Единство семейной, молодёжной и государственной политик

Сказанное выше укладывается в лозунг: здоровое общество — это здоровая семья и здоровая государственность.

Советское общество 1953 — 1980‑х гг. не было здоровым. Но также и современное российское общество не является здоровым в указанном смысле.

Более того, современное российское общество нуждается в целенаправленном лечении как в аспекте субкультуры государственного управления, так и в аспектах института семьи и отношения к молодёжи. Но чтобы осуществить такое лечение, надо определиться в том:

• что обществу и человеку лично требуется от семьи,

• чем в удовлетворении этих потребностей общества и личности может помочь государство как общественный институт,

• а чего государству делать не следует, поскольку это стало бы:

• бесполезной растратой природных и общественных ресурсов

• или нанесло бы прямой вред настоящему и будущему общества и человечества в целом.

Из определений государства, общества, семьи, молодёжи нетрудно увидеть, что разрыва между нравственно-психологическими, материальными и другими принципиальными подходами в определении государственной политики к обществу в целом и его «компонентам» (человеку, семье, детям, подросткам, молодёжи…) — быть не может. Все подходы должны опираться на единую цель — воспитание человека.

Как видно из определений, эта цель недостижима если:

• По отношению к самым старшим членам семьи — дедушкам и бабушкам — культура и государство (последнее — в рамках государственной политики поддержки старших поколений) допускают одни нравственно-психологические стандарты, а ребёнка пытаются учить другому¹.

В данном конкретном случае ребёнок, видя поведение старшего поколения, будет перенимать их нравственно-психологическую линию поведения, что бы они не говорили о вреде того или иного в жизни. Сами же старшие поколения, имея возможность судить о себе, глядя на ребёнка, не смогут определять, что они делают хорошо, а что плохо, поскольку в доминирующей культуре их такому методу определения не научили. Таким образом, ребёнок будет пытаться узнать истину у родителей.

• Родители — та самая «молодёжь» — будучи воспитана в той же бесчувственной к жизни культуре, на базе убеждений старших поколений и стереотипов этой культуры, тоже не смогут правильно ответить ребёнку на его интерес к явлениям жизни.

Ребёнку не останется ничего, как искать ответы самому, обращаясь к порочным стереотипам культуры, которую поддерживает государство и школа.

• Та самая «молодёжь», которой являются родители ребёнка и которой он станет, когда достигнет возраста 14 лет, сталкиваются с культурной средой в рамках школьно-вузовских программ. Уже сформировавшись к 14-ти годам с определённым базовым набором нравственно-психологических качеств, молодые люди могут пытаться извлечь для себя истину из школьно-вузовских программ. Но и там они столкнутся с производными от порочной культуры, которые поддерживаются государством.

Отчаявшись найти истину жизни, большинство молодых людей психологически ломаются и пытаются либо хоть как-то в жизни адаптироваться к культуре выживания, либо начинают ненавидеть всех своих воспитателей (в том числе и родителей), в том числе и государство.

В общем главным внешним признаком неспособности государства обеспечить безопасное для общества и для своего существования воспроизводство здоровых поколений это — дробление государственной политики на разные виды «политик» (семейную, молодёжную, школьную…). При этом можно легко заметить разные нравственно-психологические критерии подхода этих «политик» к разным «социальным категориям»¹ общества. Ясно, что эти «категории» проживают вместе в одной семье, и поэтому им обеспечены конфликты на нравственной почве (по меньшей мере). Такое дробление это неотъемлемая часть доминирующей порочной культуры, её стандартных подходов к духовному и физическому здоровью общества: если кто-то захочет определить что в государственном подходе хорошо, а что плохо ему придётся провести тяжёлый сравнительный анализ всех последних программ и «концепций» по вопросам государственной политики в отношении разных категорий граждан. Однако полная ясность в этом вопросе может появиться не от сравнительного анализа, а от общего подхода к вопросу здоровья общества только с позиции Концепции общественной безопасности.

То же касается и «высшего» присуждения титулов Года семьи, Года молодёжи, Года учителя, принятия соответствующих программ и создания комитетов из чиновников. Это тоже говорит о том, что государство заметило проблемы (а может быть и обратило на них внимание под давлением обстоятельств и общественности), но вместо их комплексного решения с позиций правильного воспитания человека — решило «выпустить пар». То есть власти решили поболтать с обществом: один год о семье, другой — о молодёжи, третий — о проблемах учителей. Но дальше разговоров и дежурных мероприятий дело не идёт.