7 Аристотель

98 Аристотель

иначе как омонимно, как, например, существует глаз мертвого, ясйо, таким образом, что оно (семя) и имеет душу и является ею в потенции. Но одно и то же в потенции может отстоять и ближе и дальше от самого себя, как, на­пример, спящий геометр от бодрствующего, а последний — от геометра исследующего... ⁶² Итак, для его возникнове­ния ни одна часть не может быть причиной, а только то первое, что приводит в движение извне, ибо ничто не рож­дает самого себя, но, после того как произойдет рождение, само себя растит^ поэтому не все части возникают одновре­менно, но одно что-нибудь производится прежде. Возник­нуть прежде необходимо тому, что заключает в себе начало роста; будь то растение или животное, всем оди­наково присуще питающее начало, оно же порождает другое подобное себе; в этом заключается дело всякого совершенного по своей природе животного и растения. Необходимо поэтому, когда что-нибудь возникает, чтобы оно по необходимости увеличивалось; породило, таким образом, одноименное, например, человек человека; возрастает же оно через себя самого. Существует, следо­вательно, то, что растит. Если же это есть нечто единое, то оно должно возникать первым. Следовательно, если у некоторых животных сердце возникает первым, а у не имеющих сердца — его аналог, то у имеющих сердце начало будет итти из сердца, а у других — из его анало­га. Итак, какая причина является началом каждого возникновения, первым движущим и производящим, об этом сказано в ответ но поставленные раньше вопросы.

2

Относительно природы семени могут возникнуть недоуменные вопросы. Семя выходит из животного гус­тым и белым, а по охлаждении становится жидким как вода и получает цвет воды. Это может показаться стран­ным: ведь вода не сгущается от тепла, $> семя выходит изнутри густым от тепла, а при охлаждении делается жидким. Хотя водянистые жидкости замерзают, семя, выставленное на мороз под открытым небом, не замер­зает. но становится более жидким, как' вешество. за-

О ВОЗНИКНОВЕНИИ ЖИВОТНЫХ

S9

твердевающее от противоположных условий. И, однако, что оно затвердевает от тепла, также не имеет достаточных оснований, так как то, что содержит большее количество ⁷³⁵¹* земли, свертывается и затвердевает при варении, напри­мер, молоко. Следовательно, семя должно было бы твер­деть при охлаждении, между тем оно совсем не делается твердым, а становится все как вода. В этом заключается апория: если оно будет водянистым, то вода йе сгущается от тепла, а оно выходит густым и теплым из теплого тела; если же оно будет землистым или смесью земли и воды, оно не должно делаться сплошь жидким и„ водянистым. А, может быть, мы не все происходящие явления приняли во внимание? Ведь сгущается не только то, что составлено из воды и землистого вещества, но и то, что составлево из воды и воздуха, например, и пена становится более гу­стой и белой, и чем ее пузырьки будут меньше и менее заметными, тем вся масса кажется белее и тверже. То же самое испытывает и масло, так как смешанное с возду­хом оно сгущается; поэтому, когда оно белеет, оно ста­новится гуще, так как заключающаяся в нем водянистая часть отделяется под действием теплоты и становится воздухом. И молибдена, ⁶³ смешанная с водой или с ма­слом, образует из малого количества большую массу, из жидкого — плотное и из черного — белое. Причина та, что примешивается воздух, увеличивающий объем и просвечивающий белым цветом, как в пене и в снегу: ведь и снег представляет собой пену. И сама вода, смешанная с маслом, становится плотной и белой, ибо в результате трения в нее включается воздух, и кроме того само масло содержит в себе много воздуха, так как вещество является жирным не от земли или воды, а от воздуха. Поэтому оно и плавает на поверхности воды, так как воз­дух, содержащийся в нем, как в сосуде, несет его кверху и останавливается на поверхности, являясь причиной его легкости. И на холоду, и на морозе масло загустевает, но не замерзает; оно не замерзает вследствие теплоты, так как воздух тепел и не способен замерзать; вслед­ствие же того, что воздух от холода сжимается и уплот­няется, масло становится гуще. И вот по этим самым при­чинам семя выходит изнутри густым и белым, заключая

7*

100

АРИСТОТЕЛЬ

в себе вследствие внутренней теплоты много теплой пнев-мы, а после выхода, когда тепло выдохнется и воздух охла­дится, оно становится жидким и темным; в высыхающем семени остается вода и небольшое количество землистого ^736а вещества, так же как и в слизи. Семя таким образом со­держит в себе как пневму, так и воду, а таевма есть теп­лый воздух. Оно потому жидко по своей природе, что со­стоит из воды. Ктезий Книдский, ⁶⁴ писавший о семени слонов, очевидно, был введен в заблуждение: он го-, ворит, что семя при высыхании настолько твердеет, что становится подобным янтарю; но этого не происходит. Необходимо, чтобы одно семя было более землистым, чем другое, и в особенности у тех животных, которые по массе своего тела содержат много землистого вещества, но густым и белым оно является вследствие смешения с пневмой, ибо у всех семя — белого цвета, и Геродот, утверждая, что семенная жидкозть эфцопов—черная, ^в5 говорит неправду, как будто у имеющих черный цвет тела и все остальное — черное: ведь видел же он, что зубы у них белые. Причина белизны семени та, что се­менная жидкость есть пена, а пена — белого цвета, в особенности же составленная из мельчайших частей и притом настолько малых, что каждый в отдельности пузырек невидим, что происходит также при смешивании и растирании воды и масла, как об этом было сказано раньше. Повидимому и от древних не укрылась пенистая природа семени: по крайней мере, богиню, владычицу соединений, они именовали по этому свойству. ⁶⁶ Итак, причина указанного затруднения выяснена; очевидно, также, почему семя не замерзает, — ведь воздух не мо­жет Замерзать.

3

Вслед за этим следует разрешить другое .затруднение и высказаться по такому вопросу: если у тех животных, которые извергают семенную влагу в самку, ни одна часть ее не входит в состав возникающего зачатка, куда на­правляется ее телесная часть, если она действует силой, заключающейся в ней? Следует определить, воспри­нимает ли образующееся в самке что-нибудь от входящего

О ВОЗНИКНОВЕНИИ ЖИВОТНЫХ

101

в нее, или ничего? И относительно той души, которой характеризуется животное (животное ведь в силу при­сутствия определенной части души .есть существо чувст­вующее), имеется ли она в семени и зачатке или нет и откуда она берется? Ведь никто не будет считать зачаток чем-то неодушевленным, во всех отношениях лишенным жизни: семя и зачатки животных живут не меньшей жизнью, чем растения, и до известного времени способны к произрождению. Что они имеют питательную душу, это очевидно (почему им необходимо получить ее прежде всего, это ясно из рассуждений о душе в других книгах), а по прошествии времени они получат и чувствующую ду­шу, характеризующую животное. Ведь не одновременно 73бь возникает животное и человек или животное и лошадь; то же относится и к другим животным; завершение возни­кает напоследок, и то, что составляет особенность каж­дой особи, является завершением развития. J¹ Поэтому и /вопрос относительно разума, когда, каким образом и откуда получают его те существа, которые им обладают, представляет величайшие затруднения, и следует при­ложить все старания, чтобы, но мере сил и возможности, разрешить его. Очевидно, следует предположить, что семена и еще не отделившиеся зачатки имеют питатель­ную душу в потенции, но не в действительности, до тех пор, пока они, как отделившиеся зачатки, не будут при­нимать пищу и выполнять действия, свойственные этой душе. Ведь, повидимому, вначале все подобные зачатки живут жизнью растения. Ясно, что вслед за этим следует сказать и о душе чувствующей, и q разумной; их все необходимо иметь сначала в потенции, прежде чем они будут в действительности. Необходимо, далее, или всем видам души возникать, не существуя раньше, или всем просуществовать,или одним предсуществовать, другим— нет; и возникать необходимо или в материи без привхождения с семенем самца, или привходить в нее оттуда; а в самце необходимо или всем им происходить извне, или ни одной, или одним—извне, другим—нет .Что им всем невозможно предсуществовать, это очевидно из следующего. Ясно, что все те начала, которые производят телесную деятельность, не могут существовать без тела,

102

АРИСТОТЕЛЬ

так же как нельзя ходить без ног; следовательно, им невозможно входить извне, ибо ни сами по себе они не могут входить, будучи неотделимы, ни находясь в теле, так как семя есть выделение пищи, подвергающейся изме­нению. Остается только разуму входить извне и ему одно­му бьй?ь божественным, ибо его деятельность не имеет ничего общего с телесной деятельностью. Итак, способ­ности каждой души связываются, невидимому, с другим телом и более божественным, чем так называемые эле­менты, а поскольку души отличаются друг от друга по высшей или низшей ценности, постольку отличается и природа упомянутых тел. В семени всех существ пре­бывает то, что делает семя плодородным, так называемое тепло. Это ни в коем случае не огонь или подобного рода сила, но заключенная в семени и в пенистом веществе ?37а пневма и природа пневмы, аналогичная элементу светил.⁶⁸ Поэтому огонь ничего живого не порождает и в подверг­нутых действию огня веществах, как влажных, так и сухих, ничего», повидимому, не образуется, а теплота солнца и живых существ, не только действующая через посредство семени, но и других могущих произойти вы­делений природы, содержит в себе оживляющее начало. Итак, из сказанного ясно, что теплота, заключающаяся в животных, не есть огонь и не от огня имеет свое начало; а телесная основа семенной влаги, вместе с которой при­ходит семя душевного начала, частью, отделима от тела у тех, у которых оно включает в себя нечто божествен­ное, а таким является так называемый разум, ^6Э частью, не отделима; эта телесная основа семенной жидкости, будучи по природе влажной и водянистой, растворяется и дает пневму. Поэтому не следует искать, всегда ли она выходит наружу и не является ли она частью образовав­шейся формы, так же как и относительно сока, который свертывает молоко: ведь и он производит изменение, но нз является составной частью свертывающихся масс. Итак, относительно души, в какой мере содержат ее зачатки и семенная жидкость и в какой не содержат, — вопрос решен: они имеют ее в потенции, а в действитель­ности не имеют. Так как семя есть выделение и движется тем же самым движением, в силу которого растет тело

О ВОЗНИКНОВЕНИИ ЖИВОТНЫХ

103

при раздроблении последней пищи, то, когда оно войдет в матку, оно формирует и сообщает выделению самки то же движение, каким движется и само, ибо й у самки есть выделение и оно содержит в себе все части тела по­тенциально (но ни одной в действительности), так как оно имеет такие части в потенции, которые отличают сам--ку от самца. Как от увечных родителей рождаются иногда увечные, иногда неувечные дети, так и от самки иногда рождается самка, иногда же — не самка, а самец. Ведь самка представляет собой как бы увечного самца, а месяч­ное очищение — семя, только не чистое: одного оно не имеет — начала души. И вследствие этого у тех живот­ных, у которых возникают жировые яйца, образующееся яйцо содержит в себе части обоих, а начала не содержит, поэтому оно не является одушевленным. Начало это приносит семя самца; когда же выделение самки получит это начало, тогда возникает зачаток. У частей влажных, но телесных, при нагревании образуется с поверхности сухая корка, так же как при охлаждении вареных ку- 737Ь шаний. Все тела скрепляет клейкое вещество, которое с течением времени, когда они становятся больше, получает нервную природу, ту, которая соединяет части тела животных, становясь у одних цервом (сухо­жилием), у других — его аналогом. К тому же виду при­надлежит и кожа, и вена, и перепонка и все подобные образования: все они различаются по степени, большей или меньшей, и вообще избытком или недостатком. ⁷⁰

4

Животные, имеющие менее совершенную природу, когда зачаток достигает соверщенства, но законченного животного еще не образуется, выводят зачаток наружу; по каким причинам, — об этом было сказано раньше. Совершенным же зачаток является уже тогда, когда один из зачатков будет мужского, другой — женского пола у животных, обладающих этим различием; ведь некоторые не рождают ни самцов, ни самок, именно те, которые сами не происходят от самцов и самок или от спаривания животных. Об их возникновении мы скажем впоследствии.

104

АРИСТбТЕЛЬ

Но живородящие, совершенные животные, пока не родят животного и не выведут его наружу, содержат в себе возникающее животное, сращенное с ними самими. А из животных, которые рождают наружу живых, а в себе сначала производят яйца, у одних, когда они произведут совершенное яйцо, оно отделяется как у яйцеродящих, и животное^из яйца выходит в самке; у других же, когда пища из яйца вся истрачивается, яйцо получает закон­ченное развитие в матке и вследствие этого не отделяется от матки. Такое различие обнаруживают селахии, о которых особо будет сказано дальше. ⁷¹

Теперь же начнем с начала, с первых животных. ⁷² Первыми являются совершенные животные; таковы — животные живородящие и среди них первый — человек. Отделение семени происходит у всех них таким ще обра­зом, как и всякого другого выделения. Именно, каждое направляется в свойственное ему место без всякого на­силия со стороны пневмы или другой какой-нибудь вы­зывающей принуждение причины, о чем говорят иные, утверждая, что половые части, как банки, влекут к себе семя, принуждаемые к тому пневмой, как если {щ было возможно без насилия направиться в другое какое-ни­будь место и этому выделению, и выделению жидкой и сухой пищи, на том основании, что выходу их наружу со­действует скопившаяся пневма. Но это является общим для всего того, что следует привести,в движение, ибо благодаря задержке пневмы (дыхания) возникает сила, 738а хотя и без этого принуждения выходят выделения даже у спящих, если их приемники оказываются расслаблен­ными и переполненными. То же самое будет, если ска­зать, что у растений от действия пневмы каждый год вы­деляются семена в те места, где они обычно несут плоды. Но причиной этого, как было сказано, является то, что у всех существуют части для восприятия выделений, как для негодных, например, сухих или жидких, так и для крови, так называемые вены. А у самок, возле, маточно­го места, сверху, от разделяющихся двух вен, большой⁷³ и аорты, отходит много тонких вен, оканчивающихся в матке; когда они переполняются пищей, которую при­рода вследствие холодности не в состоянии переваривать,

О ВОЗНИКНОВЕНИИ ЖИВОТНЫХ 105

в матку происходит выделение через тончайшие вены, не могущие вследствие узости принимать в себя чрезмер-¹ ное количество, почему и возникает состояние, подобное кровотечению. Месячный период у женщин точно не определен, но он имеет тенденцию проявляться в конце лунного периода, и вполне понятно: ведь тела животных становятся холоднее, когда окружающая среда становит­ся такой, а конец месяца вследствие ущерба луны холо­ден, почему и новолуния бывают бурными по сравнению с серединой месяца. Итак, когда выделение превратится в кровь, в указанные периоды появляются месячные; если же оно не переварилось, все-таки немного чего-то выделяется; поэтому небольшие бели появляются у жен­щин, когда они бывают еще девочками. Отделения того и другого рода в умеренном количестве сохраняют тело, так как происходит его очищение от выделений, являю­щихся Причиной болезней; если же они не происходят или происходят в большем количестве, это прийосит вред, так как вызывает или болезни, или разрушение тела; поэтому и бели, идущие непрерывно в большом количестве, препятствуют росту девочек. Итак, это отде­ление происходит у самок по указанным причинам; именно, вследствие природной невозможности перева­ривать, по необходимости происходит выделение не толь­ко негодной пищи, но и выделение в вены, и наполнение тончайших вен становится чрезмерным. А что касается причины «ради лучшего» и цели, то природа пользуется выделением в это место для порождения, чтобы другое существо возникло таким, каким оно должно быть; ведь оно уже в потенции таково, каким является выделение тела. Итак, у всех самок необходимо должно 738& происходить выделение: у имеющих кровь — в большем количестве, и у женщин—больше всего; необходимо, од­нако, чтобы-у всех прочих в маточном месте скоплялись вещество известного состава. Причина того, что у жи­вотных с кровью выделения больше, и у человека — всего больше, изложена выше; а того, что у всех самок имеется подобное выделение, а у самцов—не у всех — такова. Некоторые самцы не извергают семенной влаги, но подобно тому, как извергающие эту влагу образуют

106

АРИСТОТЕЛЬ

путем заключающегося в ней движения животное из материи самки, так и они, путем движения в лих самих, в той части, откуда отделяется семя, производят то же. Это место расположено у всех, имеющих эту часть, под диафрагмой, ибо сердце и его аналог являются природным началом, а то, что находится ниже, — придаток, суще­ствующий ради нбго. Таким образом, причиной того, что не у всех самцов имеется порождающее выделение, а у самок — у всех, является; тот факт, что животное есть тело одушевленное. Самка всегда доставляет материю, самец же — образующее начало; такую способность, по нашему утверждению имеет каждое из них, и быть сам­кой или самцом в том и состоит, что самка необходимо доставляет тело и массу, для самца же это не является необходимостью, ибо для возникающих существ нет' не­обходимости заключать в себе органы и действующее начало; но тело их происходит от самки, душа же,от сам­ца, так как душа есть сущность известного тела. И по­этому, когда спариваются самка и самец не одного и того же вида (спариваются те, у которых времена зачатий одинаковы и продолжительность беременности близка друг к другу, а также величина тел не сильно разнится), то первое потомство возникает имеющее сходство с обои­ми, как, например, то, что происходит от лисицы и со­баки, куропатки _хп курицы, но с течением времени воз­никающие одни от других поколения в конце получают форму самки, так же как чужестранные семена — со­ответственно почве места, ибо оно доставляет семенам ма­терию и тело. Поэтому, у самок воспринимающая часть 739* не представляет собой протока, но матки их имеют расши­рение; у самцов же, извергающих семя, имеются протоки, и они бескровны. Что касается выделений, то каждое из них одновременно поступает в свойственные ему"места и становится выделением; раньше же его не бывает, разве только в результате большого насилия и протцв природы. Итак, по какой причине отходят назначенные для порож­дения выделения — сказано. Когда же семя от самца из числа извергающих его войдет в матку, оно связывает самую чистую часть выделения, ибо большая часть его непригодна, и образует жидкую часть месячных, так

о возникйовении живдтных 107

же как я наиболее жидкая часть семенной влаги самца, извергнутой им за один раз; и первое извержение является более бесплодным, чем последующее, так как содержит меньше душевной теплоты вследствие недостаточного варения, а сваренное получает густоту и бблыпую телес­ность. Если же у кого из женщин или других животных не происходит истечения наружу вследствие того, что в этом выделении имеется мало непригодного остатка, то оно возникает в таком количестве, какое остается у животных, выводящих его наружу, и его связывает сила самца, заключающаяся в выделенном семени или при вхождении в самца части, аналогичной матке, что, по-видимому, происходит у йекоторых насекомых. А что влага, появляющаяся у самок вместе с чувством наслаж­дения, ничего не привносит в зачаток,—©б этом сказано раньше. Скорее всего это могло бы показаться на том основании, что у женщин так же, как у мужчин, происхо­дят ночью так называемые поллюции. Но это не может служить доказательством, так как поллюции бывают и у молодых самцов, которые ничего еще не извергают, но близки к этому, или извергают еще бесплодную влагу. Итак, без извержения самцом семени во время совокуп­ления, зачатие невозможно так же, как без женского выделения, будет ли оно вытекать наружу или находиться внутри в достаточном количестве. Однако, если да­же обычное чувство наслаждения не возникает, то и от такого сношения происходит зачатие, если только место это приходит в состояние раздражения и матка спускается ближе книзу. Но в большинстве случаев зачатие про­исходит при указанных обстоятельствах, вследствие того, что устье.матки не бывает закрыто, когда появляется отде­ление, в связи с которым обычно возникает у мужчин и у женщин чувство наслаждения; когда дело обстоит таким образом, открывается более широкий путь и для семени мужчины. Испускание семени не происходит внутрь, как думают некоторые, так как маточное устье узко, но впер'еди его; где женщина выделяет образую­щуюся у некоторых из них влагу, сюда же извергает и 73*ш мужчина [если кто выделяет влагу]. ⁷⁴ Иногда матка остается в том же положении; когда же она настроена

103

АРИСТОТЕЛЬ

соответственно, будучи теплой вследствие, очищения, она втягивает семя внутрь; доказательством служит то, что пессарии, вложенные мокрыми, вынимаются сухими. ^7{> Далее, у тех животных, матки которых находятся около диафрагмы, невозможно, чтобы семя не втягивалось, а доходило до них путем выбрасывания. Место это при­тягивает семенную жидкость благодаря теплоте, имею­щейся в нем. И выделение месячных, так же как скопле­ние их, воспламеняет теплоту в этой части, так что, как неглазурованные сосуды, промытые горячей водой и пе­ревернутые вниз горлом, втягивают в себя воду, таким же образом происходит втягивание и там, но никоим образом, как утверждают некоторые, не инструменталь­ными частями, служащими для совокупления. Обратное также происходит тому, что утверждают некоторые, именно, что женщина извергает семя, ибо извергнувшей наружу матке придется снова втягивать его внутрь, если оно смешается с семенной влагой самца. Но такой порядок дел излишен, природа же ничего не делает лишнего. Когда свяжется находящееся в матке выделе­ние самки семенной влагой самца, которая действует подобно тому, как сычужина на молоко, —- ибо и сычу-зкина есть молоко, имеющее жизненную теплоту, которое схожие частицы сводит воедино и соединяет, и семенная влага также относится к природе месячных, так как природа молока и месячных одинакова, — то, после соединения телесных веществ, выделяется жидкость и вокруг образуются оболочки от высыхания землистых веществ; происходит это как в силу необходимости, так и ради известной цели: ибо при нагревании и охлаж­дении крайние части по необходимости засыхают, а с другой стороны, животное не должно находиться в жид­кости, но быть обособленным. Одни из этих образова­ний называются оболочками, другие — хорионом; ^7в они различаются по величине: они одинаково имеются и у яйцеродящих, и у живородящих. Когда образуется зачаток, он ведет себя сходно с посеянными семенами. Именно, первое начало и у семян лежит в них самих; 740а когда же оно, существуя ранее только в потенции, отде­лится, от него отходит росток и корень; последний являет-

О ВОЗНИКНОВЕНИИ ЖИВОТНЫХ

109

ся тем местом, которым семя воспринимает пищу, так как растение, нуждается в приросте. Таким же образом и в зачатке, при наличии известным образом всех частей в по­тенции, впереди всех стоит начало. Поэтому прежде всего действительное обособление получает сердце. И это ясно не только для чувств, ибо так происходит, но и для рас­судка. Ведь когда возникающее отделится от обоих ро­дителей, оно должно жить само по себе, как дитя, вышед­шее из родительского дома. Следовательно, оно должно иметь начало, от которого впоследствии возникает уст­ройство животного тела. Если оно когда-нибудь придет извне и впоследствии вселится в животное, то может воз­никнуть сомнение не только относительно времени его возникновения, но и относительно необходимости суще­ствования, во время отделения частей, той первой, от которой идет рост и движение всех остальных. Поэтому те, которые утверждают вместе с Демокритом, что сначала выделяются наружные части животных, а затем — внут­ренние, говорят неправильно, как будто о животных деревянных или каменных. Ведь те вообще не имеют начала, а животные все его имеют, и притом внутри. Поэтому, прежде всего у всех животнйх с кровью оказы­вается выделенным сердце, так как оно является началом и однородных, и неоднородных частей. Его достойно назвать началом животного и его устройства уже тогда, когда является потребность в пище, ибо существо растет/ а последней пищей его является кровь и ее а'налог, со­судом же для крови — вены; поэтому сердце служит на­чалом и для них. Это ясно из «Истории животных» и вскрытий. Так как в потенции уже существует животное, хотя и несовершенное, то ему необходимо получать пищу откуда-нибудь: поэтому оно пользуется маткой и матерью, как растение — землей, для получения пищи, пока не разовьется настолько, чтобы стать животным, способным к передвижению. Поэтому природа провела из сердца две первых вены; от них отходят вены к матке, так называемая пуповина; ведь пуповина есть вена: у одних животных —одна, у других — несколько. Вокруг вен — кожаный чехол, так как их слабость требует защиты ^и покрова. Вены входят в матку, как корни,

no

АРИСТОТЕЛЬ

через которые зачаток получает пищу. Именно для этого животное пребывает в матке, а не для того, как говорит Демокрит, чтобы части тела сформировались по частям ⁷*®ъ матери. Это ясно у яйцеродящих, так как они получают расчленение в яйцах, будучи отделены от матери. Воз­никнет, может быть, затруднение: раз кровь есть пища и сердце, будучи кровяным, возникает первым, пища же идет извне, то откуда приходит первая пища? Или это не верно, что все идет извне, но с самого же начала, по­добно тому, как в семенах растений существует вещество, которое кажется первичным молочным соком, так и в материи, из которой возникают животные, излишек со­става образует пищу? Таким образом, рост зачатка про­исходит через пуповину, таким же способом, как у рас­тений — через корни, а у самих животных, ко^да они отделятся, — из находящейся в них пищи. Об этом будет сказано впоследствии в соответствующем месте. Обособ­ление частей происходит не так, как предполагают не­которые, вследствие того, что подобное по своей при­роде несется к подобному (ибо, кроме многих других трудностей, связанных с этим утверждением, выходит, что каждая из однородных частей возникает сама по себе, например, кости и нервы сами по себе и мясо само по-себе, если только принять эту причину), а потому, что выделение самки в потенции таково же, как и природа животного, и в нем потенциально заключаются части, актуально же нет ни одной, а также потому, что начала действующее и страдательное, когда они придут в сопри­косновение при условиях действия одного и страдания другого (под условиями я разумею: каким образом, где и когда), сейчас же одно из них начинает действовать, а другое — испытывать воздействие. Материю, таким образом, доставляет самка; начало движения — самец* Как возникающее через искусство создается посредством инструментов, правильнее говоря, посредством их дви­жения (оно есть действенное начало искусства, а само искусство — форма того, что возникает в другом), так и сила питательной души и впоследствии в самих живот­ных и растениях производит рост, пользуясь в качестве инструментов теплотой и холодом (ибо в них заключается