Время в географическом исследовании

 

Устранить время из географического исследования полностью невозможно вследствие наличия двух отношений, заложенных в основе концепции Геттнера (различия от места к месту вместе с пространственной связью рядом находящихся предметов и причинная связь явлений, находящихся в одном месте). Время присутствует в географическом рассмотрении не полностью, а как настоящее: "География, по самому определению своего понятия, ограничена, строго говоря, рассмотрением настоящего; рассмотрение процесса развития она предоставляет исторической геологии, доисторическим наукам и истории с ее частными дисциплинами" [32].

Одно из отношений, заложенных в основе хорологической концепции, -- это причинная связь между явлениями, соединенными в одном месте земли. Анализ причин предполагает изучение истории развития явлений, что ведет к созданию генетических концепций и теорий: "...не говоря уже о том, что объяснить причину явления часто бывает невозможно без исследования его генезиса, -- хотя бы он сам по себе непосредственно нас и не интересовал, -- необходимо учесть, что многие изменения происходят слишком быстро, а рассмотрение настоящего, в строгом смысле этого слова, дает лишь моментальный снимок, недостаточный для научного анализа; поэтому настоящее знание фактов может быть достигнуто только при рассмотрении явления в течение более продолжительного промежутка времени"[33]. Таким образом, изучение настоящего в хорологической концепции растягивается до целых временных промежутков. Это требует специального изучения проблемы времени в географии, его как бы географического освоения.

 

Проблема времени и генезис географических явлений

 

Я сознаю, что всякий, кто пытался попасть в зачарованный замок, сгинул без вести или завяз в болотах Пространства. Я сознаю также и то, что Время есть жидкая среда, в которой подрастает культура метафор.

Владимир Набоков. Ада, или Радости страсти (пер. с англ. Сергея Ильина)

 

Проблема времени в географии заключается прежде всего в неясности критериев ограничения временных промежутков для изучения истории развития явления: "Невозможно установить точных правил о том, насколько изменения во времени относятся к содержанию географии. Вообще можно будет только сказать, что география должна смотреть на них скорее как на неизбежное зло, и что, изучая течение процессов во времени, физическая география отнюдь не должна переходить в историческую геологию, точно так же как география человека не должна переходить в археологию и историю, хотя объяснение настоящего прошедшим часто толкает на этот путь"[34]. Эта проблема конкретизируется в следующем утверждении: "География нуждается в генетической концепции, но она не должна превращаться в историю"[35].

Подобная проблема с хорологической точки зрения существует уже в географических трудах И. Канта. В его "Плане лекций по физической географии и уведомлении о них" (1757) лекция, названная им "Общая часть физической географии", распадается на главы под названиями: "История суши и островов", "История рек и ручьев", "История атмосферы" и т. д[36].

Критерий ограничения временных промежутков, который вводит Геттнер –  это неизменяемость наблюдаемых географией явлений в течение рассматриваемого отрезка времени: "...охват продолжительного промежутка времени хорологическим или пространственным исследованием возможен лишь постольку, поскольку условия не изменяются вовсе или же изменяются лишь незначительно"[37]. Так как всякое явление, в том числе географическое, рассматривается во времени, то ему органически присуща изменчивость во времени. Необходимо добиться соответствия между размерами временных промежутков и неизменяемостью условий существования географических явлений. С этой целью Геттнер исследует изменение географических явлений во времени и дает фактически географическую классификацию временных процессов.

Согласно этой классификации, временные процессы разделяются на два класса: временные колебания, периодические или непериодические, вокруг нулевой точки (например, движение прилива и отлива, температура воды и почвы, погодные явления и т. д.) и процессы развития, для которых "характерно не возвращение к некоторому прошлому состоянию и не колебание вокруг нулевого пункта, а прогрессивные изменения" (например, долговременные климатические изменения или геоморфологические процессы)[38].

Географическое освоение временных колебаний происходит путем абстрагирования от крайних величин и размахов колебаний: "...география воспринимает изменения в их среднем, обычном для данного места, течении, т. е. можно сказать, воспринимает изменчивость как свойство данной местности"[39]. Временной процесс буквально становится неотъемлемым свойством рассматриваемого географического явления.

Временные процессы второго класса осваиваются географией двояким способом: они либо сводятся к повторяющимся и, следовательно, в итоге, к колебаниям, либо признаются несущественными для географии в силу медленности их протекания и особой длительности: "По отношению к физическим, в особенности климатическим условиям, эти изменения подобны колебаниям с очень большим периодом и часто не могут быть отличимы от них и должны рассматриваться географией подобно им. Напротив, у большинства явлений твердой земной коры и органической природы длительный характер изменений выражен совершенно явно; но они происходят так медленно, что мы спокойно можем рассматривать настоящее состояние, как нечто фиксированное, и ограничить им задачу географии..."[40]. Эти операции позволяют как бы устранить время из географии, но совершенно особым, специфическим способом.

Устранение времени из географического исследования происходит посредством его присвоения – оно становится неотъемлемым свойством географических явлений: "...все эпохи могут служить предметом географического рассмотрения. Несмотря на это, географию, как исследование настоящего, пытались противопоставить геологии, как исследованию прошлого. Но в таком виде это противопоставление неправильно; географическое исследование прошедших периодов может вестись с тем же успехом, как и географическое исследование современной эпохи, и в действительности мы имеем историческую географию и палеогеографию. Сущность разницы заключается не в том, что география предпочитает определенное время, именно настоящее, а в том, что для нее время вообще отступает на задний план, что она не изучает временного процесса как такового (это методологическое правило часто не соблюдается), а в том, что она как бы делает разрез во времени, ограниченный определенным моментом, а развитие во времени привлекает только для объяснения состояния изучаемой действительности в избранный момент"[41]. В результате этого умозаключения кажется, что проблема времени в географии в рамках хорологической концепции решена полностью. Но остается причинный анализ, требующий создания генетической концепции в географии. Иначе говоря, время все же присутствует в географическом исследовании как необходимость построения генетической концепции, позволяющей в максимальной степени выявить пространственные различия.