2. Революционно-романтический (1816-1825)

Особенности периода:

• Продолжение становления романтизма в качестве ведущего лит. направления, вступившего в фазу расцвета (Рылеев, Кюхельбекер)

• Начало становления реализма («Горе от ума» Грибоедов, первые главы «Евгения Онегина» Пушкина)

3. Реакционный (1826-1842)

Особенности периода:

• Утверждение реализма («Капитанская дочка» Пушкина, «ГНВ» Лермонтова, «Мертвые души» Гоголя)

4. Период «натуральной школы» (1842-середина 50-х)

Особенности периода:

• Утверждение реализма, получившего широкое распространение в так называемой «натуральной школе» (Глинский).

• Появляется плеяда писателей, объединившихся вокруг Белинского и считавших своим главным учителем Гоголя: Тургенев, Гончаров, Салтыков-Щедрин, Достоевский, Некрасов.

Споры о языке между «Арзамасом» и «Беседой…» в начале XIX века.

Полемика о языке началась в 1803 году, когда не было еще ни «Беседы...», ни «Арзамаса». Повод - выход в свет трактата Шишкова «Рассуждения о старом и новом слоге Российского языка». Этот том был направлен против карамзинских европеизированных нововведений в рус яз. Шишков предлагал отказаться от заимствованных слов и оборотов, введенных «карамзинистами». Между тем, слова эти привились, стали понятны и естественны в рус речи. Требования Шишкова - держаться в рус лит яз старославянских корней и форм - оказались смехотворными. Предпринятые Шишковым разыскания имели целью сохранить жанры и стили высокой патетики. Споры между «Арзамасом» и «Беседой» повлияли на полемику «славянофилов» и «западников». В позиции «Арзамаса» был уязвимый момент – чрезмерное преклонение перед западными образцами. Борьба между «Арзамасом» и «Беседой...», хотя и велась под флагом «карамзинизма», но сам Карамзин стоял в стороне, а в центре оказывалось тв-во Жуковского. Ж. систематически оспаривает узкий подход Шишкова к языку, т.к. Шишков путает понятия «знать» и «употреблять» язык. С точки зрения «шишковистов» уязвимым местом яв-ся его переводной хар-р тв-ва. Борьба имела плодотворные результаты, которые были зафиксированы в словар

2. История и современность в поэме а. Пушкина «Медный всадник». Отношение автора к личности Петра1.

«Медный всадник» (1833) был создан спустя пять лет после «Полтавы». За это время взгляд Пушкина на Петра и смысл его деятельности во многом углубился. «В «Полтаве» был один герой — Петр. Другие исторические персонажи — Мазепа, Карл XII — в идейно-эстетическом отношении ему явно проигрывали, что, конечно, входило в задание автора. В «Медном всаднике» уже два героя — Петр и бедный чиновник Евгений. При всей их несоизмеримости в социально-историческом плане они равноправны в гуманистическом и эстетическом отношениях. С одной стороны, Петр дан в поэме как воплощение величия русской государственности, что находит у Пушкина понимание и поддержку. Отсюда поэтические картины величественного Петербурга, высокий речевой стиль, сопутствующий образу Петра, прямые авторские высказывания:

«Красуйся, град Петров, стой

Неколебимо, как Россия…»

Однако образ Петра в «Медном всаднике» (в отличие от поэмы «Полтава») дан в диалектическом противоречии. Он «кумир», «державец полумира», но он же и «истукан», который «уздой железной Россию поднял на дыбы». Так оправдывается бунт Евгения, отстаивающего свое право на существование, на человеческое счастье. Еще Валерий Брюсов в статье, специально посвященной «Медному всаднику», очень точно отметил, что в сцене бунта Евгений вырастает, становясь вровень с самим Петром: «Важно то, что малый и ничтожный, тот, кто недавно сознавался смиренно, что «мог бы бог ему прибавить ума», чьи мечты не шли дальше скромного пожелания: «местечко выпрошу», внезапно почувствовал себя равным Медному всаднику, нашел в себе силы и смелость грозить «державцу полумира». Характерны выражения, какими описывает Пушкин состояние Евгения в эту минуту. Торжественность тона, обилие славянизмов (чело, хладный, пламень) показывают, что «черная сила», которой обуян Евгений, заставляет относиться к нему иначе, чем раньше. Это уже не «наш герой», который «живет в Коломне, где-то служит»; это соперник «грозного царя», о котором должно говорить тем же языком, как и о Петре». На чьей же стороне сам поэт — Петра или Евгения? Ответить на этот возрос невозможно. И Петр, и Евгений — каждый по-своему прав и в то же время неправ. «Медный всадник» — образец философской поэмы, ставящей важнейшие проблемы соотношения общего и частного в жизни людей, личности и государства. И даже то, что здесь больше вопросов, чем ответов, пробуждает читательскую мысль, заставляет вновь и вновь обращаться к проблематике пушкинской поэмы, спорить о ней. Споры эти не прекращаются и в наши дни

Медный всадник

«На берегу пустынных волн» Невы стоит Петр и думает о городе, который будет здесь построен и который станет окном России в Европу. Прошло сто лет, и город «из тьмы лесов, из топи блат/Вознесся пышно, горделиво». Творенье Петра прекрасно, это торжество гармонии и света, пришедшее на смену хаосу и тьме.

Ноябрь в Петербурге дышал холодом, Нева плескалась и шумела. Поздним вечером возвращается домой в свою каморку в бедном районе Петербурга, называемом Коломной, мелкий чиновник по имени Евгений. Когда-то род его был знатен, но сейчас даже воспоминание об этом стерлось, а сам Евгений дичится знатных людей. Он ложится, но не может заснуть, развлеченный мыслями о своем положении, о том, что с прибывающей реки сняли мосты и что это на два-три дня разлучит его с возлюбленной, Парашей, живущей на другом берегу. Мысль о Параше рождает мечты о женитьбе и о будущей счастливой и скромной жизни в кругу семьи, вместе с любящей и любимой женой и детьми. Наконец, убаюканный сладкими мыслями, Евгений засыпает.

Наставший день приносит страшное несчастье. Нева, не одолев силы ветра, преградившего ей путь в залив, хлынула на город и затопила его. Погода свирепела все больше, и скоро весь Петербург оказался под водой. Разбушевавшиеся волны ведут себя, как солдаты неприятельской армии, которая взяла город штурмом. Народ видит в этом Божий гнев и ждет казни. Царь, правивший в тот год Россией, выходит на балкон дворца и говорит, что «с Божией стихией/Царям не совладеть».

В это время на Петровой площади верхом на мраморном изваянии льва у крыльца нового роскошного дома сидит недвижный Евгений, не чувствуя, как ветер сорвал с него шляпу, как поднимающаяся вода мочит его подошвы, как дождь хлещет ему в лицо. Он смотрит на противоположный берег Невы, где совсем близко от воды живут в своем бедном домишке его возлюбленная со своей матерью. Как будто околдованный мрачными мыслями, Евгений не может сдвинуться с места, а спиной к нему, возвышаясь над стихией, «стоит с простертою рукою кумир на бронзовом коне».

Но вот наконец Нева вошла в берега, вода спала, и Евгений, замирая душой, спешит к реке, находит лодочника и переправляется на другой берег. Он бежит по улице и не может узнать знакомых мест. Все разрушено наводнением, кругом все напоминает поле сражения, валяются тела. Евгений спешит туда, где стоял знакомый домик, но не находит его. Он видит иву, росшую у ворот, но нет самих ворот. Не в силах перенести потрясения, Евгений захохотал, лишившись рассудка.

Новый день, встающий над Петербургом, уже не находит следов давешних разрушений, все приведено в порядок, город зажил привычной жизнью. Лишь Евгений не устоял против потрясений. Он скитается по городу, полный мрачных дум, и в ушах его все время раздается шум бури. Так в скитаниях проводит он неделю, месяц, бродит, питается подаянием, спит на пристани. Злые дети бросают ему камни вслед, а кучера хлещут плетьми, но, кажется, он ничего этого не замечает. Его все еще оглушает внутренняя тревога. Однажды ближе к осени, в ненастную погоду, Евгений просыпается и живо вспоминает прошлогодний ужас. Он встает, торопливо бродит и внезапно видит дом, перед крыльцом которого стоят мраморные изваяния львов с поднятыми лапами, и «над огражденною скалою» на бронзовом коне сидит всадник с простертою рукой. Мысли Евгения внезапно проясняются, он узнает это место и того, «чьей волей роковой/Под морем город основался…». Евгений обходит вокруг подножия памятника, дико глядя на изваяние, он чувствует необычайное волнение и гнев и в гневе грозит памятнику, но вдруг ему показалось, что лицо грозного царя обращается к нему, а в глазах его сверкает гнев, и Евгений бросается прочь, слыша за собой тяжелый топот медных копыт. И всю ночь несчастный мечется по городу и ему кажется, что всадник с тяжелым топотом скачет за ним повсюду. И с этой поры, если случалось ему проходить по площади, на которой стоит изваяние, он смущенно снимал перед ним картуз и прижимал руку к сердцу, как бы прося прощения у грозного истукана.

На взморье виден малый пустынный остров, куда иногда причаливают рыбаки. Наводненье занесло сюда пустой ветхий домишко, у порога которого нашли труп бедного Евгения и тут же «похоронили ради Бога».