51. Классические труды западной культурологической мысли. (о. Шпенглер, а. Тойнби, й. Хейзинга).

Философские построения немецкого математика Освальда Шпенглера (1880–1936), нашли отражение в его книге «Закат Европы» (1914). Им отрицается идея единства человеческой истории, которая не является поступательным процессом, а представляющая собой процесс смены независимых великих культур.

Шпенглеровские культуры имеют 3 стадии развития: зарождение, расцвет, упадок. Конечная стадия развития любой культуры – цивилизация (упадок). Цивилизация приводит к упадку всех духовных сил: вместо поэзии, музыки, философии на первое место выступают военное дело, политика, бухгалтерия. На первом месте оказываются прикладные науки.

У Шпенглера у каждой культуры есть своя душа, характеризующаяся определенным первосимволом, который и формирует ее составляющие элементы. Душа культуры выражается в архитектурных, художественных, языковых, политических, философских формах. И характеризуется определеной системой мироощущений. Так античная (апполоновская) душа, родившаяся на фоне замкнутого горного ландшафта, выбирает своим первосимволом единичное прекрасное тело. Отсюда, по Шпенглеру, грек живет в рациональном мире, его не волнует прошлое и будущее, не пытается заглядывать в глубины собственной души, не стремиться выйти за пределы трехмерного пространства, художники не отражают душевные порывы…

Шпенглер называет 8 локальных культур (египетскую, китайскую, индийскую, вавилонскую, греко-римскую (апполоновскую), майя, византийско-арабскую (магическую), западно-европейскую (фаустовскую) – современный ему тип культуры). Отмечал, что зарождаются признаки русского типа культуры. Единственное что может спасти западноевропейскую культуру – утверждение сильной власти, которая сможет устранить противоречия.

Продолжателем линии Данилевского и Шпенглера является английский культуролог Арнольд Тойнби (1889–1975). Если Шпенглер определял целостные культурные феномены как развитые культуры (цивилизация у него стадия), то Тойнби – цивилизации. В своем 12-ти томном труде «Исследование истории» ученый утверждает, что объектом исследования выступают общества, имеющие как в пространстве, так и во времени протяженность большую нежели национальные государства. Они называются «локальными цивилизациями».

В своем развитии локальные цивилизации проходят 4 стадии: генезис (возникновение), рост, надлом, падение. Время существования культуры предопределить не возможно. Критерий развития культуры и цивилизации, по мнению исследователя, – наличие творческой элиты. Рассматривает 21 развившихся цивилизаций: западную, 2 православных (русскую и византийскую), иранскую, арабскую, индийскую, 2 дальневосточные, античную, сирийскую, цивилизацию Инда, китайскую, минойскую, шумерскую, хеттскую, вавилонскую, андскую, мексиканскую, юкатанскую, майя, египетскую. Вводит ученый также понятие остановившихся в своем развитии цивилизаций (эскимосская, оттоманская) и мертворожденных (5) – скандинавская, ирландская и др.

Тойнби пытался найти модель эволюции локальных цивилизаций – за основу брал западную, затем китайскую. В итоге останавливается на диаспорической модели (евреи, цыгане).

В основе развития культуры, по мнению философа, находится развитие религии.

Одной из самых распространенных культурологических концепций нашего времени является концепция игровой культуры. Наиболее ярким представителем этой концепции является голландский культуролог Йохан Хейзинга (1872—1945). Игра, в концепции Хейзинга, — это культурно-историческая универсалия. В своей работе «Homo ludens» — «Человек играющий» он поднимает самые глубокие пласты истории и развития культуры — игровые. «Культура, — пишет он, — не происходит из игры, как живой плод, который отделяется от материнского тела, — она развивается в игре и как игра. Все культурное творчество есть игра: и поэзия, и музыка, и человеческая мысль, и мораль, и все возможные формы культуры».

Голландский исследователь в своих трудах опирается на исходящую от Канта и продолженную Шиллером и йенскими романтиками традицию истолкования искусства из игры как спонтанной, незаинтересованной деятельности, которая приятна сама по себе и независима от какой-либо цели. Хейзинга рассматривает игровое начало не только как свойство художественной деятельности, но и как основание всей культуры. Игра старше культуры. Все основные черты игры были сформированы еще до возникновения человеческого сообщества и присутствуют в игровых поведениях животных. Игра сопровождает культуру на всем протяжении ее истории и характеризует многие культурные формы. «Важнейшие виды первоначальной деятельности человеческого общества переплетаются с игрой. Человечество все снова и снова творит рядом с миром природы второй, измышленный мир. В мифе и культуре рождаются движущие силы культурной жизни» (См. Гуревич А. Философия культуры. — М., 1994).

Культуроформирующее свойство игры связано с тем, что для изменения окружающей среды посредством любой материальной действительности человек должен был совершить предварительно аналогичную работу в собственном воображении, т. е. своего рода «проиграть» деятельностный процесс. Однако Хейзинга не сводит игровой элемент только к духовному проявлению. Игра присутствует и во всех сферах материальной культуры и определяет содержание ее форм.

Немаловажную функцию в реализации игрового начала выполняют идеалы социальной жизни, определяющие духовную жизнь общества. В определенные моменты истории игра выполняет роль драматургической основы в реализации высшего социального сюжета, социально-нравственной идеи. Общественные идеалы, несомненно, содержат много игрового, так как они связаны с областью мечты, фантазии, утопических представлений и могут быть выражены лишь в игровом пространстве культуры. Согласно концепции Хейзинги, целые эпохи «играют» в воплощение идеала, как, например, культура Ренессанса, стремившаяся к возрождению идеалов античности, а не к созданию принципиально новых, «своих» ориентиров.

Роль игры в истории культуры не всегда была одинаково велика. По мере культурного развития игровой элемент отступает на второй план, растворяется, ассимилируется сакральной сферой, кристаллизуется в учености и в поэзии, в правовых отношениях, в формах политической деятельности. Но игровой инстинкт, по мысли Хейзинги, может проявиться в любой момент, вовлекая в процесс игры и отдельного индивидуума и человеческие массы. Вытеснение игры началось в XVIII веке, когда обществом овладело трезвое, прозаическое понятие пользы, что и привело к утрате свободного духа культуры. Эта ситуация является наилучшим показателем кризиса европейской культуры, достигшего в XX веке полного своего выражения.