Ульмская катастрофа
Наполеон решил обойти с севера правый фланг Макка, отрезать его коммуникации от Австрии, а затем окружить его войска. 25 сентября французы форсировали Рейн. Корпуса Великой армии, разбросанные веером на фронте более 200 км, начали по заранее составленным маршрутам быстрые самостоятельные фланговые движения, а конница И. Мюрата сделала несколько демонстраций в направлении Ульма с целью удержать австрийцев на занимаемых позициях. Ульмский маневр Наполеона был разыгран как по нотам, ему все удалось, хотя и при исполнении можно найти шероховатости и ошибочные решения французских маршалов и генералов, порожденные быстро меняющейся обстановкой. В будущем эта операция стала классикой при изучении стратегии и военного искусства. Но при наличии такой бестолковой в военном отношении личности, как генерал Макк, она теряет определенную ценность. Ибо трудно даже предположить, что найдется еще один такой самоуверенный схоласт, подобный Макку, пребывавший в настроении полного оптимизма, не знавший силы и намерения своего противника и так уверенно загонявшего бы себя в ловушку. Вместо того чтобы отступать, осознав опасность, когда французские корпуса достигли Дуная и угрожали отрезать его от Австрии, он остался маневрировать, а фактически бездействовать в районе Ульма, хотя можно было еще попытаться прорваться, уйти с чужой территории, избежать возможной катастрофы, пожертвовав частью, спасти целое. Ничего не было сделано, чтобы вырваться из мышеловки. Причем как–то рационально объяснить поведение Макка в те дни историки могут с большим трудом. Такое чувство, что «кролик оказался загипнотизирован удавом». Макк находился в плену абсолютно неверных политических сведений, он получал какие–то почти фантастические данные о восстаниях во Франции, высадки англичан в Булоне и, как ни парадоксально, постоянно ожидал отступления и повального бегства французских войск, даже тогда, когда для австрийцев складывалась катастрофически безнадежная обстановка. Все это было бы смешно, если бы не привело к весьма печальным последствиям. Очень плохо, когда лицо, облеченное военной властью, слабо разбиралось в стратегии, вследствие чего и допускало грубые просчеты, но еще хуже, когда примешивало сюда и политические моменты, не только не отражающие действительности, но и ей в корне противоречащие. Тогда главнокомандующий становился похожим на шута и превращался в явное посмешище даже в своей профессиональной среде.
Э. Ж. К. Мортье. Гравюра XIX в.
7 октября французские полки вышли к Дунаю в районе г. Донауверт и переправились на другой берег. Произошло несколько боев, и 14 октября, после взятия моста на Дунае, у Эльхенгема, маршалом М. Неем, австрийцы окончательно отступили к Ульму и оказались там полностью блокированы французами. 16 октября эрцгерцог Фердинанд и ряд генералов предложили осуществить прорыв, но Макк не поддержал это решение. Кульминацией событий на Дунае стал день 20 октября, когда основные силы Макка капитулировали. Оружие сложили до 30 тыс. солдат и офицеров, 18 генералов, а в руки французов попало 63 пушки и 40 знамен. Когда к Наполеону привели пленного Макка, тот, словно оправдываясь, заявил: «Император Австрии не хотел этой войны, она была навязана Россией». На что вопросом отреагировал французский император: «В таком случае, вы уже не великая нация?»43 Из австрийской армии в Баварии только 10 тыс. из отряда генерала М. Кинмайера, оттесненного французами от г. Донауверта, отошли в австрийские владения, да 5 тысячный левофланговый отряд генерала Б. Ф. Иелачича прорвался в Тироль. Правда, несколько тысяч австрийских кавалеристов выскользнули из котла и направились в Богемию, но затем, позднее, были разбиты при преследовании и вынуждены сдаться. Лишь небольшой конный отряд во главе с эрцгерцогом Фердинандом смог добраться до австрийской границы.
Первый этап кампании Наполеон выиграл даже без генерального сражения, благодаря четко продуманному и исполненному плану, быстрым передвижениям своих корпусов, численному преимуществу, а также парадоксальной самоуверенности и непостижимому упорству фактического австрийского главнокомандующего Макка и его бесплодным ожиданиям подхода русских войск в «ключевой позиции» у Ульма. Но события в бочку с медом подложили Наполеону и ложку дегтя. 21 октября 1805 г. у мыса Трафальгар, на Атлантическом побережье, английской эскадрой адмирала Г. Нельсона был уничтожен франко–испанский флот. Эта победа, бесспорно, на многие годы обеспечила господство Англии на морях и окончательно похоронила идею Наполеона о французском вторжении на британские острова. Теперь не только с географической, но и со стратегической точки зрения Англия становилась неуязвимой для наполеоновских орлов. В какой–то степени для Франции Трафальгарская трагедия уравновесила Ульмскую капитуляцию. Но континент лежал у ног французского императора. И он постарался закончить начатое дело на суше – разобраться до конца с союзниками Англии.