Глава 1. Развитие научных взглядов о системе авторских прав в зарубежной цивилистике

Трехсотлетняя история авторского права представляет собой процесс постоянного усложнения системы прав автора по их числу, разнообразию и содержанию. В результате такой эволюции в зарубежной и отечественной цивилистике не сложилось единого как законодательного, так и теоретического подхода к составу и структуре системы авторских прав.

В зарубежной юридической науке нет консенсуса по поводу того, что выступает критерием деления авторских прав на имущественные и личные неимущественные, но наиболее распространенным критерием разграничения авторских прав на имущественные и моральные выступает характер защищаемого правом интереса¹. Более сложный подход к рассматриваемому вопросу предлагает, в частности, К. Ригамонти. Он пишет о трех существенных признаках моральных прав автора:

1. Моральные права принадлежат только автору произведения;

2. Объектом моральных прав является произведение и эти права регламентируются в рамках законодательства об авторском праве. Данный признак подчеркивает отличие моральных прав автора от прав личности;

3. Моральные права автора неотчуждаемы².

Если переходить к вариантам построения структуры системы авторских прав, стоит отметить, что в зарубежной юридической науке не выработан единый терминологический аппарат для описания структуры системы авторских прав, что вносит дополнительные трудности в дискуссии по данному вопросу. Такие всемирно известные специалисты по авторскому праву, как Д. Липцик¹, Дж. А. Л. Стерлинг², А. Люка³ делят системы авторских прав на монистические и дуалистические. При монистическом подходе имущественные и моральные права автора регламентируются в рамках авторского права и интерпретируются как разные проявления одного права, т.е. унитарно. Напротив, при дуалистическом подходе указанные виды прав, признаваясь также в рамках авторского права, четко разграничиваются. О монистической и дуалистической моделях в рассмотренном контексте пишет и М. М. Янковска, однако она дополняет их инвертированной монистической или «лоскутной» моделью, которая описывает классическое англо-американское авторское право, где полноценного признания института моральных прав нет⁴.

Несколько иного взгляда на виды моделей системы авторских прав и на монизм и дуализм в авторском праве придерживается К. Ригамонти. Он выделяет три модели системы авторских прав. Первая, называемая «лоскутной теорией», характерна для классического англо-американского авторского права, в котором неимущественные интересы автора охраняются внешними по отношению к авторскому праву разрозненными средствами. К. Ригамонти рассматривает в качестве дуалистического авторское право Швейцарии до 1993 г., характеризовавшееся отсутствием института моральных прав и охраной неимущественных интересов автора общим гражданско-правовым институтом личных прав. Наконец, монистическим швейцарский ученый признает континентальное авторское право, включающее в себя имущественные и моральные права автора¹. Таким образом, К. Ригамонти понимает монизм в плане интеграции моральных и имущественных прав в авторском праве.

Наконец, можно выделить точку зрения самого известного в XX в. сторонника монистической теории авторского права О. Ульмера, который в качестве монистического рассматривает авторское право Германии, а в качестве дуалистического – такое авторское право, где моральные и имущественные права четко разграничены. При этом способ охраны неимущественных интересов автора (будь то институт моральных прав или общий институт прав личности) для идентификации дуализма значения не имеет².

В наибольшей степени конкуренция дуалистических и монистических взглядов на авторское право проявилась на рубеже XIX–XX вв. в немецкой цивилистике. Самыми влиятельными сторонниками точки зрения на то, что авторское право относится к личным правам и что оно в целом является неотчуждаемым, были Отто фон Гирке³ и Карл Гарайс⁴. Известнейшим сторонником дуалистических взглядов на авторское право был Йозеф Колер, который разработал теорию прав на нематериальные блага⁵. Он предложил модель системы авторских прав, основанную на четком противопоставлении имущественных и личных прав автора. В гражданском обороте произведение является объектом самостоятельных по отношению к вещным правам абсолютных имущественных гражданских прав. Эти права могут свободно отчуждаться. В то же время, по мнению Й. Колера, автору принадлежит ряд личных прав, которые, находясь за пределами авторских прав, являются элементом общего института личных прав.

Концепция Й. Колера оказала серьезное влияние на авторское право Франции, Нидерландов, Италии и других стран, в том числе и России на современном этапе. Однако в самой Германии на законодательном уровне возобладали монистические воззрения на авторское право. Одним из ключевых разработчиков германского Закона об авторском праве 1965 г. был ученый Ойген Ульмер, чья идея состояла в том, что авторское право, если рассматривать его как единый институт, невозможно поместить в правовую систему, которая признает только имущественные и личные права, т.е. наряду с правами, которые по своему типу принадлежат к одной из этих групп, есть также права, которые объединяют в себе признаки обеих групп¹.

Ярким примером признания дуалистических взглядов на авторское право является Франция. Во Франции, как и в других странах, авторское право появилось как право имущественное. Однако уже в начале XIX в. французские юристы и представители искусства обратили внимание общественности на то, что использование произведения не только приносит автору доход, но и непосредственно затрагивает его имя и репутацию. Такие писатели романтизма, как В. Гюго, П. Мериме, неоднократно входившие в состав комиссий по реформе авторского права, обосновывали идею, согласно которой автору непременно должно принадлежать настоящее право отцовства на свое произведение².

Во второй половине XIX – начале XX в. во французской правовой доктрине была разработана категория морального права (droit moral) и ее составляющие. Основоположником доктрины моральных прав во Франции стал А. Морийо. Он не рассматривал моральное право в качестве составляющей авторских прав и отмечал, что моральное право автора и исключительное право абсолютно различны: первое восходит к естественному праву, а второе – к позитивному. Одно из этих прав может быть нарушено, тогда как второе – нет¹. По мнению А. Морийо, объектом морального права выступает само произведение, а объектом исключительного права – экземпляры этого произведения². Необходимо заметить, что, обосновывая моральное право автора, французский юрист отстаивал идею, согласно которой произведение воспринимается как продолжение личности автора, которая должна защищаться. Вывод А. Морийо заключается в том, что подлинным авторским правом может быть только исключительное право, вследствие чего моральное право должно регулироваться общими принципами. Таким образом, благодаря А. Морийо во французской доктрине постепенно была утверждена дуалистическая модель авторских прав, что впоследствии было отражено и во французском законодательстве.

Итак, можно говорить о том, что в зарубежной цивилистике не сложилось единого мнения относительно системы авторских прав, а именно относительно критерия разграничения прав на имущественные и неимущественные, места моральных прав в авторском праве и оптимальной модели авторских прав. Преобладающие научные взгляды о системе авторских прав в разных странах (например, во Франции - дуалистические, в Германии - монистические) во многом предопределило те модели, которые впоследствии были официально закреплены в национальном законодательстве этих стран.