Семидесятые

В конце 1960-х — начале 1970-х инакомыслие сделало качественный рывок. По словам отнюдь не восторженного наблюдателя с Малой Лубянки, «примерно в конце 1968 — начале 1969 г. из оппозиционно настроенных элементов сформировалась политическое ядро, именуемое демократическим движением, которое, по их оценке, обладает тремя признаками оппозиции: имеет руководителей, активистов и опирается на значительное число сочувствующих». В 1970-е гг. активно действовали уже сформировавшиеся диссидентские группы и рождались новые. Так, в 1974 г. возникло советское отделение Международной амнистии (председатель В.Турчин, секретарь А.Твердохлебов). В январе 1977 г. была образована уже упоминавшаяся Рабочая комиссия по расследованию использования психиатрии в политических целях (Александр Подрабинек, Вячеслав Бахлин, Ирина Каплун, Петр Григоренко и другие). Комиссия издавала бюллетень о положении заключенных психбольниц (24 выпуска за 4 года). В феврале 1981 г. Рабочая комиссия свою деятельность прекратила, так как были арестованы и осуждены последние ее члены. В эти годы рождаются журналы самых различных направлений. Среди них были национальные (литовские, латышские, еврейские, немецкие, украинские, армянские, крымскотатарские), региональные, религиозные («Мария», «Община», «Надежда»), почвеннические («Вече», «Земля», «Московские сборник), марксистские и социалистические («ХХ век», «Перспективы», «Варианты», «Форум», «Левый поворот»), собственно правозащитные («Общественные проблемы»). На все эти издания серьезное воздействие оказала «Хроника текущих событий». Так, издатель первого московского еврейского самиздатовского журнала «Исход» (1970) Виктор Федосеев (кстати, этнический русский, моряк, родом из Харбина) всегда говорил, что ориентируется в своей работе на ХТС и на «Белую книгу» Гинзбурга. Журнальный мир неофициальной культуры обрел полемическое многоголосие; всё громче становились яростные споры. Призывы и лозунги порой отличались пассионарностью (например, призыв «поднять против прянично-погромного почвенничества чистое знамя космополитизма»). Многие публикации отражали поиски универсальной для всего движения программы. В рамках этих поисков появляются работы А.Д.Сахарова «Размышления о прогрессе, мирном сосуществовании и интеллектуальной свободе» и «Меморандум». Сахаров считал, что общественно-политическая идеология, выдвигающая на первое место права человека, способна стать опорой для объединения оппозиционных сил. А.И.Солженицын в 1974 г. издает на Западе «Письмо вождям Советского Союза». «Письмо» распространялось в самиздате. Идеи Солженицына оказались близки представителям русского национального движения — и консерваторам, и демократам. Либеральное крыло этого движения было представлено в издании «Из-под глыб» (с ноября 1974 г.). В подготовке первого выпуска участвовал Солженицын.

Это десятилетие — один из самых интересных периодов отечественной неподцензурной журналистики: возникали и развивались общественные идеи, восходившие к теориям русских просветителей XVIII—XIX веков, к полемике западников и славянофилов, к православным религиозно-философским поискам, к мыслям Л.Н.Толстого и Ф.М.Достоевского. Отметим несколько значительных общественно-политических журналов той поры. В 1971—1974 гг. выходил журнал национально-патриотического направления «Вече», сыгравший роль объединительного центра национал-патриотического движения. Его редактором-составителем был историк Владимир Осипов. Ранее, в 1961 г., он уже привлекался к ответственности за антисоветскую деятельность (за издание журнала «Бумеранг — 1960»). С 1976 по 1982 г. выходил периодический сборник «Память» (примерно два раза в год, объемом около 600 машинописных страниц; это издание не следует соотносить с одноименным одиозным обществом перестроечного времени). Редакцию составили Лариса Богораз, Наталья Горбаневская, Арсений Рогинский и другие. Издание полагало своей задачей «сбор исторических свидетельств и публикацию их», как говорилось в первой же редакционной статье. «Поскольку знания о прошлом — особенно о послереволюционном периоде — постоянно искажаются, фальсифицируются или умалчиваются в официальной печати, реальность советской истории вытеснена мифологией, и сохранение исторической памяти предстает жизненно необходимым... Всякий человек старше 70 лет может сообщить поразительные сведения, причем никогда и нигде не фиксировавшиеся» (Материалы к истории самодеятельных политических объединений в СССР после 1945 г. Париж, 1982. Вып. 5). В сборе таких свидетельств редакция и видела свою задачу: «Нет прошлого — закрыто будущее». Это, пожалуй, было веяние времени: катастрофу беспамятства описывал — совершенно другими средствами — Ч.Айтматов в популярном тогда романе «И дольше века длится день...». «Память» декларировала свою внепартийность, публикуя рядом воспоминания монархистов, коммунистов и эсеров. Каждый выпуск был снабжен обширным справочным аппаратом. Особое внимание уделялось публикации личных архивов. Обращаясь к потенциальным корреспондентам, редакция писала: «Нас интересуют воспоминания, дневники, письма, устные свидетельства, официальные документы: стенограммы, протоколы собраний, съездов, процессов; справки, заявления, постановления, ходатайства, статистические данные; неопубликованные рукописи, корректуры, сигнальные экземпляры невышедших книг, первоначальные тексты произведений, исковерканных цензурой, статьи, очерки, рецензии, библиографии, любые материалы, связанные с историей культуры, религии, науки, политики, общественной мысли». Еще цитата: «Редакция считает своим долгом спасать от забвения ... имена погибших, затравленных, оклеветанных, судьбы семей, разбитых или уничтоженных поголовно; а также имена и тех, кто казнил, шельмовал, доносил». Редакция объявляла, что готова принимать как подписанные авторами, так и анонимные работы, а также декларировала невозможность проверки публикуемых материалов (см.: Память: Исторический сборник. Вып. 1. М., 1976).

Попытку объединения инакомыслящих перед лицом превосходящего врага сделал журнал «Поиски». Он издавался в Москве с мая 1978 по март 1980 г., вышло 8 номеров (один — сдвоенный). К восьмому номеру отдельным сборникам вышло приложение «Жить не по лжи» — обсуждение обращения А.И.Солженицына (ЦДНА. Ф. 173. Оп. 1. Д. 1). Имена издателей (Раиса Лерт, Валерий Абрамкин, Владимир Гершуни, Юрий Гримм, Виктор Сокирко, Петр Егидес, Глеб Павловский) были указаны на обложке, что, свидетельствуя о мужестве членов редакции, всё же очевидно ускоряло конец журнала. Действительно, «Поиски» были разгромлены на первом же витке обострения преследования инакомыслящих. В.Абрамкин был арестован 1 декабря 1979 г. и вышел из лагеря в 1985 г.; Р.Лерт умерла до ареста; В.Сокирко после ареста покаялся и был отпущен; В.Гершуни отправили в 1982 г. в психиатрическую больницу, где он пробыл до 1987 г.; П.Егидес успел эмигрировать; Г.Павловский в 1982 г. был сослан — до 1985 г. История разгрома журнала широко освещалась в подпольной прессе. В отличие от ХТС, «Поиски» были изданием дискуссионным, а не информативным. В первых выпусках редакция сформулировала свою программу: сосуществование различных идей «в одном доме» и приоритет диалога; процесс обмена идеями ценнее самих идей и даже возможных результатов их синтеза; диалог самоценен, ибо создает прообраз нормального сообщества. В первом номере журнала была знаменательная вступительная статья «Приглашение»: «К участию в наших поисках мы приглашаем всех, кто за взаимопонимание ... которого нельзя достичь иначе, чем совместной работой мысли, не ограничивающейся одной-единственной позицией, единственно возможным способом ставить вопросы и доискиваться ответов». Идея диалога, взаимопонимания была тогда весьма популярна в интеллигентской среде. Вот что, например, утверждал в 1979 г. Ю.Маслов — ученый, далекий от диссидентства: «Нам и нашим потомкам предстоит синтезировать Нагорную проповедь и ярость книги Иисуса Навина, прозрение Ницше и тяжеловесные построения “Капитала”, смущающие открытия Фрейда и смертельно опасные достижения эпохи думающих машин... Синтез — это не эклектика... Это захватывающая и неподъемная творческая работа» (цит. по: Орлова Р., Копелев Л. Мы жили в Москве. М., 1991. С. 420).

Перечень проблем, затронутых журналом за два года его существования, говорит о широте взглядов и интересов издателей. Публиковались материалы, касающиеся вопросов реформ в юриспруденции и экономике, защиты прав человека и развития культуры андерграунда, истории сюрреализма. В журнале публиковались и реконструкции прошлого России, и статьи, посвященные социальным проблемам.
Номер журнала составляли примерно 400 страниц плотной машинописи (через один интервал). Между страницами прокладывали с двух сторон листы папиросной бумаги. Так что выражение «папиросный дым самиздата» было не только метафорой.
Изготовление всякого самиздатовского журнала было делом не только опасным, но и очень трудоемким: перепечатка на пишущей машинке, редактирование, организация «захоронок» в неизвестных КГБ местах. Материалы перепечатывали более десяти машинисток, имена большинства из них до сих пор неизвестны — конспирация соблюдалась строго.
Тираж первого номера был 10 экземпляров; чуть позже напечатали еще 10. В дальнейшем редакция готовила к выпуску 10 экземпляров, которые затем перепечатывались и распространялись. Читатели делали машинописные копии (часто сокращенные) для себя и своих знакомых. Журнал в таком виде появлялся в разных городах Советского Союза.
Материалам журнала уделяли большое внимание и «Хроника текущих событий» (в разделе «Новости самиздата») и самиздатовский дайджест «Сумма» (выходил в Ленинграде в 1979—1980 гг.).
С 1979 г. «Поиски» перекочевали в тамиздат: первый номер, подготовленный к изданию А.П.Григоренко, вышел в нью-йоркском издательстве «Детинец» небольшим тиражом (до 100 экземпляров). Потом журнал выходил в Париже в организованном П.М.Абовиным-Егидесом частном издательстве «Поиски» (перед отъездом во Францию он получил письменные полномочия членов редакции на переиздание журнала).
В предисловии редакции к №5-6 (Париж, 1983) Егидес писал, что он хочет «воспроизвести всё сохранившееся, кроме того, что уже вышло на Западе». А на Западе уже были опубликованы отдельными изданиями печатавшиеся в «Поисках» прозаические произведения Ю.В.Домбровского, Ф.А.Искандера, Л.С.Копелева, Н.Ф.Кормера, публицистика Р.Б.Лерт, М.Я.Гефтера.
С 1980 г., после разгрома «Поисков», в Москве стал издаваться журнал «Поиски и размышления». Нумерация выпусков (с № 9) подчеркивала преемственность, но новая редколлегия (А.Бабенышев, М.Розанов, С.Ларьков) провозгласила иную программу издания. Авторы «Поисков и размышлений» пользовались псевдонимами.
Полное собрание выпусков «Поисков» хранится в парижском архиве издательства «Поиски». Номера 1, 2 и 5-6, факсимильно перепечатанные Московской независимой общественной библиотекой с издания «Детинец», можно найти в Государственной публичной исторической библиотеке, отдельные номера — в фонде библиотеки общества «Мемориал», а также в частных коллекциях и в Центре документации «Народный архив» (ЦДНА).
Неполнота отечественных коллекций объясняется гонениями, арестами, конфискациями.
В редакции «Поисков» был целый ряд материалов, отобранных для публикации, но так и не попавших в руки читателей. Их опись составил П.М.Егидес; судьба этих рукописей неизвестна.
О значении и роли журнала в общественной жизни тех лет свидетельствуют материалы суда и следствия по делу «Поисков», протоколы обысков у членов редакции и их родственников (ЦДНА. Ф. 173. Оп. 1. Д. 1).
Большим вниманием читателей (и компетентных органов) в семидесятые годы пользовались также издания «Общественные проблемы» под редакцией Валерия Чалидзе (1970—1972), дайджест недоступных советскому читателю переводных материалов западной прессы «Поединок» (1979), социалистический неомарксистский «Левый поворот» под редакцией Б.Кагарлицкого (1979).

В 1970-е гг. весьма плодотворно развивался и литературный самиздат (впрочем, в условиях противостояния режиму было трудно четко разграничить литературную и политическую деятельность). Напомним, что в 1979 г. вышел литературный альманах «Метрополь». Это самое, пожалуй, известное событие литературного самиздата. (Интересно, что расправа с авторами альманаха была на удивление «вегетарианской»: репрессивная машина коммунистического режима в те годы, видимо, теряла обороты.) По-прежнему интенсивной была неофициальная литературная жизнь в северной столице. Там в 1976 г. начал выходить журнал «Часы». В восьмидесяти его номерах были опубликованы произведения более чем 600 авторов. Журнал печатал прозу и поэзию, драматургию и публицистику, переводы, рецензии, полемические заметки. Право на первую публикацию представлялось почти каждому из «пишущего подполья». Возможность второй или третьей публикации зависела только от таланта автора. Борис Иванов, редактор «Часов» так рассказывал о своей деятельности в 1970-х в выступлении на вполне легальной уже встрече редакторов независимых изданий (1987): «Чем была невыносима ситуация? Талантливые люди, которые могли составить славу нашей литературы, чувствовали себя обществу совершенно ненужными, более того, власть пыталась их убедить, что они не только не нужны, но для общества опасны, их дальнейшее существование нежелательно. Люди впадали в депрессию, пьянствовали, эмигрировали. Существовало несколько салонов. Но они были под суровым надзором. В этой ситуации я считал, что журнал нужен для того, чтобы создать культурную мини-модель нормального общества, писатель должен почувствовать, что он нужен другим» (цит. по: Митин журнал. 1987. Вып. 17). Авторами журнала были В.Алейников (стихи), Б.Иванов (философия, культурология), Ю.Новиков (изобразительное искусство), О.Седакова (стихи, статьи) и многие другие. Литературное приложение к журналу составило 20 полноценных томов (в том числе переводы тибетской «Книги мертвых» и два тома Карлоса Кастанеды). Сами «Часы» и их дочерние литературные проекты были значительнейшим культурным явлением. В 1978 г. появилась учрежденная журналом Премия имени Андрея Белого. Первая в новейшей истории России негосударственная литературная премия номиналом в один рубль существует и сегодня. Редкостная идеологическая и вкусовая открытость журнала (многими полагавшаяся аморфностью и безыдейностью) способствовала — по принципу отталкивания — обретению собственного лица такими литературными изданиями, как стремившийся к тематической организации пространства номера журнал «37» или строго поэтическая «Северная почта». «Часы», «37», «Северная почта» и «Обводной канал» Сергея Стратановского и Кирилла Бутырина (с 1979 г.) стали средоточием литературной жизни.