42.Поняття традиційної структури

В истории мировой культуры есть сюжеты, образы и мотивы, которые с определенной закономерностью повторяются в литературе разных времен и народов, получая каждый раз новое, более созвучное эпохе реципиента, звучание.

Традиционные структуры включают в себя в самом общем виде художественно закодированные социально-исторические, идеологические, морально-психологические закономерности общечеловеческого бытия в их содержательной взаимосвязанности.

Концентрация многовекового индивидуального и коллективного опыта в традиционном сюжетно-образном материале обусловлена ​​актуализацией их поведенческой и аксиологической ориентации в контексте дальнейших литературных интерпретаций, направленных на исследование экзистенциальных состояний личности и социума через художественное моделирование и осмысления оппозиций хорошо / плохо, индивидуалистическое Я / человеческое МЫ, жизнь / смерть и т.д.. Поэтому в большинстве новых буквенных вариантов традиционные структуры выступают в качестве своеобразных идейно-эстетических катализаторов, существенно трансформируют причинно-следственные связи и мотивировки происходящего в реальной или художественно смоделированной действительности и которые придают ему универсального онтологического звучания.

Исследователи используют различные термины для обозначения сюжетов, образов и мотивов, интенсивно функционируют в литературе разных времен и народов: мировые типы, возрастные образы, вечные сюжеты, магистральные сюжеты, надсюжеты, традиционные сюжеты и образы и т.д. Большинство терминов сближаются тем, что у них есть определение «вечные», то есть функционально активные в прошлом, настоящем и будущем, или «мировые», то есть указывают на уровне географического распространения сюжетно-образного материала:

* Национальный

* Зональный

* Региональный

* Межрегиональный

Эти термины, акцентируя пространственно-временную универсальность функционирования традиционных структур, не совсем точно выражают совокупность между литературных взаимосвязей и достаточно условны. Зато термин «традиционные сюжеты и образы» не метафорического звучания и отражает сущность явления, а не его оценку.

Традиционный сюжет - это сюжет, переходит от поколения к поколению, от одной литературной эпохи к другой, т.е. сохраняется и активно функционирует на протяжении значительного исторического времени.

Вторым признаком традиционного сюжета есть осознанное восприятие его художником и читателем как устойчивого семантического художественного комплекса.

Частями традиционного сюжета являются традиционные образы и мотивы, воспринимаемые отдельно от сюжета и включаются во вновь структуры, приобретая измененного идейно-семантического окраску.

Переосмысления и усвоения культурой традиционного сюжетно-образного материала происходит за счет национализации (предоставление колорита), синхронизации (осовременивания), циклизации (дописывание) текста, изменения взглядов и других семантических процессов.

Процессы ремифологизации, активно происходили в литературе ХХ в., Характеризуются сложностью уровней освоения фольклорно-мифологических традиций, очевидной направленностью на исследование противоречий духовного мира личности.

В новом культурно-историческом контексте общеизвестные мифы и легенды поддаются прямому / опосредованном осовремениванию, получают характеристики народа, заимствует. Как следствие происходит взаимосвязанный процесс онтологической и аксиологической проверок событий-семантичнихх доминант традиционных структур. С одной стороны, современные реалии помогают глубже осмыслить универсальные морально-психологические проблемы общекультурных образцов, а с другой - вневременные коллизии мифологических схем, наложенные на конкретный национально-исторический материал, часто предлагают неожиданные с точки зрения обыденного сознания исследования глубинных истоков современного духовного контекста.

Полифункциональность традиционных сюжетов обусловлена ​​тем, что по своей содержательной значимости они являются открытыми художественными системами, которые не только демонстрируют очевидные связи с воспринимающей реальностью, но есть имманентными общественной бытию структурами, обладающих комплексом основных и вспомогательных функций. Поэтому общекультурные и конкретно-исторические интерпретации сюжетов часто не совпадают, что требует всестороннего исследования процессов взаимодействия малого времени и большого времени в эволюционной спирали протосюжету (протообразу).

Малое время - время сюжета

Большое время - все то время, которое содержит все смысловые наслоения образа от его появления до момента анализа.

При обращении к традиционным сюжетам литература концентрирует внимание на художественном моделировании экзистенциальных состояний и психологии индивидуума и социума, осмысливаются в контексте общечеловеческого нравственного опыта. При этом частичное трансформируется в космологическое, а отдельный человек рассматривается как полноправный представитель типологически однородной множественности психологических констант.

Функциональная активность традиционного сюжета в литературном произведении определяется совокупностью интегральных признаков, важнейшими из которых являются:

* Широта интерпретационного диапазона определяется многообразными запросами воспринимающей эпохи;

* Диалектическое соотношение частичного и общего, конкретного и универсального в структуре традиционного сюжета, получает национально-историческую и предметно-бытовую разработку в литературе;

* Разнообразие форм и способов трансформации, характеризуется различными структурно содержательными уровнями рецепции элементов протосюжету (сюжетов-образцов, посредников, традиционных сюжетных схем);

* Спиралеподибнисть эволюции как результат постоянного обновления формально-содержательных характеристик протосюжетив;

* Органическое сочетание национального и интерпретационного аспектов, наличие функционально значимых общечеловеческих доминант (архетипов, мифологем и т.д.);

* Общеизвестность (узнаваемость) фабулы как первичная предпосылка идейно-эстетической активности в новом литературном варианте;

* Онтологическая, гносеологическая, моделирующая, прогностическая, поведенческая, аксиологическая функции;

* Всечасовий, универсальный характер проблематики, функциональная активность символических планов, метафоричность традиционных структур;

* Наличие разнообразных событийных и семантических доминант, регулирующие характер трансформаций протосюжетив и обеспечивают определенную стабильность их идейно-эстетической рецепции; самостоятельность этих доминант, их способность редуцироваться от протосюжетив;

* Этическая императивность традиционных сюжетов;

* Склонность к моделированию психологического контекста;

* Потенциальная ориентированность традиционных сюжетов на осовременивание формально-содержательных характеристик;

* Традиционные сюжеты как своеобразные художественные коды определенных сторон индивидуального и общечеловеческого бытия.

В процессе осовременивания проблематики фольклорно-мифологических структур происходит деструкция эпической дистанции между протосюжетним хронотопов и смысловыми координатами эпохи реципиента. Незавершенное (длительное) настоящее при многосторонней взаимодействия с замкнутым ценностно устоявшимся прошлым, которое осуществляется в новом литературном контексте, образует сложную временную модель мира (национальную или всечеловеческой), что в подтексте имеет возможной устремленность в будущее. При этом ценностный аспект морально-психологических характеристик образца, используемого переносится с абсолютного прошлого, материализуется в хронотопе протосюжету и его устоявшихся содержательных компонентах несовершенного и незавершенное современное, освещая в нем екзистанцийни проблемы и состояния. Традиционные структуры видиграють роль своеобразного этического зеркала, отражающего и объясняет глубинные тенденции эпохи реципиента в их сложной взаимосвязанности и взаимообусловленности.

В литературе ХХ в. подобные структуры часто играют роль своеобразных морально-психологических моделей, имеющих ярко выраженные гносеологическую, прогностическую, поведенческую и аксиологическая функции. Активность мифологических и легендарных сюжетов обусловлена, с одной стороны, общеизвестность культурных образцов, используемых и многозначностью их структурно-содержательных характеристик, с другой - подчеркнутой актуализацией вневременных координат традиционных сюжетов, переносом художественного внимания по разработке событийного плана на всестороннее исследование мировоззренческих и нравственных мотивировок канонических ситуаций. Благодаря этому в произведении появляется многослойный ассоциативно-символический подтекст, устанавливающего смысловые связи и перекличка конкретно-исторического, национального с универсальным, всечасовим.