1) Эта монополия постоянно отвлекала капитал от всех других от­раслей торговли для вложения его в колониальную торговлю.

Хотя богатство Великобритании очень сильно возросло со'времени издания Навигационного акта, оно, без сомнения, возросло не в той про­порции, в какой увеличилось богатство колоний; но внешняя торговля всякой страны естественно увеличивается в соответствии с ростом ее бо­гатства, а ее избыточный продукт — в соответствии с общей массой ее продукта; и поскольку Великобритания захватила в свои руки почти всю внешнюю торговлю колоний, а ее капитал пе увеличивался в такой же степени, как обороты этой торговли, постольку она могла вести ее лишь при условии отвлечения постоянпо от других отраслей торговли нското рой части капитала, до того занятого в них, а также препягствования притоку к ним еще больших капиталов, которые при нормальных усло­виях притекали бы к ним. Ввиду этого со времени издания Навигацион­ного акта колониальная торговля непрерывно возрастала, тогда как мно­гие другие отрасли внешней торговли, в частности торговля с другими странами Европы, непрерывно приходили в упадок. Наши мануфактуры, работающие на иностранный рынок, вместо того чтобы'иметь в виду, как это было до Навигационного акта, соседний рынок Европы или более от­даленный рынок по побережью Средиземного моря, в своем большинстве приспособились к еще более отдаленному рынку колоний, где они обла­дают монополией, предпочитая его тем рынкам, где у них много конку­рентов. Причины упадка других отраслей внешней торговли, которые сэр Мэтью Деккер ¹ и другие авторы искали в чрезмерном и неправиль­ном обложении, в высокой цене труда, в увеличении роскоши и т. п., все могут быть сведены к чрезмерному возрастанию колониальной торговли. Торговый капитал Великобритании, хотя он и очень велик, все же не беспределен, и хотя он очень возрос со времени Навигационного акта, все же он не увеличился пропорционально колониальной торговле; и поэтому эта торговля не могла вестись без отвлечения части этого капи­тала от других отраслей торговли и, следовательно, не могла не вызывать некоторого упадка этих последних.

1 См. Примечапие выше, на стр. 374.

Следует иметь в виду, что Англия была великой торговой страной, что ее торговый капитал был очень велик и возрастал с каждым днем не только до того, как Навигационный акт установил монополию колониаль­ной торговли, по и до того, как эта торговля приобрела сколько-нибудь значительные размеры. В войне с Голландией, при правлении Кромвеля, английский флот превосходил голландский, а в войне, вспыхнувшей в начале царствования Карла И, он по меньшей мере не уступал, а может быть, и превосходил соединенные флоты Франции и Голландии. Его пре­восходство в настоящее время, пожалуй, вряд ли будет значительнее, во всяком случае если размеры голландского флота находятся в настоящее время в таком же соответствии с оборотами торговли Голландии, какое было в то время. Но это морское могущество Англии в обеих войнах не могло быть порождено Навигационным актом. Во время первой из этих войн проект акта был еще только задуман, а что касается второй войны, то хотя перед возникновением ее Навигационный акт был уже полностью опубликован законодательной властью, однако ни одно из его положений не успело еще произвести сколько-нибудь серьезного действия, и меньше всего та его часть, которая устанавливала монополию торговли с коло­ниями. И сами колонии, и их торговля были тогда незначительны в сравнении с размерами в настоящее время. Остров Ямайка представ­лял собой нездоровую пустыню, малонаселенную и еще хуже возделы­ваемую; Нью-Йорк и Нью-Джерси принадлежали голландцам; половина острова Св. Христофора принадлежала французам. Остров Антигуа, обе Каролины, Пенсильвания, Георгия и Новая Шотландия пе были еще за­селены. Виргиния, Мэриленд и Новая Англия были засолены, и, хотя эти колонии очень процветали, в то время в Европе и Америке не было, наверное, ни одного человека, который предвидел или хотя бы подозре­вал тот быстрый рост их богатства и населения, какой имел место в по­следствии. Одним словом, остров Барбадос был единственной сколько-ни­будь значительной английской колонией, состояние которой в то время сколько-нибудь походило на современное. Торговля с колониями, которая даже спустя некоторое время после издапия Навигационного акта только частью находилась в руках Англии (потому что этот акт пе очень строго соблюдался в первые годы после-его опубликования), по могла быть в то время причиной больших размеров торговли Англии, а также ее мор­ского могущества, обусловленного этой, торговлей. Источником этого мор­ского могущества была в то время торговля со странами Европы, и в част­ности со странами по берегам Средиземного моря. Между тем та часть торговли, которая приходится на долю Великобритании, в настоящее время пе может служить источником такого большого морского могуще­ства. Если бы растущая торговля с колониями была оставлена свободной для всех наций, то какая бы часть ее ни пришлась на долю Великобрита­нии (а на долю последней, вероятно, пришлась бы очень'значительная ее часть), она увеличивала бы собой указанную обширную торговлю, находившуюся раньше в руках Великобритании. В результате же монопо­лии рост колониальной торговли вызвал не столько увеличение торговли по сравнению с той, которую Великобритания вела раньше, сколько пол­ное изменение ее направления.

2) Эта монополия колониальной торговли неизбежно вела к повы­шению нормы прибыли во всех различных отраслях британской торговли сравнительно с тем, па каком уровне она стояла бы при допущении сво­бодной торговли всех наций с британскими колониями.

Монополия колониальной торговли необходимо привлекала к послед­ней большую долю капитала Великобритании, чем это имело бы место при естественном ходе вещей; вместе с тем, устраняя все иностранные капиталы, она неизбежно уменьшала общую сумму капитала, вкладывае­мого в эту отрасль торговли, сравнительно с том, как это было бы при свободе торговли. Но, уменьшая конкуренцию капиталов в этой отрасли торговли, она необходимо вела к повышению нормы прибыли в этой по­следней. Точно так же, уменьшая конкуренцию британских капиталов во всех других отраслях торговли, она пеобходимо повышала в них норму прибыли британских купцов. Каковы бы ни были в любой период после издания Навигационного акта размеры или состояние торгового капитала Великобритании, монополия колониальной торговли должна была при прочих равных условиях повышать норму прибыли британских купцов несколько больше, чем это было бы при отсутствии монополии как в этой, так и во всех других отраслях британской торговли. Если со времени из­дания Навигационного акта обычная норма прибыли бритапского капитала значительно понизилась, как это, несомненно, имело место, то она должна была бы понизиться еще больше, если бы монополия, установленная этим актом, не содействовала удержанию ее на более высоком уровне.

Но все то, что повышает в какой-либо стране обычную норму при­были выше ее нормального уровня, неизбежно ставит эту страну в абсо­лютно и относительно неблагоприятное положение во всех отраслях ее торговли, в которых она не обладает монополией.

Это ставит ее в абсолютно неблагоприятное положение, потому что в таких отраслях торговли ее купцы не могут получать эту повышенную прибыль, не продавая дороже, чем делали бы это при нормальных усло­виях, как иностранные товары, ввозимые ими в свою страну, так и товары своей страны, вывозимые ими в чужие государства. Их собственная страна должна и покупать и продавать по более дорогим ценам, должна и покупать и продавать меньше, должна и потреблять и производить меньше, чем это было бы при нормальных условиях.

Это ставит страну в относительно неблагоприятное положение, по­тому что в указанных отраслях торговли позволяет другим нациям, не находящимся в таком же абсолютно невыгодном положении, больше об­гонять ее или меньше отставать от нее, чем это было бы в противном случае. Это позволяет им потреблять и производить больше сравнительно с тем, что данная страна потребляет и производит. Повышение прибыли усиливает превосходство или уменьшает их отставание от Нее сравни­тельно с тем, что был» бы в противном случае. Повышение цены ее про­дуктов выше нормального уровня позволяет купцам других наций успешно конкурировать с нею на иностранных рынках и таким образом вытеснять ее почти из всех тех отраслей торговли, в которых она не об ладает монополией. Наши купцы часто жалуются на высокую заработ­ную плату британских рабочих, как на причину того, что их товары вытесняются с иностранных рынков, но они молчат насчет высоких при­былей на капитал. Они жалуются на чрезмерные барыши других, но ни слова не говорят о своих собственных. А между тем высокая норма при­были на английский капитал может во многих случаях вести к повышению цены британских товаров в такой же, а в некоторых случаях в еще боль­шей степени, чем высокая заработная плата британских рабочих.

С полным основанием можно оказать, что именно таким образом ка­питал Великобритании был отчасти отвлечен и вытеснен из различных отраслей торговли, в которых она не пользуется монополией, в частно­сти из европейской торговли и особенно из торговли со странами по бе­регам Средиземного моря.

Капитал отчасти отвлекался от этих отраслей торговли, привлекае­мый более высокой прибылью в колониальной торговле вследствие не­прерывного ее возрастания и вследствие того обстоятельства, что капи­тал, на который она велась в одном году, всегда оказывался недостаточ­ным для ведения ее в следующем году.

Частично же капитал вытеснялся из зтих отраслей вследствие того преимущества, какое высокая норма прибыли, установившаяся в Велико­британии, дает другим странам во всех отраслях торговли, в которых Ве­ликобритания не пользуется монополией.

Отвлекая из других отраслей торговли часть британского капитала, который был бы в противном случае вложен в них, монополия колониаль­ной торговли привлекала к ним многочисленные иностранные капиталы, которые никогда не притекли бы к ним, если бы они не были вытеснены из колониальной торговли. В остальных отраслях торговли эта монополия уменьшила конкуренцию британских капиталов и благодаря этому повы­сила норму прибыли с британского капитала сравнительно с той, кото­рая существовала бы при отсутствии монополии. Вместе с тем она уси­лила конкуренцию иностранных капиталов, а потому понизила их норму прибыли сравнительно с той, которая была бы в противном случае. Как тем, так и другим путем эта монополия должна была, очевидно, поста­вить Великобританию в относительно неблагоприятное положение во всех других отраслях торговли.

Однако могут, пожалуй, сказать, что колониальная торговля более выгодна Великобритании, чем всякая иная, и что монополия, привлекая в эту торговлю большую долю капитала Великобритании, чем та, которая притекала бы к ней при отсутствии ее, давала этому капиталу более выгодное для страны применение, чем всякое иное, какое он мог бы найти.

Наиболее выгодное употребление капитала для страны, которой он принадлежит, является такое, при котором в ней находит приложение наибольшее количество производительного труда и больше всего увели­чивается годовой продукт земли и труда этой страны. Но количество про­изводительного труда, какое может применять капитал, вкладываемый во внешнюю торговлю предметами потребления, как это доказано во второй книге, находится в точном соответствии с быстротой его оборота. Капи­тал в тысячу фунтов, например, который вкладывается во внешнюю тор­говлю предметами потребления и оборачивается обычно один раз в год, может давать в стране, которой он принадлежит, постоянное занятие та­кому количеству производительного труда, которое можно содержать там ь течение года на тысячу фунтов. Если капитал оборачивается дважды или трижды в год, он может давать постоянное занятие такому количе­ству производительного труда, которое можно содержать там в течение года на две или три тысячи фунтов. Ввиду этого внешняя торговля для нужд потребления, ведущаяся с соседней страной, по общему правилу, более выгодна, чем торговля со страной отдаленной; по той же причине непосредственная внешняя торговля для нужд потребления, как это тоже доказано во второй книге, обычно более выгодна, чем торговля, веду­щаяся обходным путем.

Но монополия колониальной торговли, поскольку последняя велась на капитал Великобритании, во всех случаях отвлекала некоторую его часть от внепшей торговли для нужд потребления, ведущейся с соседней сараной, к торговле, ведущейся с более отдаленной страной, а во многих случаях отвлекала его от непосредственной торговли для нужд потреб­ления к торговле, ведущейся обходным путем.

1) Монополия колониальной торговли во всех случаях отвлекала часть капитала Великобритании от внешней торговли для нужд потреб­ления, ведущейся с соседней страной, к такой же торговле, ведущейся со страной более отдаленной.

Во всех случаях она отвлекала некоторую часть этого капитала от торговли с Европой и странами, лежащими по побережью Средиземного моря, к торговле с более отдаленными областями Америки и Вест-Индии, в которой обороты по необходимости более медленны не только ввиду большей отдаленности, но и ввиду особых условий этих стран. Как уже было отмечено, новые колонии всегда бедны капиталом. Их капитал все­гда значительно меньше того, какой они могли бы с большой прибылью и выгодой употребить на улучшение и обработку своей земли. Поэтому у них существует постоянный спрос на капитал, превышающий их собст­венный, и для того чтобы восполнить недостаточность своего капитала, они стараются занимать возможно больше у своей метрополии, у которой они поэтому всегда состоят должниками. Наиболее обычный способ, ка­ким колонисты заключают эту сделку, состоит не в займах под заклад­ные у богатых людей метрополии, хотя иногда они поступают именно так, а в затягивании, по возможности, платежей своим корреспонден­там, снабжающим их товарами из Европы, поскольку эти последние допускают это. Их ежегодные платежи часто не превышают трети того, что они должны, а иногда не достигают и этой доли. Поэтому весь капи­тал, авансируемый их корреспондентами, редко возвращается в Англию раньше чем через три года, а иногда через четыре или пять лет. Но бри­танский капитал, например, в тысячу фунтов, который возвращается в Великобританию только один раз в пять лет, может давать постоянное занятие лишь пятой части того британского труда, который он мог бы занимать, если бы целиком оборачивался в один год; вместо того, чтобы давать постоянное в течение года занятие такому количеству труда, ко­торое можно содержать на тысячу фунтов, он теперь дает постоянное занятие только такому количеству, которое можно содержать на двести фунтов. Плантатор, без сомнения, возмещает — и даже более чем воз­мещает — все потери своего корреспондента, которые тот может иметь от затягивания платея?ей, возмещает их высокой цепой, уплачиваемой им за европейские товары, процентами по выдаваемым им долгосрочным векселям и комиссией при возобновлении краткосрочных векселей. Но, хотя он может возмещать потери своего корреспондента, он не в состоя­нии возместить потери Великобритании. В торговле, обороты которой очень медленны, прибыль купца может быть не меньше или даже боль­ше, чем в торговле с быстро оборачивающимся капиталом; но выгода страны, в которой он живет, количество производительного труда, нахо­дящего в ней постоянное занятие, годовой продукт земли и труда всегда должны быть меньше. Я думаю, всякий, сколько-нибудь знакомый с раз­личными отраслями торговли, охотно признает, что ее обороты с Амери­кой и еще больше с Вест-Индией, по общему правилу, пе только более медленны, но и более нерегулярны и ненадежны, чем обороты тор говли с любой частью Европы или странами по побережью Средиземного моря.