Пути преодоления коммуникативных барьеров в ситуациях реального повседневного общения

При выборе подходящего стиля действия в конфликтной ситуации дестабилизации КС следует учитывать, к какому типу людей отно­сится коммуникативный оппонент и каков стиль его речевого поведения, исходя из первоначального анализа его первых реплик. Так, например, в книге «Общение с трудными людьми» Роберт Брэмсон выделяет следующие типы трудных людей, с которыми ему пришлось работать в различных фирмах, но принципы выделения данных групп могут без помех быть спроецированы на ситуации повседневного общения:

• агрессист – говорящий грубые и бесцеремонные, зади­рающие других колкости и раздражающийся, если его не слушают. Как правило, за его агрессивностью скрывается боязнь раскрытия его некомпетентности или наличия жизненных комплексов;

• жалобщик – человек, охваченный какой-то идеей и об­виняющий других (кого-то конкретно или весь мир в це­лом) во всех грехах, но сам ничего не делающий для ре­шения проблемы;

• «разгневанный ребенок» – человек, относящийся к этому типу, по своей природе не зол, а взрыв эмоций отражает его желание взять ситуацию под свой контроль. Напри­мер, начальник может вспылить, чувствуя, что его подчи­ненные потеряли к нему уважение;

• максималист – человек, желающий чего-то без промедле­ния, даже если в этот нет необходимости;

• молчун — держит все в себе, не говорит о своих обидах, а потом внезапно срывает зло на ком-то;

• «тайный мститель» – человек, причиняющий неприятно­сти с помощью каких-то махинаций, считая, что кто-то по­ступил неправильно, а он восстанавливает справедливость;

• «ложный альтруист» – якобы делающий вам добро, но в глубине души сожалеющий об этом, что может проявить­ся в виде саботажа, требования компенсации и т.п.;

• «хронический обвинитель» – всегда выискивающий ошибки других, считая, что он всегда прав, а обвиняя, можно решить проблему⁷.

Несомненно, можно выделить и другие типы трудных людей, но правила поведения с ними в общем одинаковы. Исходя из аспекта универсальности, предлгаем основные правила оптимизации КС при возникновении коммуникативных преград.

1. Если считаете необходимым продолжение общения с трудным человеком, вы должны настаивать на том, чтобы чело­век говорил правду, неважно – какую. Вы должны убедить его в том, что ваше отношение к нему будет определяться тем, на­сколько он правдив с вами и насколько последовательно он бу­дет поступать в дальнейшем, а не тем, что он будет во всем с вами соглашаться. Здесь возможен акцент на интенсификации более гибких тактик речевого поведения, основанных на оперировании менее экспрессивными фативами (ср.: А: I hate this very moment, it’s a terrible place! В: Don’t worry, Arnold! We can take a breathe outside and be back, perhaps it will be better in this situation!)

2. В конфликтной ситуации или в общении с трудным человеком вы должны попытаться увидеть в нем не только друга, но и лучшие качества, поскольку вы уже не смо­жете изменить ни систему его взглядов и ценностей, ни его пси­хологические особенности и особенности его нервной системы, т.е. необходимо подобрать к нему «ключик» с вкраплением интересного вопроса, исходя из вашего жизненного опыта и желания не осложнять ситуацию и не дово­дить человека до стресса (ср.: А: Виктор, как можно смотреть этот глупый футбол. К тому же там все куплено! В: Леня! Может и так! Но ты когда-нибудь ходил на стадион «Локомотив». Там здорово – тебе бы понравилось…).

3. Если же не смогли к нему «подобрать ключ», то остается одно-единственное средство – перевести такого человека в разряд стихийного бедствия и по-английски уйти.

Указанные выше коммуникативные барьеры и пути их преодоления могут быть спроецированы и на другую сферу общения, аккумулирующие идентичные реальному механизмы порождения КС. Речь идет об общении в сети как альтернативному варианту обмена информацией в век технических прорывов. При этом мы ограничимся общением в молодежной среде, т.к. именно эта возрастная группа является основным потребителем информационных изысков, связанных с циркулированием информации повседенвного толка в Глобальной Сети.

Итак, массовый молодежный дискурс с позиции кристаллизации в нем КС речевого взаимодействия молодых людей в возрасте от 15 до 25 лет, часто трактуется как определенная идентичность, формируемая социальными процессами. Особое место здесь занимают идеи, связанные с изучением социальных и психологических факторов, способствующих структурированию дискурса: являясь участником социального взаимодействия, молодежь включается в производство коллективно выработанных основ коммуникации.

Репертуар лексико-грамматических особенностей молодежного дискурса и речеповеденческих мотивов, представленный в работах В.Д. Девкина, Е.В. Розен, H. Ehmann и основанный на анлизе немецкоязычного дискурса виртуальнйо коммуникации молодежи, др., характеризуется следующими особенностями, которые обладают эффектом универсальности и для других лингвокультурных сред:

· лексический сектор вербализации КС представлен наличием особого сленга, включающего в себя клишированную лексику (например, типичные формы приветствия («Hy!», «Hallo!»), заимствования (ср. «coole Jeans», «OK» и т.д.), модные и оценочные слова (ср. «Top Qualität», «supergut» и т.д.), фрагменты условного языка (например, аббревиация), диалектизмы (в частности, kanakisch или албанский сленг в Рунете). Достаточно популярен прием языковой игры – словотворчество, отражающее креативность молодых людей;

· языку молодежи свойственны синтаксический аграмматизм, упрощение состава предложений, пренебрежение пунктуационными знаками или их сочетание, что свидетельствует о повышенной эмоциональности общения молодых людей.

КС, «рожденные» в молодежной среде, с течением времени занимают свое место на разных уровнях общеупотребительного языка, претендуя на то, чтобы стать своеобразной заменой стандартного языка в условиях технически опосредованного коммуникационного пространства. Такой актуальной областью адаптации языка молодежи в современном технократическом обществе и является Интернет.

На уровне вербализации КС в социальных сетях, где частым иллокутивным мотивым является знакомство вероятность устойчивости КС или трансформации зависит от принадлежности имиджа коммуникантов к двум полярным универсальным стереотипам речевого поведения – «властителям» и «подчиненным». Образцовый властитель последовательно сохраняет свой имидж в реализации КС посредством директивных и декларативных речевых актов в репликах-стимулах. Стимулирующие реплики типа «Bin superattraktiv! Just bombastische Girls!» маркируются восклицательными предложениями, эллиптическими конструкциями, эмоционально окрашенной лексикой (например, «bombastisch», «total» и т.д.) и транскрибированием – написанием слов согласно их произношению (ср. «mia»).

Образцовый подчиненный склонен к комиссивным тактическим действиям (ср. Wo bisste?... bin true fuer dich…schwoere doch…), для которых характерны вопросительные и восклицательные предложения, многоточие как выражение намека, популярность соответствующих тактике подчинения лексем и словосочетаний (ср. «schwoere doch», «but I swear, trust me»), распространение смайлов и т.д.

Коммуниканты, использующие «периферийные» речевые тактики (например, обольстители или льстецы), могут внедрять прием изменения КС за счет перехода от экспрессивов и комиссивов к декларативам и директивам и в обратном порядке (см. пример 1).

(1) Scooby Doo: Hy, na wie geht’s? ”ne beautiful Rose;) Froh hia mit dia zu sein… gehen auf DU, pretty suzy?

Suzy 21: Na, vielleicht… hab’ ja nix dagegen…

Herrin 18: keine Zeit fuer so ‚ne Herrin????!!!!

Таким образом, становится очевидным, что в сети КС, связанные с общением на общие рутинные темы, обладают как универсальными для реального общения, так и специфическими свойствами вербализации. КС виртуального общения часто связывают с понятием устно-письменных коммуникаций, где действует закон эргономизации речи в целях увеличения количества потенциальным партнеров по процессу общения (часто знакомства), а также исходя из желания современного молодого человека не слишком утруждать себя распространенными конструкциями. Анонимность и экспрессивность виртуальных КС способствует и спаду эмоционального фона в пользу информативности общения. Здесь также имеет место и возможность регулировки коммуникативных конфликтов, т.к. у каждого из коммуникантов есть возможность редактировать себя, а также пользоваться пресловутыми клавишами «Copy» и «Paste» для экономии времени.