14.08.98. Пятница.
Думали встать пораньше, но получилось как всегда. Позавтракали остатками вчерашнего обеда (лапша).
В 1035 тронулись вверх по реке. Шли ходом, ровно один час до Красных камней. Шли по камням, поэтому вспотели весьма изрядно.
Низко плывут облака, изредка в прогалы просматривается синее небо и уж совсем редко солнышко. Вода в этом году очень большая: камни и скалы выглядят совсем иначе, чем год назад.
На красных камнях исполосовали снизу вверх, вдоль и поперек всю акваторию. Ничего!!! У Львовича случился «мертвый» зацеп, пришлось рвать леску – Zebco Trinitron. Удалось сделать это с немалым трудом.
На камнях провели около полутора часов: сфотографировались, поели сухариков, попили водички и тронулись дальше.
Дотопали до скал. Перенастроили снасти, навязали мушки. Пробовали ловить и на «балду», и на блесну. В течение полутора часов Слава с трудом «выдрючил» трех хариусов, да и то меньше даже среднего размера. У меня ничего!
Тут же их и приговорили. Двух на палочках у костра (я это запечатлел!), одного в малосол.
При вскрытии оказалось, что желудки рыб набиты плотно ручейником. Ручейник очень мелкий, гораздо мельче нашего, а мошки в желудках нет совсем. Скорее всего, он по этой причине и не берет. Накануне был дождь, пошел вымыв ручейника. Его хариус и жрет, и на мушку не реагирует.
После обеда Сява перебрался на другой берег. Применяя свое «ноу-хау» выморщил (другого слова и не подберешь) еще семь штук не очень крупных.
Я не поймал вообще ни одного, дрючить у меня не хватает терпения, зато занялся пейзажной фотографией. Сделал, на мой взгляд, несколько любопытных кадров: с водой, со скалами. Приедем, проявим, посмотрим.62
Времени было около шести часов. Львович перебрался на левый берег и решили сразу идти ходом до лагеря. По дороге разбирались с деньгами.63
В лагере новость и приподнятое настроение: Сергей нашел рядом со строящейся избой бензин (очень качественный!) и масло (чуть ли не «шелл»). Налил для пробы маленькую канистру: а мотор все равно не заводится... Наконец-то стало окончательно ясно, что целиком и полностью виноват Тихонов (дело было не в бензине: разгильдяй сидел в кабине!). Вот он сейчас с мотором и возится – даже два раза чихнуло, есть шанс, что заработает.
Альберт к нашему возвращению сварил сладенькую рисовую кашку. Пока мы со Славой ее наворачивали, к «пекарне» подъехали хозяева строящегося зимовья. На двух лодках, с крутыми японскими моторами. Русские. Алик ходил за информацией: приехали на субботу – воскресенье с лицензией на отстрел медведя. Оказывается, здесь в районе Лагорты и Кокпелы бродит подранок, подстреленный хантами. По слухам, он уже кого-то задрал! Все переполошились: Сергей уходил один достаточно далеко от лагеря, мы с Львовичем бродили... Слава Богу, все обошлось.
Алик у них узнал что «Метеор» ходит по нечетным дням.
Уже темно. Валера с Максимовым жарят рыбу, а я полез спать. Завтра встаем рано и начинаем выход. Дневок больше не планируем, «медвежатники» сказали, что сор в этом году очень мелкий (?!), постоянно дуют ветра, и лучше оставить резервные дни: может быть, придется пережидать. Правда, все это еще зависит от того, как пойдут дела у Тихонова.
Быт.3:19.
17.08.98.
Итак, 17-ое, понедельник, около семи утра. Наговариваю в байде, на записи слышен шум мотора. А идем от Усть-Войкара на Шурышкары. Но обо всем по порядку. Не писал два дня и сейчас буду восстанавливать события по памяти.
И сотворил Бог рыб больших и всякую душу животных пресмыкающихся, которых произвела вода, по роду их, и всякую птицу пернатую по роду ее. И увидел Бог, что это хорошо.
Быт.1:21
15.08.98.
Встали, как и хотели, рано. После дневки решили пройти до островов, там заночевать и дальше делать бросок на выход. Встали, запаковались, поели, отошли немножко. Ценных указаний от Алика не исходило, и Тихонов, проявляя инициативу, стал пробовать мотор. Мы проскочили вперед и прождали «мотористов» аж два часа. Они как не пыркались, все же вынуждены были идти на веслах. Как впоследствии оказалось, у «дюди» не было выставлено зажигание. Валера с самого начала предлагал его переустановить, Тихонов же по своей догматической природе противился, утверждая, что у него все «по рискам выставлено». Зажигание поменяли только на другой день, и, наконец, мотор заработал.
Ждали «мотористов» на грибном месте, которое Салихов показывал еще в прошлом году. Поели в тундре морошки.
Набрали грибов. Их тут действительно очень много, подосиновики, очень ровненькие. Много челышей. Собирать одно удовольствие.
Попутно мы с Альбертом покрыли друг друга по поводу Тихонова, и на сем успокоились.64
Через два часа подъехали «нарушители». Им так же перепала изрядная доля упомянутой лексики.
Останавливались поесть красной смородины. Урожай большой, но не одни мы такие умные: ее уже почти полностью ободрали.
Дальше шли и бросали во всех подозрительных ямах. У меня по прежнему странная апатия к ловле, да еще и палец болит. Доплыли до ямы, где всегда делали перекус. Это мощный перекат с хорошим сливом, а справа от него большая заводь.
Ниже переката основная струя идет по хорошей глубине. Блеснить удобно вдоль струи, забрасывая на нее и стаскивая блесну в заводину. И в самой заводи побросать весьма перспективно. Подтверждает уловистость данного места и то, что Алик всегда здесь очень активно себя ведет: становится посередине заводи и интенсивно бросает. Вытащил он и на этот раз. Щукарь на 8 кг. 200 гр.. Самая большая щука в этом походе. Сява на этой яме поймал щуку на 7 кг. в начале основной струи. Он получил удовольствие, а я процесс вываживания зафиксировал на фото.
У Тихонова очередной задвиг.65 Когда решали, где вставать на перекус, то решили приткнуться на правом берегу. Во-первых, тут традиционное костровище и дровишки в наличии, а во-вторых, с правого берега очень удобно спиннинговать. Владимир Петрович настаивал на левобережной высадке: на правом берегу дует ветер, у него мерзнут руки, и в таких условиях он не может заниматься мотором! Пристали к правому берегу и «дюдя» принципиально делать ничего не стал, спасаясь от холода (светило солнце, и было довольно тепло) ушел в лес есть ягоды. 66
Пока он гулял, развели костерок, вскипятили воды. Ели бульон, копчушку. На десерт – кофий. Тронулись дальше.
Встретили две команды. Одна команда москвичей. Идут через кокпельский перевал, на трех «Тайменях» с двумя собаками. Сидят странно: в одной сидят трое, а в остальных двух матрос сидит перед капитаном, собаки в переднем отсеке.
Дальше обогнали катамаран. Остановились со Славой поговорить. Трое ребят из Ижевска. Идут также через перевал. Рассказали, что маршруты Полярного Урала приобретают популярность у иностранцев: с ними через перевал шли пешим порядком два венгра (хотели погулять на Кокпеле), но не выдержали, повернули обратно. Ижевцы очень интересовались на предмет корешка, где растет, как выглядит и т.д.
Вверх по Войкару проплыли две моторки, по вопросам поняли, что идут они на помощь «медвежатникам».
На притоке перед островом, где делали ночевку, и где в прошлом году клевали крупные щуки, очень много бросали. Результат нулевой, очень большая вода.
Уже в полутемноте высадились на острове, стали ставить тент и палатки, разводить костер.
Из щук дневного улова решили сделать котлеты.67 Львович переработал все в котлетную массу, натолкал туда щучьего жира и яичного порошка. Под первую порцию котлет раскололи Алика на «соточку», за прощание с седым Уралом. Кроме того, я пожарил целую сковородочку свеженьких грибков. Уже в темноте «накатили» и всё подмели, решив маринование грибов и жарку оставшихся котлет оставить на завтра. Алик предупредил, что вставать будем рано, несмотря на ритуал прощания. Этим и закончился день.
Вспомнят, и обра-тятся к Господу все концы земли, и покло-нятся пред Тобою все племена язычников,
Пс.21:28.
16.08.98.
По моим подсчетам – воскресенье.
Встали, как и собирались, рано. Забот было много, поэтому снялись достаточно поздно, около одиннадцати. Варили грибы на маринование. Жарили котлеты. Когда котлеты стали пробовать, оказалось, что они внутри сырые (слишком получились большие) – пришлось пережаривать. Я пожарил еще сковородочку грибов. На дорогу сварили витаминный компот, Львович из леса принёс шиповника.
Идти решили с обловом оставшихся щучьих ям, а после последней идти на моторе. На самом деле до последней ямы оказалось около получаса ходу. Бросали, бросали – ничего, только у меня схватила килограмма на полтора. Самая последняя щука. Получилось так, что я открывал сезон (еще на Шурышкарском соре) и закрывал его здесь. Правда, вытаскивать ее я не стал: просто стряхнул с крючка прямо в воду. И все! На этом рыбалка сезона 1998 года завершилась.
Еще на стоянке были сделаны сцепки. Завел Тихонов шарманку, зацепились и потихоньку попылили. Моторист жаловался, что плохо идет забор воды на охлаждение, но, тем не менее, шипит, брызжет и пенится, но работает! На тех пяти литрах, что были Сергеем позаимствованы на «пекарне», шли вчера весь день.
Утром мимо нас прошли москвичи. У Югангорта мы их достали. Шли два часа. У избы, где в прошлом году пережидали дождь, остановились. Съели по котлетке (котлетище) и оделись потеплее. Ветер был небольшой, махнули прямо через Сор. Волна была приличная, но ветер дул в спину и идти было достаточно комфортно. На обходах мелей немного брызгало, но не более того.
Около пяти допылили до Устьвойкара. Тут же стали разбираться насчет бензина: Алик пошел к другану-ханту, с которым виделись в прошлом году.68 На берегу развели костер. Вскипятили уже Обской воды. Поели грибков жареных и котлет.
Местный колорит: грязные люди, очень грязные пацаны. Похожи на Ваньку ростом и весом, хотя ему восемь, а им по тринадцать – четырнадцать. Холодно, градусов двенадцать, промозглый день, но малышня одета достаточно легко. Вокруг болтается еще одна местная достопримечательность: козел-онанист. Косит глазом и норовит сбить котелок с огня. Приходится все время отгонять его дрючком.
Решили все проблемы, перекусили и уже в сумерках тронулись вниз по Оби. Проплыв около часа, стали искать стоянку. Уже в темноте обнаружили на берегу в зарослях избушку. Строение давно не посещалось. Примяли на поляне высокую траву и поставили палатки. Сварили макароны по-флотски (блюдо к месту, коль скоро мы на воде!). Все еще едим котлеты: осталось даже на утро. Поужинали и легли спать.
Но поспать толком не пришлось. В три часа утра разбудил какой-то непонятный шум. Оказалось, двое молодых хантов на двух моторках плыли мимо, увидели палатки и причалили. Они три или четыре дня назад отвозили из Усть-Войкара в Шурышкары два экипажа катамаранщиков, каждый по четыре человека. Брали по сто тысяч с носа. Изрядно погуляли, и вот теперь возвращаются домой. Зачем пристали к нам – непонятно. То ли хотели еще и нас отвезти, подшабашить, то ли выклянчить что-нибудь. С нашей точки зрения это выглядит несколько нагловато: в три ночи подъехать и разбудить незнакомых людей, которые спят в палатках... Хотя, может быть, у них были благие намерения, потому что они думали, что мы торопимся на «Метеор», а чтобы успеть на него, действительно в три надо было уже выходить. До Шурышкар больше двадцати километров, пока дойдешь, пока соберешься. Они же не знали, что мы собираемся идти своим ходом. Поговорили, ханты отчалили, а мы стали собираться – сон все равно сбили!
Все равно задержались еще на час. Тихонов решил поменять очередную прокладку.69 Долго вырезали ее всем коллективом, наконец, поставили, но дала ли что-нибудь она, так и не поняли. Позавтракали сырокопченой колбаской, взлохматили сгущенку.70 Сидим в байдах, лопатами не работаем, однако питаемся весьма калорийно. Так не долго и все достижения со сгонкой веса потерять.
Вышли в морось. Через некоторое время дождь прекратился, но все небо в низких облаках. Кое-где в облаках прогалы, и солнышко уже проглядывает. С утра был ветер и волна, сейчас он стих, и кильватерная колонна рассекает водную гладь, оставляя пенный след. Планируем сегодня добраться до Катравожа и встать на ночевку на сенокосных островах. А уже оттуда, встав пораньше, сделать бросок на Лабытнанги, с тем, чтобы в 12 по Москве быть у вокзала.
Сегодня 17 августа, я пишу за 15 и 16, а потом буду сочинять интересные рассказы.
...ненависть, убийства, пьянство, бесчинство и тому подобное. Предваряю вас, как и прежде предварял, что поступающие так Царствия Божия не наследуют.
Гал.5:21.
Уголь – для жара и дрова – для огня, а человек сварливый – для разжже-ния ссоры.
Прит.26:21.