5. «Зеленое движение» после 2000 года.

«Полевение» или имитация гражданского общества, как форма досуга

Приход к власти в России команды «правых» политиков в 2000 году вызвал проникновение «левой» оппозиции в народные протестные движения. Не миновала чаша сия и движение природоохранное. Как ни странно, но многие «зеленые», боровшиеся с коммунистами во времена советской власти, благосклонно приняли их в свои ряды. Это было ошибкой. У коммунистов не бывает друзей – бывают лишь временные союзники, которых при случае всегда можно предать. Коммунистам, как выразителям идей люмпенов, не нужна и глубоко чужда идея охраны природы. Они, как и любые люмпены, воспринимают природу, как объект потребления, и не понимают, что природный объект может быть равноценен человеческой жизни, а существование природы равно по значению существованию человечества.

В нашем регионе «красные» не смогли подчинить себе ни одну «зеленую» организацию из уже существовавших. Тогда они сбились в ядовитый клубок самостоятельно, назвавшись «Движением против застройки берегов озёр». Другие их соратники, более умеренные, решили не бороться «против», а бороться «за» - и организовали «Движение за чистоту берегов озёр». Конечно, непредвзятому человеку эти цели кажутся смешными. Ну, скажите на милость, как может забор вокруг озера повлиять на его сохранность, кроме как в лучшую сторону? Но «красно-зеленым» удалось отвлечь на дурацкие дела немало сил, которые вполне могли бы быть использованы для настоящего дела.

Первым лопнуло «Движение за чистоту берегов». В общем, сразу было понятно, что широко разрекламированный эксперимент по "шефству над озерами" со стороны предпринимательских структур провалится. Началось всё с того, что несколько лет назад ряд честных бизнесменов с самыми чистыми намерениями взялись помочь волонтёрам очистить от мусора берега рек и озер региона. Идея была благородной - действительно, мусорят в основном горожане - питерцы, а убирать за ними по закону положено за счет местного муниципального образования с населением в десяток пенсионеров. Почему бы питерцам и не убрать за своими неряхами - согражданами, таким образом пристыдив их? Участие предпринимателей должно было помочь движению этих добровольных ассенизаторов необходимым материальным обеспечением и придать ему некую респектабельность.

Конечно, нашлись десятки мальчиков и девочек с блеском в глазах. Я таких уже много раз видел - и на комсомольских экологических субботниках, и среди движения "Добровольных помощников реставраторов", когда идея спасения разрушающихся памятников на короткий промежуток времени овладела хиппующими массами... Конечно, убирали мусор тоннами. С восторгом, уверенные, что делают правильное дело. Конечно, в следующие выходные мусора оказывалось ещё больше - ведь люди скорее приедут отдыхать на чистое место, так что посещаемость чистого берега реки только вырастает, а соответственно, мусора прибавляется. И, самое обидное, мало кто присоединялся к убирающим. Наоборот, возмущались - "что так редко приходите?"

Ну и конечно, пошли разочарования у рядовой массы и упреки в адрес лидеров движения, которые, собственно, были виноваты разве только в том, что не видели дальше собственного носа...

Между тем ответ на вопрос "что делать?" был широко известен. Пока ещё позволяли законы, действовала Общественная инспекция охраны природы, работали Дружины охраны природы. Такие же мальчики и девочки, разве что побойчее, без слюнтяйства, проходили дозорами по берегам рек и озер и, обнаружив рядом с палаткой кучу мусора, составляли протокол об административном правонарушении. И пусть хозяин палатки кричал, что мусор не его - в природоохранном законодательстве презумпция невиновности не действует. К примеру, зашел в лес в пожароопасный период - ты потенциальный поджигатель, пусть у тебя даже спичек с собой нет.

Теперь сменились законы, и у нас природоохранный контроль стал прерогативой государства. Составить протокол теперь имеет право только чиновник. Общественности остается только "сигнализировать"... или действительно, убирать мусор за "отдыхающими". С системой ДОП оказалось покончено.

Эта ситуация интересна вот с какой стороны. Масса людей, оказывается, готова заниматься совершенно бессмысленным, хотя и благородным, делом. Находятся и силы, и спонсоры, и поддержка в печати... И очень мало кто способен работать над изменениями законодательства в сторону расширения общественного контроля. Хотя, собственно, это кратчайший путь к вожделенному "гражданскому обществу". Какие же это граждане, которые не верят в свои силы и скорее готовы к бессмысленной физической работе вместо сложной интеллектуальной? Люмпены это, а не граждане... Пусть даже кто-то из них имеет свой бизнес. Всё равно по уровню гражданской зрелости они – люмпены, а движение их имеет «красную» серцевину.

«Движение против застройки берегов» показывает иной пример люмпенства в гражданской активности. На мой взгляд, патриотизм - это когда, ко всему прочему, ты вкладываешь свои силы и средства в свою, а не чужую, страну. Поэтому я с восхищением смотрю всегда на людей, строящих себе дома в России, облагораживающих вокруг них территорию... Все больше появляется у нас красивых и, главное, чистых, будто из Европы перенесенных, коттеджных посёлков. Дома в них стоят дорого, в Финляндии подешевле будет. Тем больше заслуги хозяину - не поскупился, и сам жить в России хочет, и детям дом оставит, и дорогу проложил, и рабочих зарплатой обеспечил, хотя мог бы задешево и спокойней за рубежом построиться. Да, пока между этими поселками обычное наше запустение - но ведь расширяются они, возрожденные к жизни территории! Смыкаются зеленые газоны, ломаются высокие заборы, потому как от своих нечего загораживаться... Сливаются посёлки друг с другом. Так и вспоминаешь, как вокруг Питера стояли на холмах усадьбы за усадьбами, играла в них музыка, ставились любительские спектакли, писались великие романы, стихи и картины...

И вот ведь находятся люди, которым слепит глаза чужое благополучие! Думали они, как бы ущучить "богатеев", и придумали - нашли недоработку в законе. Оказывается, вокруг водного объекта надо оставлять полосу свободного прохода - потому как вода является государственной собственностью. И вот изумрудный газон заканчивается за 20 метров до озера. А дальше начинается общий берег. Весь в плевках, соплях и окурках. В воде плавают бутылки, в кустах нагажено, с веток свисает презерватив. Владельцам коттеджа, имеющих несчастье получить "вид из окон на озеро", приходится день-деньской видеть, слышать и обонять это безобразие. А вмешаться нельзя - общественного контроля-то нет, отменили! И полицию не вызовешь - ближайший сержант за двадцать верст.

Если бы было можно получить кусок берега в собственность - на берегу было бы чисто. И озеро было бы чище, потому что ни один забор озеро не загрязнит, а вот грязнющую толпу от воды отсечет. Нет, находятся рядящиеся под "экологов", начинают протестовать: "народу купаться негде!" А почему, собственно, негде? А потому что муниципальные власти пляж не сделали для народа. Потому что у них на это денег нет, а бизнес в эти дела не идет, так-как платный пляж по закону тоже вроде как и не положен, а иначе затраченные на обустройство зоны отдыха деньги на одном пиве с мороженым не вернуть.

Особенности национальной охоты на ведьм. 8 февраля 1692 года начался знаменитый «Сайлемский процесс» над ведьмами, до сих пор очень актуальный для нашей страны. Именно анализ Сайлемского процесса наглядно показал, что побудительным мотивом борьбы с “мировым злом”, как и следовало ожидать, оказывается недостаток финансовых средств… Деревня Сейлем — Виллидж, традиционно именуемая в литературе “Салем”, находится в США, штат Массачусетс. Здесь в 1692 году по голословным обвинениям было казнено и умерло в тюрьме более 20 человек. Всем им вменялось в вину колдовство, напускание порчи и связь с дьяволом. Этот процесс вошёл в историю, а название “Салем” стало нарицательным. Как случилось так, что половину населения посёлка поразил вирус безумия и они легко поверили, что “ведьмы”, даже находясь на скамье подсудимых, продолжают мучить своих жертв, но в то же время ничего не могут поделать со стражей и судьями? Подозревали массовое отравление спорыньей, эпидемию летаргического энцифалита… Объяснение оказалось менее экзотическим. В 1867 году картограф — любитель Чарлз Апем составил карту Сейлема 1692 года, отметив на ней дома всех главных участников процесса. Оказалось, что 30 из 32 обвинителей жили в западной части деревни, а 12 из 14 осужденных ведьм и колдунов и 24 из 29 их защищавших на процессе — в восточной. Если дьявол и вербовал себе слуг среди сейлемцев, то, похоже, ему были небезразличны их адреса… Историки, изучив прошлое посёлка, обнаружили, что восточная часть деревни, близкая к порту и торговой дороге, была более зажиточной, чем западная; зато “западники” гордились тем, что сохранили пуританский дух, осуждающий роскошь и смотрели на своих восточных односельчан, как на погрязших в мирской суете грешников. К началу процесса через деревню пролегла социально — экономическая и религиозная линия фронта, которая и разделила её жителей на истцов и ответчиков. Ленинградская область. Наши дни. Группа «общественников» начинает устанавливать факты перекрытия владельцами прибрежных участков узкой береговой полосы — так называемого “бечевника”, куда, согласно Водному Кодексу, должны допускаться все желающие. Собранный ими материал попадает к журналистам и вместо разумного комментария — да, вот к чему приводит всякая половинчатость; с одной стороны, и частная собственность на землю появилась, с другой стороны, хозяева даже забором не смеют огородиться; давайте не будем популистами и, наконец, добьемся того, чтобы частная собственность стала бы в нашей стране священна и неприкосновенна, как и положено в цивилизованных странах — внезапно получает безоговорочную поддержку. Прорывается наружу застарелый гнойник зависти к тем, кто живёт лучше. Туристы (романтики в драных палатках) становятся социально близкими, а жители загородных коттеджей — богатеями, ждущими очереди на раскулачивание. Отдельные голоса противников новой охоты на ведьм тонут в гвалте новоявленных “защитников природы”. Причем эти “защитники” не желают видеть, что в местах, свободных для посещения “любителями отдыха на природе”, грязь непролазная, а коттеджные посёлки — образцы содержания территории. И всем вроде бы всё понятно — надо строить загородное жилье, чтобы дети росли на природе, чтобы деньги в стране оставались, а не в финскую недвижимость вкладывались. А коттеджей в области построено очень мало — 22 000 штук примерно, по сравнению с 800 000 садоводческих домиков — пустяки, и даже по данным борцов с огораживанием, в год по берегам водоёмов появляется менее 20 коттеджей, с такой скоростью за пятьдесят лет застроят всего половину одного лишь Суходольского озера… Но все равно, на страницы газет, на телеэкраны, под предлогом борьбы “за озёра” продолжает выплёскиваться густая злоба люмпена к более успешному соседу. Не в том дело, что злоба эта на сей раз рядится в “экологические” одежды. Триста лет назад людей бы обвиняли в колдовстве с той же экономической подоплёкой. Дело в том, откуда она, злоба, берётся. Один мой хороший знакомый, писатель, настоящий питерский интеллигент, послушав такие мои рассуждения, сказал примерно следующее: всё так, и зависть — дурное чувство. Но раньше — на лыжах, сквозь заснеженный карельский лес, вдоль вековых сосен, по заледенелому озеру, к незамерзающему роднику со стылой водой, дальше — костерок, чай с хвоинками… Да, в новых посёлках — красиво, фонари, на озере каток, дымок от шашлыка, и музыка, и с берега не гонят, но чувствуешь себя бродягой у ворот усадьбы. Промолчал я тогда. А, верно, стоило бы сказать — да, были когда-то здесь усадьбы. Были и бродяги. Была могучая страна с великой культурой, вровень стоящая с другими европейскими державами. И разрушила её обычная человеческая зависть, научившаяся выдавать себя за заботу об угнетенных. И ради чего разрушила? Чтобы он, писатель — умница мимо пожжённых дворянских гнёзд, осквернённых церквей да разорённых финских хуторов на лыжах ходил? Или чтобы туристы на любом берегу могли палатку поставить, в кустах, не опасаясь хозяйского глаза, нагадить, да потом песню спеть про то, как здорово, что все мы здесь сегодня собрались? Бродяга останется бродягой, хотя бы и с университетским дипломом. Бродяги не создадут государство, не восстановят хозяйство, не смогут управлять собственностью. Десятилетия советской власти это доказали. Дайте, наконец, людям иметь свой дом на своей земле. Не мешайте им эту землю защищать. Отмените законы, мешающие осуществлять права собственника. Укажите бродягам и люмпенам их место в обществе. Этого достаточно. И полудюжины лет не пройдёт, как Россия станет могучей и процветающей.

Ну, борцы за свободу гадить на берегах озёр у меня ничего, кроме брезгливости, не вызывают. С ними всё ясно - мелкие, зависливые к чужому благополучию душонки. Но ведь масса людей и организаций страдают от невозможности по закону получить в собственность кусок береговой полосы. К примеру, руководство санаториев и детских оздоровительных лагерей, которые тихой сапой огораживают-таки себе участки берега, владельцы гостиничных комплексов, да, собственно, каждый из нас, который бы хотел отдыхать в чистоте, пусть за деньги, а не в грязи, зато бесплатно. И нет, к моему удивлению, массового протеста против такой законодательной нормы. Все кряхтят, тихо дают взятки, ставят незаконные заборы, ворчат... но изменить положение дел не пытаются. И говорят при этом, что всё равно не получится, народ у нас такой, любит, чтобы все на халяву… Да вы хотя бы попробуйте! А вдруг?

Мне дорого зеленое движение, важны зеленые идеи, я им отдал много сил и времени. Тем более обидно, когда в современной ситуации «зеленые» лозунги используют всего лишь как средство вывести на улицу против правительства побольше народа. Использовать «зеленых» для ежеминутных политических целей – всё равно, что забивать гвозди микроскопом. Зеленая идея даёт людям понимание того, как правильно воспринимать окружающий мир – а её используют для того, чтобы упрекнуть правительство, что, мол, не ту технологию используют для утилизации мусора. Политики видят в «зеленом» движении не носителей вечных истин, а «протестный потенциал». Впрочем, тут «зеленые» виноваты сами, не вычистив из своих рядов, к примеру, дамочку с говорящей фамилией «Чирикова» и прочих разных «борцов за права на чистый воздух».

Смена целей.

Современный период развития движения интересен тем, что все задачи, которые движение могло выполнить в России, оно выполнило. Да, осталось множество частных случаев, куда можно приложить силу – но, в общем-то, стало понятно, как надо и как НЕ надо действовать, где можно одержать победу и каких результатов ни при каких условиях НЕЛЬЗЯ достичь.

Стали понятны объективная ограниченность движения, конкретизировались его цели и задачи. Например, стало ясно, что остановить рождаемость и резко уменьшить численность человечества – до безопасного предела в 1 миллиард человек – ни «зеленые», ни какая бы то ни было иная политическая сила на Земле не в состоянии. Сохранить существующую технократическую цивилизацию мы также не можем, равно как и нынешний уровень потребления, даже такой средний, какой мы имеем в России. И обещать, что дальше будет жить лучше, было бы, по меньшей мере, безответственно. Наконец, стал ясно виден неизбежный и близкий конец движения, связанный с замещением европейцев в планетарном масштабе на иные расы и этносы, которые имеют совершенно иные представления о природе, месте в ней человека и общественных движениях. Собственно, у них вообще нет такого «зеленого» движения, которое нам привычно. То есть дать прогноз о будущем движения мы не можем, кроме, разве что, утверждения, что будущее движения, как и цивилизации в целом, прогнозу не поддается.

Максимум, что могло сделать «зеленое» движение – создать модель нравственного поведения человека перед лицом непреодолимой силы с учетом экологической составляющей бытия… И это оно уже сделало.

Разумеется, рефлексируют о судьбе движения единицы из числа природоохранных активистов. Давно уже не собираются конференции с теоретической повесткой дня. Лидеры движения часто просто боятся рассказать правду о перспективах своим младшим единомышленникам. Поэтому такое распространение получили эскапистские течения, основанные на «зеленой» идее – вегетарианство с веганством, попытки экономить ресурсы в быту, пропаганда натуральной пищи, тканей, предметов быта…

Наряду с этим у «зеленого движения» в активе много реальных достижений. Тематика текста не соответствует рассказу об успехах – однако же, мне хочется отметить, что за прошедшее десятилетие нашей организацией в содружестве с конструктивно настроенными «зелеными» удалось сделать очень многое и в Петербурге, и в Ленинградской области. О некоторых наших действиях я расскажу ниже.

Конструктив: успехи и пределы возможностей. Мы изначально поставили задачу работать в интересах местных сообществ и на средства, предоставляемые нам этими собществами. На возражения, что таковых средств будет мало, мы отвечали, что в таком случае хуже будет не нам, а в первую очередь самим местным сообществам и они, как социальные организмы, обнаружив свою нежизнеспособность, погибнут, в том числе – и из-за ухудшения качества среды обитания. Те же сообщества, которые придут к ним на смену, будут сильнее и, вполне возможно, смогут затратить средства на охрану природы. А мы подождём…

Практика показала, что я был прав. После очень быстрой, буквально в течение десятка лет, смены доминирования в обществе ряда социальных групп, положение референтных групп заняли сообщества, состоящие из вполне вменяемых и понимающих важность охраны окружающей среды людей.

Опираясь на их усилия и ресурсы, нам удалось создать систему, которая позволяет непосредственно влиять на ситуацию в экологической политике властей регионов, выдвигая или поддерживая любые инициативы, направленные на создание технологических, культурно-идеологических, правовых и природных элементов системы устойчивого развития региона. С нашей помощью сложился развитый рынок питьевых и минеральных вод, фильтров для доочистки питьевой воды, биологически активных пищевых добавок, и других экологических товаров. Мы провели ряд общественных экологических экспертиз промышленных и транспортных проектов, обеспечив участие общественности в принятии решений, оказывающих значительное влияние на развитие региона (для примера можно назвать экспертизу проекта Кольцевой автодороги вокруг Петербурга и нефтетерминала в Ораниенбауме, Морского порта в Петербурге и алюминиевых производств на территории Ленинградской области). Ежегодно мы проводим экспедиции по изучению состояния уникальных природных объектов региона и регулярные инспекторские проверки предприятий, нарушающих природоохранное законодательство. С 1994 года “Зелёный Крест” — учредитель первой в России экологической радиостанции “Открытый Город”. Радиостанция просуществовала до 2008 года и закрылась в связи со смертью главного редактора. С 1997 по 2000 год организация издавала собственную газету — “Зеленый Сектор”. Газета бесплатно распространялась во властных структурах города и области, офисах крупнейших фирм, организациям, учреждениям образования. Теперь газету сменили два сайта. В 2000 — 2001 годах “Зелёным Крестом” проводилась общественная экологическая экспедиция на Ладожское озеро. В ходе экспедиции были собраны данные, подтверждающие возможность и необходимость строительства водовода из Ладожского озера для водоснабжения Петербурга. Вообще экспедиции мы проводим регулярно, с 1998 года по настоящее время. В 2001 году “Зелёным Крестом” подготовлена и издана брошюра по заказу Департамента по природопользованию Правительства Ленинградской области — “Состояние окружающей природной среды на административной границе между Санкт — Петербургом и Ленинградской областью”. В 2002 году “Зелёным Крестом” впервые в России был проведён Международный экологический праздник “День Фиорда” в Выборге. В 2002 году “Зелёным Крестом” была составлена схема перехода к устойчивому развитию модельной урбанизированной территории — района Санкт — Петербурга “Левашово — Удельная”. В 2003 году нами был выпущен первый “Путеводитель по Ленинградской области”, карта областных туристических маршрутов “Серебряное Кольцо” и цикл телефильмов о природе и культуре Ленинградской области. В 2004 году мы вновь провели праздник “День Фиорда” в Выборге и организовали экспедицию по обследованию заказников на островах российского сектора Балтики. В 2005 году мы создали первую в России правозащитную радиостанцию “Свободный Голос”. В том же году мы поставил рекорд - провели 12 общественных экологических экспертиз. Обычно их бывает в году не более 4 штук. В 2006 году мы обследовали все заказники Санкт — Петербурга. В 2007 году опять-таки провели ряд общественных экологических экспертиз и общественную экологическую экспедицию на остров Гогланд в Финском заливе. В 2008 году был создан «Клуб зеленых журналистов» Санкт – Петербурга, выпущены новые издания «Экологической карты Ленинградской области». В 2009 году нами было проведено 7 заседаний “Клуба зеленых журналистов” Санкт - Петербурга, из них — 6 выездных, являющихся, по сути, пресс — турами, длившимися от одного до пяти дней. В 2010 году сотрудниками и волонтёрами Зеленого Креста организованы и проведены массовые акции, направленные на повышение туристической привлекательности региона: музыкальные фестивали «Дверь в Лето» (Выборг), «День народа водь» (Усть-Луга), а также длящийся неделю фестиваль «Дни культуры Выборга в Петербурге». В 2011 году Зеленым Крестом проведена общественная экологическая экспедиция по Финскому заливу, в ходе которой были обследованы донные отложения на предмет содержания в них радионуклидов, выпавших в ходе испытаний ядерного оружия из атмосферы. В 2012 году сотрудники Зеленого Креста подготовили и опубликовали более 600 выступлений в различных СМИ региона; рассмотрели и приняли меры по 83 обращениям от частных лиц и предприятий. В 2013 году Зеленым Крестом проведена общественная экологическая экспедиция по Ладожскому озеру, в ходе которой были обследованы острова, где в середине 20 века проходили испытания радиологического оружия, а в 2015 году – проведена общественная экспедиция по обследованию захоронения ядерных отходов на форте Ино в поселке Приветнинское. В 2014 году мы в содружестве с издательством «Инкери» выпустили книгу «Удивительные и загадочные места Ленинградской области», а вместе с Ольгой Сорокиной из телекомпании «Ленинградское областное телевидение» сделали 18 телепередач про эти удивительные и загадочные места, по материалам этой книги. За два года – 2014 и 2015 мы провели 12 общественных экологических экспертиз, в том числе – таких общественно значимых проектов, как создание завода по утилизации медицинских отходов и по переработке токсичных отходов на полигоне в Красном Бору. Регулярно проводим по 3-6 пресс-тура в год. В 2015 году разработали «Концепцию использования вторичных ресурсов в Ленинградской области», согласно которой к 2030 году регион перейдет на полную утилизацию всех видов отходов, таким образом превратив их во вторичное сырье... Интересующихся подробностями нашей деятельности я отсылаю к нашим официальным отчетам (См. ссылку 8). Главное – благодаря нашим усилиям и усилиям наших друзей, в регионе сейчас действует хорошо отлаженный механизм взаимодействия общества и власти. Его наличие показывает, что практически каждый человек имеет возможность оказывать влияние на ситуацию в области природопользования, имеет возможность бороться и побеждать.

Разумеется, мы понимаем, что наши частные успехи не в силах задержать наступление глобальной катастрофы, а могут лишь дать пример адекватного восприятия угрозы и нравственного поведения перед её лицом.

Критика действий властных структур со стороны маргинальных «зеленых», отрабатывающих западные гранты, в данном случае не в счет, их неудачи проистекают не из-за политической ситуации, а от их собственной никчемности, привычки жить на подачки и нежелании работать на достижение конечного результата. К тому же, в скором времени подача грантов прекратится – либо устанут от обмана рецепиентов «западные» доноры, либо российское законодательство начнет, наконец, реально бороться с зарубежными «агентами влияния», (впрочем, этому уже положено начало) и эти три-четыре живущие на гранты организации лопнут, как мыльные пузыри.