2.3. Состав и структура криминалистической характеристики личности преступника

Выдвижение и обоснование понятия, цели и круга задач, решаемых с помощью предлагаемого понятия, равно как и методов его исследования, без сомнения, являются значимыми в процес­се познания любого исследуемого объекта. Однако даже в теоретическом плане они представляют собой лишь этапы исследования. Исследование же состава и структуры элементов понятия и самого отражаемого понятием явления выступает своеобразным показателем ценности теоре­тических умозаключений, возникающих в результате исследования объекта научного познания.

Если структурные элементы отвечают требованиям оптимальности числа струк­турных групп, их конкретности и относительной логиче­ской самостоятельности, тогда исследуемый объект может под­лежать и теоретическим и практико-прикладным познавательным манипуля­циям. В случае же, если подобного не происходит, становится затрудни­тельным не только исследование соответствующего объекта, но возможно и возникновение сомнения в целесообразности его существования вообще, как это произошло с исследованиями криминалистической характеристики преступ­ления, о чем говорилось в первой главе.

Как отмечалось ранее, идея о необходимости существования понятия «криминалистическая характеристика личности преступника» не нова. В качестве дополнительного примера, мы можем сослаться на мнение Г.А. Густова о том, что криминалистическая характеристика личности преступника (у Г.А. Гус­това - криминалистическая характеристика правонарушителя, или информа­ционная модель виновного) - это результат синтеза суждений о качествах (признаках) виновного²⁵². Мы признаем ценность актуализации Г.А. Густовым нового понятия, однако видим некоторые недостатки в его определении криминали­стической характеристики личности преступника.

1. Термин «характеристика» ориентирован в смысловом плане на результат вычленения свойств объекта, в то время как термин «суждения» - на результат дея­тельности мышления субъекта относительно свойств объекта изучения. Без сомнения, в любом познания (в том числе и научном) исследователь в какой-то мере исходит из субъективного начала, однако отражение подобной субъективности в понятии неоправданно.

2. Качество и признак - понятия не равнозначные и не тождественные. Если качество - это категория сущностная (абстрактная), то признак - это характеристика параметральная (конкретная), которая может быть выражена в характеристиках веса, цве­та, размера, состава и т.д. Вероятно, последующие научные изыскания Г.А. Густова детали­зируют и конкретизируют содержание данного им понятия, которое, на наш взгляд, может стать центральным в криминалистическом учении о лично­сти преступника, и в необходимости существования которого мы не сомне­ваемся.

В целом же рассматриваемое исследование Г.А. Густова наглядно демонстрирует современные тенденции проявления активного познавательного интереса к проблеме изучения криминалистически значимой составляющей личности преступника и формирующиеся принципиально новые точки зрения на исследуемую проблему, что, без сомнения, является положительным

В исследованиях санкт-петербургских криминалистов фигурирует уже не просто понятие криминалистической характеристики личности преступ­ника (авторы используют термин «криминалистическая характеристика виновного»), а разработана структура данного понятия, где структурными эле­ментами выступают следующие данные о личности преступника:

«1. Пол, возраст.

2. Ф. И. О., кличка.

3. Образование, профессия, знание, навыки, легальный род занятий.

4. Место жительства, семейное положение.

5. Является местным жителем, мигрантом; национальность, этническая при­надлежность; связи с лицами других регионов, иностранных государств.

6. Социальный статус виновного, в какой сфере работает, в каком обществе вращается, связи с представителями исполнительной и законодательной вла­сти, правоохранительных органов.

7. Владение определенным имуществом, жилым помещением (домом), транспортным средством, коммерческой структурой и др.

8. Уровень интеллектуального развития (грамотность, эрудиция), черты ха­рактера - неосторожность, общительность, неуравновешенность, вспыльчи­вость, жестокость и т.п.

9. Состояние психики, наличие отклонений.

10. Образ жизни. Привычки (употребление алкоголя, наркотиков и т.п.).

11. Размер легальных и нелегальных доходов (месячный, годовой).

12. Судимость. Находился ли под следствием. Подозревался ли в совершении преступлений. Опыт в совершении и сокрытии преступлений и поведения в ходе расследования уголовного дела. Преступные уловки.

13. Физическая сила, ловкость.

14. Функциональные признаки (походка, жестикуляция, мимика, дефекты речи, уродства и т.д.).

15. Внешний вид, одеж­да, обувь.

16. Является ли владельцем огнестрельного, холодного оружия или иного оружия; владельцем спецсредств, средств радиосвязи и др.

17. Имеет ли знания и навыки в рукопашном бое, применении орудий пре­ступления.

18. Является ли членом преступной группы, каков криминальный стаж.

19. Какой преступной специализацией, специальностью владеет.

20. Какую функцию, роль выполняет в ходе проведения операции.

21. Место в иерархии преступной группировки ».²⁵³

Представленная структура криминалистически значимых свойств личности преступника по механизму включения криминалистически значимых элементов тождественна структуре криминалистической характеристики преступления, существующей на сегодняшний день. Авторы, выделяя криминалистически значимые компоненты (в силу сложности исследуемого объекта их можно выделить не один десяток), не группируют их в определенные блоки, относительно самостоятельные подсистемы (см. рис. 4).

Напомним еще раз про ситуацию, складывающуюся вокруг понятия «криминалистическая характеристика преступления». Именно выделение в ее структуре большого числа элементов, привело к тому, что криминалистическая характеристика преступления как научная категория стала утрачивать свою ценность. Во избежание повторения подобной ситуации в исследованиях криминалистической характеристики личности преступника следует отказаться от перечислительного подхода как наименее продуктивного.²⁵⁴

Определившись с понятием криминалистической характеристики личности преступника, следующим методологическим шагом будет решение проблемы состава и структуры криминалистической характеристики личности преступника. Используя метод “от общего к частному”, рассмотрим сначала состав и структуру криминалистической характеристики личности преступника вообще. В целях решения этой проблемы не просто необходима, а приоритетна разработка криминалистической модели структуры личности преступника.

Разработка подобной модели будет способствовать определению объема необходимого исследования личности преступника в криминалистике, по поводу чего ведется достаточно длительная дискуссия. Так, в современной криминалистической науке сложилось три подхода к решению проблемы необходимого объема исследования личности преступника.

Первый подход отличается конструированием достаточно общей формулы в изучении личности преступника²⁵⁵. Однако он имеет значительный недостаток, заключающийся в том, что общность формулировок исключает возможность выдвижения четкого криминалистически значимого понятия “личность преступника”. Общность в вопросе исследований состава и структуры любого явления объективно приводит к «переполнению» содержания исследуемого понятия.

Вторая группа авторов предлагают ограничиться направлениями в исследовании личности²⁵⁶. Однако подобный подход, по сути, является незначительно конкретизированным вариантом первого подхода ввиду некоторой неконкретности термина “направление”. В структуре личности преступника целесообразно выделять измеряемые блоки, так как в противном случае практико-прикладная ценность подобных исследований будет недостаточной. Вызывает большие сомнения рациональность выделения в структуре личности преступника социального, биологического и индивидуально-психологического уровней²⁵⁷. Дело здесь не только в достаточно большом уровне общности выделяемых групп, но и в их сомнительной самостоятельности, независимости друг от друга.

Третий подход представляют авторы, пытающиеся дать определенную классификацию свойств.²⁵⁸ Данный подход также обладает одним значительным недостатком: любой перечень психологических свойств не может быть исчерпывающим ввиду многогранности личности как таковой и ее проявлений в процессе совершения преступлений.

Мы полагаем, что криминалистическое знание о личности преступника не должно иметь формальных границ²⁵⁹, быть излишне общим, что обусловливает наше согласие с точкой зрения авторов третьей группы. Одновременно с этим возможность конкретизации криминалистически значимых элементов личности преступника является показателем состоятельности научного подхода к рассматриваемому вопросу, что предопределяет в определенной мере наше согласие с авторами второй группы. С методологической точки зрения рациональным видится выделение ограниченного количества классификационных групп, в которых будет отражена многогранность личности лица, совершившего преступление²⁶⁰, с последующей детализацией посредством соотнесения с конкретными психологическими свойствами. Для решения указанной задачи необходима, прежде всего, разработка криминалистической модели личности преступника.

Аргументация данного положения достаточно проста: исследование столь сложного образования, как личность преступника, ввиду своей многофакторности должно быть системным²⁶¹. Фактически неограниченное количество факторов, составляющих личность преступника, является причиной выпадения из поля исследования какого-либо их количества либо акцентирования факторов, значимых с точки зрения познающего. Процесс исследования становится хаотичным. Разработка же криминалистической модели состава и структуры системы «личность преступника» позволит направить интерес исследователя первоначально на основополагающие понятия, составляющие личностную сущность преступника. Помимо определенной унификации подходов исследований, подобное положение способствует взаимозаимствованию результатов научного поиска, что, в свою очередь, обусловливает более полноценное последующее изучение проблемы.

Существует множество точек зрения, порой диаметрально противоположных, в отношении самого понятия “модель”. Это предполагает возможность дифференциации их по значительному количеству оснований. Следует отметить, что подобная дифференциация (как, впрочем, и всякое деление на логические группы) достаточно относительна. Нам представляется рациональным разделить их на две большие группы, в которых основанием для подобной классификации будет выступать функциональность определений, некая направленность на объект научного познания.

Подход первой группы авторов характеризуется определенной абстрактностью в отношении понятия “модель” - своей целью они ставят создание «модели-идеи»²⁶². Характерной особенностью данной точки зрения является постановка акцента на факте системности модели. Системность здесь возникает в связи с использованием достаточно абстрактных положений, что позволяет при исследованиях сложноорганизованных объектов обосновать их логическую совместимость.

Подход второй группы авторов характеризуется практической функциональностью, их цель - создание “модели-объекта”. Здесь определение модели носит ярко выраженный служебный характер по отношению к целям исследования и к объекту познания, ради чего она, собственно, и создается²⁶³. При таком подходе возникает проблема поиска того единого основания, которое способно включить в себя порой крайне неоднородные по содержанию компоненты изучаемого объекта.

Тематика нашего исследования, ввиду особенностей познаваемого объекта, подразумевает ориентацию на точку зрения второй группы авторов, определяющих “модель-объект” преимущественно как структуру.

Соответственно под моделью личности мы понимаем искусственно созданное, включающее в себя основные структурные психические компоненты отображение личности.

Не вызывает сомнения идея о том, что криминалистическая модель личности преступника должна в полном объеме соответствовать криминалистическим целям, поэтому возникает вопрос, чем принципиально криминалистическая модель личности преступника отличается от иных моделей личности (психологической, социологической, криминологической и т.д.). Естественно, что содержательно-структурную направленность данной модели личности определяет ее функциональная направленность.

Если не вдаваться в тонкости формулировок, то можно отметить, что знания о личности преступника для криминалистики значимы при решении задач поиска преступника и оказания последующего воздействия на него. Ввиду предельной конкретности указанных задач ценность основных разновидностей структурных концепций личности преступника весьма различна. Так, например, структуризация по уровням психики личности или определенным разновидностям сознания (например, модель З. Фрейда) для криминалистики малоценна из-за слабой теоретической разработанности, сосуществующей, правда, с активной практикой использования ее в некоторых сферах человеческой деятельности²⁶⁴. Исходя из этого, заключаем, что для криминалистических целей оптимальной является структурная концепция черт личности (сходная с моделью личности Г. Айзенка²⁶⁵).

Вышесказанное позволяет нам под криминалистической моделью личности преступника понимать искусственно созданное отображение личности, основные структурные психические компоненты которого, выражены в определенных личностных свойствах лица, совершившего преступление, и имеют криминалистическое значение²⁶⁶.

При этом следует отметить, что любая модель, в том числе криминалистическая, не представляет собой чисто статистическое образование. Основные структурные элементы любой модели анализируются по отношению к моделируемым условиям, пусть гипотетически, но отражающим реальность. Однако это не является основанием представлять какую бы то ни было модель в качестве процесса. На наш взгляд, эти компоненты не могут отождествляться потому, что криминалистическая модель, наполняясь конкретным содержимым, выводит на криминалистически значимые признаки неизвестного преступника в процессе построения его психологического профиля. Именно к некоему предварительному “наброску” личностных характеристик и сводится практическое значение криминалистической модели лица, совершившего преступление.

Описав содержание криминалистической модели личности преступника, необходимо определиться со структурообразующим элементом криминалистической модели личности преступника, раскрыть свойства этого элемента, отграничить его от комплекса сходных явлений, показать особенности этого различия.

Вероятно, в будущем, с развитием наук гуманитарного цикла, можно будет судить о конкретном психологическом свойстве, присущем конкретному лицу, исходя из анализа его деятельности, в том числе нашедшей отображение в изменениях материальной обстановки в процессе совершения преступления. Однако представляется, что сегодня криминалистическая наука может претендовать лишь на расшифровку и дальнейшее использование наиболее ярко выраженных особенностей психики индивида. Дело в том, что в поведении человека наиболее рельефно проявляются самые характерные его признаки, радикально отличающиеся от среднеразвитых личностных характеристик.

Вышеназванные (среднеразвитые) личностные характеристики или признаки весьма слабо отражаются в следах преступления, на них затруднительно оказывать воздействие в процессе расследования (как тактическое, так и профилактическое). Таким образом, не обладающие достаточным идентифицирующим свойством признаки личности преступника представляют интерес скорее для криминологии, чем для криминалистической науки. Как следует из вышесказанного, криминалистически значимая информация о личности преступника, образующая его криминалистическую характеристику, должна включать не любые, а только признаки индивидуализирующие личность (своеобразные криминалистические акцентуации)²⁶⁷.

В качестве структурных элементов, образующих криминалистическую характеристику личности преступника, мы выделим такие признаки личности преступника, которые, с одной стороны, будут менее абстрактными и более измеряемыми, нежели предлагаемые ранее некоторыми учеными «направления личности», а с другой – более абстрактными, чем предлагаемые другими «свойства личности». Подобные признаки личности преступника мы определим как «личностные уровни». Предлагаемая терминологичекая новация имеет под собой объективную необходимость, ведь «стремление отыскать новое, опираясь на существующие традиции, неразрывно связано с введением новых понятий»²⁶⁸.

Понятие «личностный уровень» по своей содержательной характеристике демонстрирует целостный подход к личности преступника (уровни образуют целостную систему), одновременно демонстрируя элемент структурирования криминалистически значимой информации о личности преступника (относительная самостоятельность отдельных уровней)²⁶⁹. В понятие «личностный уровень» мы включаем относительно самостоятельные, криминалистически значимые, индивидуализирующие личность преступника признаки лица, совершившего преступление.

Ранее мы раскрыли признаки, характерные для криминалистически значимой информации образующей структуру криминалистической характеристики личности преступника (высокая степень индивидуальности, относительная устойчивость, некорректируемость, фиксируемость и измеряемость, удобство классификации), однако необходимо отметить, что список этот не был исчерпывающим. Для того чтобы структура личности преступника соответствовала требованиям современных психологических подходов к личности, прежде всего требованию целостного изучения личности преступника²⁷⁰, необходимо ориентироваться на многоаспектность особенностей человеческой психики²⁷¹, отраженную в содержании выделяемых нами «личностных уровнях» преступника.

Ввиду того, что содержание криминалистического понятия личностного уровня должно исходить из взаимосвязи личностных параметров и отражения их вовне, разнообразные виды личностных уровней должны быть представлены уровнями, содержащими различные познавательные акценты на факторе личности преступника и факторе обстановки преступления. Главенство внутреннего мира или главенство среды – проблема на данный момент развития науки нерешенная. Именно поэтому, чтобы быть более объективным, в криминалистическую характеристику личности преступника необходимо включить как структурные составляющие её элементы, которые основаны прежде всего на внутреннем мире индивида, так и те, которые носят ситуативный характер.

Криминалистическая значимость первостепенности фактора личности преступника или фактора среды преступления может выражаться, в частности, в уверенности лица, расследующего преступление, в том, насколько целесообразно абстрагироваться от обстановки преступления, наполняя содержание следов преступления только личностным смыслом. Так, преступник, затыкая рот жертве в уединенном или в достаточно людном месте, несмотря на одинаковый способ действий, демонстрирует в первом случае потребность в осуществлении власти над жертвой (в основе чего лежит, как правило, воспоминание о несчастном, жестоком детстве), во втором же случае – потребность в собственной безопасности, что свидетельствует о наличии у него интеллектуальной продуктивности на уровне нормы или выше²⁷². Таким образом, мы выделяем структурные элементы с личностной составляющей и структурные элементы с ситуационной составляющей.

Ввиду того, что поведение человека определяется факторами осознанности / неосознанности²⁷³, необходимо, чтобы различные виды личностных уровней включали в себя преимущественно либо фактор осознанности, либо фактор неосознанности. Как следствие мы выделяем осознаваемые и неосознаваемые личностные уровни.

Криминалистическая значимость исследований осознаваемых и неосознаваемых элементов, входящих в криминалистическую характеристику личности преступника, достаточно высока. На основе анализа неосознаваемых механизмов построения фразы во время допроса достаточно свободно можно определить наличие в показаниях допрашиваемого информации, неадекватной действительности²⁷⁴. Поисковый аспект выделения рассматриваемых структур выявляется, в частности, в случаях анализа адекватности необходимых действий по разрушению преград (например, взлому запорных устройств) и дезупорядочивания объектов обстановки места преступления (например, во время поиска ценностей в выдвинутых полках шкафов), нанесенному во время совершения преступления ущербу. Степень агрессивности преступника, которая проявляется и в повседневной жизни, что является ценным для его поиска, тем выше, чем более объем разрушений превышает логически необходимый, если речь, конечно, не идет об инсценировке кражи.

Также, на наш взгляд, допустимо рассмотреть такое основание классификации, как стабильность личного уровня. Здесь можно выделить структурные элементы криминалистической характеристики личности преступника, имеющие явно выраженную преобладающую статическую или динамическую характеристику.

Установленные в процессе анализа следов преступления либо в процессе знакомства с биографическими данными о личности преступника криминалистически значимые сведения о нем могут не соответствовать характеристикам последнего не в силу ошибки в установлении, а в силу изменений, произошедших, в частности, в характере виновного. Криминалистическое значение деления структурных элементов криминалистической характеристики личности преступника на статические и динамические выражается в возможности прогнозирования степени изменения установленных личностных характеристик, имеющих поисковое значение, со временем или вследствие произошедшего психотравматического события (рис. 10).

Рис. 10. Отражение в содержании личностного уровня факторов, способствующих всестороннему исследованию личности преступника

Без сомнения, сказанное выше имеет прежде всего методологическую ценность, однако именно она предопределяет целесообразность проведения дальнейших научных исследований криминалистически значимой составляющей личности преступника. Если в структуре криминалистической характеристики личности преступника не предусмотреть всех элементов, определяющих многоаспектность личности преступника, то построенная модель будет уязвимой для критики.

Приняв положение о том, что структурными элементами криминалистической характеристики личности преступника выступают личностные уровни преступника, далее необходимо определиться с содержанием конкретных видов личностных уровней. В этом вопросе мы более склонны ориентироваться на идею о том, что системное понимание поведения личности преступника может быть достигнуто исключительно посредством детального анализа его составляющих частей. Практика психологических исследований показала, что большинство предположений, казавшихся вначале в целом неопределенными и неподдающимися анализу на уровне общего поведения, оказались доступными для познания на уровне анализа составляющих их элементов.

Для достижения указанной цели необходимо определиться с основаниями составляющих компонентов классификации. Содержание структурных элементов криминалистической характеристики личности преступника в современной криминалистике недостаточно раскрыто, поэтому рациональным видится использование базовых (наиболее общих) психологических понятий. Оптимальным было бы выделение основного личностного свойства, однако современные науки о личности пока не выявили единого, подтвержденного эмпирическими исследованиями данного системообразующего личностного фактора.

Следует отметить, что необходимость в выделении параметров подобного рода уже поднималась в отечественной криминалистике. Так, И.М. Лузгин прогнозировал, что “не за горами время, когда криминалистика вплотную подойдет к формализации признаков, образующих противоправное поведение человека и последствия этого поведения в окружающей среде”²⁷⁵.

Ввиду сложности данного вопроса сегодня не представляется возможным его полноценное теоретическое обоснование, поэтому познание личности (в том числе и личности преступника) обычно ограничено перечислением основных личностных блоков. Необходимо заметить, что ничто пока не указывает на гипотетическую невозможность существования в психике человека неизвестных еще массивов характеристик. Однако согласно одному из наиболее признанных мнений по данному вопросу "ядерную триаду категорий психологии составляют образ, действие и мотив"²⁷⁶. Представляется рациональным отражение этих категорий в различных видах личностных уровней, соотносимых с достижением криминалистически значимых целей.

До сих пор, мы говорили о качествах структурных элементов криминалистической характеристики личности преступника, обходя вопрос об их количестве. Проблема определения количества структурных элементов чего бы то ни было помимо мнения авторов, занимающихся структурированием (субъективный критерий) и сложности исследуемого объекта (объективный критерий) характеризуется еще и сложностью последующей работы с выделенными структурными объектами. Речь идет о соответствии количества выделяемых структурных элементов фактическим возможностям восприятия исследователя.

Ранее говорилось, что в результате опытов С.Л. Рубинштейна установлено, что человек способен одновременно воспринимать семь-девять объектов без дополнительной затраты усилий, значительно снижающей качественные характеристики восприятия²⁷⁷. Так как в структуре любого объекта не может быть только одного элемента, а наличие даже двух элементов приводит исследователя к их противопоставлению, целесообразно определить количество структурных элементов, в диапазоне от 3 до 7 наиболее оптимальным.

Выделив три базовые категории (образ, мотив, действие), составляющие содержание личности во всём ее многообразии, мы ориентировались на сказанное выше об оптимальном количестве структурных элементов криминалистической характеристики личности преступника.

Может создаться впечатление, что в криминалистическую характеристику личности преступника не включается ряд традиционных характеристик (рост, вес, внешность и т.д.), актуальность исследования которых была продемонстрирована со времен возникновения и становления криминалистической науки. В целом криминалистическая характеристика личности преступника включает в свою структуру две базовые подсистемы: физические²⁷⁸ и психические характеристики личности преступника (рис. 11).

Рис. 11. Структура криминалистической характеристики личности преступника

Подсистема «Физические характеристики личности преступника» не является полностью автономной от подсистемы «Психические характеристики личности преступника». Однако, несмотря на периодически возникающие публикации о взаимосвязи данных подсистем²⁷⁹, научная общественность относится к ним не очень доброжелательно²⁸⁰, что предопределено стойким неприятием значимости биогенетического фактора преступного поведения вообще и в криминалистическом аспекте в частности. Механизм отражения во внешней среде криминалистически значимых физических характеристик личности преступника в современной криминалистической литературе, имеющей давние научно-исследовательские традиции, отражен прекрасно²⁸¹, связь же этих характеристик с другими криминалистически значимыми личностными характеристиками на данный момент является предметом всевозможных околонаучных сфер действия человеческого разума и знания научного, находящегося в самом начале своего развития²⁸². Далее мы эпизодически будем затрагивать связь обеих базовых подсистем криминалистической характеристики личности преступника, отмечая при этом, что для полноценного отражения их взаимосвязи необходимо привлекать знания в области криминалистики, психологии и медицины, основной же акцент в исследовании личности преступника мы сделаем на подсистему «Психические характеристики личности преступника», как наименее исследованную.

Учитывая вышесказанное о личностных уровнях, в структуре криминалистической характеристики личности преступника мы выделяем следующие элементы:

• соотносимые с образом (личностный уровень ценностей преступника);

• соотносимые с мотивом (личностный уровень отношений преступника)

• соотносимые с действием (личностный уровень притязаний преступника).

О криминалистической значимости категорий, положенных в основу названных структурных элементов (образ, мотив, действие) в юридической литературе указывалось неоднократно²⁸³.

Таким образом, мы произвели классификацию структурных составляющих криминалистической характеристики личности преступника (рис. 12).

Рис. 12. Структура криминалистической характеристики личности преступника

В самом общем виде содержательная сторона выделенных структурных блоков криминалистической характеристики личности преступника может быть сведена к следующему:

• личностный уровень ценностей преступника (то, ЧТО ПРЕДСТАВЛЯЕТ интерес для человека во внешнем мире);

• личностный уровень отношений преступника (то, ЧЕМ РУКОВОДСТВУЕТСЯ человек для достижения своего интереса);

• личностный уровень притязаний преступника (то, КАК РЕАЛИЗУЕТ человек свой интерес)²⁸⁴.

Учитывая вышесказанное о содержании личностных уровней и содержании структурных элементов криминалистической характеристики личности преступника, более детально рассмотрим элементы системы, включающей криминалистически значимую информацию о личности преступника.

Уровень ценностей личности преступника. Первой разновидностью структурной составляющей криминалистической характеристики личности преступника, на наш взгляд, является его уровень ценностей. Термин «ценность» наиболее соотносимо с понятием образа, точнее, является одной из его характеристик. Образ - это воспроизведение внешнего объекта в сознании человека, при этом не имеет значения фактическая неадекватность самого объекта результату его воспроизведения²⁸⁵.

Далее под ценностью мы будем понимать представление субъекта об объекте. Следует отметить, что сам факт расхождения реальной значимости объекта и значимости этого объекта в глазах конкретной личности, являющейся составной частью содержания ценности, относит уровень ценностей к структурам с личностной составной. Уровень ценностей является преимущественно неосознаваемым психическим образованием в структуре личности ввиду наличия механизмов неосознанного контроля, таких как рационализация (искажение восприятия реальности в целях защиты самооценки), отрицание (отказ от необходимости осознания обстоятельства или свойства неприятного для человека) и др.

Вопрос доминирования статической или динамической составляющей по отношению к уровню ценностей в принципе проблемным не является. Конечно, ценность, как и любой образ, подвержена изменениям, однако результатом данного изменения будет являться не видоизмененный старый, а новый образ.

Криминалистическая значимость уровня ценностей как структурного элемента криминалистической характеристики личности преступника, таким образом, заключается в отображении в следах преступления сущностных характеристик личности (тип мышления; личностная значимость разнообразных объектов, а как следствие общая характеристика напряжения бессознательного; степень несоответствия истинной ценности объекта и его субъективной оценки преступником), определяющих его личное отношение к окружающему и себе самому.

Как правило, уровень ценностей наиболее сильно отражается в предмете преступного посягательства и в личности жертвы преступления. Отражение личностно значимых характеристик различно в разных видах преступных деяний и варьируется от очень значительного в преступлениях против личности до непервостепенного в преступлениях против собственности.

Уровень отношений личности преступника. Вторым структурным элементом криминалистической характеристики личности преступника выступает его уровень отношений. Если произвести анализ этого элемента по основаниям наиболее близких к нему понятий в психологической науке, то он в большей мере соотносится с понятием мотива. Однако понятие отношения не сводится к понятию мотива, оно включает также и состояние психики, в котором этот мотив формируется, существует и развивается, причины, определяющие его существование. В общем виде под отношением мы понимаем “состояние организма, выражающее его объективную нужду в дополнении, которое лежит вне его”²⁸⁶.

Мы относим отношения к структурам с преобладанием личностного фактора в силу отражения в них необходимости некоего изменения условий существования личности.

Если говорить о факторе осознанности отношений, то мы разделяем следующее мнение: “что касается отношения, оно осознается, хотя мотивы или источники его могут не осознаваться”²⁸⁷. Таким образом, отношение - это осознаваемый структурный элемент психики личности.

Остается добавить, что отношения имеют динамический характер в силу того, что, не изменяя своего объекта, оно может варьироваться по величине значимости.

Уровень отношений как структурный элемент криминалистической характеристики личности преступника отражается в специфике выбора преступником условий, в которых совершается преступление, особенностях обстановки преступления и иных обстоятельств преступного события. Рассматриваемый структурный элемент криминалистической характеристики личности преступника генетически связан с преступным мотивом и с системой мотивации преступника в целом. Учитывая, что мотивация личности в своей основе имеет систему ценностей, мы можем утверждать, что уровень отношений преступника является производным от его уровня ценностей.

Криминалистическая значимость уровня отношений, учитывая типовую распространенность потребностей, характерную для определенных биосоциальных человеческих групп, позволяет идентифицировать и далее использовать в процессе расследования преступлений ряд личностных особенностей, имеющих криминалистическое значение (здесь мы можем назвать опосредованную характеристику возраста, социальной группы, пола и общую характеристику ролевой установки индивида).

Уровень притязаний личности преступника. Третий структурный элемент криминалистической характеристики личности преступника обозначен нами как уровень притязаний. Уровень притязаний в целом соотносится с такой основной психологической категорией, как действие, но, как и в случае с отношениями, полная тождественность понятий здесь отсутствует. Притязания, в отличие от отношения, понимаемого как некое осознание значимости объекта, самоидентификации с ним, понимается как осознание методов реализации существующей потребности, специфическая самонаправленость на объект²⁸⁸, поэтому притязания лежат в основе типовых моделей поведенческого реагирования, в том числе и преступных моделей.

Самоуважение личности определяется отношением ее действительных достижений к тому, на что человек претендует, какие цели перед собой ставит. Совокупность таких целей образует уровень притязаний личности. Уровень притязаний – это тот практический результат, которого субъект рассчитывает достичь в процессе своей деятельности. В своей практической деятельности человек обычно стремится к достижению таких результатов, которые согласуются с его самооценкой, способствуют ее укреплению, нормализации.

На наш взгляд, понятие “притязание” принадлежит к структурам с преобладанием ситуативной составляющей в силу того, что в данном случае фактору раздражения извне принадлежит первоочередное место. Из ситуативности рассматриваемого понятия вытекает ее принадлежность к категориям с динамической направленностью, потому что любая ситуация - это не механическое изменение каких-либо обстоятельств, взятых отдельно от индивида, а целостное воздействие обстановки.

Выделяя уровень притязаний на основании осознанности, мы склонны относить этот вид личностного уровня к осознаваемым психическим образованиям в силу наличия возможности сознательного волевого контроля над ним со стороны лица. Отметим, что этого нельзя сказать о стереотипных формах реагирования (привычки, реализация навыков) и с определенными ограничениями о полной осознанности поведения в ситуации воздействия значительных психотравмирующих факторов.

Рассматриваемый структурный элемент криминалистической характеристики личности преступника определяет содержание таких криминалистически значимых элементов, как способ совершения преступления (здесь в modus operandi включается только непосредственно способ действий, но не причины, его обусловливающие, и результаты, им обусловленные), выбор орудия преступления и средств достижения преступного замысла.

Логические связи между осознанием психической значимости объекта для человека и осознанием методов овладения этим объектом демонстрируют взаимодействие между уровнем отношений и уровнем притязаний.

Криминалистическая значимость уровня притязаний также является отображением в следах преступления поведенческих характеристик личности, реализуемых в процессе снятия психического напряжения в ходе деятельности преступника. Таблица 1. - Содержательная характеристика структурных блоков криминалистической характеристики личности преступника.

Личностный уровень преступника	Содержательная характеристика личностного уровня	Криминалистически значимая информация, представленная в конкретном личностном уровне
Уровень ценностей	Что представляет интерес для человека во внешнем мире	Тип мышления; личностная значимость разнообразных объектов, степень несоответствия истинной ценности объекта и его субъективной оценки преступником, а как следствие общая характеристика напряжения бессознательного
Уровень отношений	Чем руководствуется человек для достижения своего интереса	Ролевые установки индивида. Опосредованные характеристики возраста, социальной группы, пола т.д.
Уровень притязаний	Каким способом реализует человек свой интерес	Типичные поведенческие модели реагирования. Способ совершения преступления, выбор орудия преступления и средств достижения преступного замысла

Выделение основных психических блоков, как нам кажется, позволит избежать излишнего терминологического многообразия, характерного для наук о человеке. Одновременно с этим выделенные нами понятия (ценность, отношения, притязания) позволят комплексно подойти к проблеме изучения личности.

Дополнительной ценностью рассматриваемых понятий выступает возможность их использования в практике расследования преступлений, так как психологией разработано значительное количество психодиагностических методик, позволяющих оценить указанные проявления психики, в том числе в процессе расследования преступлений.

Уникальностью различных личностных уровней преступника и их сочетанием обусловлено различие между криминалистической характеристикой преступников различных социопсихологических групп. Соответственно содержание криминалистических характеристик отдельных групп преступников будет определяться вариациями содержания личностных уровней представителей этих групп, что обусловит методологическую целостность и системность криминалистического исследования личности преступника.

Мы рассмотрели модель личности преступника, построенную по принципу наибольшей абстрактности, то есть теоретическую модель личности преступника, выделив в ней основные блоки личностных уровней (под которыми мы понимаем индивидуализирующие личность психические образования). Аналогом подобной модели в уголовно-правовой науке является теоретическая модель состава преступления, включающая в себя максимально абстрактные компоненты (объект и субъект преступления, объективная и субъективная сторона преступления). В нашем случае в теоретическую модель личности преступника включены такие структурные элементы, как уровни ценностей, отношений, притязаний.

Наполнение конкретным содержанием структурных компонентов теоретической модели личности преступника (характерным для определенной группы преступников) есть формирование практико-прикладной модели личности преступника. Здесь мы детализируем понятие уровней теоретической модели личности преступника содержанием базового свойства личности преступника, что позволяет сформировать алгоритм получения информации о таких характеристиках личности преступника, как возраст, социальное положение, пол, образование, и иных признаках, имеющих криминалистическое значение.