3.2.5. Конфликты мотивов

Если формально оценить влияние различных правил и инструкций по безопасности на процесс труда, то легко заметить, что все они, ограждая рабочего от опасности, одновременно налагают соответствующие ограничения на его действия и поведение. Не будь этих правил, рабочий волен был бы выполнять действие любым способом, который он сочтет в данный момент выгодным, удобным для себя. Правила же устанавливают какие-то границы, в которых он должен, имеет право действовать. Аналогично и средства защиты ограждают рабочего от опасности и при этом в той или иной мере ограничивают свободу его действий. Я уже указывал на то, что выполнение правил безопасности и использование средств защиты должны органически вплетаться в технологический процесс, чтобы влияние указанных ограничений на

228

действия рабочего свелось к минимуму. Однако на деле это требование далеко не всегда соблюдается, да и далеко не везде пока удается достигнуть такой гармонии между требованиями технологии и безопасности.

Директор Центрального института труда ГДР X. Ретанц отмечает, что мотивы повышения выпуска продукции и ее сбыта порой реализуются в ущерб мотивам обеспечения безопасности труда. Он подчеркивает необходимость большей стимуляции безопасного труда и превращение этого показателя в определяющий при оценке результатов работы предприятий [164].

Вопрос гармонии выполняемых функций в общем плане анализировал бельгийский психолог Ж- Фаверж [194; 215]. Он отмечал, что эволюция систем проявляется в двух направлениях — по пути сегрегации и конкретизации. Под сегрегацией здесь понимается образование внутри систем все большего числа подсистем, каждая из которых предназначена для выполнения своей отдельной функции. Например, в современном автомобиле непрерывно увеличивается число подсистем: к подсистемам двигателя, управления, шасси прибавились новые, независимо действующие подсистемы безопасности, комфорта и пр. Под конкретизацией же понимается тенденция к созданию таких подсистем, которые органически выполняли бы одновременно несколько задач, служащих основной функции системы. В качестве примера автор приводит турбину Гэмбала, где вода выполняет одновременно две важных задачи: приводит во вращение турбину и при этом охлаждает ее. Чем выше скорость вращения турбины, тем больше требуется воды для ее привода и охлаждения, — эта связь в данном случае оказывается весьма гармоничной.

Подобное органичное слияние действий по выполнению технологического процесса с действиями по обеспечению безопасности я и имею в виду, говоря о гармонии выполняемых рабочим функций. И если такого слияния не

удается достичь, то рабочему в процессе труда приходится выполнять ряд несогласованных между собой функций. В качестве подобного примера Ж- Фаверж приводит работу шахтера, который должен для получения требуемого результата рубить в большом количестве уголь, а для обеспечения безопасности своего труда устанавливать крепления в забое (от возможных обвалов). Между двумя этими функциями возникает конфликт, который шахтер может разрешать, действуя по двум стратегиям:

• стремиться добыть как можно больше угля, получить большую выгоду (после прохождения трехметрового отсека не тратить время и силы на постановку креплений, а продолжать рубить уголь дальше); стремиться обеспечить требуемую безопасность (переходить к рубке угля в следующем отсеке только после того, как будут выполнены все работы по креплению предыдущего).

Автор замечает, что при сдельной оплате труда большинство рабочих действует по первой стратегии, т. е. ради выгоды жертвует безопасностью. Он указывает, что ™ в подобных конфликтах стратегия поведения зависит главным образом от того, какая из конкурирующих функций окажется для рабочего преобладающей (ведущей). При подобном выборе, считает автор, рабочим обычно свойственно игнорировать менее вероятные отрицательные события (пусть даже с большими издержками) ради более привлекательных целей.

Вопрос конфликта мотивов представляет особый интерес с точки зрения безопасности труда и заслуживает более детального рассмотрения. Его изучению было посвящено наше исследование с Э. Мюрк (1973). Оно базировалось на изучении мнений рабочих строительного треста по вопросам безопасности труда [65; 91]. Оказалось, что около 75% опрошенных строителей (из 435 человек) объясняло причины неиспользования средств индивидуальной защиты возникающими при этом неудобствами, отчего увеличивается время выполнения работ, снижается их точность и в результате страдает заработок.

Анализ конфликта между мотивами выгоды (удобства) и мотивом безопасности проведем на конкретном практическом примере работы штамповщика мелких деталей. Предположим, что используемый штамп не имеет специальных блокирующих систем защиты и для установки деталей под штамп рабочий должен пользоваться пинцетом. При этом работа штамповщика, естественно, усложняется, по сравнению с тем случаем, когда он мог ставить детали под штамп непосредственно рукой. В рассматриваемой ситуации у рабочего может возникнуть конфликт между мотивом выгоды и удобства, с одной стороны, и мотивом безопасности — с другой. Рассмот-

230

рйм возможные варианты поведения рабочего в такой ситуации.

1. Рабочий будет действовать строго по правилам и использовать пинцет. При этом шансы выработать меньше и заработать меньше составят, очевидно, 100%, шансы же несчастного случая можно считать равными 0%.

2. Рабочий понадеется на свой опыт, на свое внимание, пренебрежет правилами и будет устанавливать детали под штамп непосредственно рукой. В таком случае шансы выработать больше и заработать больше будут100%, шансы же попасть в несчастный случай, конечно,повысятся, но всего лишь на несколько процентов (пусть на 5—10% — это уже много).

При таком положении вещей второй вариант для отдельных рабочих может оказаться более привлекательным, чем первый, поскольку он гарантирует 100% выгоду при шансах реализации опасности в 5—10%- Ради сиюминутной текущей выгоды человек может избрать второй вариант, не подумав о том, сколь дорого может обойтись ему полученная «выгода», если эти небольшие шансы несчастного случая все же вдруг реализуются. О том, что «выгоды», достигнутые за счет нарушений правил, несоизмеримы с возможными здесь потерями, напоминает и шоферская мудрость: лучше пять минут опоздания, чем «минута молчания».

В экспериментальной психологии известно понятие так называемого градиента цели, введенное американским психологом Дж. Халлом (1934) [по 131, 71—74], которое означает, что с приближением цели усиливается сила мотива к ее достижению, или, что то же, при равных по силе соперничающих мотивах побеждает тот, который быстрее реализуется (т. е. имеет более высокий «градиент»). Данная закономерность также способствует выбору второго варианта поведения. Происходит это потому, что получаемая с полной определенностью выгода (большая выработка) реализуется здесь же, в процессе работы, а вероятность (понятие, вытекающее из повторения событий) опасности возникает как нечто связанное с будущим. Поэтому-то градиент выгоды оказывается выше, чем градиент опасности, и это способствует выбору второй стратегии.

Описанное положение можно дополнительно подтвердить, воспользовавшись данными ученого из ФРГ У. Ун-дейча [311, 33] (рис. 3.7). На этом рисунке показано

изменение силы мотива достижения (а) по мере приближения к притягательной цели и изменение силы мотива избежания опасности (б), которая может возникать при достижении цели. Как видно из данного рисунка, сила мотива достижения реальной цели растет пропорционально приближению к ней. Сила же мотива избежания возможной опасности возрастает по мере приближения к цели вначале слабо и только перед самой целью и ее опасностью, если она оказывается близкой и ее реализация представляется возможной, резко увеличивается (эта закономерность была получена экспериментально). Если же реализация опасности расценивается как маловероятное событие, то мотив избежания опасности может сохраняться на низком уровне и вообще не возрастать. Приведенные кривые дополнительно подтверждают наше заключение о том, что имеются объективные причины, де-

лающие мотив выгоды более предпочтительным по сравнению с мотивом безопасности.

Это заключение подтвердил и словацкий ученый А. Мыдлик, который писал: «Парадоксальное явление, что осязаемый в данный момент успех часто преобладает в сознании работника над возможным травмированием в будущем, причем совсем не обязательным, а только вероятным, тем более, если опасность представляется не слишком серьезной» [277, 11].

Существуют и другие факторы, усиливающие для рабочего притягательность второго, опасного варианта поведения. Это было показано в нашем исследовании [65; 91]. Дело в том, что высокая производительность труда постоянно и разнообразно стимулируется: за нее рабочему больше платят, всегда хвалят, его портреты помещают на Доске почета, его ставят в пример и пр. Все эти факторы, несомненно, усиливают мотив выгоды. Мотив же безопасной работы поощряется гораздо реже — безопасную работу обычно считают само собой разумеющейся нормой, обязанностью рабочего. Поэтому получается, что мотив выгоды благодаря стимулированию все время усиливается, тогда как мотив безопасности не только не получает подобного подкрепления, но на деле даже принижается. Это происходит потому, что нарушения правил, к счастью, далеко не всегда влекут за собой несчастные случаи, зато зачастую позволяют реализовать мотив выгоды. Рабочий пренебрегает правилами раз-другой, достигает при этом, без всяких неприятных для себя последствий, выгоды, потом еще и еще раз достигает выгоды и успеха за счет безопасности, — и постепенно происходит адаптация рабочего к нарушению правил, а мотив их соблюдения все больше ослабевает. При этом у рабочего вырабатываются навыки действовать с нарушением правил, что, как уже отмечалось, будет делать такое поведение еще более удобным для него. Конечно, все эти нарушения будут оставаться безнаказанными, как говорится, до поры до времени, пока с рабочим не произойдет несчастье, после чего он поймет неразумность своего поведения. Но подобные происшествия случаются не столь уж часто.

Таким образом, по поводу рассматриваемой борьбы мотивов с грустью приходится констатировать, что борьба эта часто бывает «неравной» и существующее поло-

233

жение вещей объективно обусловливает победу мотива выгоды над мотивом безопасности.

Из этого рассмотрения вытекают и возможные пути борьбы с таким ненормальным положением вещей. Нужно изыскивать пути подкрепления и усиления мотива безопасности, т. е. широкого применения поощрений рабочих за безопасный труд. Иначе говоря, нужно так же, как выработку, стимулировать и безопасную работу — стимулировать материально и социально. Если учесть суммарные потери, возникающие за счет несчастных случаев, то легко показать, что затраты на такую стимуляцию сторицей могут окупиться за счет снижения потерь от травматизма.

Другой путь заключается в создании такой техники, в такой организации условий труда, чтобы получение выгоды в процессе труда за счет нарушения правил стало в принципе невозможным. И там, где подобная техника еще не внедрена, следует культивировать в коллективе такой психологический климат, при котором падение авторитета из-за нарушения правил безопасности сводило бы на нет все материальные выгоды, которые могли бы быть достигнуты за счет нарушений.

3.2.6. Практические методы оценки силы мотивов к безопасной работе

Поскольку поведение людей в условиях опасности зависит главным образом от характера преобладающих мотивов, то выявление этих мотивов, как отмечалось, становится одним из основных путей для объяснения такого поведения.

Изучение преобладающих мотивов в тех или иных видах деятельности обычно осуществляется с помощью вербальных методик: анкет, направленных бесед, интервью, тестов. Однако такие методики имеют ряд существенных недостатков. Во-первых, даже в самых откровенных беседах людям обычно свойственно скрывать те мотивы, которые, по их представлению, могут создать о них неблагоприятное впечатление. Во-вторых, как уже отмечалось, не все мотивы, направляющие деятельность, полностью осознаются и адекватно отражаются сознанием. Эти и некоторые другие недостатки подобных методик свидетельствуют о том, что они оказываются нелучшими инструментами для выявления ведущих моти-

234

ёов. Более подходящими следует, очевидно, считать методики, позволяющие судить о мотивах либо непосредственно по предметным действиям людей, по их реакциям на решаемые в действиях задачи, либо по ответам, которые косвенно отражают мотивацию субъекта, когда ему нет смысла скрывать свое истинное мнение.

К категории методик, позволяющих достаточно достоверно определять отношение человека к опасности и его устремленность к избеганию вытекающих из нее последствий, можно отнести предложенную мною методику, основанную на использовании нечетких оценок (см. пункт 1.2.3). Сущность ее кратко может быть выражена следующим образом. Если человек, оценивая опасное событие, будет определять его в цифрах и одновременно относить к определенной категории нечетких множеств (типа «большое» — «малое» или «частое» — «редкое») [85], то по соотнесению этих двух оценок можно будет судить об отношении этого человека к данному событию и о мотивации к его избеганию.

Эта методика была использована нами для оценки мотивации пилотов к избеганию аварийных ситуаций, возникающих в условиях полета. В исследовании участвовало 45 пилотов разной квалификации. Каждому из них предъявлялось для оценки 18 различных аварийных ситуаций разного уровня тяжести. Из них 9 было связано с отказами техники в полете и 9 — с ошибками пилотов. Отказы техники состояли, например, в выключении крайнего двигателя на взлете сразу после отрыва самолета или же в выходе из строя самолетной навигационной системы при дальнем перелете и т. п. Расценивались такие ошибки пилотов, как невыдерживание направления полета на взлете, посадка на три точки и пр. Все эти аварийные ситуации, а также возможности их возникновения и противодействия им были достаточно хорошо знакомы испытуемым.

Как известно, каждая аварийная ситуация, возникающая в полете, обычно чревата для пилота не только «физической», но и «духовной» опасностью — переживаниями за жизнь и здоровье пассажиров, за возможный материальный ущерб, за невыполнение задания; чревата она и «социальной» опасностью — переживаниями возможности административного наказания, потери авторитета, уважения и пр. И в данном исследовании нас интересовала не только общая мотивация пилотов к из-

беганию в полете аварийных ситуаций, но и удельный вес в этой общей мотивации частных мотивов избегания «физической», «духовной» и «социальной» опасностей.

Для получения ответов на все эти вопросы испытуемым предлагалось по каждому особому случаю оценить возможность возникновения данной аварийной ситуации и если таковая возникнет, то возможность при этом реализации отдельно «физической», «духовной» и «социальной» опасности. По каждому из этих четырех вопросов испытуемые должны были дать по две оценки: дискретную — называя шансы (возможность) возникновения такого события (в процентах), и «мягкую» — определяя это событие наиболее подходящим словом из заданного набора 11 слов (от «никогда», ... , «редко», ... , «часто», «очень часто», ... до «всегда»).

Таким образом был получен большой статистический массив пар оценок 45 пилотами 18 аварийных ситуаций. После обработки этих данных на ЭВМ и анализа полученных результатов представилась возможность установить ряд связей, позволяющих судить о силе мотивации пилотов к избежанию аварийных ситуаций и вытекающих из них последствий. Эти результаты можно было выразить графически.

На рис. 3.8 представлен один из таких графиков, позволяющий судить о мотивации пилотов к избежанию «физической» опасности в связи с отказами техники и собственными ошибками. По горизонтальной оси отложены «мягкие» оценки возможности возникновения рассматриваемого события («никогда», «почти никогда», «исключительно редко», «почти всегда», «всегда»). По вертикальной оси в логарифмическом масштабе отложены дискретные значения (в процентах) шансов возникновения этого же события. Указанная испытуемыми связь между парами таких оценок представлена на графике соответствующими осредненными характеристиками, которые в данном случае оказались близкими к прямым. В основу анализа оценок, данных испытуемыми по опасным событиям, было положено доказанное выше (в пункте 1.2.3) положение: чем более опасным и значимым представляется субъекту данное событие, тем при меньших шансах оно расценивается им как «.частое», «редкое» и т. п. А то событие, которое кажется человеку более опасным, порождает у него и более сильную мотивацию к его избеганию.

Анализируя с таких позиций характеристики, представленные на рис. 3.8, можно заключить, что пилотов с точки зрения «физической», опасности больше волнуют отказы техники, нежели собственные ошибки. И действительно, как видно из этого рисунка, «физическая» опасность в связи с отказами техники расценивается как «частая» в среднем при шансах 6%, а по собственным ошибкам — при шансах примерно 20%. Аналогично и на других множествах («редко», «очень часто» и пр.) «физическая» опасность, возникшая от отказов техники, везде была определена испытуемыми меньшими шансами, чем та же опасность, но вызванная собственными ошибками. Проверка статистического различия этих характеристик, проведенная методом «теста знаков», предложен -

ным В. Диксоном и Ф. Массеем [232], показала, что оно достоверно на уровне |3 = 0,95. На рис. 3.8 около каждой характеристики указаны коэффициенты корреляции (по Спирмену) между рассматриваемыми показателями.

Из анализа данного графика можно вывести простое мнемоническое правило для оценки отношения испытуемых к рассматриваемым опасным событиям: та характеристика, которая на таком графике располагается правее и ниже, отражает более значимое для испытуемых опасное событие — к избеганию этого события у них более сильная мотивация.

Теперь рассмотрим мотивацию пилотов к избеганию «духовной» опасности для тех же двух случаев — отказов техники и собственных ошибок. Их мнения по этому вопросу отражены в характеристиках, представленных

на рис. 3.9. Эти характеристики также оказались близкими к прямым. Используя указанное выше мнемоническое правило, по этому рисунку можно заключить, что в связи с «духовной» опасностью собственные ошибки волнуют пилотов больше, чем отказы техники. Следовательно, мотивация к избеганию «духовной» опасности, возникшей по собственной вине, оказывается сильнее, чем к избеганию той же опасности, вызванной техническими причинами. Достоверность различия между характеристиками, представленными на рис. 3.9, согласно «тесту знаков» [232], составляет ,р = 0,99.

Следует отметить, что заключения, сделанные по рис. 3.8 и 3.9, подтверждаются практикой. Так, известно, что отказы техники в полете влекут за собой большую «физическую» опасность и более тяжелые последствия, чем ошибки пилотов. Из психологии хорошо известно, что переживания из-за ущерба, вызванного собственной ошибкой, оплошностью, обычно сильнее переживаний в связи с тем же ущербом, но возникшим по не зависящим от человека причинам.

О соотношении уровней всех четырех рассматриваемых мотивов (избегания аварийной ситуации и вытекающих из нее «физической», «духовной» и «социальной» опасностей) можно судить по рис. 3.10, где все эти характеристики представлены на одном графике. Используя указанное выше правило, по этому рисунку можно сделать заключение, что у пилотов имеется наиболее сильная мотивация к избеганию самих аварийных ситуаций. Следующими по силе являются мотивы избегания «социальной» и «физической» опасности. Наиболее слабым из рассмотренных мотивов оказался мотив к избеганию «духовной» опасности. Достоверность различия полученных характеристик (Р), согласно «тесту знаков» [232], равна 0,95. Сделанное заключение совпадает с отмеченными выше фактами о том, что «социальное» наказание страшнее для пилотов, чем «физическое» [100].

Таким образом, по полученным результатам можно заключить, что предложенный метод позволяет не только сопоставлять между собой силы отдельных мотивов, но и выявлять удельные веса этих мотивов в общем побуждении.

Примечательно еще одно заключение, вытекающее из рассматриваемого исследования. На рис. 3.11 представлены средние значения оценок аварийных ситуаций, данные отдельно опытными пилотами I класса и более молодыми пилотами III класса. По изображенным на этом рисунке характеристикам можно заключить, что у более опытных пилотов мотивация к избеганию аварийной ситуации сильнее, чем у менее опытных. Различие между этими характеристиками, согласно «тесту знаков» [232], достоверно на уровне ,р = 0,9. Если исходить из предположения, что более низкая летная квалификация обычно

240

связана с меньшим опытом, с молодостью, то можно констатировать, что эти результаты совпадают с выводами целого ряда работ, описанных в главе 2, где было показано, что молодым людям более свойственно недооценивать уровень опасности [122; 218; 266].

Изложенный выше метод оценки силы мотивации к безопасной работе натолкнул меня на следующую мысль. Если по слову, которое избирается для оценки частоты опасного события, можно диагностировать уровень мотивации субъекта к его избеганию, то, вероятно, и по слову,

которое избирается для оценки интенсивности опасного события, можно также ставить подобный диагноз. Для проверки этой гипотезы требовалось найти такую деятельность, в которой можно было бы количественно оценивать интенсивность опасного воздействия. Этим требованиям отвечала работа электрика в высоковольтных сетях, в которой уровень напряжения в электрической сети может служить количественным показателем интенсивности «физической» опасности.

На примере такой деятельности нами совместно с Л. Ээвелем (1979) было проведено исследование по проверке высказанной выше гипотезы. Исследование осуществлялось методом экспертных оценок, в нем участвовало 38 электриков высоковольтных сетей. Выполнялось оно примерно в той же последовательности, что и исследование, описанное в главе 1 (пункт 1.2.3). Каждому эксперту выдавался лист миллиметровой бумаги, на котором были вычерчены оси координат. На оси абсцисс были отмечены «мягкие» оценки интенсивности опасного воздействия («нулевое», «исключительно слабое», ... до «исключительно сильное», «смертельное»). По оси ординат откладывалась величина электрического напряжения от 0 до 400 вольт. Эксперту предлагалось для каждого квантора (слова, отмеченного на горизонтальной оси) указать соответствующее напряжение, при котором такое отрицательное воздействие «всегда» должно определяться данным квантором, т. е. требовалось для каждой точки, отмеченной на горизонтальной оси, строить на графике соответствующую ординату для условия «всегда».

Затем этот же опыт повторялся: экспертам предлагалось выполнить аналогичное задание, но уже для условия, когда данное воздействие электрического напряжения «часто» оказывается соответствующей интенсивности.

Полученные по этим двум опытам осредненные характеристики всей группы испытуемых представлены на рис. 3.12 (различие между кривыми на уровне достоверности (3 = 0,99). Как видно из этих графиков, связь между интенсивностью отрицательного воздействия (напряжением) и квантором интенсивности (словом), которым оно определяется, оказалась примерно линейной (при условии равномерного распределения кванторов по оси абсцисс).

Таким образом, данный эксперимент снова подтвер-

дил высказанную выше гипотезу и показал, что по слову, избираемому испытуемым для определения интенсивности отрицательного воздействия, можно судить об его эмоциогенности для испытуемого и об уровне мотивации испытуемого к избеганию этого воздействия.

Данное положение было использовано в качестве некоторого теста для дифференцирования испытуемых электриков по их отношению к опасности и по степени их мотивации к ее избеганию. Нужно заметить, что в описываемом эксперименте испытуемые были выбраны не случайно: 38 экспертов, образующие экспериментальную группу, фактически составляли две уравновешенные по возрасту и рабочему разряду подгруппы (по 19 человек).

В первую подгруппу вошли электрики, которые неоднократно нарушали правила техники безопасности, наказывались за это и имели несчастные случаи (в большинстве с актами). Во второй подгруппе были электрики, которые не допускали подобных нарушений и не имели несчастных случаев. Первую подгруппу мы условно назвали «нарушителями», вторую — «осторожными». Обе подгруппы были подвергнуты тестовым испытаниям по показателям темперамента, склонности к риску, устремленности к успеху, степени самозащиты, была проведена также оценка профессиональных и социальных качеств

испытуемых обеих подгрупп. Все эти исследования показали, что «нарушители» отличались более подвижной нервной системой, были более склонны к риску, к алкоголизму, хуже относились к работе и были менее устремлены к ее успешному завершению. В подгруппе «нарушителей» несчастные случаи возникали не столько в связи с физическими или психологическими недостатками входящих в нее людей, сколько из-за недостатков социального порядка. Они подтверждали справедливость наименования этой подгруппы, недооценивающей опасность.

Далее с помощью предложенной методики оценивалось отношение той и другой подгруппы к «физической» опасности и выявлялось, какими кванторами интенсивности они станут ее определять, если это воздействие будет «всегда». Полученные результаты такого исследования представлены на рис. 3.13. Из него следует, что «нарушители» явно меньше боятся опасности, чем «осторожные». Так, например, «осторожные» электрики считают, что напряжение 150 В всегда является сильным, а «нарушители» оценивают уже как сильное напряжение около 180 В, «осторожные» считают смертельным напряжением порядка 270 В, а «нарушители» — 300 В. Статистическое различие между характеристиками (рис. 3.13) той и другой группы, согласно «тесту знаков» [232], находится на уровне достоверности порядка (3 = 0,95.

Таким образом, предложенный метод оказывается дифференцирующим и в рассмотренном случае позволяет заключить, что «нарушители» меньше боятся опасности, чем «осторожные», а следовательно, и менее мотивированы к ее избеганию. Это заключение хорошо согласуется с изложенными выше положениями о том, что недооценка опасности, ее значимости, а также недостаточная мотивация к ее избеганию способствуют нарушениям правил безопасности и возникновению несчастных случаев. Все эти выводы могут служить доказательством ва-лидности описанной методики оценки силы мотивации.

3.2.7. Практический метод оценки мотивации к использованию средств защиты

В основу предложенного метода оценки силы мотивов к использованию средств защиты были положены доказанные выше положения о том, что по слову, избранному для оценки частоты и интенсивности нежелательного

события, можно судить о силе мотивации индивида к его избежанию.

Применяя этот метод, я исходил из предположения, что сила побуждения к использованию того или иного средства защиты обусловлена проявлением следующих мотивов трудовой деятельности:

• мотива безопасности (не получить физического повреждения, а также служебного наказания или общественного порицания за нарушение правил безопасности),

• мотива выгоды (получить большую производительность, больший заработок, больший авторитет),

— мотива удобства (облегчить процесс труда).Исследование проводилось методом анкетирования, и

в нем принимали участие рабочие, которые оценивали средства защиты, используемые ими в повседневном труде. Каждое средство защиты оценивалось по 7 вопросам. Ответы на эти вопросы следовало давать путем выбора из предлагаемого перечня такого ответа, который наиболее точно отражал мнение отвечающего. Анкеты (их было 380 шт.) заполнялись анонимно, с указанием только квалификационного разряда отвечающего.

Поскольку вопросов в анкете немного, приведу их полностью с предложенными вариантами ответов. К тому же этот материал нам потребуется при дальнейшем анализе исследования.

I. Каково Ваше внутреннее побуждение использовать или не использовать в работе, когда это требуется, данное средство защиты?

1. Очень сильное использовать. 2. Сильное использовать. 3. Слабое использовать. 4. Очень слабое использовать. 5. Трудно сказать. 6. Очень слабое не использовать. 7. Слабое не использовать. 8. Сильное не использовать. 9. Очень сильное не использовать.

II. Если Вы не будете использовать это средство защиты, когда это требуется правилами, как часто в таком случае можно получить травму?

1. Очень часто. 2. Часто. 3. Редко. 4. Очень редко.

III. Какова в среднем тяжесть такой травмы?

1. Очень слабая. 2. Слабая. 3. Сильная. 4. Очень сильная.

IV. Если вы не будете использовать данное средство защиты, когда это требуется правилами, как часто за такое нарушение можно получить административное или общественное наказание?

1. Очень редко. 2. Редко. 3. Часто. 4. Очень часто.

V. Какова обычно сила такого наказания?

1. Очень сильное. 2. Сильное. 3. Слабое. 4. Очень слабое.

VI. Если Вы всегда, когда это требуется правилами, используете данное средство защиты, как это сказывается на Вашей производительности труда (заработке)?

1. Очень сильно возрастает. 2. Сильно возрастает. 3. Слабо возрастает. 4. Очень слабо возрастает. 5. Трудно сказать. 6. Очень слабо снижается. 7. Слабо снижается. 8. Сильно снижается. 9. Очень сильно снижается.

VII. Если Вы используете данное средство защиты всегда, когда это требуется правилами, как это сказывается на степени тяжести Вашего труда?

1. Очень сильно возрастает. 2. Сильно возрастает. 3. Слабо возрастает. 4. Очень слабо возрастает. 5. Трудно сказать, 6. Очень слабо облегчается. 7. Слабо облегчается. 8. Сильно облегчается. 9. Очень сильно облегчается.

VIII. Ваш рабочий разряд?

1. Сидьмой. 2. Шестой. 3. Пятый. 4. Четвертый. 5. Третий. 6. Второй.

Как видно из этих вопросов,

I из них оценивает интересующую нас функцию — мотивацию рабочего к использованию (неиспользованию)данного средства защиты;

II и III вопросы определяют соответственно возможность и интенсивность физического наказания при неиспользовании этого средства;

IV и V вопросы оценивают возможность и интенсивность социального наказания при неиспользовании данного средства;

VI оценивает влияние использования средства защитына производительность труда (заработок);

VII определяет влияние данного средства на условиятруда;

VIII вопрос учитывает рабочий разряд отвечающего.

Излагаемая методика была применена для оценки отношения рабочих к следующим средствам защиты, которые, как можно было предполагать, были по-разному притягательными для них:

а) защитные очки открытого типа (для токарей),

б) защитный кожух токарного станка,

в) защитный экран токарного станка,

г) пинцет для установки мелких деталей под штамп,

д) крючок для извлечения деталей после штамповки,

е) респиратор (для обрубщиков литья и шлифовальщиков сварных швов),

ж) защитный фартук (для литейщиков и гальвани-стов),

з) защитная решетка на «ножницах», используемыхдля резки крупных металлических листов.

Среди названных средств защиты были стационарные (кожух, экран, решетка) и индивидуальные (остальные).

Полученные на основании 380 анкет сведения были подвергнуты статистической обработке на ЭВМ. В результате анализа этих данных были определены средние значения номеров избранных ответов на поставленные восемь вопросов (таблица 3.2).

Если проанализировать эту таблицу, то можно заключить, что наиболее сильное побуждение использовать средство защиты относится к респиратору («более чем сильное»), несколько слабее побуждение к применению крючка, очков, пинцета, а по отношению к решетке имеется уже обратное стремление — ее не использовать. Примечательно, что такое отношение к защитной решетке существует несмотря на то, что ее неиспользование (как следует из ответов) связано с физической опасностью самой высокой тяжести. И обусловлено такое отношение главным образом тем, что это средство защиты сильнее всех других (между «слабо» и «сильно») снижает производительность и заработок, что это средство больше всех остальных (почти «сильно») повышает тяжесть труда. Следовательно, мотивы выгоды, и удобства в этом случае оказались сильнее мотива избежания высокой опасности, которую таит в себе неиспользование решетки.

Из этой же таблицы вытекает и обратный пример — отношение рабочих к респиратору. Сильное побуждение к использованию этого средства обусловлено в основном высокой возможностью реализации «физической» опасности (хотя ее интенсивность невелика). Социальное наказание за неиспользование респиратора, как и решетки, небольшое. На производительности же, заработке и тяжести труда использование респиратора сказывается незначительно. Следовательно, и в этом примере получается, что мотивы заработка и удобства отражаются на формировании общего побуждения к использованию данного средства защиты.

Из таблицы 3.2 видно, что низкое побуждение к использованию защитного кожуха токарного станка связано в основном с тем, что это средство снижает производительность, заработок и отрицательно сказывается на тяжести труда. С помощью этой таблицы можно выявить влияние производственных и социальных факторов на побуждение рабочих к использованию и других рассмотренных средств защиты. Сделанные выше заключения о влиянии различных факторов на рассматриваемое по-

249

буждение подтвердили и результаты корреляционного анализа.

Таким образом, по данному исследованию можно заключить, что ведущими факторами, определяющими результирующую мотивацию к использованию средств защиты, являются мотивы избежания физической опасности, а также сохранения при этом высокой производительности (заработка) и удобства. Избежание социального наказания оказалось самым слабым мотивом среди рассмотренных побудителей к использованию средств защиты.

На основе проведенного в данном исследовании статистического анализа представилось возможным установить алгоритмическую связь, позволяющую по ответам на вопросы II—VIII анкеты определять средний уровень побуждения рабочих к использованию данного средства защиты (т. е. прогнозировать ответы на вопрос I). В этот алгоритм вошел еще пункт IX — оцениваемое средство зашиты.

По приведенным выше таблицам 3.3—ЗЛО можно заключить, что особенно существенно на общее побуждение использовать средства защиты влияет фактор возможности «физической» опасности и фактор производительности, заработка. (Следует учесть, что с увеличением функции Y в формуле [3.1] побуждение падает — больший номер ответа соответствует меньшему уровню побуждения.)

Рассмотрим теперь конкретный пример применения формулы [3.1] для оценки побуждения рабочего-токаря к использованию защитных очков. Предположим, что данный рабочий на вопросы анкеты указал следующие ответы (в скобках приведены их номера):

II. Возможность «физической» опасности — «часто» (2)

III. Интенсивность такой опасности — «сильно» (3)

IV. Возможность социального наказания

за нарушение правил — «редко» (2)

V. Сила такого наказания — «слабо» (3)

VI. Влияние на производительность, — «трудно

заработок сказать» (5)

VII. Влияние на тяжесть труда •— «очень слабо воз-

растает» (4)VIII. Рабочий разряд — «пятый» (3)

В таком случае общая мотивация данного токаря к использованию открытых защитных очков определится по формуле [3.1]:

Y = 4,3571 — 2,4155 — 0,3209 + 1,0931 + 0,1206 — 1,3300 + + 0,1176 — 0,0249 + 0,3908 = 1,9879

Полученный результат по шкале ответов на вопрос I означает, что побуждение рабочего к использованию защитных очков более чем «сильное».

Поскольку влияние последнего признака «средство защиты» (коэффициента Kix) на искомую функцию было относительно невелико, последним членом в формуле [3.1] можно пренебречь. При таком условии указанная формула с соответствующим допущением может применяться без последнего члена для оценки побуждения рабочих к использованию не только названных, но и других средств защиты.

Практическая ценность узложенного метода заключается прежде всего в том, что он позволяет сравнительно легким путем получать количественные оценки, характеризующие уровень мотивации рабочих к использованию отдельных средств защиты, и выявлять источники подобной мотивации. Такие объективные оценки могут служить хорошим основанием для того, чтобы опровергнуть предвзятое отношение отдельных рабочих к действительно удачным средствам защиты и, наоборот, убедительным основанием для постановки во-

252

проса о замене недостаточно совершенных средств. Очевидно, на основе умозрительных или интуитивных заключений подобная постановка вопроса не была бы возможной.