5. Распространение разведывательных данных

Из сказанного следует, что если мы поместимся в какой-либо командной инстанции, то заметим три различных потока сведений, которые направляются к заинтересованным начальникам — высшим, подчиненным или соседним — независимо от того, просили они о присылке этих сведений или нет.

Такое направление сведений по соответствующему пути к начальникам-получателям и называется распространением сведений.

Роль начальника соединения и его штаба в распространении сведений.

Начальник войскового соединения должен интересоваться этим распространением. Именно от него старший начальник требовал целый ряд сведений, которые по этому специальному заказу добывались. Очевидно, что к назначенному сроку должны быть представлены лишь сведения изученные, по возможности проверенные и отнюдь не двусмысленные, чтобы их можно было не только поставить на соответствующее место сообразно их важности, но и особенно определить степень их достоверности.

Начальник соединения лучше других может судить о том, какие сведения имеют значение для маневра старшего начальника.

Таким образом, все сведения, представляемые старшему начальнику, должны быть просмотрены начальником данного соединения, хотя бы и были подготовлены в его штабе.

Сведения, назначенные для подчиненных, имеют весьма различную важность. Если речь идет о каком-либо детальном сведении, полученном старшей инстанцией, но интересующем лишь подчиненного, то можно допустить, что штаб перешлет ему это сведение без вмешательства начальника. Но если дело касается общего положения противника, воспроизведенного изученными выше приемами, т. е. той общей обстановки, среди которой каждый подчиненный будет определять свое собственное положение, то зачастую начальнику бывает полезно ознакомиться с тем, в каком виде эта общая обстановка изображена его штабом. Несомненно, что одно и то же положение, представленное с преувеличенным оптимизмом или с несколько утрированным пессимизмом, может породить неосторожную доверчивость или парализующее беспокойство. Между тем моральное состояние подчиненных должно быть предметом особого внимания начальника.

Что касается соседних начальников, то, по-видимому, не произойдет никаких неудобств, если предназначенные для них сведения, — как детальные, так и относящиеся к более важным предметам, — будут рассылаться непосредственно штабом. Относительно деталей это очевидно, но если дело касается более важного сведения [93] или общего приказа, то они фигурируют ужа в документах, адресованных старшим начальникам или подчиненным, которые начальник соединения видел, а потому не представляется препятствия к тому, чтобы они были даны соседям в той же форме.

Документы, обеспечивающие распространение сведений.

Прежде всего, мы должны выделить сведения, представляющие немедленный интерес для какой-либо командной инстанции. Обыкновенно оно будет заключаться в констатировании положения или факта, из чего нужно будет безотлагательно сделать вывод.

Для этого достаточно краткого донесения или сообщения, смотря по тому, предназначается ли оно начальнику или подчиненному. То и другое должно быть ясно; и точно, давая ответы на обычные вопросы: кто или что? когда? где? как?

Общие донесения по разведке.

Сведения, собранные, изученные, истолкованные и в случае нужды проверенные низшей инстанцией, представляются в высшую в форме общих донесений по разведке.

Эти общие донесения составляются по определенному методу, причем сведения, относящиеся: к одному и тому же предмету, району и пр., группируются в отдельные параграфы.

При накоплении достаточного количества сведений стараются сделать из них общий вывод. Но прежде всего нужно резко разграничить установленные материальные факты к то, что является лишь результатом толкования.

Разумеется, что основным правилом для этого донесения должна быть абсолютная искренность. Начальнику должна быть сообщена вся правда, какова бы она ни была. Обмануть его в какой-либо мере — это значит испортить одно из существенных оснований будущего оперативного замысла. Какой бы прием ни был употреблен для обмана — ложь, извращение истины или просто замалчивание — это одинаково значит совершить действие, более преступное и низкое, чем простая бесчестность, — это настоящая измена.

Разведывательные сводки.

Документ, посредством которого старший начальник сообщает низшим инстанциям сведения, собранные о противнике, носит название разведывательной сводки.

В этой сводке должны быть методически сгруппированы, как и в «общем донесении по разведке», отдельные сведения, относящиеся к одному предмету, району и т. д. и могущие интересовать того или другого из начальников-получателей. Но в случае надобности в ней следует найти и списание общего положения противника в том виде, как оно представляется начальнику, с отметкой всего имеющего значение для маневра крупного соединения.

Это описание может быть помещено или в начале сводки в [94] параграфе «Общая обстановка», или в конце ее под заглавием «Заключение» или «Выводы».

Вопрос о форме этого документа имеет мало значения, лишь бы можно было легко найти обе категории сведений: общие и частные.

Зачастую — особенно в таких командных инстанциях, как корпус, — общее донесение по разведке и разведывательная сводка будут тождественны. В этом случае без всякого неудобства можно заменить общее донесение разведывательной сводкой, посылаемой вместо первого.

Разница между общим донесением по разведке и разведывательной сводкой.

Но между этими двумя документами все-таки может образоваться существенная разница, которая всецело выражается в следующей форме: вся истина — в общем донесении, ничего, кроме истины, — в разведывательной сводке.

Действительно в известных случаях, впрочем, довольно редких, признается нежелательным давать подчиненным некоторые сведения, не имеющие отношения к их действиям во время маневра, а между тем могущие оказать дурное влияние на их дух.

Однако по нашему мнению все же лучше было бы ничего от них не скрывать. Можно все сказать исполнителям, нужно лишь найти подходящую для этого форму.

Во всяком случае, никогда не следует, даже под предлогом подъема духа, давать ложные сведения. Это всегда всплывает наружу; помимо обмана самое выражение «bourrage de crâne», т. е. «набивка черепа»{17}, родилось в последнюю войну, — мы могли констатировать и плачевные следствия прозванного так действия. Ложь убивает доверие, а получаемая от нее мимолетная выгода — ничто в сравнении с тем моральным вредом, который она влечет за собой.

Посторонняя информация во время маневра. Наконец, само собою разумеется, что разведывательная сводка как документ командования, сообщающий подчиненным, по крайней мере частично, один из материалов, на которых основывается решение начальника, не должна заключать в себе те ребяческие глупости, которые загромождали подобные бюллетени во время войны.

Если для поднятия духа армии желательно всем чинам ее сообщать какие-нибудь новости, имеющие лишь весьма отдаленное отношение к производимому маневру, то следует создать для этого — хотя бы в каждой армии — специальную газету, где наряду с сообщаемыми новостями призванные для этого люди изливали [95] бы избыток своем воодушевления. Получится издание, которое в смысле поддержания морального элемента будет в состоянии конкурировать с театральным делом в армиях и с другими подобными предприятиями, с которыми, однако, ни в коем случае не следует смешивать разведывательную сводку.

Схемы при сведениях.

Не может быть и речи о схемах, способных совершенно заменить документы, столь точные, содержательные и сильные, как только что разобранные, если они хорошо выполнены. Но простая, ясная и выразительная схема, начерченная человеком, знающим общее положение; и нужды каждого, может сделать документ более ярким.

Все знают мнение Наполеона о ценности схем. Во время последней войны в некоторых войсковых частях искусство вычерчивания схем было доведено до высшей степени совершенства, и остается пожалеть, что оно не получило более широкого распространения.

Параграф оперативного приказа: «Сведения о противнике».

Несомненно, что от подписывающего приказ зависит придать ему подходящую форму. Однако существует традиция посвящать первый параграф вопросу о противнике. Нам кажется, что эта традиция основывается на правильной мысли о том, чем должен быть оперативный приказ.

В самом деле, что представляет собою этот приказ? Изложение решения начальника, объясненного и уточненного для исполнителей.

Само по себе это решение является лишь результатом действия ума, называемого «замыслом», в нем начальник находит разрешение проблемы, которая ему постоянно ставится, а именно, исходя из определенного положения противника, создать комбинацию имеющихся средств, которая позволила бы выполнить поставленную задачу, несмотря на сопротивление противника.

Когда начальник нашел эту комбинацию, то каким образом он мог бы лучше всего объяснить своим подчиненным то, чего он от них ожидает?

Отсюда возникает приказ, излагаемый в следующей форме:

а) сведения о противнике,

б) задача, полученная от высшей командной инстанции,

в) идея маневра, задуманного начальником для выполнения поставленной задачи, и

г) задачи, данные вследствие этого каждому из подчиненных.

Польза параграфа приказа: «Сведения о противнике».

Понимаемый в таком смысле приказ образует одно целое, в котором все части соединены причинной связью: по той причине, что противник таков и что данная нам задача такова, наш маневр должен быть именно таким, а не другим; для того же, чтобы он разыгрался по предположению, задачи, данные исполнителям, определены так, как указано. [96]

Исключите из такого целого какую-нибудь часть, и оно сделается хромым.

Но тут необходимо сделать одно замечание.

Мы знаем, что инициатива подчиненного строго ограничена выбором средств для выполнения возложенной на него задачи. Исключением является тот случай, когда в момент исполнения, подчиненный окажется явно в другой обстановке, чем та, на которой основывался приказ начальника.

Совершенно очевидно, что подчиненный, не ознакомленный с обстановкой, вызвавшей приказ начальника, окажется не в состоянии заметить происшедшее в лей изменение, а следовательно лишится и права на инициативу. Конечно, он мог бы заняться истолкованием мысли начальника, но такое толкование будет всегда опасным. Добросовестное заблуждение в этой области открыло бы дверь для всякого непослушания.

Несомненно, что в момент отдачи приказа может не хватать точных сведений о противнике; тем не менее, нам кажется, что начальник, желающий сберечь выгоды частной инициативы, должен непременно сказать, как он себе представляет противника.

Редакция этого параграфа.

Первый параграф приказа относительно противника может быть рассматриваем как выражение одной из причин, оправдывающих третий параграф — относительно идеи маневра. Очевидно, что редакция параграфа о противнике должна быть соответственно оформлена.

Он должен быть сжатым, выраженным в нескольких рельефных чертах изображением обстановки, из которого будет видна необходимость прибегнуть для достижения поставленной цели именно к тому маневру, который указан дальше.

Этот параграф приказа состоит в близком родстве с оценкой обстановки, подробно разобранной в IV главе, потому что оценка эта имеет целью дать основание для приказа, а именно — представить начальнику «в форме, пригодной для немедленного использования, все сведения о противнике, способные вызвать или изменить решение начальника» (приложение IV к Инструкции для крупных соединений, § 6).

В общем, однако, первый параграф приказа должен быть изложен еще более сжато, чем представляемые начальнику выводы из разведывательных донесений. [97]