Основные понятия

Бухгалтерский и налоговый учет, дефицит, кайтинг, конъюнктура рынка, метод Гутмана, метод Фейга, теневая прибыль.

Контрольные вопросы

1. Охарактеризуйте прямые и косвенные методы оценки масштабов теневой экономической деятельности.

2. Назовите микрометоды и макрометоды измерения теневой экономики.

3. В чем заключается метод расхождений?

4. Определите особенности монетарных методов.

5. Раскройте сущность метода по показателю занятости.

6. На чем основывается метод мягкого моделирования?

7. Назовите основную проблему при использовании экспертного метода.

8. Опишите суть смешанных методов.

9. Охарактеризуйте методы открытой проверки.

10. Назовите направления экономико-правового анализа.

11. Какие существуют методы определения несоответствий экономических показателей.

Задания для самостоятельной работы

Задание 1. Заполните таблицу « Методы определения параметров теневой экономики»

 

№	название метода	Содержание
1.
2.
3.

Задание 2.

Сформулируйте особенности реализации основных принципов борьбы с теневой экономикой в рамках обеспечения экономической безопасности на трех уровнях

 

Принципы борьбы с теневой экономикой в рамках обеспечения экономической безопасности	Международная экономическая безопасность	Региональная экономическая безопасность	Национальная экономическая безопасность
1.    Нацеленность на решение глобальных проблем человечества.
2.    Взаимовыгодное сотрудничество всех стран мирового сообщества.
3.    Ответственность государств перед мировым сообществом за последствия проводимой ими экономической политики.
4.    Мирное урегулирование экономических проблем.

Тема 7: эко­номический подход к анализу поведения в теневой деятельности

7.1. Подходы к анализу противоправного поведения (модель Г. Беккера и модель А. Эрлиха)

7.2. Подход к анализу противоправного поведения (модель Р. Саха)

7.3. Оптимизация общественных расходов на борьбу с экономической преступностью

7.1. Подход к анализу противоправного поведения (модель г. Беккера и модель а. Эрлиха)

Современная ситуация, сложившаяся в области исследования теневой экономической деятельности, характеризуется определенным переломом. Ранее внимание ученых концентрировалось преимущественно на проблемах определения теневой экономики, классификации ее форм и измерения ее масштабов. Конечно, споры по этим вопросам продолжаются и до сих пор, однако гораздо большее внимание уделяется причинам возникновения, а также ее роли в хозяйственной жизни общества.

Так как деятельность, относящаяся к серой теневой экономике не является преступной, речь в данной главе пойдет только о хозяйственной деятельности, относящейся к черной и беловоротничковой теневой экономике. Эко­номический подход к анализу поведения в теневой деятельности базируется на предпосылке рационального поведения людей, совершающих преступления [39]. Существует такое мнение, что «прибыль от преступления – это сила, которая побуждает че­ловека совершить правонарушение. Тяжесть наказания –сила, удер­живающая его от этого. Если первая сила превосходит вторую, преступление будет совершено, если наоборот – преступление не бу­дет совершено» [106].

Вместе с тем рациональное объяснение причин пре­ступного поведения людей сформулировал Гэри Беккер «…человек совершает пре­ступление в том случае, если ожидаемая полезность от этого дей­ствия превышает полезность, которую он мог бы получить, используя свое время и силы иным образом». Принимая решение о том, совершать ли ему преступление или отказаться от этой затеи, человек, по Беккеру, ориентируется на свою ожидаемую полезность от совершения преступления:

EU=pU(Y – F)+(1– p)U(Y),

где EU – ожидаемая преступником полезность от совершения преступления;

р – вероятность того, что преступник будет задержан и понесет наказание;

U – функция полезности преступни­ка;

Y – доход от преступления (включая и нематериаль­ный доход) правонарушителя;

F –тяжесть наказания (в денежном эквиваленте).

Важно отметить, что показатель Uфактически включает в себя отношение человека к риску. Иными словами, при прочих равных условиях полезность от совершенного преступления будет у склонного к риску человека больше, чем у человека, нейтрального к риску, а у последнего боль­ше, чем у несклонного к риску человека.

Опираясь на различное отношение человека к риску, Беккер объясняет больший сдерживающий эффект увеличения вероятности разоблачения по сравнению с увеличением тяжести наказания. Увеличение тяжести наказания оказывает на безразличных к риску людей такой же сдерживающий эффект, как и равное ему в процентном отноше­нии увеличение его вероятности. Для несклонных к риску большим сдерживающим эффектом обладает увеличение тяжести наказания, для склонных к риску – наоборот, увеличение его вероятности. Так как, по Беккеру, преступники в массе сво­ей – это склонные к риску люди, то увеличение на 1 % веро­ятности наказания будет в большей мере способствовать сокраще­нию уровня преступности в обществе, чем увеличение на тот же 1 % его тяжести [39].

Очевидно, что доход от преступления увеличивает богатство человека, а наказание – наоборот, сокращает. При этом количество совершаемых человеком преступлений за определенный период времени связано обратной зависимостью с тя­жестью наказания и его вероятностью.

Важнейшим фактором, не вошедшим в явном виде в модель по­ведения преступника, предложенную Гэри Беккером, являются до­ходы человека от легальных видов деятельности, которые утрачива­ются им, если он совершит преступление и будет разоблачен [107]. Если ввести данный параметр в модель Беккера, то представленная выше формула ожидаемой полезности правонарушителя будет выглядеть следующим образом:

EU = pU (W_t – F) + (1 – p)U(W_t+Y),

где W_t – текущие доходы человека от легальной деятельности.

Таким образом, основными факторами, оказывающими влия­ние на выбор человека между преступной и легальной деятельно­стью, являются тяжесть наказания, его вероятность и ожидаемый относительный доход человека от легальной деятельности.

Нелегальная деятельность человека в мо­дели Беккера не имеет длительности во времени. Иначе говоря, преступ­ление – это мгновенное действие. Естественно, такой подход нельзя признать в доста­точной степени реалистичным.

Иной (и самый популярный на сегодняшний день среди ис­следователей) подход предполагает, что максимизирующий свое благосостояние человек распределяет свое время между нелегальной деятельностью и деятельностью в рамках закона. Такой подход был предложен экономистом-криминологом XX в. Айзеком Эрлихом. Его анализ базируется на следующих предпосылках [39]:

1. Человек может расходовать свое время на занятие двумя видами приносящей доход деятельности: легальной и нелегальной; при этом оба вида деятельности могут сочетаться человеком в любой пропорции.

2. Доход от нелегальной деятельности – это стохастическая ве­личина, так как здесь возможны два исхода: неблагоприятный для правонарушителя, при котором его деятельность будет пресечена законом и он понесет наказание, и благоприятный, при котором его нелегальная активность не будет пресечена.

3. Ожидаемые доходы от обоих видов деятельности – монотонно возрастающие функции от времени, которое человек тратит на каждую из них.

4. Правонарушитель субъективно оценивает вероятность того, что он будет задержан и понесет наказание.

5. Наказание любого типа может иметь денежную оценку.

Модель, представленная А. Эрлихом, объясняет, кроме всего прочего, рациональность рецидивизма: чем больше времени человек тратит на нелегальную деятельность, тем меньше у него остается времени на деятельность легальную и, соответственно, тем меньший ожидаемый доход от деятельности, ограниченной рамками закона, и тем больший ожидаемый доход от противоправной деятельности.

Основные выводы из предложенной Эрлихом модели поведения преступника следующие [39].

Во-первых, склонность людей к нелегальной активности обратно пропорциональна ожидаемой тяжести наказания и вероятности того, что преступник это наказание понесет. При этом для нейтральных к риску людей равное увеличение ожидае­мой вероятности и тяжести наказания даст одинаковый сдержи­вающий эффект. Для людей, не склонных к риску, тяжесть наказания есть более мощный сдерживающий фактор по сравне­нию с вероятностью его наступления, для склонных к риску людей, наоборот, сдерживающий эффект увеличения вероятнос­ти наказания выше сдерживающего эффекта усиления ответствен­ности за совершенное преступление. Более того, усиление ожидаемой тяжести наказания в некоторых случаях может не сдер­живать, а стимулировать преступную активность склон­ных к риску людей.

Во-вторых, увеличение ожидаемой отдачи от противоправной дея­тельности стимулирует человека (вне зависимости от их отношения к риску) к такого рода деятельности, в то время как рост ожидаемых доходов от деятельности в рамках закона (в том числе и за счет сокращения для человека вероятности остаться без рабо­ты) при прочих равных условиях сокращает склонность к преступ­ному поведению.

Кроме отношения к риску, значительное влияние на склонность человека к противоправному по­ведению оказывает размер доходов, которые он может получить в легальной и нелегальной сферах.

Уменьшение у человека стимулов к противоправному поведению является одним из основных экономических аргументов против неравномерного распределения доходов в обществе. Действитель­но, чем богаче богатые и беднее бедные, тем больше у последних стимулов к тому, чтобы перенести свою деятельность в противоправ­ную сферу и тем больше общество вынуждено расходовать средств на борьбу с преступностью.

Важнейшим фактором, влияющим на уровень легаль­ных доходов человека и, таким образом, на их склонность к на­рушению закона, является уровень безработицы в обществе. Чем выше безработица, тем меньше ожидаемые доходы людей в легальной сфере. Эти ожидаемые доходы зависят в первую очередь от ве­роятности нахождения постоянного заработка в легальной сфере [39].

Большинство ученых, занимавшихся эмпирической оценкой корреляции между уровнем безработицы и уровнем преступнос­ти, обнаруживают статистически значимую прямую зависимость между ними. Такая зависимость кажется очевидной, однако она была обнаружена далеко не во всех исследованиях. В частности, Теодор Чирикос, агрегировавший в своей работе результаты 288 оценок зависимости между уровнем безработицы и уровнем преступности, установил, что только в 31 % случаев эта зависимость оказалась прямой и статистически значимой [108]. В то же время 2 % исследований обнаруживают статистически значимую обратную за­висимость между этими параметрами. Возможность обратной за­висимости объясняется, во-первых, сокращением ожидаемых до­ходов от преступлений против собственности, так как в периоды экономического спада, когда уровень безработицы достигает максимума, потенциальные жертвы преступников становятся беднее. Во-вторых, существование обратной зависимости объясняется сокращением преступной активности несовершеннолетних и молодежи, так как у потерявших работу родителей появляется время на воспитание своих детей.

Еще один вполне закономерный результат – статистически значимая обратная зависимость между уровнем образования человека и его склонностью к преступному поведению. Это объяс­няется, во-первых, тем, что чем более образован человек, тем выше его ожидаемый доход в легальной сфере, а во-вторых, тем, что с ростом образования у людей меняются вкусы: увеличиваются ожи­даемые нематериальные издержки, связанные с участием в проти­возаконной деятельности [39].

Еще одна достаточно важная закономерность: в большинстве стран количество совершаемых преступлений в расчете на душу населения связано положительной зависимостью с размерами населенного пункта. Связывается этот феномен с тремя обстоятельства­ми:

• во-первых, в крупных городах преступления приносят высо­кие денежные доходы;

• во-вторых, в городе у преступника меньше вероятность быть задержанным за совершенное правонарушение;

• в-третьих, города притягивают (или создают) склонных к преступ­ной активности людей.

Есть, однако, еще одна серьезная причина, объясняющая высокий уровень преступ­ности в крупных городах, – это менее тесные, по сравнению с сельской местностью и с небольшими городами, социальные свя­зи между жителями мегаполисов и, соответственно, сравнительно слабая эффективность либо даже полное отсутствие неформаль­ных нематериальных санкций за совершение преступления.