В промышленности 1958/59 – 1964/65 гг. Отмечены:

1. значительным увеличением капиталовложений и быстрым ростом кредитов, превышавшим возможности государственного бюджета;

2. резким и неконтролируемым ростом промышленности производящей средства производства;

3. непредвиденным массовым притоком низкоквалифицированной рабочей силы из сельской местности, усилившим текучесть кадров, которую так и не преодолели принятым в 1960 г. законом против «летунов»;

4. ощутимым снижением темпов экономического роста;

5. ростом дефицита, связанным со снижением интенсивности развития промышленности средств потребления.

Для многоцелевой экономики больше не подходили методы управления и планирования сталинской эпохи, заключавшиеся в абсолютном приоритете некоторых целей. Предприятия переходили на самофинансирование из собственных фондов. Оптимистические расчеты Хрущева основывались на простой экстраполяции годовых уровней промышленного развития 2-х стран в мирный период. Эти уровни были в пользу СССР. Его расчеты не учитывали богатство американской экономики. СССР не мог сконцентрировать все ресурсы на повышении благосостояния народа – много средств требовала военная и космическая гонки. Значительная часть ресурсов вкладывали в сельское хозяйство для повышения уровня жизни в селе, и городе. Нужно было развивать химию, электронику, увеличивать добычу нефти вместо угля, электрифицировать железные дороги.

Вместо поисков материальной заинтересованности работника в результатах труда изменили нормирование и оплату. В результате значительно сократилось число рабочих, трудившихся на основе сдельной оплаты, и выросло числа повременщиков. И без того невысокие материальные стимулы к труду стали резко снижаться. Обещания, многократно повторяемые с высоких трибун о росте заработной платы приводили к тому, что рабочие в массовом порядке стали подавать заявления о том, что зарплату должны повысить всем без исключения, как это говорил Хрущев. Распространяли «выводиловку» (подгонку зарплаты до определенного уровня). Все более активную роль играли моральные стимулы. Возникло новое движение – бригады коммунистического труда. Их члены, как и члены бригад ДИП («догнать и перегнать») в начале 1930-х г. старались внедрить коммунистические методы в повседневную жизнь, проводили вместе свободное время, повышали общеобразовательный, технический и профессиональный уровень. Однако, идеализм зачинателей движения за комтруд довольно быстро угас, столкнувшись с «грубыми» потребностями быта, и с тем, что почин быстро стал бюрократией партийной, профсоюзной, комсомольской, сделавшей из него очередную графу в «таблице соцсоревнования».

Впечатляющим успехом Хрущева было снижение остроты жилищной проблемы. До него в СССР массового жилищного строительства не вели. Война лишила крова миллионы семей, люди жили в землянках, бараках и коммуналках. Получить отдельную благоустроенную квартиру для многих казалось несбыточной мечтой. Темпы ведения жилищного строительства в 1-й половине 1960-х годов наша страна не знала ни до, ни после этого периода: в 1956-1963 гг. в СССР построили больше жилья, чем за предшествующие 40 лет. Множество советских семей въехали в названные так позже «хрущевки» - 5-ти (реже – 4-х) этажные кирпичные или панельные дома с центральным отоплением, лимитами площадей на кухнях (4-6 кв. м.), нередко совмещенными ваннами с санузлами и котлами для нагрева прточной холодной воды, отсутствием лифтов и крохотными лестничными площадками.

Во 2-й половине 1950-х гг. сельское хозяйство давало только 16 % национального продукта, промышленность – 62 % и строительство – 10 %.

Уровень жизни советских людей в 1950-е – 1960-н гг. поднимался.

Скороспелые инициативы Хрущева в глазах общественного мнения компенсировали принятые в 1955-1959 гг. многочисленные меры к улучшению условий жизни населения, главным образом, городского. Повысили минимальную зарплату и размер пенсий, снизили пенсионный возраст и продолжительность рабочей недели.

Население страны в конце 1950-х гг. составляло около 200 млн. человек. В 1955 г. население СССР достигло предвоенного уровня. Продолжалась урбанизация: в 1959 г. городское население сровнялось с сельским, в 1969 г. превысило его. Сильно осложняли демографическую ситуацию потери военной поры. Женщин было больше, чем мужчин (в 1947 г. – более чем на 20 млн. чел. – около 10% населения страны). Росла продолжительность жизни: с 47 лет (в 1938-1939 гг.) до 67 в 1955-1956 гг. Стало до 20 млн. пенсионеров к середине 1950-х гг., когда Н.С. Хрущев ввел приличные пенсии и снизил пенсионный возраст для мужчин до 60, а для женщин – до 55 лет.

В отношениях центра и регионов обнажилось ранее скрывавшееся проблемы. Центральные министерства распределяли основные инвестиции, отдавая приоритет интересам центра, что выливалось во вторжение в природную среду, в традиционные уклады жизни людей, не готовых к такому вмешательству. Централизованное обеспечение новых проектов часто обостряло социальные и экологические проблемы на местах. Отчуждалось население этих регионов, часто ущемляли национальные интересы. Люди были вынуждены сохранять традиционный образ жизни.

Улучшались питание и стандарты потребления. Так, потребление мяса на душу населения в год выросло к середине 1950-х гг. до 25 кг. Много строили жилья: за 10 лет (1955-1964 гг.) городской жилищный фонд увеличили на 80%.

Но крайне низким оставался бытовой комфорт. Так, в 1960 г. лишь у 3-х – 4-х семей из ста были холодильник, стиральная машина; у каждой 8-й – телевизор и т.д.

Доля работников физического труда в общей численности населения составляла 50% в 1950-х гг., колхозники в 1959 г. – 31,4%.

Либерализация в целом благотворно повлияла на развитие общеобразовательной и научной сферы. В 1958 г. ввели обязательньм 8-летнее образование, в старших классах – необязательное до 11 лет (с 9-го класса учащихся обязали осваивать производственные специальности). Граждане с высшим и средним специальным образованием среди рабочих составляли в 1960 г. 8,7 млн. человек. Возросло количество ВУЗов и научно-исследовательских учреждений, создали крупные региональные научные центры (Новосибирск, Дубна и другие), совершили прорыв в закрытых ранее по идеологическим причинам научных отраслях (кибернетике, генетике и т.д.). Ликвидировали систему «трудовых резервов» (сеть военизированных училищ, существовавших за государственный счёт, созданых перед войной для подготовки квалифицированных рабочих), заменив профессиональными училищами, в которые можно было поступать после 7-го класса. Материальной базы и преподавательских кадров для этого не существовало.

После середины 1950-х гг. значительно вырос слой советской интеллигенции, осознание ею мешавших развитию общества проблем. Все большая часть образованных людей начинала понимать роль СССР в мире. Особенно остро и болезненно воспринимали растущий разрыв с мировым техническим прогрессом и невозможность для граждан СССР влиять на политические решения. Большой резонанс в жизни советского общества получили встречи руководителей партии и государства с деятелями культуры в 1957 г., 1962 г. и 1963 г., приобрели характер идеологических указаний с одной целью: подчинить интеллигенцию партийному влиянию. Именно культурное развитие общества в хрущевский период, с легкой руки писателя И.Г. Эренбурга, назвали периодом «оттепели». Но позитивные процессы в культурной жизни шли противоречиво. Наряду с духовным раскрепощением постоянно идеологически запугивали. «Политическим пасквилем» власти назвали роман Б.А. Пастернака «Доктор Живаго», а автора - «внутренним эмигрантом» и «предателем». Хрущевская «культурная революция» год от года теряла, прежде всего в среде интеллигенции, существенную часть доверия, полученного после XX съезда. Идеологические, интеллектуальные течения в образованных слоях советского общества в рассматриваемое время партия держала под жестким контролем. Попытки заигрывания с интеллигенцией, поддержка ряда публикаций радикального содержания (стихи Е.А. Евтушенко «Наследники Сталина» в октябре 1962 г., повесть А.И. Солженицына «Один день Ивана Денисовича» в ноябре того же года) сменились у Н.С. Хрущева призывом к ней руководствоваться в творчестве принципом партийности, завершив короткий период «оттепели».

В развитии культуры периода «оттепели» проявлялись противоречивые тенденции. Общий подход к культурной среде отличался прежним стремлением поставить ее на службу командно-административной идеологии. Но сам процесс обновления не мог не вызвать оживления культурной жизни.

Важную роль в духовной жизни сыграло раскрепощение в исторической науке и художественной культуре. Открыли литературно-художественные журналы: «Юность», «Молодая гвардия». В Москве создали театр «Современник», привлекший внимание актуальными постановками и игрой актеров. В быт людей входило телевидение. Однако, противоречивость культурной политики давала себя знать в том, что некоторые произведения принимали Хрущев и ряд деятелей культуры в штыки. Политическое руководство страны в начале 1960-х гг. стремилось удержать культуру в жестких рамках, но пробивались смелые, высокохудожественные, проникнутые правдой и гражданственностью произведения. Напечатали документальные повести и воспоминания раскравших ужасы незаконных репрессий, бесчеловечного быта сталинских лагерей.

В 1961 г. провозгласили Моральный кодекс строителя коммунизма, параллельно развернув атеистическую кампанию.

Начали массовую реабилитацию незаконно осужденных. В уголовном законодательстве упразднили понятие «враг народа». Жертвы сталинских репрессий, возвращаясь домой, часто становились стержнем оппозиции.

По-прежнему процветало доносительство. В критические моменты расправы с симпатизировавшими будапештским реформаторам были жесткими. В стабильной обстановке инакомыслящих не всегда подвергали грубому насилию и арестам; иногда пытаясь заставить их замолчать, иногда – переубедить. Чтобы свернуть научные дискуссии о сталинизме сделали недоступными для ученых соответствующие архивы. Сохранили и практику сталинского времени ограничивать изучение современного государства, общества. Возрожденную в 1960-х гг. социологию поставили под контроль партии, монополизировавшей возможность получения данных об общественных мнениях и настроениях. Не раз режим навязывал интеллигенции «классовые» ценности. Хрущев многократно лично участвовал в «проработке» деятелей культуры и искусства страны, объясняя им, как и что они должны писать, рисовать или петь, чтобы поддерживать курс на коммунизм и не оскорблять чувств и вкусов властьимущих.

Ряд шагов властей (повышение цен, подавление народных выступлений или выступлений этнических групп, свободы художественного творчества и т.п.) порождали протест, недовольство, оппозиционные настроения. К такому же результату привели участия советских войск в локальных конфликтах в Европе и Азии, открытое вмешательство госбезопасности в религиозную жизнь.

Завершил поражение «оттепели» в духовной жизни Пленум ЦК в июне 1963 г., полностью посвященный идеологии. На нем заявили, что мирного сосуществования идеологий не было, нет и быть не может. Книги, которые не могли опубликовать в открытой печати, стали ходить по рукам в машинописном варианте. Так родился «самиздат» - 1-й признак явления, позднее названного диссиденством. С тех пор обрекли на исчезновение и плюрализм мнений.

Идеологи СССР утверждали, что при социализме национальный вопрос не актуален. Хрущев прекратил преследование депортированных при Джугашвили (Сталине) народов, хотя немцам, крымским татарам и ряду других народов не разрешили возвратиться в районы прежнего проживания: руководство страны боялось протеста живших на этой земле.В феврале 1957 г. восстановили автономии балкарского, чеченского, ингушского, калмыцкого и карачаевского народов, упраздненные в период сталинских репрессий.

В то же время Верховный Совет СССР передал в ведение союзных республик вопросы административно-территориального устройства, законодательства и судопроизводства, принятия гражданского, уголовного и процессуального кодексов. Карело-Финскую ССР преобразовали в Карельскую АССР в РСФСР, Калмыцкую автономную область – в автономную республику, а Бурят-Монгольскую автономную республика – в Бурятскую автономную республику.

Заметнее стали диссидентство и оппозиция. Почвой для них служило прежде всего недовольство в этнических группах. Едва ли в СССР была республика или автономная область, где не появились «неформалы» такого рода.

Особенности национальной (неравноый подход к разным народам) и экономической (имперское отношение центра с окраинами) политики провоцировали рост этнической напряженности. В особенно неблагоприятном положении оказались в этом плане Средняя Азия и Казахстан.

Принятые волюнтаристские решения Хрущева о передаче Крыма из РСФСР в состав Украины (1954 г.), расширении Чечни районами Ставропольского края привели к серьезным политическим катаклизмам в 1990-х гг.

Хрущев на XXсъезде КПСС заявил, что партия взяла под строгий контроль работу органов внутренних дел и государственной безопасности.

С 1956 г. специальные комиссии по пересмотру дел решали дела и освобождали реабилитированных на месте. Результатом их деятельности стало возвращение нескольких миллионов человек. Отменяли наиболее вопиющие нормы в уголовном законодательстве сталинской эпохи; упразднили понятие «враг народа»; с 14 до 16 лет повысили возраст наступления уголовной ответственности; запретили прибегать к угрозам и насилию при получении признания; за некоторым исключением, судебные заседания стали открытыми.

Постановлением ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 25 октября 1956 г. все ИТЛ реформировали в ИТК.

В СССР события в Тбилиси в 1956 г. стали 1-м тревожным симптомом.

Шла незаметная эволюция готовности режима к применении силы против недовольных. Решающую роль в этом сыграла смена поколений. Армия и репрессии становились все менее надежными средствами управления политическим процессом в стране по мере того, как уходило поколение лидеров, сформировавшихся в крови гражданской и Отечественной войн. К исходу рассматриваемого периода все больше людей в армии и КГБ стало задумываться над разумностью принятия (по крайней мере, некоторых) политических решений высшим эшелоном власти.

В 1958 г. приняли Положение об исправительно-трудовых колониях и тюрьмах МВД СССР и Основы уголовного законодательства СССР и союзных республик, заметное повлиявшие на укрепление законности в деятельности ИТУ, ограничив функции администрации по досрочному и условно-досрочному освобождению заключенных (решение этих вопросов стало компетенцией суда, которому предоставили функцию перевода заключенных при определенных условиях из колонии в тюрьму, из тюрьмы в колонию; назначал подсудимому вид лишения свободы, а администрация ИТУ определяла конкретную колонию для отбывания наказания).

Уже на рубеже 1950-х – 1960-х гг. зафиксировали проявления общественной активности, не вписывавшиеся в рамки идеологических установок системы. Например, в октябре 1959 г. вспыхнуло и было подавлено полуторатысячное выступление рабочих казахстанской Магнитки (г. Темиртау).

В рамках реформы СНХ политическим решением о децентрализации системы ОВД ликвидировали МВД СССР и передали управление внутренними делами с января 1960 г. в ведение союзных республик: его функцию в РСФСР выполняло МВД РСФСР, в составе которого отраслевыми органами управления являлись Главное управление местами заключения (ГУМЗ) и Отдел детских трудовых и воспитательных колоний.

Чрезвычайным происшествием для властей стало покушение Михбаева 14 июля 1960 г. на саркофаг В.И. Ульянова (Ленина), в результате чего он был разбит, а тело оказалось поврежденным множеством осколков.

Положение «Об исправительно-трудовых колониях и тюрьмах МВД РСФСР» от 11 сентября 1961 г. ввело новое деление ИТК по видам режима: общего, усиленного, строгого и особого. Основанием для определения осужденным вида ИТК являлись тяжесть и характер совершенного преступления, наличие прошлых судимостей. Для ИТК всех видов установили единое правило: заключенные должны содержаться под стражей и надзором, подвергаться обыску, их корреспонденция – цензуре, посылки и передачи – досмотру.

В августе 1962 г. республиканские министерства внутренних дел были переименованы в министерства охраны общественного порядка (МООП). 17 августа 1962 г. приняли новое «Положение о советской милиции». Указом Президиума Верховного Совета СССР от 26 сентября 1962 г. на 10 ноября определили ежегодный праздник – День советской милиции, утвердили Присягу личного состава милиции (15 октября 1962 г.), ввели в действие Устав ППС (1 августа 1963 г.), утвердили Положение о ГАИ МООП республики (30 сентября 1963 г.).

В 1962 г. резко повысили цены на мясо. Это вызвало волну массовых беспорядков с антисоветскими лозунгами. Темиртау, Краснодар, Кемерово, Александров, Одесса – неполный перечень городов СССР, где прошли антиправительственные выступления. В Новочеркасске 7-митысячную демонстрацию рабочих расстреляли внутренние войска.

26 июня 1963 г. создали новый вид ИТК – колонии-поселения, что законодательно закрепили в Указе Президиума Верховного Совета РСФСР «Об организации исправительно-трудовых поселений и о порядке перевода в них осужденных к лишению свободы, твердо вставших на путь исправления».

В 1963 г. возникли перебои не только с мясом, молоком и маслом, но и хлебом. Длинные очереди с ночи выстраивались у хлебных магазинов. Ширились антиправительственные настроения, о чем говорили письма граждан в высшие инстанции и доклады КГБ СССР.

Это, видимо, и стало основной причиной (поводом) для снятия Н.С. Хрущева с поста.

Просчеты в экономике стали основным мотивом для коллег Хрущева по партийно-государственному руководству, чтобы отстранить его от власти.

В своей совокупности недовольство разных страт стало для Н.С. Хрущева роковым. Не столько заговор против Первого секретаря ЦК КПСС узкого круга лиц, сколько провалы в политике, бунт аппарата на фоне равнодушия общества и интеллектуальной элиты привели его к поражению. В октябре 1964 г. на Пленуме ЦК партии Н.С. Хрущева обвинили в «волюнтаризме» и «субъективизме», сняли со всех постов и отправили на пенсию.

Реформы и планы Н.С. Хрущева усиливали консервативное сопротивление в верхах, вызывали негативную реакцию аппарата всех уровней, что не могло не отразиться на политике высшей власти.

Реформы 2-й половины XX в. были следствием опасений за жизнеспособность партийно-государственной системы (ощущавшуюся в связи с наступлением постиндустриального общества на Западе), но в каждом случае, как только затрагивались или оказывались под угрозой интересы советской элиты, она бунтовала и сбрасывала инициаторов перемен.

Для Хрущева роковой стала его попытка раздела структуру партии на 2 – промышленную и сельскую, ослабившего обе ветви и руководство в целом.

30 сентября 1964 г., последовав совету коллег по руководству страной, он, проведший в течение 1964 г. 135 дней в официальных зарубежных поездках, отправился в Сочи на отдых. Хрущёв отдыхал на Черноморском побережье, в то время, как в Москве готовили его устранение. Основным автором операции был Суслов, защитник государственной идеологии от нападок Хрущёва. Президиум ЦК собрался в его отсутствие на расширенное заседание 12 октября, что бы решить вопрос о смещении. Отставка Хрущёва была результатом заговора по всем правилам. Хрущёва вызвали в Москву только 13 октября, когда основные резолюции уже приняли. Его доставили в Москву на военном самолете, привезли в зал, где ещё заседал Президиум ЦК, и сообщили о согласованном решении освободить его от основных постов. Как и в 1957 г., в первый момент намеревались оставить его в составе ЦК на второстепенных постах. Однако, отказ Н.С. Хрущёва подчиниться приговору вынудил Президиум заставить его подписать заявление об отставке. Его отправили на пенсию в полной изоляции.

14 октября в Москве созвали Пленум ЦК КПСС, заслушавший доклад Суслова. Обсуждения практически не было, и заседание длилось лишь несколько часов. Обе должности, совмещённые Хрущёвым с 1958 г. (Первый секретарь ЦК КПСС и Председатель Совета Министров), разделили и приняли решение, что их не должен больше занимать один человек. Пост Первого секретаря ЦК КПСС отдали Брежневу, а Председателя Совета Министров СССР – Косыгину. Эта новость стала известна из печати 16 октября 1964 г. В официальном сообщении говорилось об отставке из-за преклонного возраста и ухудшившегося состояния здоровья.

Смену в верхах в октябре 1964 г. хорошо приняла общественность страны, так как своими манерами Хрущев все больше возмущал людей, а его стратегия рождала сомнения.

***

Период «оттепели» сильно ударил по тоталитарной системе СССР, вызвал ее становление и укрепление авторитарно-бюрократических основ государственного устройства. Ни Н.С. Хрущев, ни общество в целом не были готовы решительно пересмотреть политические и экономические основ строя. Значительной активизации социальной базы «цивилизации» не произошло. «Почвенный» советский уклад остался определяющим.