Часть II

МАНИПУЛИРОВАНИЕ СОБОЙ

Глава V

ИЗМЕНЕННАЯ СИТУАЦИЯ

До сих пор мы занимались сознаванием основных

процессов функционирования человеческого организма.

Это имело отношение ко всем и каждому. Теперь мы

149

обратимся к процессам, которые хронически возникают,

когда организм работает неправильно. Они <анормаль-

ны>. Если они преобладают в поведении человека, его на-

зывают <невротиком> или <психотиком>. Однако из-за

определенных условий воспитания и определенных

жизненных ситуаций (с которыми в той или иной степени

сталкивается каждый из нас) они неизбежны.

Но из того, что они столь распространены, не следует,

что мы должны об этом беспокоиться. Авторы книжек по

психопатологии, проводящие четкую границу между

<нормальным> и <патологическим>, демонстрируют лишь

собственное слияние с <авторитетами>, у которых пред-

ставление о <нормальном> опошляется до <общепринято-

респектабельного>.

Сейчас почти все признают, что в нашем обществе

каждому человеку свойственны <невротические тен-

денции>, <неразрешенные конфликты>, <области не-

приспособленности>. Разногласия возникают лишь по

поводу того, что можно и нужно с этим делать. Ортодок-

сальный фрейдист соглашается с тем, что вытеснение -

это та цена, которую мы должны платить за цивилизацию.

Другие оценивают перспективы более оптимистически,

но полагают, что заметное улучшение возможно лишь по

прошествии многих поколений. Поскольку широкодо-

ступные психотерапевтические техники отсутствуют, а

социальная профилактика - не более, чем капля в мо-

ре, - осторожность в обсуждении этой тематики вызыва-

ется нежеланием предстать неоправданными паникерами.

Можно быть уверенными, что если бы под рукой были

широко применимые средства, сведения об эпидимичес-

ком характере неврозов публиковались бы более честно.

Иные же с мессианистским пылом время от времени на-

чинают пропагандировать какую-нибудь панацею от всех

бед, говоря: <Делайте это, и мир будет спасен> (наша

работа, без сомнения, будет причислена к их списку).

Основная проблема всех форм психотерапии - моти-

вировать пациента сделать то, что должно быть сделано.

Пациент должен вернуться к <незаконченным делам>, ко-

торые он оставил в прошлом, потому что они были столь

болезненными, что ему пришлось бежать от этого. Те-

перь, когда ему предлагают вернуться и завершить их -

это продолжает быть болезненным. Это возобновляет его

страдание, и с сию-минутной точки зрения этого по-

прежнему надо избегать. Как можно удержать его - в

150

конце концов, как он может сам удержать себя -на вы-

полнении задачи, если она требует такого количества

неприятных переживаний?

Для большинства людей не существует сегодня

позитивного ответа на этот вопрос. Многие люди (боль-

шинство) по-видимому, считают, что все будет в порядке,

если мир будет считать их нормальными. Меньше людей,

которые изредка ощущают смутное чувство собственной

ответвленности за владеющую ими болезнь, по крайней

мере частичной; но они не владеют техникой работы с

нею, ничем, если не говорить о избитых решениях <ста-

раться быть лучше> или моральных максимах. Или проб-

лема переносится в ложную сферу, где можно поднять

много шума и выпустить пар. Лишь немногие обращаются

со своей проблемой к <специалисту> в надежде, что будет

произнесена нужная магическая формула и их личный

дьявол будет изгнан.

Из тех, кто начинает лечение, большинство бросает

его. Лечение не заканчивается психотерапевтом, а преры-

вается самим пациентом. Многие, не получив магической

формулы от одного психотерапевта, переходят к другом,

потом к следующему, и так далее. Один из распростра-

ненных способов выразить неудовлетворенность своим

психотерапевтом звучит так: <Он не понимает мой слу-

чай>. Может быть это и верно, и может быть нужно сме-

нить врача. Но многие пациенты, если не все, хотят до не-

которой степени предписать психотерапевту, как следует

их лечить - и это предписание не предполагает их ста-

раний в процессе лечения.

В хирургических и фармакологических формах ле-

чения пациент может быть совершенно пассивным, и чем

он пассивнее, тем лучше. Он может получить анестезию и

проснуться, когда операция закончена. Представление,

что пациент пассивно <подвергается> операции, пере-

носится на лечение неврозов. Однако невроз не <орга-

ническое>, а <функциональное> заболевание. Хотя

пациент может быть и не полагает, что его симптомы мо-

гут быть в буквальном смысле <оперированы>, он как

правило надеется, что от него не требуете^ ничего боль-

шего, нежели привести свое тело в кабинет терапевта, и,

коль скоро он пришел, врач - может быть, с помощью

гипноза - приведет его в порядок.

Однако поскольку именно пациент сам должен изме-

нить свое поведение и тем осуществить собственное изле-

151

чение, все методы психотерапии сталкиваются с тем, что

на профессиональном жаргоне называется <реакцией

разочарования>. Она вызывается тем, что через некоторое

время пациент обнаруживает, что врач ждет от него вы-

полнения трудной работы и претерпевания боли. Между

тем, человек надеялся получить от врача нечто прямо

противоположное, а именно - лучшего способа избежать

и работы, и боли. Кажется абсурдным, что терапия пред-

полагает концентрированную дозу того, чего человек ста-

рался избежать.

В благоприятном случае пациент, - прежде чем разо-

вьется реакция разочарования, достаточно сильная, чтобы

заставить его прервать лечение, - начинает понимать,

что ожидаемая от него тяжелая работа не просто <ло-

шадиный труд>. Как ни далеко видится ему теперь то, че-

-го он хотел бы, - он постепенно обретает ориентацию и

перспективу. Он начинает видеть определенные симпто-

мы как просто поверхностное проявление более общей и

сложной системы неправильного функционирования. Хо-

тя теперь работа выглядит большей и более длительной,

чем поначалу предполагалось' - она начинает обретать

смысл.

Так же и по отношению к боли, - он начинает

видеть, что она не бессмысленна. Он начинает ценить

Простую мудрость совета влезать снова на лошадь, если

она тебя сбросила, и ехать дальше. Ситуация пациента,

может быть, сложнее тем, что он избегал эту определен-

ную лошадь в течение долгого времени - многих лет, или

даже всей жизни. Тем не менее, если здоровое функ-

ционирование требует, чтобы он научился ездить на опре-

деленного рода лошади, которая сбросила его в прошлом,

единственный способ сделать это, - подойти к ней, и

рано или поздно влезть в седло.

Хотя терапевт продолжает вести пациента как раз к

тому, чего тот хотел бы избежать, он обычно обходится с

ним мягче и заботливее, чем сам пациент или чем его

друзья и родные. Те обычно требуют, чтобы он <покончил

с этим>, перестал <нянчиться с собой>, и <взял барьер, -

каков бы он ни был, - с разбегу>. Терапевт же, напротив,

интересуется самим по себе избеганием не менее, чем

избегаемым. Как бы ни выглядело дело на поверхнос-

ти, - если есть тенденция избегать чего-то, то у нее дол-

жны быть свои основания. Работа состоит в том, чтобы

рассмотреть эти основания и сознать их. Это называется

152

<анализом сопротивления>. Понимание и описание этих

оснований самим пациентом меняется, иногда драмати-

чески, во время лечения. С изменением, - не того, как

он говорит, а того, как он в действительности ощущает и

переживает свои проблемы, - он может делать все новые

и новые <заходы>, если он чувствует инициативу и силу,

пока не разрешит свои невротические трудности раз и на-

всегда:

Стратегия мотивирования пациента к продолжению

лечения нужна не с самого начала. Начальный период

скорее можно называть <медовым месяцем>, когда преоб-

ладает радость от того, что после долгих колебаний нача-

ло, наконец, положено: терапевт кажется прекрасным, и

пациент уверен, что будет самым блестящим, наиболее

быстро продвигающимся, самым выдающимся, и расцве-

тет как неподражаемая личность, какой он потенциально

себя чувствует.

Когда <медовый месяц> кончается, проблема моти-

вации становится критической. Человек так усердно рабо-

тал, так хорошо сотрудничал, был образцовым пациентом,

и вот - это привело к столь малым результатам. Очаро-

вание ушло, а дорога по-прежнему простирается далеко

вперед. Во фрейдовском анализе это приблизительно вре-

мя <негативного перенесения>. Терапевт, который пона-

чалу казался всезнающим и всемогущим, обнаруживают

свои <глиняные ноги>. Все, что он знает - одно и то же,

а одно и то же надоедает. В благоприятных случаях недо-

вольство терапевтом прорывается наружу в виде упреков,

пренебрежения или даже гневных обвинений; это обычно

разряжает атмосферу, и работа обретает более или менее

прочные основания. Если разрядки не происходит, если

пациент <слишком вежлив>, <слишком тактичен>, чтобы

прямо напасть на терапевта, дело осложняется невыра-

женными обидами и лечение может быть прервано па-

циентом.

По большей части те, с кем пациент имеет дело в пов-

седневной жизни, не помогают и не сочувствуют его рабо-

те. Может быть, правда, ему повезло иметь друзей или

знакомых, которые сами успешно прошли терапию, что,

конечно, увеличивает его веру в ценность и нужность этой

работы. Если же он живет с родными, которые видят в его

действиях намек на неудовлетворительность семейных

отношений, которые считают за <слабость> лечиться от

чего-то <психического>, или которые, по мере его

153

продвижения, обнаруживают, что им становится все труд-

нее доминировать над ним, эксплуатировать его, защи-

щать его или осуществлять какое-либо иное невротичес-

кое с ним слияние, - ему придется бороться со скрытым

или явным давлением, требующим, чтобы он прекратил

эту <глупость>. Многие пациенты не выдерживают этого

эмоционального шантажа своих <нормальных> близких.

По мере того, как эффективность психотерапии все

более признается, ситуация до некоторой степени улуч-

шается. Тем не менее, понимание того, что такое психо-

терапия и в чем ее смысл, часто остается признанием на

словах и с почтительного расстояния, пока дело не до-

ходит до реального вмешательства в действительную

жизнь, вроде изменения отношений с другом или срод-

ными, или до <намерения> самому попробовать. В этом

случае, в той мере, в какой человек является невротиком,

он должен сопротивляться, - потому что терапия аг-

рессивна по отношению к невротическому способу

жизни! Сопротивление невротика психотерапии, - будь

он реальным пациентом или просто человеком., высказы-

вающим свое мнение, - является его контрагрессией

против психотерапии. Он чувствует угрозу с ее стороны. И

в той мере, в какой он невротик, - так оно и есть! Что

может быть более естественным - и в каком-то смысле,

более здоровым, - чем его ответная война?

Все вышесказанное относится в большей степени к

психотерапии, в которой пациент работает с реальным те-

рапевтом. Как же обстоит дело с продолжением вашей

работы, описываемой этими экспериментами? Вам дают-

ся инструкции, которые, если им полностью следовать,

предоставляют возможность разыграть <в одном лице> то,

что происходит в <формальной> терапии. Но трудность

заключается в поддержании продвижения вперед!

Возможно, что уже в предыдущей работе по ориен-

тации вы обнаружили сильное сопротивление против

продолжения этой работы. Вне сомнения, вы столкнетесь

с еще более сильными возражениями против дальнейших

экспериментов, потому что они предлагают сделать следу-

ющий шаг, предпринять решающее действие в вашей

жизненной ситуации.

Вы уже заметили, что эта работа приводит вас к обна-

ружению того, что человеческий организм функцио-

нирует не всегда в согласии с принятыми условностями.

Эти традиционные установления, однако, настолько

154

сильно привиты нам и настолько нагружены чувством мо-

ральной правильности, что их изменение - даже если мы

в непосредственном опыте сталкиваемся с его необхо-

димостью - кажется заслуживающим осуждения.

Наступят моменты в работе, когда вы начнете - если

позволите себе - сердиться на нас; за предположение,

например, что вы питаете чувства и фантазии, которые, с

точки зрения ваших жизненных норм заслуживают през-

рения. В такие моменты вам может захотеться отбросить

эти эксперименты с отвращением; и если вы так и пос-

тупите, никто не отнимет у вас этой ВОЗМОЖНОСТИ. Однако

мы уверены, что если временами возникающее предполо-

жение, что мы - <опасные сумасшедшие>, не приведет

вас к такому разрыву с нами, раньше или позже вы приде-

те к более позитивным оценкам, потому что обретете но-

вые ценности, не потеряв тех из старых, которые были

действительно важны для вас.

Лучше всего, если в моменты гнева против нас, вы -

коль скоро уж невозможно выразить его непосредствен-

но, - сделаете это в письме. Если вы <слишком веж-

ливы>, чтобы послать такое письмо, - напишите его хотя

бы для мусорной корзины. Сделайте что-нибудь, чтобы

это не застревало у вас в горле!

Мы лично ответственны за все неудобства, которые

вы испытаете, осуществляя эти эксперименты, - в том

смысле, что рекомендуя их вам, мы совершаем агрес-

сивный акт, направленный против вашего теперешнего

<статус кво> с тем удовлетворением, которое оно вам дает.

Что мы действуем <с лучшими намерениями> и <ради ва-

шего блага> -это вне обсуждения. Известная дорога усе-

яна благими намерениями, и ваша жизнь искарежена

теми, кто в нее лез, утверждая, что делает это ради вашего

блага.

В следующих экспериментах речь пойдет о поведении,

которое вкратце может быть описано так: различные воз-

буждения, окрашенные удовольствием, агрессией или

болью, создает в организме энергию и побуждают его

вступить в контакт со своей средой и приспособиться к

ней. В чувствах и в контакте организм растет и расширяет

свои границы. Каждый невротический механизм есть пре-

рывание определенного рода возбуждения - препятство-

вание дальнейшему развитию. Как объяснялось ранее,

тревога - следствие такого прерывания. Вместо того,

чтобы рисковать погрузиться в новый, неизвестный кон-

155

такт, невротик замыкается в бесконтактном (несознавае-

мом) слиянии со своим <безопасным> привычным функ-

ционированием.

Три важные механизма такого рода, с которыми мы

будем работать - ретрофлексия, интроекция и проекция.

Можно считать, что они определяют три различных типа

<невротических характеров>, поскольку возникают в

различных типах жизненного опыта и коренятся в раз-

личных физиологических функциях. Однако даже если

один из этих механизмов преобладает в ком-то из нас, все

мы используем каждый из них. Поскольку мы стремимся

к целостному подходу, не стоит ипохондрически интере-

соваться своей принадлежностью к типичным <ретроф-

лекторам>, <интроекторам> или <проекторам>; проработав

все абстрактные возможности отношения к среде, чувст-

вования, ощущений тела, переживания эмоции, речи,

различного рода сопротивления, вы, независимо от своего

частного <диагноза>, сможете развить в себе различные

сферы интегрированного функционирования, что помо-

жет дальнейшей интеграции.