Луис де моралес (1510/20—)

	Особенности этого времени отразились в творче­стве Луиса де Моралеса, который посмертно стал настолько знаменитым, что получил прозвище «Божественный» (Le Divino). Это позднее прозвище подразумевало не только религиозную темати­ку его произведений, но и их утонченно духов­ный, мистический образный строй. О жизни Моралеса известно мало. Отсутствует точная дата его рождения (1510 или 1520), неяс­но, где именно сформировался он как живописец (возможно, в Вальядолиде или Толедо), не ясны обстоятельства его пребывания в Севилье и Мад­риде, работа в Португалии. Вместе с тем поздние биографы подчас касаются частных заниматель­ных деталей его жизни, как бы восполняя возрос­ший интерес к творчеству и независимой личнос­ти художника. Впервые имя Моралеса упоминается в 1546 го­ду. Известно, что он родился в городе Бадахосе, в Эстремадуре, одной из самых отсталых испанских областей. Оживленная жизнь Бадахоса, знавшего владычество мавров и власть крупных фео­дальных семей, давно отошла в прошлое. Утихли военные стычки с португальцами на границе, проходившей всего в шести километрах от горо­да. Расположенный на берегах медленно текущей Гвадианы и увенчанный большим готическим со­бором, Бадахос выглядел уснувшим на века. На фоне его малоприметной художественной жизни заметно выделялись оригинальные алтар­ные картины, которыми молодой Моралес укра­шал собор и местные церкви. Решающим событием в его карьере стало покровительство епископа дона Хуана де Риберы, выдающегося деятеля ис­панского католицизма и мецената, позже архиепископа Валенсии, где он основал Коллегию Корпус Кристи, так называемую Коллегию патри­арха (Коллехио де Патриарка). До того как Хуан де Рибера покинул Бадахос, Моралес написал его портрет (до 1564, Прадо, Мадрид). По своему да­рованию он не был портретистом, и тем не менее ему удалось передать характерные черты молодо­го епископа, подчинив их идеальному представ­лению о духовно богатой, мыслящей личности. По-видимому, благодаря авторитету влиятельно­го Хуана де Риберы Моралес был приглашен в 1563 году в Эскориал, но его придворная карье­ра сложилась неудачно. Созданная им картина, изображавшая Христа, несущего крест (не сохра­нилась), не понравилась Филиппу II, и художник вынужден был вернуться в Бадахос. Существует предположение, что Моралес посетил Италию; его знакомство с произведениями нидерландских и итальянских маньеристов, вероятно, связано с поездкой в Севилью, где в то время процветал нидерландский живописец Петер Кемпенер (исп. Педро де Кампанья), известный своими экстатич­ными образами и эмалевой техникой письма. Не­сколько месяцев Моралес работал в Португалии (в городах Элваш и Эворе). Основная его дея­тельность сосредоточилась в провинциальных испанских городах, где в 1563―1568 годах он со­здал несколько живописных алтарей. Наиболее известны и выразительны его небольшие по раз­меру картины, ныне находящиеся во многих европейских собраниях.

Будучи, по-видимому, активным и общитель­ным человеком, Моралес сотрудничал в Бадахосе с Городским советом, жил на широкую ногу, имел каменный дом, слуг и лошадей; многочисленные заказы выполнялись с помощью мастерской, в которой работали его сыновья Херонимо и Кристобаль.

В истории испанской живописи Моралес сто­ит особняком. Жизнь в провинции наложила от­печаток архаизма на его изобразительный ре­пертуар и вместе с тем создала возможность оригинального творческого самовыражения. В религиозной экзальтации образов Моралеса подчас проглядывает нечто средневековое. Его живопись сплавляет воедино проявления испанской мистики, народной набожности и спиритуалистическую эстетику маньеризма, экспрес­сию северных мастеров и возвышенную идеаль­ность итальянцев. Виртуозная, словно эмалевая техника письма близка к приемам нидерландской школы XV века.

Моралес ― художник отдельных героев, а не со­бытий, художник одной темы, темы страдания, исполненного чувства христианской жертвенности и покорности. Чаще всего это страдающий, кроткий Христос (Се человек; Христос, несущий крест; Христос между палачами; Христос у ко­лонны, музеи Мадрида, Малаги, Бадахоса, Дрезде­на, Валенсии, Толедо, Москвы). Полны сдержан­ного драматизма картины Оплакивание Христа (Прадо, Мадрид; Музей собора, Севилья; Академия Сан Фернандо, Мадрид), Скорбящая Богоматерь (Государственный Эрмитаж, Санкт-Петербург; Музей изящных искусств, Малага). Моралес обыч­но писал удлиненные полуфигуры в статичных скорбных позах, с горестным выражением тон­ких, бледных лиц, с внутренне напряженными, но внешне очень скупыми, словно оцепенелыми жестами. Преобладают темные фоны, гамма хо­лодных зеленоватых тонов, лица озарены внут­ренним светом. Картины Моралеса могут по­казаться однообразными, но они покоряют душевной чистотой, искренностью чувства. Са­мые сильные особенности его творчества отлича­ют образ юной Марии, ласкающей Младенца, но уже охваченной трагическим предчувствием его будущей судьбы. Именно с этой темы божест­венного материнства, заключающей глубокий подтекст, художник начал свой творческий путь.

Ранняя картина Моралеса Богоматерь с птич­кой (1546) в церкви Сан Августин в Мадриде, са­мая непосредственная и живая, была написана под влиянием мадонн Рафаэля, а прекрасная золотоволосая Богоматерь с Младенцем и Иоанном Крестителем на фоне красного занавеса, поме­щенная в одном из алтарей Нового собора в Саламанке, напоминает образы Леонардо. Характерный для Моралеса тип идеальной женской красоты с нежным овалом удлиненного лица и опущенным взором приобретает трогательную хрупкость в одухотворенном изображении Богоматери с Младенцем (ок. 1570). Одна из версий насыщен­ного мистической символикой образа ― картина Богоматерь с Младенцем и прялкой в виде креста. Вечный образ судьбы сочетается здесь с символом крестных мук и воскресения.

Пребывание Моралеса в глухой испанской провинции не приносило больших доходов. По своей натуре непрактичный и склонный к расточительству, он постоянно нуждался в день­гах. Согласно рассказу испанского художника XVIII века и биографа живописцев Антонио Паломино, Филипп II в 1581 году, возвращаясь из покоренной Португалии через Бадахос, сказал: «Ты сильно постарел, Моралес!». «И обеднел», ― отве­тил слепнущий мастер. Король приказал устано­вить ему небольшую пенсию, «чтобы обедать». «А ужинать?» ― воскликнул старый художник, на что Филипп II добавил еще сто дукатов. По­следние годы жизни Моралеса прошли в беднос­ти, он умер в 1585 году в Бадахосе.

Исследователи испанского искусства склонны сближать творческие и жизненные судьбы Луиса Моралеса и его младшего современника Эль Греко. При несоразмерности масштабов их художествен­ных дарований черты общности угадываются и в неудачной придворной карьере обоих в Эскориале, и в том, что их творчество развивалось в замкнутой среде старых испанских центров, и тот и другой подвергались итальянским клас­сическим и позднеманьеристских влияниям, но главное их сходство ― в необычном, стоящем особняком характере самого искусства. Возврат к повышенной спиритуализации образов в усло­виях позднего Возрождения Эль Греко решал в общемировом масштабе, Моралес ― в местных, гораздо более скромных формах.