Тема 12. Русско-византийский стиль (официальное и неофициальное

направления)

В Европе с эпохи Возрождения, а в России со времени петровских преобразований единый по­ток развития архитектуры раздваивается на народное и профессиональное зодчество. На базе роман­тизма формируется мнение об искусственном прерывании Петром 1 художественного развития России и о необходимости возвращения к своим национальным истокам в архитектуре, т.к. вся архитектура основанная на традициях классицизма не соответствует местным нравам, обычаям, вкусам, климату и т.п. На фоне наличия «национального» готического стиля у Англии, отсутствие ярко выраженного сво­его национального стиля в России воспринималось с чувством некоторой ущербности. Поэтому многие архитекторы занялись его поиском.

Первым обратилось к проектированию в псевдостилях царское правительство. По прямому за­казу Николая 1, был создан «русско-византийский стиль», ставший одним из материальных вопло­щений формулы «самодержавие, православие, народность». Эта триада отражала официальное пони­мание национальной идеи России и русского народа (народности), как производное от самодержавия и православия. Т.о. предполагалось, что не народ творец истории, а самодержавие как воплощённая идея народа.

«Русско-византийский стиль» («ретроспективно-русский стиль») был основан на той идее, что именно из Византии Древняя Русь приняла христианство и именно оттуда пришёл канон крестово-купольного четырёхстолпного храма. Сущность стиля заключается в создании архитектурного образа на основе симбиоза форм средневековой русской архитектуры и элементов византийской архитектуры. Его создателем стал арх. Константин Тон.

Обычно «русско-византийский стиль» представлен храмом, крестообразным или квадратным в плане, с огромным центральным куполом на 4 внутренних столбах, 4 малыми «апостольскими» купо­лами на углах, с закомарами над трёхчастными фасадами, венцами кокошников. Многое было взято из владимиро-суздальской и раннемосковской архитектурных школ. Одним из первых влиятельных шагов по утверждению русско-византийского направления в архитектуре стало строительство в 1837-1883 гг. в Москве храма Христа-Спасителя посвященного победе в войне 1812 г. по проекту К. Тона.

В 1830-1840-е гг. не делается различий между терминами «русский», «византийский», «греко-российский» стиль - каждый из них использовался для обозначения «национального» стиля для Рос­сии. В понимании К.Тона типом зданий олицетворяющих идею русского народа являются московские храмы 15-17 вв., отражавшие идею «Москва - третий Рим, а четвёртому не бывать». Большое значение для распространения ретроспективно-русского стиля, основанного на московско-ярославском наследии 15-17 вв., в гражданских постройках 19 в. оказало возведение Большого Кремлёвского Дворца и Оружейной палаты Московского Кремля (1839-1849, арх. К.Тон по заказу Николая 1). — Обоснование К.Тоном через архитектуру идеи «официальной народности» вызвало появление «русского стиля» оппозиционного официальному направлению. Если «официально-академическое» направление «русского стиля» К.Тона опиралось на использование композиционных приёмов академи­ческого классицизма, только «одетых в русский костюм», то неофициальное «фольклорное» направле­ние основывалось на изучении исконно народного творчества. Узоры, орнаменты, мотивы украшавшие предметы крестьянского быта, дерево как материал народной архитектуры становятся фирменным зна­ком этого направления, противопоставляемые академизму и отвлечённости классицизма. При необхо­димости применяются формы каменной, но допетровской, архитектуры, т.к. она тоже воспринималась как исконно народная. Неофициальное направление «русского» стиля оформилось к концу 1840-х гг., его родоначальником становится арх. Горностаев.

После смерти в 1856 г. Николая 1 и пересмотра насильственно навязывавшихся идеологических нормативов, государственная власть в России окончательно теряет былое влияние на художественный процесс, а архитекторы получают возможность самостоятельно заниматься поисками национального стиля. Начинается расцвет неофициального, демократического направления «русского» стиля, самым ярким проявлением которого стало появление в 1860-70-х гг. «русского» стиля Гартмана-Ропета. Демократическое направление «русского» стиля в архитектуре родственно такому явлению как «на­родничество» в общественно-политической жизни страны.

Гартман Виктор Александрович (1834-1873) проектировал в основном постройки массового назначения, или постройки, рассчитанные на обслуживание широких масс народа. Среди его сооруже­ний - Проект городских ворот в Киеве (1869), Зал народных чтений для выставки 1870 г., Народ­ный театр для выставки 1872 г., Типография Мамонтова в Москве (1872 г.), проект Морского отдела Русского павильона на Всемирной выставке в Вене 1873 г., многочисленные загородные дачи (Абрамцево под Москвой, 1872), а также огромное количество эскизов для художественной промышленности - мебели, ламп, люстр, самоваров и т.д. Сооружения Гартмана подчёркнуто декоративны обилием и красочностью разнообразной орнаментики. Простой в основе ных повторах и вариантах превращает поверхности стен в гигантские орнаментальные панно.

Гартман использует подчёркнуто дешёвые «народные» материалы ~ дерево, холст, кирпич, майолика, которые не стремиться прикрыть штукатуркой, как того требовали правила классицизма.

Ропет Иван Павлович (наст. Петров Иван Николаевич, 1844-1908) - начал работать в области прикладного искусства на мебельной фабрике, используя в качестве образцов для своих изделий на­родные мотивы, придумывая различных павлинов, петухов, рукавицы, топоры, пёстро разукрашенную резьбу. Свои навыки оформления деревянной мебели и обязательно деревянных интерьеров по народ­ным мотивам Ропет к концу \И60-х гг. переносит на стены архитектурных сооружений. Стиль Ропета определился как стиль загородных дач и жилых домов полусельских окраин. В этом виде строительст­ва он смог достич наибольшей характерности, найти законченные образы. Показателен его «Павильон России на Всемрной выставке в Париже в 1878 г.», состоящий из сложного сочетания башен, кры­лец, галерей и др. объёмов, скомпонованных по строгим правилам классицизма, но щедро изузореные и пёстро разукрашенные по не менее строгим правилам «русского» стиля. Не менее красочны банм-«Теремаок» в Абрамцево (\%16-\87^) и Павильон садоводства на Всероссийской художественно-промышленной выставке в Нижнем Новгороде (1896).

Несмотря на неповторимость построек в «русском» стиле Гартмана-Ропета, идеи народности, которые они хотели отразить, оказались слишком подчинёнными частностям, конкретным деталям. Мелочное, перенасыщенное, тяжеловесное (при всех вариантах), использование народных мотивов разрушает целостность впечатления. От чрезмерной дробности и детализации сооружения эстетически проигрывают. Эти особенности архитектурного образа сооружений были причиной появления в 1880-90-гг презрительных кличек «петушиный стиль», «ропетовщина».

Не смотря на это, творчество Гартмана-Ропета оказало огромное влияние на строительную практику России 2/половины 19 - нач. 20 вв. Их произведения оказались созвучными новому «город­скому фольклору», обнаружив огромную жизнеспособность и заключённое в их основе здоровое нача­ло. Мещанская архитектура, жилище городских низов - эта та область, в которой проявился здоровый симбиоз «ропетовщины» и местных традиций народного зодчества. Яркость красок, узористость, фан­тастичность и простодушность, импонировали вкусам городских низов, стали доступными для воспри­ятия и воспроизведения в архитектуре широких слоев населения.

18

«Русский» стиль в 1880-1890 гг.

К концу 1870-х гг. демократический вариант русского стиля, как и народничество, переживает , кризис. На его основе формируются 2 направления: "археологическое" и "почвеническое", а также оживает и официальное направление "русского" стиля. Все эти направления были аристократичней в выборе мотивов - их черпают преимущественно не из крестьянской архитектуры или народного прикладного искусства, а из культовой или дворцовой архитектуры (каменной или деревянной).

"Почвенников" интересуют общие основы "русского" стиля, т.е. система. Они исходят из представления, что русская народная культура основана на едином целостном древнем знании, которое было закреплено в различных проявлениях быта. В древнерусской архитектуре они пытаются найти общие закономерности проявления целостности народной культуры, чтобы возродить их в современной архитектуре.

«Археологов» интересовало изучение форм, придающих неповторимое своеобразие русской архитектуре. Гипотетическим концепциям они предпочитали точность воспроизведения деталей. Ли­дер «археологического» направления - Л.В. Даль, ежегодно совершал этнографические экспедиции с целью зарисовывать и обмерять те архитектурные детали, которые могли быть непосредственно ис­пользованы в дальнейшем - наличники, крыльца, галереи, профили карнизов, решётки окон, деревян­ная резьба и коньки крестьянских домов и т.д.

Представители официальной народности, как и прежде, связывают государственную идею с академизмом, сочетая древнерусские формы с принципами классицизма.

Представитель «почвенников», архитектор В.О. Шервуд считал, что каждый из народов олице­творяет определённую идею, воплощая её в культуре. Свою задачу он видит в том, что бы поняв как проявляется идея русского народа в искусстве, сформулировать вечные законы красоты, лежащие в основе искусства. Т.о. на основе анализа древнерусской архитектуры Шервуд синтезирует (моделиру­ет) систему древнерусской архитектуры, реконструирует идеальную, по его убеждению, схему архи­тектурных приёмов.

Он считает самой совершенной объединяющей формой конус, поэтому в преобладающей строительной практике следует применять производную от конуса схему равнобедренного треугольни­ка. Шервуд также выявляет, что закономерностью пронизывающей всю древнерусскую архитектуру является использование схемы квадрата. Применение симметрии в древнерусской архитектуре тоже своеобразно - отдельная часть здания всегда симметрична, но в общей композиции симметрию часто заменяет равновесие. К особенностям он относит уменьшение кверху частей здания, использование неоштукатуренного кирпича и т.д.

Как воплощение этой теории в жизнь появилось здание Исторического музея в Москве (1874-1883, арх. В.О. Шервуд). Среди множества одновременных построек Исторический музей выделяется сложностью композиции. Его башни перекликаются с Кремлём и подчинены ему. Обилие башенок, крылец, их 8-гранные формы и шатры соотносятся с многоглавием Василия Блаженного. Каждый из объёмов имеет собственное перекрытие. Выдержана не только конусовидность форм, но и объеди­няющая линия треугольника; мелкие элементы выдвинуты вперёд, чтобы подчеркнуть размеры здания в целом; формы здания уменьшаются к верху. Фасады облицованы роскошным узором из красного кирпича, как и стены Кремля.

Но, искусство не терпит механического конструирования. Возрождая внешнюю систему древ­нерусской архитектуры, Шервуд не мог ещё понять, что оторванные от своего средневекового контек­ста, предложенные им схемы были таким же копированием, как и произведения его противников из лагеря эклектики. Средневековая художественная форма, основанная на нераздельности утилитарного и художественного начала, но оторванная от живого организма здания образует свою, типологически родственную ордерной, самостоятельную художественную систему. Архитектурные формы Шервуда, не уступавшие по точности воспроизводства прототипов проектам «археологов», были скомпонованы не в соответствии с выведенными им законами, а по законам отвергаемого им академизма. Декора слишком много, чтобы воспринять употреблённые мотивы, или выделить какой-то основной, ведущий.

С другой стороны, заслуга Шервуда была в том, что он первым в понимании древнерусской ар­хитектуры попытался найти свою, отличную от классицистической, систему. А применённый Шерву­дом творческий метод - синтез на основе анализа, во многом опередил такой же подход в будущей ар­хитектуре модерна.

Ярким представителем стиля официальной народности является арх. Н.В. Султанов. Он с

большим презрением относился к попыткам выведения особенностей национального стиля из народно­го искусства. Многовековой процесс развития самобытной русской архитектуры он сводит к простой механической комбинации разнородных элементов. Султанов предложил своё понимание историче­ского пути развития русской архитектуры: после монголо-татарского нашествия архитектура оживает но уже только в Москве, которая, будучи отграниченной от Запада Польшей, Литвой и Швецией, подчиняется влиянию Востока. С помощью технических познаний западных архитекторов, и тех восточ­ных византийских элементов которые были ей доступны, а также своих собственных, Россия создаёт ту своеобразную архитектуру, которая достигает своего апогея в Москве 17 в. Это и есть русский стиль, который привлекает, в первую очередь, обилием своего декора.

Соответственно процесс возрождения национального стиля Султанову представлялся в виде простейшей операции присоединения древних форм к новой технике, к новым типам зданий. Как и все представители официального стиля Султанов сознательно ориентировался на архитектуру Возрожде­ния и классицизма. Из его немногих произведений, особой помпезностью и классицистичностью выде­ляется собор Петра и Павла в Новом Петергофе (1895-1905 гг.). Храм преувеличенно грандиозен, подавляет количеством своего декора, решён в формах московской архитектуры 17 в. но скомпонован­ных по центрально-осевым правилам классицизма. Теми же характеристиками можно описать также храм Спаса (Воскресения) на Крови в Петербурге, возведённого арх. А.А. Парландом и И.В. Ма­лышевым в 1883-1907 гг.

При всём различии между «академическим», «археологическим» и «почвеническим» направле­ниями русского стиля, всюду применяются детали, заимствованные из каменной архитектуры 16-17 вв. Разница в расстановке акцентов в теории, на практике фактически не заметна. Церкви и особняки были тем типом зданий, где можно было более-менее органично воспроизвести систему древнего зодчества. Труднее было воспроизвести её в современных типах зданий — постройках большой протяжённости, многоэтажных, состоящих из множества магазинов, квартир, аудиторий и т.п. Воспроизведению поддавались лишь в основном второстепенные декоративные детали, иногда - форма крыш, крылец и т.п. Единственной областью где открыто проявилось официальное направление русского стиля было церковное строительство, особенно в давних колониях, демонстрируя тут символ и зримое свидетельство мощи государственной власти империи.

19