51. Философия современного постмодернизма.

Термин «постмодернизм» возник в 30-е годы в контексте художественной критики, а слово «постмодерн» впервые употребил в 1947 г. Знаменитый историк А. Тойнби для обозначения нового периода в развитии западной цивилизации. Не углубляясь в философские, искусствоведческие и культурологические интерпретации постмодерна, остановимся на проявлениях постмодерна применительно к общим принципам постижения и организации жизни.

Прежде всего, это распад «метаповествований», характерных для эпохи модерна, т.е. распад грандиозных идеальных целостностей, во взаимодействии которых и складывался модернизм. Это наука, религия, гуманизм, философия, социализм, и так далее, т.е. идейные образования, претендовавшие на полную и исчерпывающую интерпретацию мира, или, по крайней мере, открывающие перспективу создания тотального мировоззрения. Самое важное здесь – отказ от метаистории (универсальной исторической концепции), выстраивающей всю историю в одну стройную и последовательную схему. В этом смысле критика эволюционизма, как раз и представляющего собой такую универсальную объяснительную схему, и возникновение плюралистической парадигмы в науках о культуре и стало проявлением антимодернистской реакции и предвестием постмодерна.

Далее, это отказ от попыток расколдовывания мира. Расколдовыванием мира М. Вебер называл процесс рационализации мира и человеческой жизни, освобождения их от магии, религии и всяческих других предрассудков. Мир становится прозрачным, доступным, рациональному познанию и манипулируемым путем рационально организованной деятельности. Это расколдовывание началось с философии Просвещения и ознаменовало собой культурно-историческую эпоху модерна. И вот постмодерн кладет конец этой тенденции. Явился ли этот отказ вынужденным или добровольным – другое дело. То, что оказалось тупиком для модерна, оказалось (возникла, по выражению Ю. Хабермаса, новая непрозрачность), стало выходом для постмодерна. Невероятная усложненность семантических, технологических и социальных систем, утрата ими в процессе их развития основополагающих организационных основ, смешение разнообразных принципов и стилей в рамках одной и той же системы как результат её развития – всё это просто исключило возможность рационального познания многих систем, возникших в результате человеческой деятельности. Кроме того, тенденция многих систем и групп к закрытости, сознательно культивируемая эзотеричность означают просто нежелание расколдовываться, т.е. сознательный вызов духу модерна. Сюда можно отнести расцвет и приумножение иррационалистических движений, сект. Кругов именно в конце ХХ столетия.

Меняется и содержание культуры. Казавшаяся когда-то прочной культурная иерархия исчезает. Скорее, бывшая высокая культура обретает субкультурный статус. Культура дифференцируется на мало зависимые, или вовсе независимые друг от друга культурные стили, формы и образы жизни. Культурная индустрия, которая раньше рассматривалась как производительница непрестижной и дешевой массовой культуры, оказывается приобретающей новую, не присущую ей ранее функцию,– функцию производителя и распространителя не просто «легкой музыки» и «эстрадных песенок», а жизненных форм и жизненных стилей. В этой же функции к ней присоединяется масс-медиа.

Неоднократно отмечался гигантский рост в последние десятилетия масштабов шоу-бизнеса, оборот которого на Западе сравним с крупными отраслями промышленности. Такой же сравнимый рост мы наблюдаем сегодня в России, только он происходит на фоне промышленного спада. Это означает, что едва ли не единственной по-настоящему процветающей производственной отраслью является у нас производство жизненных форм и стилей, причем производимые модели меняются здесь безостановочно вместе со сменой поп- и рок-идолов, рэпа, рэйва, транса, альтернативы, хард-кора и т.д.

Постмодерн – это и жизнь, и философия. Выше показано, как практика жизни становится «постмодернистской». Теоретические основы постмодернизма как своеобразной философии культуры заложены в философии французского постструктурализма – у М. Фуко, затем – Лиората, Бодрийара и других.

41