Модель управления кризисом включает в себя:

    На первом этапе антисуицидальной терапии осуществляется эмпатическая поддержка, осуществляемая за счет свободного режима, способствующего быстрейшей внутристационарной адаптации пациента, его включение в психотерапевтическую среду. Наличие психотерапевтической атмосферы является важным средством профилактики внутристационарных суицидов. Вовлечение пациента в психотерапевтическую среду позволяет использовать динамику взаимоотношений, эмпатическую и практическую поддержку членов внутристационарного сообщества для ускорения его выхода из кризиса, купирования аффективных расстройств, ослабления психической напряженности, тревоги, растерянности. Результатом указанной поддержки является устранение ощущения уникальности и безвыходности ситуации, осознание пациентом разрешимости его проблемы, появление уверенности, что есть окружение, способное принять его таким, какой он есть, поддержать и оказать помощь[18].

      Второй этап психотерапевтической программы - создание у пациента активной установки на самостоятельное преодоление кризиса. Все виды применяемой помощи ориентированы на мобилизацию собственных психологических резервов пациента. На групповых и индивидуальных занятиях пациент локализует главную проблему, выделяя ее, из многих сопутствующих жизненных трудностей и неудач; сам осознает желательный для него исход кризисной ситуации и находит адекватные для достижения такого исхода средства. В итоге кризисного вмешательства пациент должен осознать, что он самостоятельно решил свои проблемы, а не получил готовые “рецепты” поведения от специалистов; только в этом случае психотерапевтическая помощь не будет ограничена выведением пациента из данного кризиса, а усилит адаптационные возможности личности, послужит профилактике кризисных состояний в будущем. Таким образом, на этапе кризисной интервенции позиция психотерапевта должна быть скорее партнерской, нежели директивной, а методы воздействия - косвенными и мягкими.

        Третий  этап  т р е н и н г а,   н а в ы к о в  адаптации проводится, когда решение проблемы пациента требует расширения докризисных адаптационных возможностей индивида.

       Этот этап лишь инициируется в рамках клуба, либо в кабинетах социально-психологической помощи центров “Семья”[5].

        Событие, вызывающее кризис, субъективно воспринимается как утрата, провал, неуспех, причем следует учитывать, что для человека важны не утрата или провал сами по себе, а их личностный смысл: то, что представляет, например, болезненную утрату для одного, может показаться вполне ординарным и естественным другому. Оценить значимость события для конкретного пациента (без чего невозможна локализация истинной проблемы индивида) помогает представление о личностной сфере или иерархии личностных смыслов, которая включает в себя “Я” - концепцию, значимые лица, ценные для личности объекты, атрибуты и отношения, идеальные ценности. Возможные разновидности утрат можно категоризировать следующим образом[4]:

1) актуальная утрата значимого объекта (потеря близкого, уход любимого),

2) утрата необъектная, вызванная снижением самооценки или уважения, вследствие оскорбления, унижения другими;

3) переоценка какого-либо компонента личностной сферы;

4) разочарование или неоправдавшееся ожидание;

5) ожидаемая или предвидимая утрата, которая оценивается как реально произошедшая;

6) гипотетическая или потенциальная утрата;

7) псевдоутрата - неправильная оценка события.

Таким образом, при купировании кризисных состояний необходимо учитывать весь комплекс условий и механизмов его возникновения и развития. Основной упор при проведении психотерапии при этом приходится не на особенности ситуации, а на личность пациента. При этом устанавливается необходимая индивидуализированная акцентировка:[5]

1) пациент нуждается в психотерапии, способствующей купированию стрессового состояния и поиску наиболее успешного выхода из ситуации (когда формирование стрессового состояния связано лишь с внешними перегрузками),

2) кризисное состояние пациента обусловлено особенностями тенденций, направленности, мотивации, системы ценностей или форм реакций самого пациента как личности. В последнем случае стрессовая ситуация имеет тенденцию к рецидивированию, она может повторяться при любых внешних обстоятельствах. В этом случае недостаточно психотерапевтического воздействия, способствующего разрешению данного конфликта - необходима глубинная психотерапевтическая коррекция, обеспечивающая профилактику образования конфликтно-стрессовых переживаний в дальнейшем.

         Системы психотерапии и психокоррекции имеют существенные различия, но не в методах, а в направленности, в постановке целей, “мишенях” воздействия, а также в сроках проведения[8].

         В практике кризисного стационара используются следующие виды психотерапевтической помощи:

·   индивидуальные методы - рациональная, игровая, гештальт, гипносуггестивная психотерапия;

·   коллективные - группы социально-психологического тренинга, группы ролевого тренинга, аутогенная тренировка, групповые дискуссии, арттерапия, вечера клубного характера.

Психологический кризис вызывается столкновением личности с непреодолимым в настоящее время препятствием на пути удовлетворения ее важнейших жизненных целей, ведущим к нарушению адаптации в социальной среде: острого состояния, характеризующегося эмоциональным напряжением, тревогой, растерянностью, дезорганизацией познавательной активности и поведения. Если кризис затягивается, то к этим симптомам добавляются признаки вегетативной дисфункции, астенические и ипохондрические проявления.

       Будучи с одной стороны, инструментом, осуществляющем зависимость жизнедеятельности человека и его организма от нужд, чувств, интересов, ценностей и норм других людей, общества, нравственное чувство, с другой стороны, является регулятором энергетического обеспечения переживания, поведения человека и любой активности его организма. Но каким бы практически выгодным ни выглядело бы поведение, если оно грозит привести к результатам, противоречащим нравственному чувству, такое поведение эмоционально тормозится. Попытки “поведенчески” влиять на нравственное чувство обнаруживают, что трудность не столько в его осознании, но и в том, что оно зависит не от влияния разума, волевых решений, а от отношения к предмету чувства актуальной или прошлой - формировавшей человека - референтной для него группы. Нравственное чувство формируется в своей основе уже в досознательном детстве, но доступно социальному влиянию, развиваясь всю жизнь. Изменение характера референтной группы или ценностей и норм в прошлой группе создавало условия, побуждающие к изменению нравственных оценок. Формирование личности, то есть и неосознанного нравственного чувства, происходит в процессе активного сознательного и неосознанного выбора и освоения той или иной культуры. Подавление инициативы, особенно в детстве, делает освоение культуры, формирование зрелого нравственного чувства невозможным. Оставляет человека не включенным в свою общественную среду, одиноким среди людей, отгороженным от них. Это предопределяет неприспособленность, беспомощность и болезнь.

Таким образом, отсутствие в обществе инициативы, индивидуальности делает такое общество антагонистичным человеку, а человека оставляет инфантильным, обиженным на людей, на общество, потребителем, не участвующем в общественном процессе, а основной причиной самоубийства является социально-психологическая дезадаптация личности. Она развивается либо при реальном неблагоприятном стечении жизненных обстоятельств, либо при субъективной их трактовке как неразрешимых.

В этом случае, по словам И.П. Павлова, наступает "торможение рефлекса цели". Жизнь перестает привязывать к себе, как только исчезает цель.