Тема 6. Проблемное поле социальной философии

• Социальная философия

• Философия истории и права

• Новейшие философские направления: философия власти, философия повседневности, волновая философия, гендерная философия.

Социальная философия

Социальная философия – это отдел философии, занимающийся изучением общества как единой системы. Основными элементами системы признаются: собственно общество, государство, политика, власть. Особые отношения связывают социальную философию с вопросами истории, права, культуры, человека, религии. На этой почве идут многочисленные столкновения методологического плана. Следует ли считать философию истории частью социальной философии? Может ли философия права претендовать на методологическую самостоятельность? Окончания дискуссии в настоящее время не предвидится.

Можно с известной долей осторожности утверждать, что социальная философия зародилась в Античности и с тех пор являлась спутником философии постоянно. Разумеется, если принять на веру тот тезис, что ЛЮБОЕ систематическое размышление философского толка на тему социума является социальной философией.

Дисциплинарное выделение социальной философии в особый подотдел произошло лишь во второй половине ХХ века. В настоящее время социальная философия сильно сдает свои познавательные рубежи новым и динамичным дисциплинам.

Среди последних ведущей является культурная и философская антропология. Расцвет социальной философии связан с великими открытиями в области познания общества, когда складывались концепции примата социального над индивидуальным, когда предлагались проекты социальной инженерии и средств управления обществом по принципам кибернетических систем. В современном мире острие интереса направлено на человека и культуру, в следствие чего пафос социальной философии становится малоактуальным.

Философия истории и права

Данная дисциплина – это часть практической философии, призванной выявить принципы развития и становления истории и права в человеческих сообществах.

Выяснить предельные основания истории и права как условия существования человеческих цивилизаций.

По сути, представление о некой философии истории рождается лишь в эпоху Средневековья, а идея философии права – в эпоху Возрождения. Окончательно структурировались дисциплины во времена немецкой классической философии. В отличие от социальной философии, предмет указанных практик познания оказался настолько злободневным и актуальным, что сохраняет свое высокое реноме вот уже более нескольких сотен лет. Несмотря на ясный предмет исследовательских усилий, тайна заявленных вопросов далека от разрешения. Особенно актуализируется «туман незнания» в эпоху значительных государственных и политических катаклизмов, когда появляется необходимость в футурологических свойствах философии истории и права. Однако, если день вчерашний дисциплины освоили на

«отлично», а день сегодняшний – на сильную «тройку», то будущее все еще удел «двоечников». Например, разговор о смысле истории наталкивается на труднорешаемую проблему назначения истории и выходит в область свойства времени и пространства вообще. А скажем, такой простой вопрос, как о естественном праве человека, врезается в бетонные стены проблем соотношения традиции и писаного закона, религиозных догматов и общечеловеческих ценностей. В совокупности эти вопросы становятся вязкой кашей, которую не так-то просто и расхлебать. Однако, делая прогноз на будущее права или истории, обойти котел с философским варевом еще никому не удавалось.

Но это вопросы глобального уровня, при этом в настоящее время активно эксплуатируются вопросы микроуровня. Под последними понимается повседневная практика человека. Так, вопрос о соотношении права и закона становится основой для вполне конкретных судебных прецедентов, проблема справедливости как основа закона выступает в качестве маяка для юридической деонтологии.

Если обратиться к философии истории, то здесь безбрежное море политических спекуляций для решения вопросов о форме государственного устройства, теорий, объясняющих те или иные границы политического тела и т. д. То есть, те вопросы, которые ежечасно вторгаются в обыденную жизнь людей.