Тема 3.8. Поздний (пожилой и старческий) возраст

Обычно последний период жизни человека называют старостью.

Д.Б. Бромлей выделяет помимо старости (55–70 лет) еще дряхлость (после

70 лет). Вслед за Э. Эриксоном этот период называют и поздней зрело-

стью. Такое название в большей степени отвечает содержанию завершаю-

щего этапа человеческой жизни. Кроме того, данный период для многих

людей не соответствует тому, что обычно принято понимать под старос-

тью и что кратко выражено поговоркой: «Старость – не радость».

М.М. Пришвин, например, писал: «Неважно прошло у меня и детство, и

отрочество, и юность, и вся молодость – все суета. Но старости начало (65

лет) меня радует...»

Различная трактовка последнего периода жизни отражает присущее

ему резкое расхождение разных линий онтогенеза, резкие различия его со-

держания в зависимости от индивидуально-личностных особенностей че-

ловека.

Пожалуй, наиболее распространенное отношение к этому периоду

жизни передано грустно-лирическими словами известного русского фило-

софа В.В. Розанова: «Тишина вечера естественно наступает для всякого

человека в 70 лет». А.В. Толстых приводит два афоризма, выражающих

противоположные точки зрения на данный возраст. Один из них принад-

лежит родоначальнику протестантизма Мартину Лютеру: «Старость – это

живая могила». Другой – известному французскому писателю Андре Мо-

руа: «Старость – это дурная привычка, для которой у активных людей нет

времени». Заметим, что оба суждения очень психологичны: и то и другое

143

указывает на зависимость содержания последнего возрастного этапа от

формы жизни человека, от его мотивации.

Чаще всего рубежом, разделяющим зрелость и позднюю зрелость,

обычно считается уход на пенсию, окончание активной профессиональной

деятельности. Это событие часто порождает кризисный период – кризис

ухода на пенсию.

Прежде всего негативно сказывается нарушение привычного режима

и уклада жизни, нередко сочетающееся с острым ощущением противоре-

чия между сохраняющейся трудоспособностью, возможностью принести

пользу и их невостребованностью. Человек оказывается как бы «выбро-

шенным на обочину» текущей уже без его деятельного участия общей

жизни. Снижение своего социального статуса, потеря сохранявшегося де-

сятилетиями жизненного ритма иногда приводят к резкому ухудшению

общего физического и психического состояния, а в отдельных случаях да-

же к сравнительно быстрой смерти.

Кризис ухода на пенсию часто усугубляется тем, что примерно в это

время вырастает и начинает жить самостоятельной жизнью второе поколе-

ние – внуки, что особенно болезненно отражается на женщинах, посвя-

тивших себя в основном семье. По одной из версий, время взросления вто-

рого поколения оказывает большое влияние на продолжительность жизни

многих людей – в связи с потерей очень значимой ее стороны.

Начало последнего периода жизни обычно связано с ускоряющимся

биологическим старением. Начинает убывать физическая сила, ухудшается

общее состояние здоровья, снижается уровень некоторых психических

функций, прежде всего памяти, ухудшается функционирование органов

чувств. Все эти регрессивные процессы проявляются у разных людей в

разной степени, в зависимости от соотношения их хронологического и

биологического возраста. У части людей паспортный возраст очень сильно

отражается на психологическом, а последний, в свою очередь, существен-

но влияет на биологический. При этом свой паспортный возраст так или

иначе соотносится со средней продолжительностью жизни.

С уходом на пенсию, нередко совпадающим с ускорением биологиче-

ского старения, часто связано ухудшение материального положения, ино-

гда более уединенный образ жизни. Кроме того, кризис может осложнить-

ся смертью супруги (супруга), утратой некоторых близких друзей. Соглас-

но Э. Эриксону, в период поздней зрелости «фокус внимания человека»

441

сдвигается от забот о будущем к прошлому опыту. Заметим, что тем са-

мым психологическое прошлое резко увеличивается, а временная перспек-

тива, напротив, сокращается. Таким образом, предполагается психологиче-

ское старение, появление чувства старости. Тем не менее, Э. Эриксон вы-

деляет здесь, как и на предыдущих возрастных этапах, две основные линии

развития.

Если человек «каким-то образом заботился о делах и людях... пережи-

вал триумфы и поражения в жизни... был вдохновителем для других и вы-

двигал идеи», у него «могут постепенно созревать плоды... предшествую-

щих стадий». Происходит «эго-интеграция», связанная с суммированием и

оценкой всех предшествующих стадий развития личности. Э. Эриксон

подчеркивает, что эго-интеграция является в поздней зрелости более зна-

чимым для человека фактором, чем свойственный ей психосоциальный

кризис. При прогрессивной линии развития на предыдущих стадиях чело-

век может положительно оценить всю свою предшествующую жизнь, с

удовлетворением подвести ее итоги как в профессиональной деятельности,

общественных отношениях, так и по линии брака и семьи. Видя свое про-

должение в детях и внуках, в том, что он смог сделать как профессионал,

человек не страшится неотвратимости смерти. Только теперь, на послед-

нем этапе жизни, он обретает, согласно Эриксону, настоящую зрелость и

«мудрость прожитых лет»: «Мудрость старости отдает себе отчет в отно-

сительности всех знаний, приобретенных человеком на протяжении жизни

в одном историческом периоде. Мудрость – это осознание безусловного

значения жизни перед лицом самой смерти». Если же человек воспринима-

ет свою прошлую жизнь как цепь «нереализованных возможностей и оши-

бок», то на ее заключительном этапе у него не может быть эго-интеграции.

Ее отсутствие приводит к скрытому страху смерти, сопровождающемуся

сожалением, что нельзя прожить жизнь заново, либо к отрицанию «собст-

венных недостатков... путем проецирования их на внешний мир».

Э. Эриксон характеризует состояние человека при таком варианте разви-

тия, как отчаяние. «Судьба не принимается как остов жизни, а смерть –

как последняя ее граница. Отчаяние означает, что осталось слишком мало

времени для выбора другого пути к целостности; вот почему старики пы-

таются приукрасить свои воспоминания».

Признавая, как мы отметили выше, одним из признаков поздней зрело-

сти обязательное психологическое старение, Э. Эриксон в то же время под-

145

черкивает, что для пожилых людей, помимо оценки своего прошлого, необ-

ходима способствующая достижению эго-интеграции «жизненная вовле-

ченность». Он указывает на важность участия в воспитании внуков, в поли-

тических событиях, оздоровительных физкультурных программах и т.п.

Г. Крайг также отмечает, что хотя у многих пожилых людей взгляд на

мир определяется чувством собственной уязвимости, подавляющее боль-

шинство из них воспринимает себя совершенно иначе. Исследование, про-

веденное среди большой группы американцев преклонного возраста, уста-

новило, что хотя многие пожилые люди и согласны с тем, что «для боль-

шинства людей старше 65 лет жизнь действительно нелегка», себя и своих

друзей они считают исключением из этого правила.

Осознание негативных возрастных перемен, чувство старости харак-

терно для тех, у кого вступление в данный возраст связано с резким ухуд-

шением психического состояния или уровня физического здоровья, суже-

нием круга социальных отношений, значительным ухудшением матери-

ального положения, с описанными Э. Эриксоном явлениями, сопровож-

дающими отрицательную оценку своей прошлой жизни, и рядом других

тяжелых обстоятельств.

В настоящее время основное внимание геронтологов направлено на

выявление медико-биологических причин старения и преждевременной

смерти и изыскание соответствующих средств продления жизни. Решение

этих проблем, как предполагается, позволит довести обычную продолжи-

тельность жизни человека до 100–150 и более лет. Представляется, однако,

что главное, по крайней мере на обозримое будущее, – решение вопросов

геронтопсихологии, прежде всего проблемы психологического возраста.

Никакие медико-биологические средства не помогут человеку жить долго,

если у него нет психологического будущего. Известно много случаев, ко-

гда человек, окончательно одряхлевший и уже прощающийся с жизнью,

вдруг обретал ту или иную связь с миром, значимый мотив – и вновь воз-

рождался к жизни.

Учет психологического возраста помогает нам понять, а иногда и про-

гнозировать специфику развития личности. В поздней зрелости, как и в

зрелости, адекватность психологического возраста, и в особенности сохра-

нение чувства молодости, обычно сочетается с личностным ростом. По-

следний момент и является наиболее важным: интенсивное развитие лич-

ности, стремление к самосовершенствованию и самореализации возможны

641

на любом возрастном этапе. Психологический возраст поэтому больше,

чем хронологический, связан с тем, что сейчас принято называть качест-

вом жизни. Гораздо более значимо то, как человек живет и в связи с этим

как себя воспринимает и осознает, чем то, когда он родился и к какой воз-

растной категории объективно должен быть отнесен.

Поздняя зрелость – последний этап жизненного пути человека, в свя-

зи с чем встает ряд вопросов, связанных с концом жизни, с отношением к

смерти. Нужно ли готовиться к концу жизни? Как человек его переживает?

Смерть всегда трагична и страшна или это естественный процесс заверше-

ния жизни? Проблема конца жизни – это собственно психологическая про-

блема, хотя с ней тесно связаны проблемы философские, религиозные.

Помочь избежать страха смерти или смягчить его может вера в бес-

смертие души и загробную жизнь. Известный православный священник

А. Мень так представлял себе земную жизнь человека и ее значение:

«...Мы на самом деле берем отрезок нашего земного бытия только как мо-

мент развития... И. вот этот наш пробег по миру является важным элемен-

том нашего вечного духовного развития и раскрытия... Более того, если

здесь человек не осуществил многого, это и означает, что у него будет

множество возможностей в иных измерениях... А это значит – наше разви-

тие не имеет границ, и в этом земном плане бытия зачинается нечто очень

важное... В этом есть идея Человека, вселенская, космическая идея Чело-

века. «Я связь миров». Связь миров – вот что надо человеку знать. Мы свя-

зываем два мира. И поэтому Церковь учит нас не просто бессмертию ду-

ши, которое знает множество других религий... но учит нас о «воскреше-

нии мертвых и жизни будущего века».

Отношение человека к смерти может зависеть от множества различ-

ных факторов, в том числе от внешних обстоятельств. Но в основном, в

главном оно, как и отношение к жизни, определяется направленностью его

личности и, в конечном счете, реальным содержанием самой жизни. Со-

держание же жизни, тип мотивации человека не обусловлены жестко об-

щими мировоззренческими установками, тем, является ли он материали-

стом или идеалистом, религиозен или нет.

Мотивация человека нередко сложна и противоречива. Зачастую его

реальная жизнь, его реальные этические принципы не совпадают с его ми-

ровоззрением и этическими аспектами последнего. Но именно реальное

147

содержание жизни определяет отношение как самого человека к своей

жизни и к своей смерти, так и отношение к его жизни других людей.

Опросы показывают, что далеко не все пожилые люди боятся смерти.

При этом чаще встречается страх не самой смерти, а предшествующих ей

физических страданий.

Если человек тяжело и безнадежно болен, конец жизни представляет

собой более или менее длительный процесс умирания. Э. Кюблер-Росс

описала его как 5 следующих друг за другом стадий:

1) Отрицание (возможность смерти не признается, сохраняется наде-

жда на ошибочность диагноза).

2) Гнев (осознание близкой смерти приводит к фрустрации, крушению

надежд и планов).

3) Торг (поиски возможностей продлить жизнь, диалог с Богом или

врачом).

4) Депрессия (чувство безнадежности).

5) Принятие (смирение и ожидание неизбежного финала).

Только при духовно-нравственной и сущностной направленности лич-

ности человек приходит к «осознанию безусловного значения жизни перед

лицом самой смерти» (Э. Эриксон). Он знает: то, чем он жил и что, несмот-

ря ни на что, остается с ним до конца его дней, – самая высшая из всех воз-

можных ценностей; ничто, никакие страдания не могут перечеркнуть ее.

Итак, поздняя зрелость – последний отрезок жизненного пути челове-

ка. Если зрелость окончательно выявляет характер, суть различных линий

онтогенеза, то поздняя зрелость подводит их итоги. Люди с гедонистиче-

ской направленностью личности, теряя физические возможности, быстро

заканчивают свое существование. Для эгоистической направленности

свойственно интенсивное психологическое старение, связанное с резким

сокращением психологического будущего либо с его полной потерей. В

последнем случае поздняя зрелость превращается в доживание. У людей с

духовно-нравственной и сущностной направленностью личности основное

содержание жизни нередко сохраняется; сохраняется и прежний психоло-

гический возраст. Если происходит смена ведущей деятельности, она не

приводит к принципиальным изменениям жизненного пространства.