3. Ранний буддизм: Хинаяна

К VI в. до н. э. государство Магадха достигло большого могущества, началась его борьба за подчинение других тогдашних государств Индии. Эту цель, в общем, удавалось осуществлять, что стало особенно очевидным спустя два века, когда империя Маурьев подчинила себе фактически весь Индостанский полуостров. С одной стороны, VI век – это движение к пику могущества государства, к империи. И это повлекло усиление воинского сословия, его стремление изменить свое социальное положение, освободившись от господства брахманов. Такое намерение находило отклик и у более низких варн и каст, но с другой стороны этот период является также периодом напряжения всех сил народа, периодом испытаний и бедствий для огромных масс людей.

В такой ситуации и возникает буддизм как реакция на брахманизм. Альтернативу брахманизму выставлял не только буддизм, но и другие религиозные движения. Например, джайнизм (от имени основателя: Джины Махавиры). В неприятии брахманизма и в некоторых важных аспектах вероучения джайнизм близок к буддизму. Но именно буддизм имел большой успех в это время.

Очень важно то, что буддизм выступил как государственная идеология возникающей империи. Предания доносят до нас известие, что основатель новой религии был близок к царям Магадхи – Бимбисаре, а затем – его сыну Аджаташатре. когда возникла империя, императоры Ашока и Канишка поддерживали буддизм. В раннем буддизме в связи с этой близостью его к имперской власти возникло «учение о чакравартини», могущественном государе, единственном, кто только и способен «вращать колесо праведной судьбы» народа. В раннем буддизме провозглашалось равенство всех людей вне зависимости от варны в плане возможностей религиозного освобождения и спасения. Ранний буддизм миновал крайности аскетизма и сектантства в противоположность, например, одному из направлений в джайнизме – дигамбара. Эта секта довела до крайности принцип ахимса, члены секты должны были, например, при передвижении обязательно разметать себе путь специальным веником, чтобы избежать нечаянного убийства живых существ, и вообще гипертрофировали требования аскетизма.

Но здесь мы уже начинаем переход к изложению учения раннего буддизма.

Скажем сначала об источниках для изучения вероучения раннего буддизма. Прежде всего нужно сказать о так называемом «палийском каноне», впервые полностью записанном в I в. н.э. на острове Цейлон (ныне государство Шри-Ланка). Это переводы с санскрита, языка оригинала, на местный язык – пали. «Палийский канон» называют «Трипитакой» – три корзины мудрости. Речь идет о трех разделах канона: о «Виная-Питака», собрании поучений, касающихся в основном норм поведения; о «Сутта-Питака», основах вероучения; об «Абхидхамма-Питака», рассматрывающем религиозно-философские вопросы.

Правдоподобные сведения о жизни Будды, основателе буддизма, тонут в массе легенд, зачастую явно вымышленных. Также, конечно, нельзя считать все тексты, объявляемые в буддизме принадлежащими Будде , действительно ему принадлежат в буквальном смысле.

Нет сомнений в историчности Будды. Принято излагать следующую версию его биографии, в которой с очевидностью сплетаются достоверные и легендарные сведения. Рассказывается, что он был сыном князя из племени Шакья, из рода Гаутама, проживавшего в городе Капилавасту у подножия Гималаев (сейчас это место находится на границе Индии с Непалом). Родители назвали его Сиддхартха. Согласно расчетам ученых он жил с 563 (566) по 483 (486) гг. до н. э. , то есть прожил ровно 80 лет. Мальчиком и юношей жил во дворце отца, был окружен роскошью. Это были его счастливейшие годы. Он женился, у них с женой родился сын. Все шло как обычно это бывает в счастливых семьях. Но однажды будто бы случилось непредвиденное. Он увидел больного человека, потом старика, затем умершего человека. Таким образом, нечаянно узнал, что в человеческой жизни есть страшные несчастья. После этих событий, когда ему исполнилось 29 лет, он бежал из дома отца, чтобы искать пути освобождения от несчастий и страданий. Семь лет Сиддтхартха был отшельником, изучал священные тексты, беседовал с мудрецами, истязал плоть. Недалеко от города Гая (ныне Бодх-Гая, на юге современного штата Бихар) под деревом Бодхи (предполагают, что в этом предании упоминается вполне реальное дерево, относящееся к виду Ficus religiosa) произошло прозрение. После этого события Сиддхартха и получил имя Будда, что означает «просветленный». У Будды появляются ученики, сначала их было пятеро, затем становится все больше и больше. Сорок лет Будда проповедует новое учение. Возникают общины его последователей, сангхи. Движение еще при жизни Будды становится очень широким.

Учение Будды может быть изложено очень кратко: 1) Жизнь есть страдание: рождение и старение, болезнь и смерть, разлука с любимым и жизнь с нелюбимым, недостигнутая цель, неудовлетворенное желание – все есть страдание; 2) страдание проистекает от жажды бытия, наслаждения, созидания, власти и т.п.; 3) чтобы не страдать, необходимо отказаться от жажды бытия; 4) есть путь к прекращению страдания.

Пункты этого так называемого «восьмиричного пути» состоят в следующем: 1) праведная вера (в то, что сказал Будда); 2) праведная решимость; 3) праведная речь (отказ от лжи, клеветы, грубости и т.п.); 4) праведные дела (ненанесение вреда живым существам); 5) праведная жизнь (честное добывание средств к жизни); 6) праведная мысль (преодоление суетных мыслей, дурных влияний); 7) праведные помыслы (необходимо постоянно удерживать в памяти то, что страсти мешают освобождению, что нужна отрешенность от мирских привязанностей); 8) истинное созерцание (достижение внутреннего спокойствия, полной невозмутимости, избавление даже от чувства радости по поводу разрыва с мирскими узами и своего грядущего конечного освобождения).

Этот «восьмиричный путь» по-сути является «срединным путём», то есть он пролегает между крайностями аскетизма и чувственных наслаждений.

Освобождение означает достижение состояния нирваны. Согласно Ф.И. Щербатскому («Концепция буддийской нирваны», 1927 г.) нирвана это достигнутая личными усилиями высшее состояние, освобождение от всех земных страстей и привязанностей. Буквально слово «нирвана» означает небытие (смерть). В буддийских текстах о ней говорится: «Несозданное, неразрушимое, нерожденное.» Это особое состояние, которое нельзя описать. Но вместе с тем это «высшая цель». «высшее блаженство», «высшее счастье». Но такое представление о нирване, часто отражаемое в популярной литературе, не исчерпывает главное: то, что это блаженство, состоящее в прекращении волнения. Щербатской пишет : «Блаженство – это ощущение, а в абсолюте нет ни ощущения, ни представления, ни волевых актов, ни даже сознания». «Абсолют (nirvāna) не одухотворен, даже если он есть что-то».

Кратко нужно сказать об онтологии и гносеологии буддизма. Центральное понятие здесь понятие дхармы – «элементы». Дхармы были классифицированы Буддой тремя способами: по группам (скандха), по базам (аятана) и по элементам (дхату). Выдающийся индийский мыслитель, буддийский монах Васубандху (время жизни достоверно не определено, годами жизни называют сильно различающиеся сроки: 270 – 350 или 420 – 500 гг.) объясняет причину необходимости тройной классификации следующим образом: «Сознательные существа заблуждаются в трояком отношении: одни заблуждаются относительно психических явлений, считая их за «я»; другие опять заблуждаются относительно явлений чувственных; третьи полагают, что явления психические и чувственные вместе составляют «я». Кроме того, проницательность людей различна, а также их склонности: одни в состоянии понять или любить только краткое; другие – среднее; третьи – пространное. Поэтому для первых предназначена классификация дхарм по пяти группам, для вторых – по 12 базам, а для третьих – по 18 элементам».

Итак, классификация дхарм-«элементов» по группам-скандха:\

1) чувственные элементы;

2) ощущения;

3) представления;

4) волевые акты;

5) чистые ощущения или чистое сознание – сознание без содержания.

При этом совокупность дхарм, сгруппированных по скандха, представляют собой нечто вроде психического склада человека, в европейской традиции называемого душой, но в буддистском учении нет психической инстанции, аналогичной «душе», «души» нет. В буддистской традиции, если попытаться уяснить её в терминах европейской культурной традиции, есть «дух», но нет «души» как онтологически состоятельной сосредоточенности и истинной в познавательном плане сосредоточенности психических элементов – дхарм на «Я» и посредством «Я». Т.е. то, что европейцы называют «душой» в буддизме не выступает как поистине существующая форма «духа». «Дух» как целостная совокупность дхарм, сгруппированных в скандха, не самоопределяется в индивидуальной форме «души». «Дух» самоопределяется лишь в отношении к «материи» – к тому, что существует вне «духа». И ещё надо отметить, что такие дхармы скандха как ощущения, представления, волевые акты, чистое сознание, являясь каждая отдельным элементом, в то же время внутри себя представляют собой тоже группы дхарм, так как включают дхармы прошедшие, настоящие, будущие; близкие и отдалённые; внешние и внутренние; нравственно чистые и нечистые.

Теперь о классификации по базам-аятана. Мы бы для ясности сказали, что речь идёт о классификации по органам чувственного восприятия и соответствующих им объектам восприятия. Эта классификация следующая:

1. орган зрения, ему соответствует 7) видимое;

2. орган слуха, ему соответствует 8) слышимое;

3. орган обоняния, ему соответствует 9) обоняемое;

4. орган вкуса, ему соответствует 10) вкушаемое;

5. орган осязания, ему соответствует 11) осязаемое;

6. мыслительная способность,

сознание, ей соответствует 12) нечувственные объекты.

Классификация дхарм по базам-аятана совершенно ясна для европейской мыслительной традиции.

Классификация по элементам-дхату включает элементы, различаемые в классификации по базам-аятана, дополняя их сознанием объектов восприятия. Эти дополнительные дхармы следующие:

13) сознание видимого;

14) сознание слышимого;

15) сознание обоняемого;

16) сознание вкушаемого:

17) сознание осязаемого;

18) сознание нечувственного.

Классификация по элементам-дхату также совершенно ясна: она объединяет познавательные способности чувственного восприятия (с воспринимаемыми ими объектами) с познавательными способностями мышления. Последняя из них, сознание нечувственного, вероятно, соответствует в европейской традиции философскому мышлению на основе интуиции, предметом которого являются вещи, лежащие за горизонтом доступности чувственному восприятию.

Природа дхарм как «элементов», о классификациях которых мы говорили, после того, что мы сказали, может показаться нам исключительно природой психического или, как ещё говорят, ментального мира человека. Но это не так. Дхармы одновременно и, говоря по европейски, онтологические, бытийные элементы, а не только элементы чувственности и сознания. Бытие, мир не мыслится в буддизме безотносительно к психическому миру. Дхармы в аспекте бытийности для европейской культуры предстают как нечто весьма необычное.

Учение о природе дхарм изложено в третьей части (корзине») палийского канона, называемой Абхидхарма (Абхидхамма). Дхармы не субстациональны, у них отсутствует пространственно-временное измерение. Дхармы существуют как моменты «вспышек», непрерывно появляясь и исчезая. Волнение дхарм и образует человека (или другое существо), воспринимающего мир. Личности и вещи – это ансамбли таких моментальных «вспышек». Существует «закон взаимного возникновния», согласно которому дхармы внезапно соединяются, образуя определённый ансамбль в виде вещи или человека. Определённый человек, предопределённый в соответствии с его кармой к новой форме жизни после смерти, как это предполагается упоминавшимися индийскими представлениями, согласно буддистскому учению, собственно, не столько перерождается, сколько переходит в новую форму жизни в результате перегруппировки дхарм. Чем больше человек обуреваем страстями, тем меньше среди дхарм благих и больше неблагих, что по закону кармы ведет к усилению страдания, испытываемого человеком. Если человек ведет нравственную жизнь, медитирует, чтобы размышлением успокоить страсти, почитает наставления Будды, постигает его учение о четырёх истинах и идёт по «восьмиричному пути», то в его «потоке сознания» получают преобладание благие дхармы, и он в этой и в последующих жизнях испытывает мало страданий и даже может родиться богом, обитателем небес. Но и боги подвластны закону кармы и смертны. Чтобы полностью прекратить волнение дхарм, необходимо, пройдя «восьмиричный путь», осознать, что нет ничего неизменного – ни мира самого по себе, ни Творца мира, ни души, как это уже отмечалось. Когда все это поистине осознано, тогда волнение дхарм полностью прекращается. Тогда открывается, что дхармы по своей сути есть шунья (пустота) или нечто сплóшное, непроницаемое, вроде брахмана-абсолюта и достигается нирвана. Нирвана лежит за пределами потока дхарм и его противоположности, выступает ли она как шунья или как абсолют. Состояние нирваны нельзя назвать ни вечным бытием, ни полным уничтожением: все наши понятия непригодны для описания нирваны.

По мере распространения учения Будды складываются буддистские монашеские общины – сангхи. Следует отметить, что в отличие от брахманизма, в котором женщина была принижена, в том числе и в религиозном отношении – женщинам, как и шудрам, запрещалось изучать Веды и самостоятельно исполнять ритуал, буддизм разрешил создание женских монашеских общин. Согласно преданию Будда сам основал первую женскую монашескую общину, назначив её руководителем свою тётю. К монашеским общинам примыкали сообщества буддистов-мирян.

Буддисты-миряне, чтобы быть настоящими верующими вполне могли обходиться своего рода «миимумом веры» из так называемой «триратны». Триратна (пали) буквально – «три драгоценности» буддизма, означает веру в то, что есть Будда – «просветлённый», достигший освобождения-мокша, и что нужно подражать Будде как учителю; веру в то, что есть дхарма – закон, открытый Просветлённым, изложенный в сутрах (с пали – текст), т.е. в Трипитаке, «Трёх корзинах мудрости», которые нужно, если не читать, то хотя бы слушать; веру в то, что есть сангха – община равных, не имеющих никакой собственности, нищенствующих (бхикшу, на пали — бхиккху) носителей Закона, хранителей знаний и мастерства, которые из поколения в поколение следуют путём Будды и помогают всем другим верующим. Верующему достаточно верить, что названные в Триратне «драгоценности» его защитят. Верующий мирянин выражает суть своей веры в формуле Триратны: «Я прибегая к Будде как защите, к дхарме как защите, к сангхе как защите». В своём поведении они должны были соблюдать несложный кодекс из шести правил: 1) соблюдать ахимсу – неубиение живых существ (но, вообще-то, по возможности, ведь и Будда умер, поев вяленой свинины; 2) быть правдивым; 3) не красть; 4) избегать чувственных наслаждений; 5) не употреблять опьяняющих напитков; 6) материально поддерживать сангху. Но зато буддисты-миряне согласно учению раннего буддизма фактически не имели шансов достичь нирваны, им лишь облегчалось движение в «колесе сансары», то есть в круговороте перерождений. Такой шанс имели только монахи, строго соблюдающие аскетический образ жизни.

Очевидно сходство, но и радикальный разрыв буддизма с брахманизмом. Такие идеи вероучения как карма, йога, нирвана в буддизме приобрели совершенно новое значение.

Поскольку в буддизме идея бога, по сути, сводится на нет, постольку относительно раннего буддизма ставился вопрос, не является ли это учение атеистическим.

Но в самом раннем буддизме такого рода вопросы не решаются. Согласно преданию Будда будто бы молчал в ответ на вопросы о том, создан ли кем либо мир, и как он устроен, то есть молчал в ответ на вопросы, которые нами принято называть метафизическими. Мотив этого молчания, как можно предположить, объясняется следующей версией рассказа о молчании Будды. Когда Будда стал просветленным, семь дней он оставался в молчании, думая: «Какой смысл говорить людям то, что не может быть сказано?» То есть ранний буддизм имел, главным образом, этический смысл.

Очевиден ограниченный характер раннего буддизма с точки зрения удовлетворения собственно религиозных потребностей широких масс верующих, поскольку он обещает освобождение и переход в нирвану лишь избранным – монахам. Позже учение буддизма, как оно было сформулировано в начале, самим Буддой, в раннем буддизме получило название Хинаяна (буквально «Малая колесница», учение, указывающее, как говорят буддисты, «узкий круг спасения») в отличие от Махаяны (буквально «Великая колесница», учение, указывающее «широкий круг спасения»).