Раздел I. Предмет дисциплины «Основы теории национальной безопасности» и ее место в системе других учебных дисциплин

Необходимость защиты национальной безопасности России не требует никаких доказательств. Это аксиома.

Формирование мировоззренческих взглядов на безопасность, восприятие ее человеком и обеспечение безопасности как сознательный процесс деятельности людей складывались постепенно. Необходимо более подробно рассмотреть данные явления, и начнем мы с деятельности общества по защите своего внутреннего спокойствия. Потребность обеспечения безопасности – это вообще один из основных мотивов деятельности человеческих сообществ. Стремление к безопасности обусловило объединение наших первобытных предков, формирование, в дальнейшем, силовых структур различного рода, образование ряда международных союзов и организаций и, в конечном счете, привело к созданию ООН.

Безопасность относится к основным потребностям человека, наряду с потребностью в воздухе, еде, жилье и т.п. Удовлетворение этой потребности зависит от исторической эпохи и связано как с объективными, так и с субъективными факторами. Объективные – это уровень общего развития государства, его экономический и культурный потенциал, а субъективные – это восприятие самим человеком, соотносимо с особенностями его характера и окружающей действительности, среды собственного обитания.

С давних времен людям приходилось сталкиваться с явлениями, процессами, событиями, создающими угрозу для их жизни, имущества, иных ценностей, при этом, как было сказано выше, в разные исторические периоды отношение к данным угрозам было различно.

Представим в качестве иллюстрации лишь несколько наиболее ярких исторических картинок, обратив особое внимание на демонстрацию примеров по конструированию специального механизма защиты внутренней безопасности.

В первобытную эпоху человек вынужден был бороться за элементарное выживание как с природной стихией, дикими животными, так и с себе подобными, чаще всего сталкиваясь по принципу «кто сильнее».

История Древнего мира демонстрирует уже элементы сознательной государственной деятельности в сфере обеспечения обороны, безопасности и общественного порядка. Одними из первых организаторов профессиональной полицейской службы являлись римские императоры Август (27 г. до н.э. – 14 г. н.э.) и Тиберий (14–37 гг. н.э.). Здесь следует учитывать, что в то время «полицией» именовали государственное (городское) управление (от греч. polis – город–государство. Надзорно–репрессивные органы, исполнявшие в Древней Греции, Риме и Византии, по сути, полицейские функции, имели иное наименование. Например, римским императором Октавианом Августом было создано специальное формирование вигилов («неустанно бодрствующие»), которое круглосуточно осуществляло охрану центральной власти, общественного порядка, государственного и частного имущества в пределах Рима. Август впервые в истории ввел должность префекта Рима, на которого возложил не только функции градоначальника, но и обязанность охраны порядка и спокойствия, а также надзора за благонадежностью всех, кто проживал в столице империи. В частности, когда в городе вспыхивали бунты, именно префекту передавали под управление так называемые «городские когорты», вооруженные легким оружием, которые использовались для выполнения многообразных функций внутри города, включая, например, и наблюдение за его чистотой.

Император Тиберий провел структурную реорганизацию армии и сил безопасности, в результате которой они приобрели четкое устройство.

Средние века в области государственного строительства и правоохранительной деятельности полноценно не продолжили традиции великих государств Древнего мира. Если о покое древнего Рима, в первую очередь в сфере защиты от пожара, в 14 году н.э. заботились 7000 «бодрствующих», то в Лондоне должность уличного стража для охраны порядка в ночном городе была введена только в 1663 году. Причем, на эту работу принимались пожилые люди, которые уже не могли выполнять других функций. И только в 1829 году констебли, как первые профессиональные служащие полиции, приступили к патрулированию столицы Британской империи, правда, единственным их оружием были дубинки¹.

Что касается России, то до правления Ивана Грозного полномочия борьбы с общеуголовными преступлениями не принадлежали собственно центральной власти. Судебник 1550 года вообще передал часть функций по охранению порядка и спокойствия обществу. Дворяне из своего числа в каждом уезде избирали «губных старост», которым поручали борьбу с «лихими людьми» и разбоями. На государственных «черных землях» эта функция возлагалась на «земских старост», которые избирались сельским населением.

В городах функция борьбы с разбоями и поддержанием порядка становилось задачей особых служилых людей – «городничих». Но если вопрос вставал о защите «государева интереса», то есть борьбы с противниками существующей власти, то на первое место выходила именно сила государства. Ярчайший пример – создание Приказа тайных дел во главе с печально известным Малютой Скуратовым. Практика привлечение общественности к борьбе с «лихими людьми» продолжалось в России вплоть до Петра I, учредившего в 1718 году профессиональную полицию. И функции по обеспечению безопасности стали исполнять государственные институты, где полицейские органы поддерживали общественный порядок и вели сыскное дело.

Борьбой со всеми формами инакомыслия, заговорами, иностранным шпионажем и т.п. занималось созданное Николаем I знаменитое Третье отделение Собственной Его Императорского Величества Канцелярии и подчиненный ему отдельный корпус жандармов.

И до XIX века фактически не было больше прецедентов по передаче полномочий охраны собственности и борьбе с преступностью представителям общества. Исключение составляли Соединенные Штаты Америки, где изначально полиция была только местная и, как сказали бы у нас, общественная. По финансовым соображениям отдельные полицейские полномочия были делегированы институту шерифов (муниципальная выборная полиция). В Америке появилось и наиболее известное детективное агентство Алана Пинкертона. И с середины XIX века негосударственные службы безопасности стали объективной реальностью и значимым фактором обеспечения безопасности бизнеса, общественного порядка и т.п.

Теперь давайте рассмотрим, как в общественном сознании формировалось восприятие безопасности. И на это особое влияние оказало мифологическое и религиозное мировоззрение.

В первобытную эпоху опасность подстерегала человека везде. И в это время ещё не существовало того понятия «безопасность», которое связано с самым примитивным его осознанием – огражденность от опасности. Сознание человека было направлено на «внешний мир» т.е. природные катаклизмы, вторжения врагов и т.п. «Объяснительные схемы, вырабатываемые древними людьми для оценки состояния собственной безопасности, безопасности своих близких, рода, племени, страны, имели среди прочего также функцию предвидения и предупреждения. Данные схемы были направлены в основном на избегание причин катастроф и бедствий и лишь в малой степени – на меры по смягчению разрушительных воздействий этих процессов и явлений. Так, если причиной происходящей или грядущей катастрофы признавался «гнев Божий», то вполне разумной стратегией поведения было стараться не разгневать Всемогущего»¹.

Соответственно, в восприятии людьми окружающего мира ведущую роль играло понимание их зависимости от природы, связь с ней. Отсюда – различные вариации ранних форм религии: тотемизм, анимизм, магия, мифологические представления. Соответственно, то, что люди не могли объяснить, они приписывали высшим, сверхъестественным силам. «В период первичного освоения человеком естественной среды миф, концентрируя представления об окружающем мире, выступал способом понимания безопасности, поддерживал и санкционировал определенные нормы поведения в данном обществе, играл роль механизма в достижении условий безопасного существования»².

Но и попытки познания природы предпринимались уже в древности. В уникальных цивилизациях Древнего Востока – Междуречье, Египте, Китае на основе наблюдений собиралась информация о сущности различных природных явлений. Происходило и развитие систем счета, измерительных процедур. В комплексе это давало возможность с достаточно высокой точностью предсказывать наступление тех или иных феноменов – солнечных затмений, извержений вулканов, разливов рек, засух и т.д.

В эпоху Античности начали формироваться уже собственно научные представления об окружающем природном мире, которые не связывались с какой-то конкретной пользой для человека, а были направлены на попытки воссоздания картины мира и осознанию своего места в нем.

На протяжении раннего Средневековья отношения общества и внешнего мира объяснялись исключительно текстом Библии. Сущность безопасности в религиозной форме мировоззрения представлялась как абсолютное благо, а сама же безопасность связывалась не с желанием избежать физической смерти, а с потребностью нравственного совершенствования, позволяющего достигнуть вечной жизни.

На Западе принято считать, что термин «безопасность» начал применяться там с начала XI века. Он означал изначально спокойное состояние духа человека, считавшего себя защищенным от любой опасности. Однако в этом значении он не вошел прочно в лексику и использовался до XVII века редко. Почему? Полагают, что до середины XVII века говорить о собственно безопасности нации или общества еще не могли. Дело в том, что земли, на которых жили европейские народы, легко переходили от одного суверена к другому суверену (от короля к королю, от герцога к королю и т.д.) в виде частного владения (проданного, полученного в виде компенсации, приданого и т.д.). Поэтому, речь могла идти или о безопасности суверенов, или о безопасности принадлежащих им (вместе с землей) людей, но никак не о безопасности нации или общества. В этих условиях более широкое распространение получала своеобразная полицейская деятельность суверена, направленная на охранение безопасности отдельных лиц и общества¹.

В XVI веке представление о безопасности и ее обеспечении все более связывалось со стремлением отдельных государств к расширению территорий, захвату природных и человеческих ресурсов ради укрепления своей мощи и силы, повышения роли и статуса в системе межгосударственных отношений. Данный процесс активно стимулировался и эпохой Великих географических открытий.

Монархи признали важность условий безопасности для своих стран и проживающих в них людей. В Европе создается множество государственных органов охраны безопасности, зарождается наука полиции, основной задачей которой является обоснование комплекса мер, обеспечивающих безопасность граждан, общества в целом и государства. Не следует забывать, что до конца XVIII века слово «полиция» использовалось расширительно, относилось ко всем обязанностям правителей по обеспечению общественного порядка, правосудия, законности, а также условий для безопасной и благоприятной жизни подданных.

Безопасность стала не меньшей ценностью в политике, чем демократия или права человека. Впервые это было закреплено в английском Билле о правах 1689 года, американской Декларации независимости 1776 года и, в особенности, во французской Декларации прав человека и гражданина 1789 года. В Билле безопасность была поставлена в один ряд с единением, миром, спокойствием народа и благосостоянием государства. В американской Декларации создание гарантий своей безопасности объявлялось правом и обязанностью народа, а задачей власти – обеспечение людям безопасности и счастья. В Декларации прав человека и гражданина провозглашалось, что безопасность наряду со свободой, собственностью и сопротивлением угнетению входит в число неотъемлемых естественных прав человека¹.

В XVII–XVIII веках практически во всех странах утвердилась точка зрения, что государство имеет своей главной целью общее благосостояние и безопасность. Поэтому термин «безопасность» получил в это время новую трактовку: состояние, ситуация спокойствия, появляющаяся в результате отсутствия реальной опасности (как физической, так и моральной), а также материальные, экономические, политические условия, соответствующие органы и организации, способствующие созданию данной ситуации².

В XIX веке под национальной безопасностью стало подразумеваться состояние защищенности интересов личности, общества и государства в различных сферах деятельности³. Уже в начале столетия, особенно после наполеоновских войн, все больше приходило понимание того, что безопасность – это мирное сосуществование сообщества суверенных государств. Каждое из них, при этом, сохраняет свои особенности, возможности и условия для функционирования и развития в системе мировых отношений. В 1814–1815 годах на Венском конгрессе эта идея нашла воплощение в создании Священного союза как системы «баланса сил в XIX веке», цель которого – предотвращение войны и обеспечение безопасности. В данных условиях вариант восприятия национальной безопасности (national security) развивался следующим образом:

– роль объектов и субъектов национальной безопасности играют государство, общество, люди, и располагаются они именно в такой последовательности, исходя из степени важности;

– основные цели национальной безопасности – это цели безопасности государства (территориальная целостность, соблюдение принципов устройства, сохранение полной политической независимости в системе международных отношений). Без их достижения невозможно и достижение своих целей другими субъектами – обществом и отдельным человеком;

– важнейшими направлениями национальной безопасности должны являться военная и экономическая безопасность (вместе обеспечивают обороноспособность), социальная и политическая безопасность (вместе обеспечивают стабильность), международная безопасность (снижает общий уровень внешних угроз).

Определение термина «безопасность» сложилось в начале XX века и обозначало спокойное состояние духа человека, считавшего себя защищенным от любой опасности. Но ХХ столетие – это принципиально иные условия развития человеческой цивилизации, где на первый план выдвинулась борьба ведущих стран за мировое господство, за реализацию своих национальных интересов и социально–политических идеологий. В результате двух мировых войн общественное сознание все больше и больше признавало иной вариант понимания безопасности, где сохранение жизни каждого конкретного человека напрямую зависело от построения и укрепления системы коллективной и международной безопасности. И в 1980–1990-е годы начинает утверждаться концепция общей безопасности (common security).

Как в вопросах внутренней, так и в вопросах внешней безопасности, в деле их обеспечения общественным мнением признаются права групп граждан, органов местного самоуправления, неправительственных и надгосударственных организаций. Причем эти права нисколько не меньше, чем у государства. Сердцевина концепции общей безопасности – «комплекс представлений о безопасности человека, понимаемой как единство социальных условий, обеспечивающих достойное выживание, благосостояние и свободу. В свою очередь, ядром этого комплекса можно считать представления о минимально достаточной безопасности (физической, экономической, социальной, этнокультурной и безопасности достоинства)»¹.

Соответственно, на разных стадиях функционирования и развития человеческого сообщества понятие «безопасность» эволюционировало следующим образом:

– на ранних стадиях безопасность, в основном, сводилась, к защите от разрушающего воздействия природных явлений и формированию способностей индивида обеспечивать свое существование;

– по мере развития общественных отношений объективно появилось понимание необходимости защиты от последствий «злой воли людей»;

– в эпоху создания централизованных европейских государств распространение понятия безопасности нации или общества не могло получить широкого применения, так как на первое место выходила организация конкретной деятельности конкретного суверена, обеспечивающего безопасность своих людей. Сам же суверен находился в безопасности по определению, по нормам действующего в Европе феодального права;

– в эпоху Нового времени получили развитие традиции Возрождения, где творцом своей собственной безопасности становится человек, а не божественная воля. Осмысление получают социальные опасности. Формируется убеждение, что выжить человек может только в государстве, для обеспечения безопасности которого необходимо повиновение законам;

– начиная с XX столетия в общественном сознании происходит отход от страхов, связанных с воздействием на людей внешних сил, (стихийных бедствий, эпидемий, нашествий завоевателей и т.п.) «…к страхам, обращенным вовнутрь, т.е. к страхам человека и человечества перед самим собой. Главные страхи вызывают теперь уже не столько ураганы и эпидемии, сколько разрушительное начало, скрытое в самом человеке, в глубинах его личности»¹.

Теперь давайте посмотрим на процесс развития понятия «безопасность» в России, что тесно связано с лингвистическими особенностями древнерусской речи. Анализ исторических источников и научной литературы позволяет представить следующую картину².

С XI века встречается древнерусское слово опасъ (церковно–славянское опасьнъ), опасение. Это есть не что иное, как внимательность, осторожность, то есть тревога в предвидении какой-либо неприятности. Речь идет именно о неприятности, а не о катастрофе, не о необратимой утрате, крахе чего–либо. Соответственно, никаких обобщенных представлений о возможной опасности нет. Вопрос касается какого-либо конкретного дела, а не угрозы.

С XIII в. встречается слово опасти, то есть спасти, обезопасить. И опять упор именно на «спасти», но не сохраниться. Это говорит о понимании опасности, как о какой-то преходящей, временной, но не постоянной возможности.

Очень интересной была трактовка слова «опасный», что буквально означало – требующий защиты, осторожности. Следовательно, опасным было то, что при известных условиях можно было не сохранить, лишиться: человеку (имущества), обществу, например, городскому (построек, уничтоженных пожаром) и государству-княжеству (территорий в результате проигранной междоусобицы). И именно такое, отличное от европейского, определение опасности, где источник всякой опасности не во внешних влияниях, а в самом предмете, было присуще гражданам Древнерусского государства. Опасный – это неосторожный, не защищённый, а безопасный, соответственно – осторожный, защищённый. Но в XIII–XIV веках, даже в XV веке слово безопасный в рассмотренном контексте объективно не входит в русский разговорный язык.

XIII век – знаковый в истории Руси. Раздробленность, конгломерат мелких самостоятельных государств-княжеств; давление с запада – немцы, шведы; натиск с востока – татаро-монголы. Теперь всякое княжество опасно, то есть беззащитно. Задача – политическое объединение, а, значит, и переосмысление в обществе отношения к опасности.

Естественно, в первую очередь исчезло представление об опасности как о преходящей угрозе. Психологическая атмосфера страха, нависшая над Русью в связи с появлением татаро-монгол, сформировала настороженность, когда опасность – это уже постоянная угроза, которой если и в данный момент нет, то она может быть. Это уже реальная возможность глобальных, длительных нарушений жизнедеятельности. И причина походов русских князей связана уже не столько с развитием торговли и экономической целесообразностью от присоединения новых земель, сколько с необходимостью обеспечения безопасности страны.

В XV веке появляется вариант слова «опасатися», то есть бояться. И именно объединение страны как раз преследовало цель – обезопасить (хотя этого слова ещё не было) русское государство от внешних врагов. С XVI века начинает встречаться понятие «безопасность». Появление его в русском языке связывают, во-первых , с осознанием опасности как долговременного и масштабного явления, и, во-вторых , с тем, что, реализацию опасности можно предупредить или смягчить ее последствия. Расширяется и предметная область данного понятия. В XVII веке в письменных источниках безопасность относится уже как к частному лицу, так и к обществу, и к государству. Следовательно – безопасность воспринимается как некая целостность, охватывающая все стороны московской жизни.

Но внешней безопасностью государства занимались однозначно монарх и дипломатия.

В общественном сознании литературными и государственными деятелями XVI–XVIII культивировалась мысль, что только власть государя, как справедливая и законная, единственная способна обеспечить мир и безопасность в стране, экономическое процветание (И. Пересветов, А. Курбский, И. Посошков).

Мы не будем рассматривать здесь эпоху XIX–XX веков, так как полагаем, что это предмет отдельного разговора. Исследование данного вопроса будет продолжено во второй части нашей работы, связанной с анализом видов национальной безопасности. Отметим только, что в России смысловой содержание понятия «национальная безопасность» зависела исключительно от базовых идеологических постулатов, господствующих в тот или иной момент в стране. Изменения происходили вместе со сменой политического режима, где национальная безопасность отождествлялась с общей (общественной), государственной, и, наконец, стала восприниматься как состояние защищенности личности, общества и государства от внутренних и внешних угроз…

Таким образом, безопасность, которую можно с определенной долей истины назвать национальной безопасностью, на протяжении длительного времени в России не выделялась в самостоятельную сферу.

Таким образом, можно выявить ряд обобщающих закономерностей, характерных для всех стран:

– развитие понятия «безопасность» происходило вместе с развитием общества, где разным странам, разным регионам, разным общественно–экономическим формациям было присуще свое восприятие безопасности;

– заинтересованные стороны всегда трактовали понятие «безопасность» исходя из собственных интересов;

– общественный прогресс не устранял опасности для существования личности, общества, государства;

– угрозы, как внутренние, так и внешние, не являлись неизменными и трансформировались вместе с развитием общества;

– увеличение уверенности людей в их власти над природой приводит к увеличению масштаба угроз человечеству.

Но при этом, безопасность и опасность как внутренние противоречия предметов, явлений, процессов выступают источниками общественного развития, а достигнутый на предыдущих этапах уровень безопасности придает развитию поступательный характер.

Теоретические наработки по проблемам безопасности за многовековую историю человечества свидетельствуют о том, что безопасность представляет собой предельно широкое явление. В современных условиях в зарубежной и отечественной науке безопасность характеризуется как:

– отсутствие опасностей, угрожающих индивиду, обществу и государству;

– наличие условий для достойной жизни людей, удовлетворения и реализации их потребностей и интересов;

– стабильное состояние общества, его качественная определенность, устойчивое и прогрессивное развитие в системе международных отношений;

– свойство социума сохранять свои целостность, относительную самостоятельность и устойчивость, способность к развитию;

– вид деятельности, система мер, направленных на предотвращение опасности¹.

Соответственно, с развитием общества объективно происходит расширение знаний о безопасности, так как увеличивается, собственно, число угроз и опасностей, усложняются их качественные характеристики. Мы только что показали, что понятие безопасность невероятно многогранное. Но конкретное смысловое значение оно приобретает в связи с уточнением объекта или сферы человеческой деятельности. Предлагаем исходить из того, что безопасность – это родовое понятие относительно безопасности национальной, которая в той или иной форме возникает как явление социальной действительности вместе с появлением нации, народа, государства. Национальная безопасность – это вообще ядро вопроса безопасности.

Впервые понятие «национальная безопасность» употребил 25-й президент США Теодор Рузвельт в своём послании конгрессу США в 1904 году. Он обосновывал присоединение зоны Панамского канала интересами национальной безопасности США. В тот период понятие использовалось в качестве синонима обороны, и в таком смысле понимался до 1947 года. Сам же термин «национальная безопасность» в мировом политико-правовом лексиконе появился после Второй мировой войны, когда в 1947 году в США был принят закон «О национальной безопасности. Позже проблема обеспечения безопасности в США стала рассматриваться не с военной позиции, а с точки зрения способности государства защитить свои национальные ценности и интересы в конкретных внешних и внутренних условиях»¹.

Понятие национальной безопасности последние десятилетия вызывает в нашем обществе повышенный интерес. Постоянно изменяющаяся геополитическая ситуация в мире, влияющая на международное и внутреннее положение страны, ставит вопрос именно об обеспечении национальной безопасности. Без решения этой проблемы успешный реформаторский курс во всех областях жизнедеятельности России просто невозможен. Следовательно, обеспечение национальной безопасности является стратегически значимой для страны задачей. Она может быть реализована только в комплексе научного, теоретического знания и практической, прикладной деятельности.

Но, во-первых, исследованию проблем национальной безопасности в России посвящается в современное время огромное количество научных работ. При этом, в большинстве своем, они связаны с изучением отдельных аспектов национальной безопасности, в них отсутствует терминологическое единообразие, комплексный подход. Соответственно, возникла насущная проблема сформировать единые методологические позиции в освещении теоретических вопросов национальной безопасности, что, несомненно, поможет, и в разработке нормативно-правовых актов, которые должны базироваться на четких, теоретически обоснованных определениях.

Во-вторых, национальная безопасность – это самостоятельный вид деятельности, который осуществляется органами государственной власти и управления, должностными лицами. Данная работа, в целях ее совершенствования и повышения эффективности, требует изучения и обобщения.

В-третьих, обозначенные проблемы свидетельствуют, что Российской Федерации нужны специалисты, способные соответствовать современным потребностям этой актуальной сферы деятельности. Но, к сожалению, планомерная работа по подготовке кадров в разнообразных направлениях национальной безопасности практически не велась.

Эти факторы предопределили необходимость формирования основ теории национальной безопасности и разработки ее как учебной дисциплины.

Наша учебная дисциплина строится на базе предмета соответствующей науки, составляет единый комплекс с другими учебными дисциплинами и базируется на требованиях федерального государственного стандарта.

В западной науке изучение проблем безопасности давно является самостоятельной частью теории международных отношений и преподается как отдельная учебная дисциплина. В России национальная безопасность как сфера научного знания до конца еще не сформировалась, только определяется со своим предметом и местом в системе других научных дисциплин.

Основы теории национальной безопасности сегодня – это такое направление научного знания, в центре внимания которого находится концептуальное видение проблем национальной безопасности России, в первую очередь, их философская, правовая, политологическая составляющие.

Общеизвестно, что каждая наука имеет свой объект и предмет исследования. В подобном смысле, объект – это та сторона действительности, на изучение которой и направлена данная наука. Характерно, что зачастую объект отображается в самом названии науки. Один объект может изучаться представителями разных наук, но каждая рассматривает в нем только «свою» сторону, «свою» проблематику, то есть свой предмет. Соответственно, если объект – это действительность, то предмет – это знание о ней, это то, что наука изучает.

Таким образом, объект основ теории национальной безопасности – это национальная безопасность как состояние защищенности личности, общества и государства от внутренних и внешних угроз. Предмет – изучение методологических и теоретико-правовых аспектов основных сущностных сторон национальной безопасности.

Соответственно, проблемное поле учебного курса «Основы теории национальной безопасности» содержит следующие базовые направления:

– обзор современного комплекса теоретико-методологических проблем безопасности вообще, и, национальной, в частности, связанный, в первую очередь, с анализом научных знаний о проблемах безопасности;

– проработка значительного количества нормативно-правовых актов, так как система национальной безопасности детально регламентируется отечественным законодательством. Усвоение на этой базе комплекса общегосударственных организационно-правовых средств обеспечения безопасности личности, общества и государства;

– анализ и классификация основных видов национальной безопасности, их наиболее фундаментальных понятий, и явления, которые ими отражаются;

– правовая характеристика сил и средств, основных субъектов системы обеспечения национальной безопасности в современной России, ее ресурсов и уровней.

Таким образом, основной целью изучения дисциплины «Основы теории национальной безопасности» является освоение ее теоретического и нормативного содержания.

Определяя место дисциплины «Основы теории национальной безопасности» в системе научных знаний следует обратить внимание на ряд базовых положений:

1. По своему научному статусу теория национальной безопасности представляет собой направление исследований, нацеленное на решение стыковочной, комплексной проблемы.

2. Она отражает взаимосвязь различных отраслей знаний, так как общее представление о безопасности складывается из предметного поля широкого спектра наук: общественных, гуманитарных, экологических, социальных, технических и др. Например, гуманитарные науки изучают безопасность человека в контексте общественных отношений, гарантирующую его жизнеспособность. Исследуется и соответствующее историческому периоду понимание и реализация основных прав и свобод личности. В рамках социальных наук обращается внимание на различные факторы риска, а технические науки не только исследуют безопасность в техногенной сфере, но и возможности использования технических средств для ее обеспечения. Соответственно, теория национальной безопасности выделяет и объединяет различные грани политических, социальных, гуманитарных и других наук, занимающихся исследованием обеспечения безопасности человека, общества и государства в условиях воздействия на них различных факторов внутреннего и внешнего характера.

3. Главные ориентиры теории национальной безопасности находятся в социологии, политологии, но, в первую очередь, в юридической науке. «Прежде всего эта теория должна опираться на целостную правовую систему, позволяющую адекватно реагировать на происходящие социально-политические и экономические изменения в стране, поддерживая необходимый уровень обеспечения национальной безопасности»¹.

Курс «Основы теории национальной безопасности» по своему содержанию отражает взаимосвязь различных отраслей права, а, следовательно, и соответствующих учебных дисциплин. Например, базовые представления о законности и правопорядке получаются при изучении теории государства и права. Сведения о способах обеспечения законности, системе органов государственного управления, их полномочиях, в том числе и в сфере национальной безопасности, предоставляются в курсе административного права. «Основы теории национальной безопасности» тесно связаны с такими дисциплинами как правоохранительные органы, борьба с незаконным оборотом наркотиков, уголовное право, уголовный процесс и др. В этих учебных курсах много внимания уделяется средствам и способам обеспечения законности, правопорядка, безопасности в государстве.

И в заключении хочется отметить, что место дисциплины «Основы теории национальной безопасности» определяется тем, что знания и навыки, приобретаемые в ходе изучения курса, являются обязательным условием дальнейшей фундаментальной подготовки специалиста.