Глава 1 Общие предпосылки и основные гипотезы

что воевода ежегодно должен был отправлять в распоряжение Камер-коллегии ясак — подать, которой облагались коренные жители Сибири, не принявшие православную веру и не причис­ленные ни к одному из сословий, официально признававшихся в империи. Когда Жадовский, в декабре 1730 г., отправлял в Ир­кутск обозы с мехами, то в "препроводительной бумаге" была указана одна стоимость мехов (какую дали Якутские оценщики), а в Иркутске — вдвое меньше (примерно на три тыс. руб.)²³.

Распоряжением Иркутского вице-губернатора Алексея Жолобова по делу был назначен сыщик — поручик Максим Лебедев, который инкогнито отправился в Якутск. В "методических реко­мендациях" Лебедеву предписывалось организовать негласный контроль за всей почтой Жадовского и отправкой любых "пожит­ков на большую землю" или же в "иные места". Были "задоку­ментированы" две отправки "пожитков": одна в Москву с дворя­нином Ярославцевым, другая — в Троицкий монастырь на реке Киренге с племянником воеводы — Андреем Жадовским. Пока Лебедев допрашивал игумена монастыря Иову о его связях с Жа­довским, к делу подключился поручик Козьма Шкадер и канце­лярист Портнягин. В инструкции, данной Шкадеру в числе про-чих, были следующие пункты: "Публиковать во всем городе ука-⁸ зом Ея Императорского Величества, не учинил ли воевода Жадовской кому каких обид, налог и разоренье и под неволею не принуждал ли ково каких на себя работ работать" (п. 2). Далее, требовалось установить, были ли избраны сборщики податей (ясака) "мирскими людьми" или же их назначал сам воевода? (п. 3.). Были ли челобитные от "князцев" (вождей местных пле­мен) и "иноземцев" (местных жителей) или иных людей, кто сда­вал подать? (п. 6.). По этим пунктам предписывалось провести очные ставки. По другим пунктам рекомендовалось произвести

На тот период существовали такие цены в Москве: на 10 руб. можно было купить 20 белуг и 100 осетров; на 30 руб. можно было купить 1500 шкурок мерлушки; на 15 руб. мож­но было купить 25 пар сапог, 70 пар башмаков женских и 10 пар детских. Армейский капи­тан получал жалованья в месяц 4 руб., 5 алтын, 3 деньги.

23

ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ФОРМИРОВАНИЯ КРИМИНАЛИСТИЧЕСКИХ МЕТОДИК РАССЛЕДОВАНИЯ ПРЕСТУПЛЕНИЙ

выемки ведомостей, обыски в доме Жадовского, ревизии и ин­вентаризации, по ходу дела провести проверку "вольных каштаков" — частных промыслов, разрешения на которые давал воево­да (п. 8 — не было ли поборов).

Особо важный пункт (п. 14): установить, "с какова умыслу ценовщики такую высокую оценку показывали: собою ли или с воеводцкого позволения", каковы были причины "чего ради ясашных зборщиков не всякого со своим збором выслал и зборы их разбил порозно и учинил противности Иркутской канцелярии, из чего в приказе учинился великий убыток".

В целом, такая "методика" ведения сыскных дел, обычно сбоев не давала. По данному делу Жадовский два года просидел в "чепи и железах", его отстранили от воеводства, а имущество конфисковали.

Кстати говоря, в марте 1735 г. Алексей Жолобов за "многие свои провинности" от вице-губернаторства был взят в Тайную канцелярию и там, сидя в цепях, рассказывал о своем лихоимст­ве. Всем, кто когда-либо имел дело по службе с Жолобовым, велено было написать "доношения". Жадовский тоже написал:

"Иркутский провинции бывший вице-губернатор Алексей Жолобов в бытность мою в Якуцку воеводой для проклятой своей и богомерзкой несытности чинил мне многие обиды и разорения и брал с меня многие взятки".

Еще одна любопытная деталь: сыщик-поручик Козьма Шкадер за "нарушение государственных прав и за преступления при­сяжной должности многими ево обидами и взятками и иным не­которым неистовством" также был отправлен в Тайную канцеля­рию. При аресте Шкадер оказал вооруженное сопротивление в своих "хоромах", но "хоромы" (после суточной осады) были взя­ты штурмом солдатами капитан-командора Витуса Беринга²⁴.

²⁴ В. Беринг в это время готовился ко 2-й Камчатской экспедиции и находился со сво­ей командой в Якутске. По-видимому, он имея солидные полномочия для того, чтобы вме­шиваться в дела местных властей.

24