3. Правовые основы договора о кооперации и договора о консорциуме.

Экономическим характером кооперационных отношений и их распространением, главным образом, на современном этапе, в связи со значительным усложнением коммерческих отношений в условиях технического прогресса, развития передовых технологий, объясняется отсутствие их специального регулирования в национальных законо­дательствах. Как правило, возможность заключения таких договоров по праву зарубежных стран вытекает из возможности сторон заклю­чать прочие договоры, не предусмотренные законодательством, но не противоречащие ему.

Учитывая современные потребности оборота и в целях совершен­ствования договорной практики кооперационных и консорциальных отношений, рядом национальных и международных организаций были выработаны рекомендации по заключению таких договоров, а также материалы, призванные оказать дополнительную помощь в согласовании условий договоров. В частности, ряд таких докумен­тов был разработан Европейской экономической комиссией ООН: Руководство по составлению международных договоров о промышлен­ном сотрудничестве 1976 года, а также руководства 1973 и 1979 годов, могущие быть использованными для договоров о консорциуме. Данные документы носят только рекомендательный характер.

Для стран — членов Совета Экономической Взаимопомощи были в свое время разработаны Общие условия специализации и коопе­рирования производства между организациями стран — членов СЭВ (ОУСК СЭВ) 1979 года, которые являлись обязательными при регу­лировании кооперационных отношений между этими странами.

Большое значение для формирования норм и правил для рассмат­риваемых договоров в сфере сотрудничества на современном этапе имеют типовые договоры, формуляры, разрабатываемые соответст­вующими профессиональными объединениями, деловыми ассоциа­циями, нормы обычного права и судебная практика. Имеют значение

при рассмотрении конкретных споров также общие принципы, закрепленные в гражданских и торговых кодексах зарубежных стран: добросовестность, разумность, заботливость и осмотрительность при ведении дел и т. д.

Правовая природа договора о кооперации неоднозначно опреде­ляется зарубежными юристами. Некоторые авторы считают, что его следует рассматривать как двусторонний подряд, при котором каж­дая сторона выступает подрядчиком, выполняя работу по заказу дру­гой стороны, и заказчиком в отношении работы, выполняемой другой стороной.

По мнению других юристов, кооперационный договор следует рас­сматривать как комплексный договор, состоящий из частей, соче­тающих в себе элементы различных договоров — купли-продажи, аренды, подряда, агентирования, лицензионного договора и т.д., к которым необходимо применять нормы, регулирующие соответ­ствующие виды договоров, непосредственно или по аналогии.

В то же время, помимо сочетания в кооперационных отношениях вышеуказанных или других видов договорных отношений, существен­ным элементом являются организационные отношения, направленные на организованное и эффективное осуществление кооперации, при которых в отношениях сторон могут наблюдаться признаки товари­щества с присущей ему внутренней организацией и структурой управ­ления. Поэтому в последнее время в литературе все чаще встречается вполне справедливое мнение, что к договору о кооперации в таких слу­чаях должны применяться нормы о простом товариществе.

Поскольку, как говорилось выше, консорциум состоит из двух блоков отношений, то их регулирование осуществляется для каждого из них по своим правилам.

Отношения консорциума с заказчиком с юридической точки зре­ния представляют собой обычные обязательственные отношения и регулируются нормами о соответствующих видах договоров, главным образом купли-продажи, подряда, оказания услуг.

Отношения партнеров в рамках консорциального соглашения обычно рассматриваются как договор товарищества. Так, во Франции и Германии к нему применяются нормы соответственно ФГК и ГГУ о договоре товарищества, основанного на нормах гражданского права (societe civile, Gesellschaft des burgerlichen Rechts).

В частности, § 705 ГГУ определяет, что по договору простого това­рищества его участники взаимно обязуются содействовать достижению общей цели способом, определенным в договоре, в частности вно­сить установленные вклады. Нормы § 705-740 ГГУ, регулирующие договор простого товарищества, также выступают как общие нормы для регулирования торговых товариществ, основанных на объедине­нии лиц, и применяются к последним при отсутствии специальной нормы в ГГУ.

В странах англосаксонской системы права к внутренним отноше­ниям участников консорциума в судебной практике применяются нормы о договорном товариществе (partnership), несмотря на то, что консорциум по своим юридическим характеристикам не полностью совпадает с этим видом товарищества. Консорциум рассматривается как «товарищество для единственной сделки», и к нему применяются соответствующие правила.

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РФ

ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ ГОСУДАРСТВЕННОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ

ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ

М ОКОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ПРИБОРОСТРОЕНИЯ И ИНФОРМАТИКИ

Название лекции

Договоры поручения и комиссии. Агентский договор в праве Англии и США.

Москва, 2009

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РФ

Ф ЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ

ГОСУДАРСТВЕННОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ

ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ

МОКОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ПРИБОРОСТРОЕНИЯ И ИНФОРМАТИКИ

«УТВЕРЖДАЮ» ПРОРЕКТОР МГУПИ профессор «____»__________________ 2009 г.

О.М. Щебров

Одобрена на заседании кафедры государственного и международного права (УП-9) МГУПИ и рекомендована для использования в лекционных и семинарских занятиях по дисциплине «Договорное право зарубежных государств».

Протокол от « » 2009 г. №

Лекция № 7

Договоры поручения и комиссии. Агентский договор в праве Англии и США.

Москва, 2009

МОСКОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

ПРИБОРОСТРОЕНИЯ И ИНФОРМАТИКИ

Кафедра государственное и международное право (УП-9)

УТВЕРЖДАЮ

Заведующий кафедрой профессор Кузьмин С. И. ___________

( _______________________ )

«___» ______________2009г.

ЛЕКЦИЯ № 7

По дисциплине «Договорное право зарубежных государств» (шифр дисциплины 6913)

ТЕМА: «Договоры поручения и комиссии. Агентский договор в праве Англии и США».

Обсуждение на заседании кафедры (предметно-методической секции)

«___» ___________ 2009 г.

Протокол № ____

МГУПИ-2009г.

Лекция 7. Договоры поручения и комиссии. Агентский договор в Англии и США.

План занятия.

1. Договор поручения.

2. Договор комиссии.

3. Агентский договор в праве Англии и США.

1.Договор поручения.

Договор поручения как особый вид договора известен только праву стран континентальной Европы. Под договором поручения (mandataire) ФГК понимает договор, в соответствии с которым одна сторона (доверитель) поручает, а другая (поверенный) принимает на себя осуществление юридических действий за счет и от имени дове­рителя (ст. 1984). Договор является безвозмездным, если не имеется соглашения об ином.

Несколько иначе определяется договор поручения (Auftrag) в праве ФРГ: в соответствии с § 662 ГГУ по договору поручения пове­ренный обязуется безвозмездно исполнить дело, возложенное на него доверителем.

ФГК исходит из того, что договор поручения направлен на совер­шение юридических действий поверенным от имени и за счет довери­теля, а по ГГУ на поверенного может быть возложена обязанность совершения как юридических, так и фактических действий.

Права и обязанности сторон по договору поручения складываются следующим образом: Поверенный обязан:

а) выполнить лично принятое на себя поручение. Передать исполнение поручения другому лицу поверенный вправе лишь при согласии на то доверителя. При этом он отвечает за выбор третьего лица. Поверенный отвечает за действия третьего лица, как за свои действия, если он передал ему исполнение без разрешения доверителя (ст. 1994 ФГК; § 664 ГГУ; ст. 398, 399 ШОЗ);

б) выполнять поручение в соответствии с указаниями доверителя. Поверенный вправе отойти от указаний, когда есть основания полагать, что доверитель согласился бы на такое отступление (ст. 397 ШОЗ; § 665 ГГУ). При отступлении от указаний доверителя без таких пред­посылок поручение считается выполненным лишь в случае, если пове­ренный примет на себя отрицательные последствия этого отступления (абз. 2 ст. 397 ШОЗ);

в) предоставлять доверителю необходимую информацию о ходе дела и отчет по завершении поручения (ст. 1993 ФГК; ст. 40 ШОЗ; § 666 ГГУ).

Доверитель обязан:

а) возместить поверенному понесенные им в процессе выполнения поручения расходы;

б) уплатить вознаграждение при наличии соответствующего соглашения (ст. 1999 ФГК; абз. 3 ст. 394 ШОЗ) или если обязанность такой уплаты вытекает из местных обычаев (абз. 3 ст. 394 ШОЗ);

в) возместить поверенному потери, понесенные им при отсутствии своей вины в связи с исполнением поручения (ст. 402 ШОЗ; ст. 2000 ФГК).

Основания прекращения договора отражают значение личного элемента для рассматриваемого вида договора. Договор может быть прекращен каждой из сторон без соблюдения срока предваритель­ного уведомления. Договор, как правило, прекращается вследствие смерти, наступления недееспособности, объявления несостоятель­ности любой из сторон, а также отмены поручения.

Однако по праву ФРГ при наличии сомнения поручение не пре­кращается смертью доверителя или наступлением его недееспособ­ности, но прекращается смертью поверенного.

Специальными нормами урегулированы виды поручения, при выполнении которых в качестве поверенных выступают лица, совер­шающие возложенное на них «дело» в виде промысла, и следователь­но, на коммерческих началах.

В качестве поверенных выступают торговые представители (ФРГ), торговые агенты (Франция), агенты (Швейцария). В Герма­нии торговым представителем является тот, кому как самостоятельно занимающемуся промыслом поручено постоянно посредничать для другого предпринимателя в сделках или заключать сделки от его имени (§ 84 ГГУ). Аналогично определяется понятие торгового представи­теля в Швейцарии (ст. 418 ШОЗ).

Договор о торговом представительстве может быть заключен в любой форме. Однако по праву некоторых государств каждая сторона может требовать, чтобы содержание договора, а также более поздние соглашения к договору были включены в документ, подписанный другой стороной (ст. 13 Директивы, § 86 ГТУ).

Обязательность письменной формы предусматривается и при при­нятии представителем обязательства по del credere (§ 866 ГТУ, абз. 3 ст. 418с ШОЗ).

В 1986 году Советом экономического сообщества была принята Директива № 86/635 о координации законодательства государств — членов ЕЭС по вопросу о независимых торговых агентах (Дирек­тива ЕЭС). Образцом соответствующих постановлений Директивы послужили нормы континентального права, прежде всего герман­ского права о торговых представителях. Реализация Директивы в Германии в 1989 году, Франции — в 1991 году поэтому не внесла сущест­венных изменений в действовавшее ранее законодательство этих стран.

Директива ограничивает деятельность агента по ведению пере­говоров либо по переговорам и заключению только сделок по купле-продаже товаров от имени и за счет другого лица.

Действующее в этих странах после реализации Директивы законо­дательство, как правило, не ограничивает деятельность торгового представителя заключением договора купли-продажи, разрешая тем самым агентам заключать другие сделки: аренды, договоры на ока­зание услуг.

Директива сближает подходы к регулированию таких вопросов, как понятие торгового представителя, право на вознаграждение, раз­мер вознаграждения, определение момента возникновения права на вознаграждение, последствия прекращения действия соглашения о торговом представительстве.

Ряду постановлений Директивы придается императивный харак­тер (например, ст. 4, 5 Директивы).

Квалификация правовой природы соглашений с торговыми пред­ставителями в доктрине не отличается единообразием. Как правило, отмечаются присущие только таким соглашениям особенности. Нельзя, однако, не отметить тенденцию квалификации таких согла­шений как наиболее связанных с договором поручения.

Представляется правильным вывод известного российского иссле­дователя агентских соглашений во внешнеэкономических связях СЮ. Рябикова о том, что анализ приведенного в Директиве опреде­ления понятия торгового агента показывает, что Директива исходит из квалификации соглашения с торговым представителем как дого­вора поручения. Как разновидность договора поручения регулируется договор с агентом и в Швейцарии (абз. 2 ст. 394 ШОЗ).

В Англии отношения по такого рода соглашениям опосредуются агентским договором.

Торговый представитель совершает, так же как и поверенный, в соответствии с гражданским законодательством фактические и юри­дические действия от имени и за счет другого лица, но уже на других условиях.

При выполнении поручения агент обязан защищать интересы доверителя, проявляя уже заботливость «добропорядочного коммер­санта».

Необходимость проявления такой заботливости обосновывается ответственностью торгового представителя перед доверителем за выбор третьего лица.

Из этого не следует ответственности агента за исполнение заклю­ченной им с третьим лицом сделки. Она наступает лишь при наличии в договоре условия о del credere и обязательно за дополнительное вознаграждение.

Постановлениям об обязанности представителя представлять дове­рителю необходимую информацию, то есть незамедлительно сооб­щать о каждом случае посредничества в сделке и о каждом заклю­чении сделки, придается императивный характер (§ 86 ГТУ, ст. 3 Директивы).

В свою очередь, доверитель также обязан представлять торго­вому представителю необходимую информацию, в частности, неза­медлительно сообщать о принятии или отклонении сделки, заклю­ченной представителем при отсутствии на это полномочий, а также о неисполнении заключенной им сделки. Соглашения, преду­сматривающие иное решение, считаются недействительными (§ 86а ГТУ). Особое место в законодательстве уделяется регулированию во­просов в отношении права торгового представителя на вознаграж­дение.

Порядок вознаграждения зависит от времени заключения сделки, а именно: заключена сделка торговым представителем с третьим лицом в момент действия соглашения представителя с доверителем или после прекращения действия такого соглашения.

Во время действия соглашения представитель имеет право на вознаграждение за все заключенные благодаря его участию сделки с третьими лицами, а также за сделки с лицами, ставшими клиен­тами доверителя благодаря тому, что сделки подобного рода с ними ранее заключались представителем. Кроме того, если за представи­телем закреплена определенная территория или определенная группа лиц, представитель вправе требовать вознаграждения за сделки, заключенные во время действия соглашения без его участия с лицами из закрепленной за ним территории или из закрепленной за ним группы лиц.

При определенных условиях представитель вправе требовать воз­награждения за сделки, заключенные после прекращения действия соглашения с доверителем. Так, представитель вправе требовать воз­награждения в случае, когда заключенная после прекращения дейст­вия договора сделка в основном связана с деятельностью представителя во время действия соглашения с доверителем и была заключена в разумный срок (ст. 8 Директивы). Представитель вправе требо­вать вознаграждения и тогда, когда заказ третьего лица был получен доверителем или представителем до прекращения действия согла­шения от лиц из закрепленной за представителем территории или от лиц из закрепленного за ним круга лиц (ст. 8 Директивы; ст. 33 § 87 ГТУ).

Практически важным является определение времени возникно­вения права на вознаграждение. При отсутствии соответствующих условий в соглашении определение времени возникновения права на вознаграждение связывается с исполнением заключенной предста­вителем сделки доверителем или третьим лицом (ст. 10 Директивы, абз. а § 87 ГТУ).

Предоставляя договаривающимся сторонам право на опреде­ление времени возникновения права на вознаграждение, законо­дательство предусматривает определенные ограничения свободы сторон, причем соответствующим постановлениям придается импе­ративный характер. Так, в ФРГ независимо от соглашения пред­ставитель имеет право на вознаграждение, если и когда третье лицо исполнило сделку (§87 ГТУ). В соответствии с Директивой право на вознаграждение возникает не позже того момента, когда третье лицо исполнило свою часть обязательств по сделке (абз. 2 ст. 10). Стороны не вправе в договоре предусмотреть иное решение проб­лемы.

Защитой интересов представителя предусматривается особый порядок прекращения права на вознаграждение.

Важнейшее право представителя прекращается при наступлении определенных в законе обстоятельств. В соответствии с Директи­вой указанное право прекращается лишь при установлении того, что сделка между третьим лицом и доверителем не будет исполнена и неисполнение такой сделки не произошло по вине доверителя (ст. 11 Директивы).

Определение размера вознаграждения зависит, прежде всего, от соглашения сторон договорных отношений. При отсутствии соглашения по данному вопросу принимаются во внимание обычные ставки, принятые в той отрасли, в которой представитель осуществляет свою деятельность (абз. 1 п. 1 ст. 6 Директивы; § 876 ГТУ).

При отсутствии соответствующего обычая представитель имеет право на разумное вознаграждение, при определении которого учи­тываются все слагаемые деятельности представителя.

Торговый представитель может требовать возмещения издер­жек, возникших при нормальном ходе деловых операций, лишь если это является обычной практикой торговли (§ 876 ГТУ; ст. 418и ШОЗ).

В Швейцарии обязанность возмещения агенту предусматрива­ется и в том случае, когда издержки вызваны особыми указаниями доверителя. Заслуживают внимания условия и последствия прекращения дого­вора в одностороннем порядке, ибо в соответствующих постановле­ниях также проявляется стремление защиты интересов представителя как экономически более слабой стороны по сравнению с доверите­лем — предпринимателем.

Возможность одностороннего прекращения договора зависит от предварительного уведомления об отказе другой стороны, причем законодательство предусматривает сроки такого уведомления.

Определение срока связано с продолжительностью действия договора.

В соответствии со ст. 15 Директивы срок на предупреждение равен одному месяцу до предполагаемого прекращения для первого года действия договора, двум месяцам — для второго начавшегося года, трем месяцам — для третьего начавшегося года и последующих лет. Постановлениям Директивы в отношении сроков уведомления в основном соответствуют и нормы права государств — членов Евро­пейского Союза.

Директива не исключает права государств на установление иных сроков уведомления. Иное решение в отношении продолжительности срока уведомления о прекращении действия договора предусмотрено, например, в Германии, где трехмесячный срок предусмотрен для третьего — пятого года действия договора и шестимесячный срок — для последующих лет.

Постановлениям Директивы и нормам национального законо­дательства, устанавливающим сроки предупреждения об односторон­нем отказе от договора, придается императивный характер. Стороны не могут устанавливать более короткие сроки. Одностороннее прекра­щение договора без предварительного уведомления допускается лишь в предусмотренных законодательством обстоятельствах. Как правило, к таким обстоятельствам относятся:

а) невыполнение одной из сторон своих договорных обязательств;

б) возникновение исключительных обстоятельств.

Одностороннее прекращение договора с выполнением требования о предварительном уведомлении не лишает представителя при опре­деленных в законодательстве обстоятельствах права на вознагражде­ние. Более того, Директива обязывает государств-членов принять необходимые меры для того, чтобы обеспечить при определенных условиях выплату вознаграждения.

Торговый представитель вправе требовать вознаграждение, если предприниматель после прекращения договорных отношений имеет существенную прибыль из деловых связей с клиентами, ранее быв­шими клиентами представителя, или с новыми клиентами, которых обеспечил представитель.

Таким образом, законодательство предусматривает максимальный размер вознаграждения представителю: сумма вознаграждения не может превышать суммы, равной среднегодовому вознаграждению торгового представителя за последние пять лет. Если соглашение дей­ствует менее этого срока, то среднегодовое вознаграждение просчи­тывается с учетом прошедшего срока его действия (ст. 17 Директивы; § 896 ГТУ).

Торговый представитель вправе также требовать возмещения ущерба, причиненного ему потерей вознаграждения, которое он получил бы при нормальном исполнении соглашения.

Требование о выплате вознаграждения и о возмещении ущерба должно быть заявлено доверителю (не обязательно через суд) торго­вым представителем в течение одного года (абз. 4 § 896 ГТУ).

Следует отметить императивный характер постановлений о праве торгового представителя на вознаграждение и возмещение ущерба в ряде стран. Так, недействительными являются соглашения, исклю­чающие право агента на вознаграждение после прекращения дейст­вия договора, по праву Германии (абз. 4 § 896 ГТУ).

Как правило, представитель теряет право на вознаграждение и возмещение ущерба, если доверитель прекращает договорные отно­шения в связи с несоблюдением по вине представителя условий согла­шения.

Отсутствует право на соответствующую компенсацию, если тор­говый представитель односторонне прекращает соглашение и такое прекращение не обусловлено виной доверителя.