Тема4.Задача1. О мандате и зелюкине

Каждый раз я вас призываю, чтобы вы подумали с разных сторон. А вы каждый раз демонстрируете линейный характер мышления – по кратчайшему расстоянию.

Никто не принял во внимание страдания Зелюкина. Есть какие-либо основания у Зелюкина требовать то, что он требует, из Конституции? Я бы правильным ответ считал такой: наша конституция ближе к запрету императивного мандата. Но это надо доказать.

Нужно показать саму глубину представительной демократии. Речь фактически здесь стоит даже не об институте или отдельном органе, а о представительной демократии по существу. Главное слово – представительная. Зелюкин нам говорит: «Депутат обещал мне грушу. Груши нет! Я отдал за него голос не просто так, а за то, что она грушу обещала! Нет груши, я хочу её отозвать!». Вы бы ему сказали в суде: «Зелюкин, тебе ничего не положено, иди». Зелюкин имеет вообще основания считать, что его обещания должны исполняться? В Конституции сказано, что народ осуществляет власть непосредственно и через органы. То есть как будто Зелюкин сам там сидит и управляет страной. Депутат считается представителем народа, то есть мы выбираем представителей. Но если мы выбираем представителей, то означает ли это, что этот представитель как-то связан с нами? Представитель – это тот, кто осуществляет права от имени представляемого. Представительство всегда означает, что я действую от имени другого лица, то есть я пошёл с доверенностью, чтобы меня рассматривали в качестве вас. И когда Конституция говорит о представителях, что она имеет в виду? Что народ как будто сам в этом парламенте и сидит в лице представителей. То есть сама Конституция в 3 и 2 статье говорит о том, что между гражданами-избирателями и депутатами существуют отношения представительства. Мы можем давать указания своему представителю? Конечно, в этом весь смысл представительства. Вы не можете дать мне доверенность с целью купить торт, а я вам скажу: «А я сам решу, что вам надо». По идее-то, так и родился избирательный процесс, что депутаты – почему они делают эти обещания? Народ голосует за то, что им дали обещания? Говорит: «Вот, молодец ты! Такое обещание мне хорошее дал! Вон никто не сказал, а ты сказал волшебное слово, и теперь я за тебя голос отдал!» Народ голосует, чтобы, если депутат так говорит, если он будет избран, ему можно было сказать: «Вот и выполняй». Я сам-то не могу себе дорогу построить, а с помощью депутата могу. То есть посредством рук депутата мы добываем себе определенные блага. И с этой точки зрения если не выполняется обещание, то мы можем сказать, что на самом деле никаких наших поручений он не делает? Отсюда и вытекает идея отзыва, как в гражданском праве – дал доверенность, могу ли теперь её забрать? «Я тебя избрал, я же тебя и отзову». С этой точки зрения можно сказать, что из конституции вытекает институт императивного мандата, потому иначе нет смысла понятия представителя.

Но если дальше размышлять об этом, то вы в задаче видели много про свободный мандат, про то, что население само не знает, чего оно хочет, и т.д. И потом депутаты представляют не избирателей, а всё население России. То есть всё это отрицается, но почему это так? Потому что если мы посмотрим и скажем, что это представительство, то какие требования к представительству?

1. Представитель приобретает права не для себя, а для доверителя, для другого лица.

2. Нужна цель представительства.

3. Нужен акт делегирования, нужно передать эти полномочия. А как мы это делаем? В данном случае эти элементы представительства реализуются? Депутат, когда принимает закон, распространяет права и обязанности не только на себя и своих избирателей, а на всех. А представитель на себя не берет такие полномочия. Можно ли тогда говорить о представительстве? Конечно, нет. Представитель – это тот, кто на себя не берет такого. Население может сообщить депутату, что ему надо делать, вообще что-либо сообщает депутату? На самом деле это депутаты нам предлагают, а не мы депутатам. Если мы скажем: «Нам нужно дорогу», – как думаете, какая-нибудь партия скажет, что вам не нужна дорога? Они для нас решают, что нам лучше, они нам предлагают.

4. И самый главный момент. А кого, действительно, представляет депутат? Своих избирателей, а кто его избиратель, если тайное голосование?

Депутат: «Зелюкин, докажи, что ты за меня голосовал!» Зелюкин: «Я не буду доказывать, у нас тайное голосование». Депутат: «Я знаю, Зелюкин, что ты на самом деле не голосовал за меня. Зелюкин мне сам сказал: «Я за тебя, гад, никогда не буду голосовать!»».

Кто может его отозвать? Только избиратели, а кто избиратель? А при пропорциональной системе и вовсе могут ни одного голоса конкретно за него отдать.

Слово представительство в данном случае не имеет юридического аспекта. Юридически нельзя сказать, что депутат – это представитель с юридической точки зрения своего избирателя. Поэтому эта вся аргументация, которую я сейчас сказал, с конституционной точки зрения неправильная.

И поэтому надо руководствоваться не ч.2 ст.3, а ч.3 ст.3 и сказать, что народ на самом деле реализует свою власть только в момент выборов, а значит, может претендовать на то, чтобы выборы проходили законным и честным образом. И всё. А депутат с точки зрения 32 статьиимеет пассивное избирательное право, а значит, право при отсутствии правонарушений требовать своего нахождения на должности полный срок.

Теперь возьмём другой вопрос, решим задачу по-другому. Я бы решал эту задачу проще – через Зелюкина. Через процедуру.

Какую процедуру решил избрать Зелюкин? Мы уже установили, что Конституция не содержит ни свободного, ни императивного мандата. Права требовать отзыва нет в Конституции. Предположим, что этот императивный мандат есть. Вот приходит Зелюкин и требует отозвать депутата. Эта процедура годится? Во-первых, мы можем сказать: «Зелюкин, докажи, что ты вообще голосовал. Потому что может быть так, что ты не голосовал за этого человека, а теперь решил пойти другим путем и провести перевыборы». Может ли Зелюкин доказать это? Далее мы можем сказать: «Зелюкин, а депутат избрался, потому что ты за него голосовал или потому что народ за него голосовал?». Конечно, мы скажем, что большинство избирателей. Тогда мы ему скажем: «Зелюкин, а с каких пор ты выступаешь от лица всех избирателей? Где доверенность? Почему ты считаешь, что ты представитель всех?»

Значит, может ли избиратель вообще требовать отзыва или отзыва? Нет, конечно. Можно предположить, что большая группа может потребовать начала процедуры.

Теперь надо сказать, а за любое ли можно его отозвать? С чего Зелюкин взял, что депутат не исполнил это обещание? Может, он исполнил это обещание? Зелюкин говорит: «Мне обещали грушу, а дали и грушу, и ананас, и сливы в придачу. Это неисполнение обещания». Кто это будет решать? Почему суд вообще решает? Это народ решает голосованием, и если в следующий раз выберет, то всё нормально. Если же решает суд или избирательная комиссия, то получается, что решает не народ, а этот орган. Таким образом, при императивном мандате получается замкнутый круг: требовать отзыва можно только за нарушение; чтобы установить нарушения, надо запустить процедуру голосования; чтобы запустить процедуру голосования, нужно установить нарушения. Поэтому императивный мандат – он невозможен с этой точки зрения конституционных ценностей. С точки зрения ч.1 ст.32 и ч.1 ст.19 императивный мандат будет неконституционен.

То есть задача нас толкает на то, что процедура при императивном мандате все равно не привела бы к успеху. Нигде практически сейчас императивного мандата нет. КС рассматривал подобный вопрос в 2001 году и сказал, что Конституция не запрещает императивный мандат, но требуются гарантии, правда, никаких не назвал. Он сказал, что депутата нельзя наказывать за его деятельность, потому что Конституционный суд испугался, что народ начнёт отзывать всех, когда депутат ещё даже не успел начать выполнять обещания. Это защищает право депутатов занимать свою должность в соответствии с Конституцией.

Итог: в данной задаче можно было бы пойти двумя путями.

1. Через 3 статью. Но тогда нужно доказать, почему слово представительство не имеет смысла в данном случае.

2. Через процедуру. Показывая, что в любом случае процедура, избранная Зелюкиным, неправильная. На вопрос, какая правильная, мы бы ответили: «никакая неправильная». Императивный мандат неконституционный, отсутствие отзывов конституционно.