ГЛЛВЛ II ПРОТИВОСТОЯНИЕ СОВЕТСКОЙ ИДЕОЛОГИИ и НАЦИСТСКОЙ ПРОПАГАНДЫ В ПЕРИОД ВРЕМЕННОЙ ОККУПАЦИИ СТАВРОПОЛЬЯ И КУБАНИ НЕМЕЦКИМИ

Войсками

1. Советская политическая пропаганда в период битсы за Кавказ: противодействие нацистской пропаганде

Советская идеология в начальный период Великой Отечественной вой­ны, в отличие от нацистской пропаганды, переживала состояние кризиса. Оно было вызвано вероломным нападением гитлеровской Германии на СССР и разрушением, ввиду этого, довоенных пропагандистских устано­вок. В довоенное время в Советском Союзе сложилось двоякое отношение к нацистской идеологии. Эта двойственность была следствием изменения советской внешней политики, которая претерпела кардинальные изменения в 30-е гг. До августа 1939 г. фашистская Германия являлась для советского государства врагом №1 в мире. Ввиду этого, вся мощь пропаганды сталин­ского тоталитарного режима была направлена на разоблачение гитлеров­ской Германии и ее агрессивного внешнеполитического курса, главным те­зисом которого являлся пересмотр условий Версальского мира 1919 г. и идея реванша за поражение в первой мировой войне. Хотя, следует при­знать, что контрпропагандистская работа советской идеологии против фа­шизма не была глубокой по содержанию, страдая определенной упрощен­ностью и примитивизмом. Советская пропаганда обращала главное внима­ние лишь на внешнюю атрибутику нацизма, а также на его крайние прояв­ления - антисоветизм и антисемитизм.

После подписания в Москве пакта о ненападении между СССР и Гер­манией направленность и содержание советской пропаганды относительно германского нацизма изменились в корне. Из главного врага Советского Союза гитлеровская Германия превратилась в самого надежного союзника. На следующий день после подписания пакта Молотова-Риббентропа цен­тральный орган ЦК ВКП(б) газета «Правда» писала: «Дружба народов СССР и Германии, загнанная в тупик стараниями врагов... отныне должна получить необходимые условия для своего развития» [1]. Разумеется, такая

82

метаморфоза негативно сказалась на деятельности советского пропаганди­стского аппарата. Ввиду того, что Сталин опасался дать любой повод для Гитлера обвинить Советский Союз в подготовке войны против Германии советская пропаганда стала освещать политику нацистской Германии и ее руководителей крайне осторожно и даже лояльно. В периодической печати с августа 1939 г. прекратилась публикация любых антигерманских мате­риалов. Начавшаяся Вторая мировая война официальной прессой Советско­го Союза стала трактоваться в пользу гитлеровской Германии, а ее против­ники - Англия, Франция, Польша и другие демократические государства Европы - объявлялись поджигателями войны. Конечно, такие резкие изме­нения в направленности советской пропаганды, которые к тому же про­изошли за очень короткое время, негативно сказались в целом на деятель­ности советской идеологии в предвоенные годы. Работники пропагандист­ского аппарата Красной Армии и Коммунистической партии указывали в этой связи на сложность ситуации в области проведения идеологической работы: «Сейчас вообще не знаешь, что писать и как писать» или «Агита­цию и пропаганду против фашизма нельзя проводить, так как наше прави­тельство не видит никаких разногласий с фашизмом» [2].

Приведенные выше факты и суждения позволяют утверждать, что вой­ну с гитлеровской Германией советская идеология встретила далеко не во всеоружии. Перечень пропагандистских структур страны ограничивался в июне 1941 г. Телеграфным агентством Советского Союза (ТАСС) и создан­ным на третий день войны Советским информационным бюро (Совин- формбюро). Причем, по мнению И.И. Широкорад, отмечалось «... преобла­дание политических, пропагандистских материалов над информационными. Отсюда обилие недомолвок, искажений и неточностей, нередко дезинфор­мацией в сообщениях Совинформбюро и ТАСС» [3]. Достаточно сказать, что уже через несколько недель после начала Великой Отечественной вой­ны население Советского Союза с недоверием и недовольством встречало каждое сообщение Совинформбюро, информация которого сознательно да­

валась с опозданием по времени. Сталинское руководство таким незамы­словатым образом пыталось скрыть от собственного народа размах катаст­рофы, которая постигла Красную Армию и всю страну летом и осенью 1941 года.

Пришлось в кратчайшие сроки и фактически заново создавать идеоло­гический фронт для решения главных задач: мобилизации народа, в том числе и его духовных сил, на борьбу с агрессорами и противодействия на­цистской пропаганде. Для развертывания в полном масштабе советского пропагандистского аппарата и обеспечения его работы потребовался почти год войны. За это время пришлось преодолеть немало трудностей и испра­вить множество ошибок и недоработок предвоенного времени и первых ме­сяцев войны.

Прежде всего, избавиться от пренебрежительного, скептического от­ношения к историческому опыту России по мобилизации народных масс на освободительные войны. Сделать пропагандистский аппарат советского го­сударства и Красной Армии более гибким и маневренным, быстро изме­няющим свои методы и содержание работы в зависимости от изменения си­туации на фронте, а также политической обстановки в мире. Разоблачить вероломство и ложь нацистских пропагандистских служб, проводивших свою работу среди населения оккупированных вермахтом территорий Со­ветского Союза. На основе успешного выполнения этих задач преодолеть растерянность в советском обществе, вызванную неудачным началом вой­ны и поражениями Красной Армии, вдохнуть в народные массы уверен­ность в окончательной победе над сильным противником.

Как показала практика Великой Отечественной войны формирование патриотического сознания советских граждан и их решимость самоотвер­женно, не щадя своей жизни защищать Родину от врага, зависело от целого ряда факторов. Среди них, по мнению O.IO. Куликовой, определяющими по своей значимости являлись:

«1. Повседневная, целенаправленная, разносторонняя агитационно - про-

пагандистская работа государственных органов, партии, всех средств и органов идеологического воздействия.

2. Изменение стиля, методов и последующая корректировка руководством этой работы на разных этапах войны в зависимости от конкретной об­становки.

3. Дифференцированный подход к аудитории: учет национальных особен­ностей, традиций, обычаев, нравов, различия по образованию, по воз­расту, по роду занятий до начала Великой Отечественной войны, что позволяло учитывать потребности и интересы различных социальных слоев и групп.

4. Патриотическая деятельность общественных организаций и промыш­ленных предприятий в развертывании различных движений в помощь фронту.

5. Патриотическая деятельность творческих союзов, средств массовой ин­формации.

6. Индивидуальная работа с населением.

7. Пересмотр принципов взаимоотношений церкви и государства.

8. Трагические реалии войны» [4].

Постоянное внимание государственного идеологического аппарата к этим направлениям патриотической работы позволило преодолеть кризис­ные тенденции в ее развитии в начальный период войны и достойно проти­востоять нацистским пропагандистским службам.

Важное место в идеологической работе с населением оккупированных районов Ставрополья и Кубани краевые комитеты ВКП(б) придавали пе­риодической печати, главным образом, газетам. С началом Великой Отече­ственной войны в Советском Союзе в издании центральных и местных га­зет произошли большие изменения. Они были вызваны теми трудностями, которые повлекла за собой военная обстановка. Главными из них стали: мобилизация на фронт опытных журналистов и типографских работников, острая нехватка бумаги и финансовых средств. Поэтому началась масштаб-

пая кампания по сокращению числа периодических изданий. Достаточно сказать, что из 81 центральных газет осталось только 21, сократился их общий тираж. Кроме того, с 30 июня 1941 г., когда газета «Правда» стала выходить на четырех полосах вместо шести, местные газеты также пере­шли на более экономный формат [5]. Была проведена также достаточно масштабная организационная перестройка периодической печати с целью усиления военной печати на фронте и создания новых, вызванных требова­ниями войны новых органов периодической печати и информации военно­служащих Красной Армии.

Всего же за период с июня 1941 г. и до начала 1943 г. в Советском Союзе трижды предпринимались массовые сокращения численности газет, их тиражей и периодичности выхода в свет печатных изданий. К февралю

1942. г., т.е. когда битва за Кавказ достигла своего апогея, тиражи цен­тральных и местных газет достигли своей самой низкой отметки за все время Великой Отечественной войны. Так, тираж газеты «Правда» сокра­тился с 3 млн. до 1 млн. экземпляров, а газеты «Известия» - с 1,6 млн. до 400 тысяч [6]. Не следует при этом забывать и о том, что ограничения, вве­денные военной и политической цензурой, не давали возможности редак­циям газет давать читателям интересные и насыщенные фактами, события­ми и реальными людьми события. Содержание газетных статей и очерков становилось кратким и неинтересным, сообщения давались сухим, казен­ным языком. Нередко они не соответствовали реальным фактам и пред­ставляли ситуацию на фронте в искаженном, более радужном, чем на самом деле, виде. Все это делалось для того, чтобы не подвергать советских граж­дан упадническому настроению и не вызвать паники среди городского и сельского населения.

Столь же значительные изменения произошли в выпуске теоретических и общественно-политических журналов. Во-первых, сократилось их коли­чество. Во-вторых, уменьшился тираж продолжавших печататься журна­лов. В-третьих, кардинально стало перестраиваться их теоретическое со­

держание. Теперь редколлегии журналов «Большевик», «Партийное строи­тельство», «Пропагандист и агитатор Красной Армии» сосредоточили свое внимание на разоблачении захватнических целей войны со стороны Герма­нии, преступлений немецкой армии против мирного населения на оккупи­рованных территориях и против советских военнопленных, на показе исто­рических героических позиций русского народа.

В Ставропольском и Краснодарском краях газеты «Орджоникидзевская правда» и «Большевик» стали выходить три раза в неделю на двух полосах и три раза в неделю - на четырех. Их тиражи сократились. Выход в свет га­зет теперь осуществлялся под более пристальным вниманием и контролем политической цензуры. Изменилась также тематическая и содержательная направленность всех печатных материалов, помещаемых в краевых, город­ских и районных газетах. На первое место по значимости и идеологической важности вышли вопросы военно-патриотического воспитания населения, пропаганда ценностей социализма, которые надо было защищать от нена­вистного врага, о необходимости крепить своим трудом единство фронта и тыла. Важной и постоянной составной частью газетных материалов стали сводки Совинформбюро, а также фронтовые заметки и очерки, рассказы­вавшие о героях войны.

Уже 23 июня 1941 г. по решению бюро Краснодарского крайкома ВКП(б) экстренно был подготовлен и вышел в свет специальный номер га­зеты «Большевик». В нем был опубликован текст выступления заместителя председателя СНК СССР В. Молотова по радио 22 июня с сообщением о начале войны. В газете «Орджоникидзевская правда» в номерах за 24 и 25 июня 1941 г. началась публикация резолюций, которые принимались на митингах и собраниях трудовых коллективов в связи с вероломным напа­дением фашистской Германии на СССР. И проведение таких митингов, и информация о них на страницах главной краевой газеты способствовали сплочение советских людей, пониманию ими справедливости борьбы с вра­гом, вселяли уверенность в его разгроме и достижению окончательной по-

Начало битвы за Кавказ и последовавшая затем оккупация Ставрополья и Кубани, вызвали очередную волну больших изменений в работе средств массовой информации, где главным компонентом в годы войны являлись периодические издания. Советская идеология, разоблачая намерения наци­стской пропаганды разыграть «кавказскую карту», значительно усилила работу по патриотическому антифашистскому воспитанию всего населения многонационального Кавказа.

В начале июля 1942 г. согласно решению ЦК ВКП(б) от 3 июня этого же года бюро Ставропольского крайкома партии приняло решение об оче­редном сокращении объема газет и утверждении новых, уменьшенных штатов их редакций. В редакции краевой газеты «Орджоникидзевская правда» оставалось теперь 35 человек, в редакциях областных и городских газет - по 11 человек. Новый штат редакций в областных газетах, выхо­дивших на национальных языках, определялся в 5-7 человек, а в районных

• в 4 человека [V].

Все газеты с этого времени стали выходить на двух полосах полустан- дартного, т.е. уменьшенного формата. Их периодичность была разной: «Орджоникидзевская правда», а также областные и городские газеты про­должали еще выходить как и раньше. Но областные национальные газеты, издававшиеся в Карачае и Черкесии, с июля 1942 г. выходили теперь три раза в неделю, районные сельские газеты - два раза в неделю. Конечно, та­кие изменения ухудшали возможности для проведения горкомами и райко­мами ВКП(б) агитационно-массовой и пропагандистской работы. К тому же это решение было принято всего за три недели до начала оккупации Ставрополья немецко-фашистскими войсками. Следовательно, в самое тре­вожное и важное с политической точки зрения время произошло снижение масштабов и действенности влияния советской идеологии на местное насе­ление.

Интересные выводы можно сделать из анализа плана работы лектор­

88

ской группы Ставропольского крайкома партии на июль 1942 г. Штат лек­торов был утвержден для проведения работы в 43 районах края. Причем, лекции планировались только на вторую половину месяца - с 16 по 31 ию­ля. Каждый лектор должен был прочитать в закрепленном за ним районе 3­4 лекции в течение такого же количества дней. Тематика лекций была дос­таточно широкой. Однако две темы следует выделить особо: «Политиче­ские и военные итоги года Отечественной войны советского народа против немецко-фашистских захватчиков» и «1942 год должен стать годом оконча­тельного разгрома немецко-фашистских войск» [8]. Оптимистические на­звания этих лекций, которые читались среди населения уже в ходе начав­шихся ожесточенных боев на южном крыле советско-германского фронта и отступления Красной Армии, свидетельствовали об отсутствии гибкости в планировании лекционной тематики. Лекторы, согласно установке Стали­на, говорили о победе над Германией в 1942 г., а через несколько дней не­мецкие войска неожиданно для населения захватили почти всю территорию Ставропольского края. С приходом фашистов и установлении ими оккупа­ционного режима о таких лекциях жители городов и сел края будут вспо­минать с раздражением и с серьезно пошатнувшейся верой в окончатель­ную победу над врагом.

С началом оккупации территории Ставрополья и Кубани немецко- фашистскими войсками вновь произошли изменения в выпуске краевых га­зет. Так, 8 августа 1942 г. в Краснодаре вышел последний перед вторжени­ем в город оккупантов номер газеты «Большевик». Ее выпуск был возоб­новлен только через 10 дней, в городе Сочи, куда переехала редакция. Краснодарский крайком ВКП(б) в связи с этим принял решение прекратить выпуск сочинской городской газеты «Красное Знамя». В сочинской типо­графии с середины августа 1942 г. стали выходить также еще 16 газет на русском языке и языках народов Северного Кавказа и Закавказья [9]. Особо необходимо выделить газету «Большевик» малого формата, предназначен­ную для населения оккупированных фашистами районов Кубани. Ее пер­

вый номер был отпечатан 19 сентября 1942 г. Ввиду серьезных проблем, связанных с наличием бумаги, в Сочи за полгода оккупации Краснодарско­го края удалось выпустить 13 номеров газеты. Можно выделить три основ­ных темы, которые освещались на се страницах: положение на советско- германском фронте, развитие партизанского движения на Кубани, разобла­чение грабительской и карательной политики гитлеровцев на оккупирован­ных землях. Главный редактор газеты «Большевик» И. Юдин в своем отче­те крайкому ВКП(б), подготовленном в конце марта 1943 г., отмечал: «Как теперь установлено, часть тиража газеты попадала к населению. Несмотря на жестокие преследования оккупантов, газета зачитывалась до дыр, совет­ские патриоты переносили ее из станицы в станицу, из хутора в хутор. Она вселяла уверенность в нашей победе, служила материалом для советских патриотов, находившихся в тылу врага, для подпольщиков. Фактами, пуб­ликуемыми в ней, пользовались большевистские агитаторы и пропаганди­сты в своей работе среди населения временно оккупированных террито­рий» [10]. Необходимо отметить, что с началом оккупации Краснодарского края немецкими войсками, а они захватили 92% всей его территории, дос­тавка центральных газет из Москвы значительно осложнилась. Их поступ­ление шло небольшим количеством и с большим опозданием. Более того, с 15 сентября 1942 г. поступление центральных газет полностью прекрати­лось. Поэтому выход в свет газеты «Большевик» и другой пропагандист­ской и общественно-политической литературы в типографии города Сочи, имел огромное значение в деле своевременного информирования населения Кубани обо всех важнейших событиях военного времени.

Миллионными тиражами в типографии города Сочи печатались лис­товки, которые советскими самолетами разбрасывались затем над захва­ченными немцами городами и станицами края. Всего за период с августа 1942 г. и до марта 1943 г. редакцией газеты «Большевик» было подготовле­но шесть наименований листовок. Их тематика была довольно разнообраз­ной: «Трудящиеся Кубани, не давайте немцам вывозить хлеб и скот»,

«Правда о положении на фронтах Отечественной войны», «Что творят нем­цы в оккупированных районах Кубани», «О присвоении казачьему кавале­рийскому корпусу генерала Кириченко звания гвардейского», «Воззвание крайкома ВКП(б) и крайисполкома к населению Кубани» и т.д. [11].

Важной составной частью продукции сочинской типографии были раз­личные по своему содержанию брошюры. Одна их часть имела практиче­скую направленность, к примеру, «Умей пользоваться трофейным оружи­ем», «Дикорастущие лекарственные и съедобные растения горного Кавка­за» и т.д. Другие же предназначались для пропагандистов, которые вели агитационно-массовую работу среди местного населения. К их числу отно­сился, в частности, доклад Сталина к XXV годовщине Великого Октября. Несколько тысяч экземпляров этой брошюры по распоряжению Южного штаба партизанского движения были переданы в партизанские отряды для последующей передачи их населению оккупированных врагом районов. Массовым тиражом была издана также брошюра «Кубань борется», в кото­рой рассказывалось о грабительской политике немецких захватчиков и борьбе партизан и подпольщиков с нацистами [12].

Важное место в этом перечне печатной продукции отводилось выпуску большеформатных плакатов, актуальных в период военного времени. Таких плакатов, как, скажем, «Болтун - находка для врага». Они вывешивались в помещениях учреждений, предприятий, на стендах и витринах и предупре­ждали граждан о необходимости проявлять бдительность и осторожность в своих высказываниях и разговорах с незнакомыми людьми.

Листовку-обращение к населению Ставрополья, Терека и Кубани с призывом организовать широкую партизанскую борьбу в тылу врага подго­товил в октябре 1942 г. Ставропольский крайком ВКП(б). Отметим в этой связи, что в период оккупации края М.Л. Суслов - первый секретарь край­кома партии, и члены бюро крайкома находились в городе Кизляре, кото­рый немецким войскам так и не удалось захватить. В листовке-обращении, в частности, говорилось: «Дорогие братья и сестры ставропольцы, терцы и

91

кубанцы! Вы временно попали под иго чужеземных фашистских захватчи­ков. Русский человек всегда любил свободу и независимость, и теперь он не потерпит порабощения. Близок час вашего освобождения...» [13].

К концу лета 1942 г. на Северном Кавказе сложилась довольно серьез­ная обстановка, которая вызвала серьезную озабоченность в Москве. В со­ветском правительстве и наркомате обороны СССР понимали, что оконча­тельный успех в борьбе с гитлеровскими захватчиками будет возможен здесь только при условии активной поддержки Красной Армии со стороны многонационального населения Кавказа. Однако к началу битвы за Кавказ политическая обстановка в этом многонациональном регионе Советского Союза была крайне сложной и опасной. В республиках Северного Кавказа активизировались националистические группировки горского населения, которые с приходом немецких войск связывали свои надежды на создание на Кавказе своих государственных образований, независимых от сталин­ского тоталитарного режима. Поэтому советским руководством был разра­ботан и затем на практике осуществлен целый комплекс политических и пропагандистских мер, которые способствовали консолидации кавказских народов, сближению их с другими народами СССР. В частности, 13 августа 1942 г. в Грозном и Орджоникидзе прошли массовые антифашистские ми­тинги, участники которых заявили о своей решимости не допустить захвата врагом Кавказа [14]. В столице Северной Осетии на митинге было принято «Обращение ко всем народам Северного Кавказа». В нем говорилось: «Ум­рем, но не отдадим наш край на поругание и разграбление гитлеровским людоедам» [15]. Осознавая важность обороны Северного Кавказа общими усилиями всех народов этого региона, Главное политическое управление Красной Армии 17 августа 1942 г. издало директиву «О воспитательной ра­боте с красноармейцами и младшими командирами нерусской националь­ности» [16]. Она сыграла важную роль в консолидации русского и горских народов в усилении отпора врагу и укреплении обороны советских войск на этом важном участке советско-германского фронта.

92

В газете «Правда» 1 сентября 1942 г. были опубликованы материалы о грандиозном митинге народов Северного Кавказа, который прошел в сто­лице Северной Осетии в Орджоникидзе. На нем в числе всех представите­лей, населявших регион, выступили делегаты от Ставрополья и Кубани. В обращении, принятом на митинге, указывалось: «Не отдадим наш край на поругание и разграбление гитлеровским людоедам! У нас есть все возмож­ности, чтобы рука об руку с Красной Армией разбить немцев на Северном Кавказе, чтобы вместе со всеми народами Советского Союза очистить свя­щенную советскую землю от гитлеровских псов... Больше организованно­сти и стойкости, дисциплины и бдительности!» [17].

На следующий день, 2 сентября 1942 г., газета “Правда” поместила пе­редовую статью, в которой говорилось: «Сейчас внимание нашего народа, народов всего мира обращено к Северному Кавказу. Гитлеровские мерзав­цы хотят отделить Кавказ от всей советской страны. Да разве это возмож­но! Кровными неразрывными нитями связан Северный Кавказ со всей Со­ветской страной... Вместе все советские республики, все советские народы строили нашу Великую Родину, вместе защищают ее». В этом же номере газеты был также опубликован призыв ЦК ВКП(б) и советского правитель­ства к воинам и народам Кавказа. В нем акцент был сделан на восхваление смелости и силы кавказцев, на их бесстрашие в борьбе с любым врагом. В призыве даже фигурируют такие редкие для документов данного уровня выражения, как “джигиты”, “люди с львиным сердцем, орлиными очами” [18]. Не забыто было и упоминание о трусости, которая “слыла всегда здесь самым позорным явлением” [19].

Наращивая усилия по сплочению народов Кавказа и усилению их бое­вой активности в дни тяжелых боев, которые проходили на территории Ставрополья и Кубани осенью 1942 г., советская центральная периодиче­ская печать использовала новые формы и методы пропагандистской рабо­ты. Так, 6 сентября 1942 г. газета “Красная Звезда” опубликовала на своих страницах письмо защитников Кавказа, с которым они обратились к вой­

93

нам, защищавшим Сталинград. В нем содержался призыв вести беспощад­ную борьбу с гитлеровскими захватчиками. «Знайте, что героической борь­бой за Сталинград вы боретесь за свой дом, за свою мать, жену и отца, за наш родной Кавказ, нашу Отчизну родную! Остановим, отбросим и разгро­мим ненавистного врага, очистим советскую землю от гитлеровской пога­ни», - говорилось в письме.

В центральном органе ЦК ВКП(б) газете “Правда” 4 октября 1942 г. было опубликовано сообщение о многочисленных митингах, организован­ных политработниками частей и подразделений Закавказского фронта. На митингах красноармейцы - представлявшие различные народы Кавказа и Закавказья, выступили с призывом ко всем советским воинам вести непри­миримую борьбу с немецкими оккупантами. Тема единения кавказских и других народов Советского Союза в суровые годы войны присутствовала и в статье “Дружба народов на фронте”, помещенной в «Правде» в этот же день. В ней перед командирами Красной Армии ставилась задача по улуч­шению идейной и воспитательной работы с бойцами нерусской националь­ности. О том, что в данном вопросе имели место серьезные трудности, сви­детельствуют документы того времени.

В газете “Известия” 23 октября 1942 г. опубликовал статыо “Битва за Кавказ” «всесоюзный староста» - Председатель Президиума Верховного Совета СССР М.И. Калинин. Он напомнил кавказским народам о тех больших достижениях, которые произошли в регионе за 25 лет существо­вания советской власти. “Обманом, ложыо и клеветой враг хочет внести раздор в среду советских народов, найти предателей для своей подлой ра­боты”, - отмечал М.И. Калинин. 1 ноября 1942 г. “Правда” в передовой статье “Боевое братство народов Советского Союза” еще раз вернулась к идее дружбы советских народов и важности их единства в годину тяжелых для страны испытаний.

Приведенные выше материалы показывают, что ситуация с проведением идейно-воспитательной работы среди воинов Красной Армии, представителя­

94

ми кавказских народов, оказалась сложной, вызывавшей беспокойство в совет­ском правительстве и в Наркомате обороны. Исправлять имевшие место ошиб­ки и устранять выявленные уже в ходе битвы за Кавказ недоработки, пришлось в тяжелейшей обстановке. Однако, как показало последующее развитие собы­тий, во многом это были меры запоздалые, а потому осуществленные далеко не до конца, с большими издержками. Северный Кавказ в годы Великой Отечест­венной войны стал для советского руководства регионом, вызывавшим посто­янное беспокойство. Факты свидетельствуют об этом.

Во время битвы за Кавказ в 1942-1943 гг. в дивизиях Красной Армии, сражавшихся с врагом на этом участке советско-германского фронта, нахо­дились уроженцы многих кавказских народов. Значительная их часть про­ходила службу в национальных дивизиях, сформированных уже в ходе войны. Всего в боях на кавказском направлении принимали участие 18 ди­визий, сформированных в Грузии, Армении и Азербайджане. В 16 подраз­делениях личный состав на 40-70% был представлен народами Кавказа [20]. С началом ожесточенных сражений, проходивших на территории Ставрополья, Кубани и автономных республик Северного Кавказа, из на­циональных дивизий стали дезертировать отдельные группы солдат и офи­церов. Часть их личного состава перешла с оружием в руках на сторону противника. Главная причина этих фактов предательства заключалась в слабо организованной идейно-воспитательной работе в национальных ди­визиях. К тому же значительная часть красноармейцев и младших коман­диров не знала русского языка. Более половины военнослужащих находи­лись в армии всего несколько месяцев и не имели достаточной военной подготовки. Многие красноармейцы ни разу еще не участвовали в боях.

Имели место также случаи, когда на передовые позиции в течение не­скольких дней не доставлялись питьевая вода и горячая пища. Результатом всех этих недостатков и упущений и стало дезертирство и измена Родине. По данным, которые были приведены в журнале ВИЖ, «две национальные дивизии - 89-я армянская и 223-я азербайджанская были признаны полно-

стыо небоеспособными и отведены во второй эшелон. Столь же плачевное состояние наблюдалось в 392-й грузинской дивизии. В общей сложности из этих трех национальных дивизий дезертировало более 680 солдат и офице­ров» [21].

Чтобы исправить создавшееся негативное положение, в боевых частях Закавказского фронта была значительно усилена политико-воспитательная и боевая работа с военнослужащими, представителями народов Кавказа. Согласно указанию ЦК ВКП(б) Главное политическое управление Красной Армии 17 сентября 1942 г. направило в войска директиву “О воспитатель­ной работе с бойцами и младшими командирами нерусской национально­сти” [22]. Однако ситуация продолжала оставаться напряженной и даже имела тенденцию к дальнейшему ухудшению, т.к. количество дезертиров увеличивалось. Поэтому Военный совет Северной группы войск Закавказ­ского фронта вынужден был еще раз обратить свое внимание на положение дел в национальных частях и 14 октября 1942 г. принять постановление об усилении среди их личного состава партийно-политической и воспитатель­ной работы [23].

Газеты «Большевик» - орган Краснодарского крайкома ВКП(б) и краевого совета депутатов трудящихся и «Орджоникидзевская правда» - орган Ставро­польского краевого комитета партии и крайисполкома, выходившие, как уже отмечалось, и в период оккупации Ставрополья и Кубани, по своей тематиче­ской и содержательной направленности отличались жестким, непримиримым отношением к захватчикам, призывами к населению вести беспощадную борь­бу с врагом. Они в значительной степени копировали тональность и идейную направленность центральной прессы, что, впрочем, представляется фактом вполне объяснимым и понятным. Необходимо заметить, что к началу осени 1942 г. советская пропаганда уже избавилась от иллюзии, что немецкий народ, задавленный жестоким гитлеровским режимом, восстанет против него и протя­нет руку помощи Советскому Союзу. Стали также забываться первоначальные представления и ожидания, бытовавшие в первые месяцы войны, что немцы

принесли с собой на советские земли порядок, дисциплину и организованность. Исчезли также доводы о необходимости учиться у немецкого народа организа­ции производства, устройству быта, налаживанию добрых отношений в семье.

Теперь же, после года войны, вермахт стал ассоциироваться с немецко- фашистским режимом, со всей немецкой нацией и, поэтому, название статей в краевых газетах зазвучали соответственно этому. Так, в газете «Большевик» за 19 сентября 1942 г. статья называлась «Звери на Кубани», за 27 сентября - «Убей немца!». В специальном выпуске газеты «Орджоникидзевская правда» за сентябрь 1942 г., предназначенном для населения оккупированных районов края, были напечатаны несколько статей и заметок, носивших ярко выражен­ный пропагандистский характер. Лейтмотивом этих материалов был призыв Ставропольского крайкома ВКП(б) к населению развернуть решительную и беспощадную борьбу с оккупантами.

Тональность статей и заметок была выдержана в резких и безаппеляцион- ных формулировках, характеризовавших действия немецкого оккупационного режима на ставропольской земле. Среди них: «Немец твой злейший враг!», «Где бы не встретил немца-убей его!». При формировании в массовом созна­нии советских граждан ненависти к врагу определяющую роль сыграли два ос­новных фактора. Во-первых, многочисленные преступления гитлеровцев про­тив пленных бойцов и командиров Красной Армии и мирного населения. При этом часть граждан на себе испытала в той или иной мере все ужасы нацистско­го «нового порядка». Во-вторых, идеологические установки официальной со­ветской пропаганды, показывавшей все негативные черты национал- социализма.

В листовке - обращении краевого комитета ВКП(б) к населению Ставропо­лья, Терека и Кубани, распространенной партизанскими отрядами и при помо­щи авиации в оккупированных районах, М. Суслов давал практические реко­мендации по борьбе с врагом. «Каждый из вас может оказать громадную по­мощь Красной Армии и славным партизанам в священной и освободительной войне! Для этого необходимо: наносить решительные удары по коммуникациям

97

врага, пускать под откос поезда с войсками и военными грузами, уничтожать автотранспорт, обозы. Это делать нетрудно! Войска и танки немцев, когда они находятся в эшелонах - бессильны и могут быть уничтожены небольшой груп­пой советских патриотов» [24].

Газеты и листовки помогали местному населению правильно оценить дей­ствия оккупационных властей, выявить их намерения при подготовке и прове­дении каких-либо акций. В данном случае можно говорить о контрпропаганди­стской работе советской печати, разоблачавшей действия германского коман­дования. К примеру, в газете «Большевик» за 29 октября 1942 г. была помещена статья с характерным и понятным для населения Кубани названием - «Разбой­ники с большой дороги». В ней разоблачались действия оккупационных вла­стей города Краснодара: «Обладая многолетним опытом грабежа и насилия, немцы пускают в ход различные воровские хитрости. В Краснодаре гитлеров­ский бургомистр обратился через грязный листок - поганую газетенку, изда­ваемую немцами под грозным названием «Кубань» с «призывом» к населению. Он льет крокодиловы слезы по поводу того, что бойцы Красной Армии, нахо­дящиеся в лагерях военнопленных, раздеты и разуты. Скрывает этот пес и на­стоящую цель сбора теплой одежды и обуви. А цель ясна - решили бандиты обобрать население, чтобы одеть и обуть свое вшивое воинство».

С целыо усиления негативного отношения жителей городов и сел Ставро­полья и Кубани к оккупационной прессе, контролируемой германскими вла­стями, в советских листовках, газетах, брошюрах и других пропагандистских материалах, предназначенных для распространения за линией фронта - на за­хваченной немецкой армией территории - содержались уничижительные, край­не отрицательные ее характеристики. Оккупационные газеты в этих материалах назывались «погаными газетенками», «грязными листками», «продажными га­зетками» и т.д.

Наряду с репрессиями и ограблением населения, гитлеровцы вели психо­логическую обработку населения на временно занятых ими территориях. Всячески раздувая миф о непобедимости гитлеровской армии, преувеличивая

98

сообщения об успехах немецких войск, пугая вымышленными сообщениями о развале советской экономики, о голоде и прочими измышлениями, гитле­ровская пропаганда стремилась морально разоружить советских людей, па­рализовать их волю к сопротивлению, создать впечатление безнадёжности и бесполезности борьбы с «могущественной и непобедимой» гитлеровской Германией.

В условиях немецкой оккупации региональные средства массовой ин­формации не могли вести пропаганду в прежних масштабах. Не справлялись с этой задачей и политуправления фронтов - Северо-Кавказский (по Красно­дарскому краю) и Закавказский (по Ставропольскому краю), на которые была возложена обязанность издания газет для оккупированных территорий. По­этому в сентябре 1942 года решением ГПУ РККА издание газет для населе­ния оккупированных районов было передано в ведение обкомов и крайкомов ВКП(б.)

Огромнейшее значение приобретали задачи, поставленные приказом На­родного комиссара обороны Советского Союза от 5 сентября 1941 года и указания краевого комитета партии для партийных организаций и партизан­ских отрядов временно оккупированных районов страны. Наряду с продол­жением боевой деятельности, обращалось внимание на развёртывание систе­матической политической работы среди населения оккупированных районов по разоблачению лживой немецкой пропаганды, по разъяснению обстановки на фронтах и международного положения Советского Союза, на воспитание ненависти к немецким оккупантам и укрепление его уверенности в нашу по­беду.

Отделу пропаганды и агитации Ставропольского крайкома ВКП (б) было поручено организовать выпуск и доставку в тыл противника листовок, плака­тов, специальных номеров газет и принять меры к обеспечению наиболее крупных партизанских отрядов портативными типографиями. С сентября 1942 года для населения оккупированных районов и партизан Ставрополь­ского края издавался ежедневный номер газеты «Орджоникидзевская прав­

да» [25]. Краснодарский крайком партии издавал специальный выпуск крае­вой газеты «Большевик», периодичностью один раз в неделю тиражом 10 ты­сяч экземпляров.

С первых же дней организации партизанской борьбы в Ставропольском крае, комитет партии организовал издание печатных материалов для проведения массо­вой работы на временно оккупированных территориях. В массовом количестве печатались приказы верховного командования Красной Армии, листовки, воззвания, специальные выпуски газеты «Орджоникидзевская правда». Пар­тизаны распространяли среди населения далеко в тылу врага материалы, по­лучаемые от краевого комитета партии, выпускаемые штабом сводки Со- винформбюро и листовки к населению конкретных районов и населённых пунктов, обращение краевого комитета партии об организации широкой пар­тизанской борьбы в тылу врага. Наиболее сильно устная и печатная пропа­ганда и агитация были развёрнуты после создания в сентябре 1942 года По­литического управления Центрального штаба партизанского движения. В со­ответствии с постановлением ГКО СССР по этому вопросу во всех партизан­ских отрядах были созданы агитационные группы. Они проводили во всех контролируемых ими населённых пунктах идеологическую работу.

В населённых пунктах, которые занимались партизанскими отрядами, распространённой формой политической работы среди населения была бесе­да. Обычно проводились митинги и собрания партизан. Северной группой партизан Ставропольского края было распространено 30 экземпляров бро­шюр с докладом и приказом Сталина от 7 ноября 1942 года и 40 экземпляров газеты «Орджоникидзевская правда» за 27 и 29 ноября 1942 года [26]. Газеты и листовки распространялись путём помещения их ночыо под ставни окон.

Были изданы и распространены среди населения листовки под заголов­ками: «Ставропольцы», «Дорогие братья и сестры Ставрополья, терцы и ку­банцы» [27]. Было выпущено и распространено много листовок, обращённых карачаевцам, черкесам и калмыкам. Издано несколько десятков номеров га­зеты «Вести с Родины», сообщений информбюро, под заголовками: «Настал

час расплаты с немецко-фашистскими захватчиками», «Красная Армия на Сталинградском фронте перешла в наступление», «Мстите фашистским из­вергам за кровь, пролитую нашим народом», «Красная Армия идёт», «Все силы молодёжи на помощь наступающей Красной Армии». В десятках тысяч была издана брошюра с докладом тов. Сталина «25 годовщина Великой Ок­тябрьской социалистической революции». Везде, где проходили партизан­ские отряды, они вели устную агитацию, распространяли известия о победах Красной Армии, призывали население к борьбе против фашизма.

Отрядами Восточной группы Ставропольского края с октября 1942 года по январь 1943 года было направлено в тыл врага 44 группы разведчиков и организаторов партизанского движения общей численностью 144 человека [28]. Они собирали ценные сведения военного, политического характера, ор­ганизовывали диверсии, вели большую агитационную и организаторскую работу. Особенно широкий размах разведывательно-агитационная и органи­заторская работа получила в декабре 1942 г.

Вместе с тем, в проведении партизанскими отрядами Ставрополья и Ку­бани политической работы имели место серьезные недостатки. Первый сек­ретарь Краснодарского крайкома ВКП(б) П. Селезнев, самокритично призна­вал, что по состоянию на октябрь-декабрь 1942 г. «... слабым местом остает­ся агитационно-пропагандистская работа среди населения оккупированных районов» [29]. Одну из главных причин этой недоработки он видел в остром недостатке печатной пропагандистской продукции: листовок, обращений, лозунгов, газет. Скажем, за период с 15 сентября по 20 октября 1942 г. крае­вая газета «Большевик» выпустила всего шесть номеров в количестве 10 ты­сяч экземпляров для распространения их среди жителей оккупированных районов Кубани [30]. В период оккупации Краснодарского края немецко- фашистскими захватчиками редакция газеты «Большевик», как уже отмеча­лось, находилась в городе Сочи. Отсюда отправлять тиражи газеты в захва­ченные врагом районы Кубани, конечно, было весьма затруднительно. К то­му же с самолетов газета сбрасывалась только над самыми крупными горо­

дами края - Краснодаром, Армавиром, Майкопом, Кропоткиным, Тихорец­ком и Ейском. Сельские населенные пункты, где проживало большинство жителей Кубани, влияние на них нацистской пропаганды было более силь­ным.

Несмотря на эти трудности, советская пропаганда находила живой от­клик в сердцах советских людей, давала мощный патриотический подъём в готовности защищать свою Родину. Для противостояния нацистской пропа­ганде, потребовалась опора на духовный потенциал общества - мужество, стойкость, героизм, самопожертвование.

Наряду с партизанами агитационно-пропагандистскую работу в тылу врага проводили подпольщики Ставрополья и Кубани. Им приходилось дей­ствовать в еще более тяжелых условиях, чем партизанским отрядам, т.к. воз­можностей для информирования местного населения об истинных намерени­ях оккупационного режима у них было крайне мало. Как показала практика подпольной борьбы, главным методом воздействия советского подполья на жителей городов и сельских населенных пунктов были листовки. Как прави­ло, писались они от руки и, поэтому, количество таких листовок было огра­ничено. О конкретных способах и приемах распространения листовок в ок­купированном гитлеровцами Ставрополе свидетельствует, к примеру, исто­рия деятельности подпольного комсомольского кружка, руководителем ко­торого являлся студент педагогического института П. Петриевский. В состав кружка, организованного его участниками по собственной инициативе, вхо­дило девять человек. Согласно отчету о проделанной работе, которую П. Петриевский представил в крайком ВЛКСМ уже после освобождения Став­рополя от немецких оккупантов, главной целыо своей патриотической дея­тельности подпольщики избрали проведение агитационных и контрпропа­гандистских акций. «На каждое мероприятие германского командования мы отвечали листовкой: о сдаче зерна, отправке молодежи в Германию и т.д. Критиковали местную газету», - отмечал в отчете руководитель подпольного кружка [31].

102

У подпольщиков был свой радиоприемник и, следовательно, возмож­ность слушать сводки Совинформбюро. Среди населения информацию о си­туации на фронте они распространяли среди жителей Ставрополя двумя спо­собами. Во-первых, через листовки, которые вывешивались по ночам на улицах краевого центра. Более того, «... чтобы как можно больше населения охватить своими листовками, Петриевский и его товарищи наклеивали лис­товки на его (врага - Д.Н.) машины и немцы возили их по городу», - указы­вается в одном из архивных документов [32]. Во-вторых, содержание сводок Совинформбюро с огромным риском для самих подпольщиков распростра­нялось ими путем прямого контакта с гражданами во время разговоров на рынках, в магазинах и в других местах массового скопления народа.

О действенности агитационной и контрпропагандистской работы под­польного кружка П. Петриевского можно судить по конкретным фактам. Их в документах приведено немного, но и они позволяют говорить, что героиче­ская деятельность молодых патриотов была полезной для населения оккупи­рованного города и неприятной для немецких властей. Так, советские воен­нопленные, «... которых немцы заставляли работать на аэродромах, под влиянием листовок и бесед Петриевского, подвешивая к самолетам бомбы, отвинчивали головки, тем самым, обезвреживая их, портили машины, дета­ли...» [33]. Германские власти обратили внимание на факты появления лис­товок в оккупированном Ставрополе и вынуждены были провести соответст­вующие меры. В одном из номеров газеты «Утро Кавказа» был помещен полный текст обнаруженной листовки и комментарий редакции, в котором содержалась критическая оценка содержания листовки и бесперспективность работы ее создателей. Следовательно, нацистские специалисты в области ве­дения пропагандистской работы самим фактом критики листовки признали, что она является грозным оружием идеологического воздействия на местное население.

В оккупированном гитлеровцами городе Анапе группа подпольщиков во главе с В.А. Перовым, проявив творческую смекалку, в конце мая 1943 г. су­

мела из различных деталей собрать надежно работавший радиоприемник. Первую радиопередачу из Москвы подпольная группа приняла 8 июня. Вплоть до 21 сентября 1943 г., когда Анапа была освобождена войсками Красной Армии, подпольщики регулярно принимали сводки Совинформбю­ро и другие радиопередачи. Затем готовились листовки - печатались на пи­шущей машинке и писались от руки - и распространялись среди местных жителей, в трудовых лагерях и в лагерях для советских военнопленных. В эту патриотическую деятельность было вовлечено около 20 человек. В об­щей сложности анапские подпольщики подготовили 102 выпуска листовок общей численностью более 2,5 тысячи экземпляров [34]. Регулярно знако­мясь с ситуацией на фронте через появлявшиеся в городе листовки, жители Анапы с нетерпением и все усиливавшейся верой ожидали своего освобож­дения и падения оккупационного режима. В этом был главный смысл агита­ционно-пропагандистской работы подпольной группы. Нацистская пропа­ганда так и не смогла ничего противопоставить смелой деятельности под­польной группы В.А. Перова.

О действенности политической работы в тылу врага, проводимой парти­занскими отрядами и подпольными группами, свидетельствует рост парти­занского и подпольного движения на Ставрополье и Кубани и активная по­мощь населения временно захваченных фашистами территорий партизанам и участникам подполья. Командование группы, командиры и комиссары пар­тизанских отрядов, партийные организации проявляли повседневную заботу о том, чтобы поддерживать эти благородные чувства, разоблачать лживую пропаганду гитлеровцев, укреплять веру в победу советского народа, усили­вать гнев и ненависть к врагу, направлять эти чувства на активную помощь в борьбе против немецкой армии. Партизанские отряды края вели большую агитационную и организаторскую работу в тылу врага. Каждый партизан был агитатором, проводником борьбы с немецко-фашистскими захватчика-

С началом отвода своих войск с территории Ставрополья и Кубани не­мецкое командование шло на любые пропагандистские ухищрения, пытаясь обмануть местное население. Так, 21 января 1943 г. в станице Ленинград­ской Краснодарского края до сведения ее жителей был доведен приказ окку­пантов о немедленной эвакуации на запад крупного рогатого скота, овец, свиней, о вывозе зерна и мобилизации мужского населения. При этом гитле­ровцы «объясняли» станичникам, что «... Красной Армии нет, это идет, яко­бы английская, американская, инородная русская армия» [35].

Для проведения пропагандистских контрмер и срыва намерений врага Южный штаб партизанского движения направил в район станицы Ленин­градской двух партизан-разведчиков. Один из них - С.Е. Кравченко, позже вспоминал: «Благодаря деятельности партизанских разведчиков и проведен­ной ими агитационной работе, население спрятало скот и зерно и сорвало, тем самым, планы немецкого командования» [36].

Одновременно, с первых дней января 1943 г., когда началось наступле­ние Красной Армии на Северном Кавказе, советское командование в пропа­гандистских целях стало еще шире и активнее использовать авиацию. При­чем, не только для того, чтобы разбрасывать над оккупированными террито­риями листовки. В ряде случаев не меньший пропагандистский эффект имел сам факт пролета на малой высоте самолетов с красными звездами над горо­дами и сельскими населенными пунктами, вселяющими надежду в местное население в скорейшее освобождение от врага. Разведчица Пашковского партизанского отряда Краснодарского края в своем донесении писала об од­ном из таких примеров: «1, 2, 3 и 7 января мы имели счастье (и для нас это было просто торжество!) видеть наши самолеты. Два двухкрылых неизмен­но, на высоте не более 150-200 м, посещали нас в эти дни. Даже звезды вид­ны!... Конечно, стали гадать: почему это они летать стали? Решили: делают съемку местности. Очевидно, опять здесь будет фронт. Таково убеждение населения. В общем, кое-кому холоду здесь нагнали хорошего» [37].

105

В июле-августе 1943 г. на Северный Кавказ приехал председатель Чрез­вычайной Государственной комиссии по расследованию злодеяний немецко- фашистских захватчиков на временно оккупированных территориях извест­ный советский писатель Л. Толстой. Он побывал на Ставрополье и Кубани, где ознакомился с местами массовых казней советских граждан и своими глазами видел кровавые следы гитлеровских преступлений. 8 августа 1943 г. в газете «Правда» была опубликована статья А. Толстого «Коричневый дур­ман», которая стала важным и убедительным пропагандистским материалом для жителей освобожденного Ставропольского края и большей части Крас­нодарского края. Обнародование леденящих душу фактов и статистических данных, свидетельствовавших об умерщвлении гитлеровскими захватчиками женщин, детей и стариков, стало самым мощным пропагандистским аргу­ментом в разоблачении оккупационного режима. Статья А. Толстого рас­крывала, в частности, истинные намерения нацистов по окончательному «решению» так называемого «еврейского вопроса». Ведь до этого в оккупа­ционной прессе не раз публиковались материалы, в которых красной ннтыо проводилась мысль о том, что Германия воюет не с народами Советского Союза, а с «большевистско-жидовской» кликой, узурпировавшей власть в советском государстве. И вот теперь весь мир увидел, чего стоят утвержде­ния нацистской пропаганды и лживые заверения руководителей гитлеров­ского Третьего рейха. Для бойцов и командиров Красной Армии, которые летом и осенью 1943 г. вели бои с немецкими войсками на территории Ку­бани, эта статья стала мощным идеологическим оружием, утверждавшим их в своей правоте и необходимости скорейшего разгрома и изгнания ненавист­ного врага. Для населения освобожденных районов Ставропольского и Крас­нодарского краев, переживших совсем недавно все тяготы немецкой оккупа­ции, статья стала еще одним напоминанием о ней и предостережением от по­вторения подобных ужасов.

Подводя итоги, отметим, что к началу Великой Отечественной войны советская пропаганда переживала системный кризис. Он был вызван причи­

106

нами, которые сложились еще в 30-е годы ввиду резких изменений в направ­лениях и содержании внешней политики СССР. До августа 1939 г. фашист­ская Германия в советской пропаганде признавалась самым опасным, глав­ным противником Советского Союза. С подписанием пакта о ненападении вектор внешнеполитической пропаганды кардинально изменился. Теперь Германия из врага превратилась в союзника. Такое внезапное изменение сыграло негативную роль в сознании советских граждан, до конца так и не успевших к началу войны сделать переоценку перестройки пропагандистско­го аппарата.

После нападения Германии на СССР, пришлось в очередной раз менять и содержание, и направления пропаганды, сделав упор на разоблачение аг­рессивных планов врага и антисоциалистическую сущность его захватниче­ской идеологии. Преступления немецкой армии против мирного населения на оккупированных территориях и политика истребления советских военно­пленных сыграли негативную роль для захватчиков, которые в глазах мир­ных граждан предстали в качестве карателей и убийц. Советская пропаганда умело использовала этот фактор, призывая народы Советского Союза к бес­пощадной борьбе с фашизмом.

На Ставрополье и Кубани под руководством партийных органов в пер­вые же часы Великой Отечественной войны началась перестройка органов печати и других средств ведения агитационной и пропагандистской работы, которые должны были сыграть ключевую роль в развертывании идеологиче­ского обеспечения всенародной борьбы с врагом. Особенности военного вре­мени потребовали изменить периодичность выхода всех газет, изменить их формат и пропагандистское содержание. В этой связи подчеркнем, что уменьшение тиража газет отрицательно сказалось на ведении идеологиче­ской работы среди советских граждан. Отчасти данный недостаток компен­сировался проведением, особенно в первые недели войны, массовых митин­гов и собраний трудовых коллективов предприятий и организаций, готовив­шихся местными партийными комитетами. На них вскрывались агрессивные

107

планы врага, звучали идеи превращения воины в Отечественную, всенарод­ную.

Начало оккупации территории Ставропольского и Краснодарского краев немецкими войсками летом 1942 г. показало, что советская пропаганда в первое время оказалась не готова дать нацистским пропагандистским служ­бам действенный отпор. Поэтому в период с июля и до начала октября 1942 г. гитлеровским захватчикам сопутствовали в битве за Кавказ не только во­енные победы, но и успехи на пропагандистском фронте. Но уже с середины октября ситуация стала быстро меняться. В частях Закавказского фронта бы­ли проведены многочисленные идеологические мероприятия, способство­вавшие укреплению боевого духа красноармейцев и командиров, их готов­ности разгромить врага. Население оккупированных районов Ставрополья и Кубани получало советские пропагандистские материалы, вскрывавшие ис­тинные намерения оккупационного режима. Хотя, следует признать, что партизаны и подпольщики, а также советская авиация не в состоянии были обеспечить листовками, брошюрами и специальными выпусками газет все население захваченных фашистами городов, станиц и хуторов. Неудачи не­мецкой армии на Восточном фронте в конце 1942 г. - 1943 г., в том числе и в битве за Кавказ, окончательно развеяли надежды германского командования на успех в войне. Одновременно они означали и поражение нацистской про­паганды в ее противоборстве здесь с советской идеологией.