родителям. К. написала ее и спрятала в свою одежду. Когда преступники сопровождали женщину к железной дороге, ей удалось убежать. На допросе она предъявила записку и объяснила, в каких условиях и в каком со­стоянии ее написала. Эксперт, обнаружив в исследуе­мом документе ряд изменившихся признаков почерка (в заключении они перечислены), пришел к выводу, что эти признаки являются, вероятно, следствием как необычной позы К. во время написания записки, так и ее необычного психического состояния .

Таким образом, почерковедческая экспертиза в на­стоящее время может решать некоторые неидентифика­ционные задачи. Однако проблема неидентификацион­ных исследований в судебном почерковедении требует дальнейшей разработки.