Глава V

1. Риши, выслушав изложенные таким образом дхармы снатаки, так сказали

великодушному Бхригу, происшедшему от огня *:

2. "О владыка! Каким образом смерть приобретает власть над знающими

ведийские трактаты (veda^astra), исполняющими так, как указано, дхарму

брахманов?".

3. Тот праведный Бхригу, сын Ману, сказал тем великим риши:

"Выслушайте, вследствие какой провинности смерть стремится лишить

жизни брахманов!

4. Смерть стремится лишить жизни брахманов вследствие пренебрежения

изучением Веды, уклонения от правил доброго поведения, лености и

нарушения [правил приема] пищи.

5. Для дваждырожденных непригодны в пищу чеснок, порей, лук, грибы [и

виды зелени], произрастающие из нечистот.

6. Надо старательно избегать красных древесных соков, а также [соков],

добываемых посредством подсечки, [плода] щелу "" и свернувшегося

молока коровы.

7. Рис, сваренный с кунжутом, пшеничные и рисовые лепешки на

молоке-[все это], приготовленное не для жертвоприношения, непригодное

для жертвоприношения мясо, предложенная богам пища, приношения на

огне,

8. молоко коровы в продолжение десяти дней после отела, верблюжье, а

также однокопытных животных, овечье, молоко стельной коровы и молоко

коровы, потерявшей теленка,

9. [молоко] всех диких животных, кроме буйволиного, молоко женщины и

все прокисшее - должно быть избегаемо.

10. Из прокисшей [пищи] пригодна для еды простокваша и все сделанное

из нее, а также то, что выжато из чистых цветов, кореньев и плодов.

11. Следует избегать [употребления в пищу мяса] всех плотоядных птиц,

живущих в селениях, недозволенных однокопытных и птиц титтибха,

12. воробья, плавы, лебедя (hansa), чакранги, петуха сарасы,

раджджудалы, датьюхи, попугая, сарики,

13. птиц, долбящих клювом, лапчатоногих, кояшти, рвущих своими

когтями, ныряющих и питающихся рыбой, мяса со скотобойни и мяса

сушеного,

14. [мяса] цапли, журавля, ворона, трясогузки, [животных], питающихся

рыбой, домашних кабанов и всякой рыбы.

15. Кто ест мясо какого-либо [животного], тот называется [только]

поедателем его мяса, кто ест рыбу - поедателем всех [видов] мяса,

поэтому надо избегать рыб.

16. [Рыбу] патхину и рохиту можно есть [только] используемую при

жертвоприношении богам и предкам, [рыбу] радживу, синхатунду и сащалку

- всегда.

17. Не следует есть [мясо] живущих в одиночку и неизвестных животных и

птиц, даже дозволенных к употреблению в пищу, а также имеющих пять

когтей.

18. [Мудрые] назвали дозволенными среди имеющих пять когтей дикобраза,

ежа, ящерицу, носорога, черепаху, зайца, [а также животных], имеющих

зубы только в одной челюсти, за исключением верблюдов.

19. Дваждырожденный, съев умышленно гриб, [мясо] домашнего кабана и

петуха, чеснок, лук или порей впадает в грех (patati).

20. Съев эти шесть [видов пищи] неумышленно, полагается исполнить в

качестве искупления самтапану * или же лунное покаяние отшельников *,

в остальных случаях - поститься один день.

21. Пусть брахман исполняет обет криччхра* однажды в год для очищения

за неумышленную еду [запрещенной пищи); за умышленную - особо.

22. [Те из] животных и птиц, [которые] предписаны, могут быть убиваемы

брахманами для жертвоприношении и в пищу тем, которых они обязаны

содержать; так некогда поступал Агастья.

23. Ведь в древности при жертвоприношениях, совершавшихся брахманами и

кшатриями, приношения состояли из [мяса] животных и птиц, дозволенных

для употребления в пищу.

24. Всякую помасленную дозволенную съедобную пишу можно есть даже

несвежую, а также остаток жертвоприношений.

25. Всякие кушанья из ячменя и пшеницы, а также приготовленные из

молока, могут быть употребляемы дваждырожденными даже черствые.

26. Это было изложено полностью [предписание о пище], разрешенной или

запрещенной для дваждырождеиных; теперь я изложу правило употребления

мяса и воздержания [от него].

27. Следует есть мясо, окропленное^ по желанию брахманов^, будучи

назначенным в соответствии с правилами [для исполнения обрядов] и при

опасности для жизни ''-.

28. Праджапати предназначил все это в качестве пищи для жизненного

духа; движущееся и недвижущесся - все [это). пища для жизненного духа:

29. недвижущиеся - пища движущихся, беззубые - зубастых, безрукие -

имеющих руки, боязливые - бесстрашных.

30. Тот, кто поедает дозволенные живые существа даже ежедневно, нс

совершит греха, так как творец создал и дозволенные для еды живые

существа и тех, кто их поедает.

31. Употребление в пищу мяса [должно иметь место только] при

жертвоприношении - это считается божественным установлением; поэтому

употребление его в других случаях считается установлением ракшасов".

32. Кто, почтив богов и предков, ест мясо, купив [его], добыв

самостоятельно или получив от других, - не совершит греха.

33. Дваждырожденному, знающему правила, не следует есть мяса вопреки

правилам, за исключением крайних обстоятельств, так как, поев мяса

вопреки правилам, он после смерти, беспомощный, пожирается теми,

[которых он сам ел при жизни].

34. Посмертный грех убивающего животное ради добычи * не так велик,

как [грех] вкушающего мясо из прихоти.

35. Но тот человек, который, будучи надлежаще приглашен [для участия в

обряде], не ест мясо, после смерти является животным в течение

двадцати одного существования.

36. Брахману ни в коем случае нельзя есть [мясо] животных, не

освященное мантрами; но, придерживаясь вечного правила, освященное

мантрами пусть ест.

37. Желая [съесть мяса], он может сделать животное и'з коровьего масла

или из муки [и есть его]; но пусть он никогда не старается убить

животное из прихоти.

38. Сколько волос [на шкуре убитого] животного, столько раз убивающий

животных из прихоти принимает насильственную смерть в будущих

рождениях.

39. Животные самим Самосущим созданы для жертвоприношения,

жертвоприношение - для благополучия вс'его этого [мира]; поэтому

убийство при жертвоприношении - не убийство.

40. Травы, скот, деревья, дикие животные, а также птицы, принявшие

смерть ради жертвоприношения, получают опять [рождение, но в] более

высоком состоянии.

41. Когда [гостю] предлагают медовое питье при жертвоприношении, при

обряде в честь предков и богов,-только в этих случаях животные могут

быть убиты, не иначе: так сказал Ману.

42. Дваждырожденный, знающий истинный смысл Веды, убивая животных для

этих целей, себя и животных ведет к высшему блаженству.

43. Дваждырожденному с благородной душой, проживающему [у себя] в

доме, у гуру или в лесу, нельзя никогда, даже в крайности, причинять

[животным] вред, не предписанный Ведой.

44. Надо знать, что вред, причиняемый при этом движущемуся и

недвижущемуся, это согласно предписанию Веды - не вред, ибо дхарма

произошла от Веды *.

45. Кто ради своего удовольствия причиняет вред безвредным существам,

тот и живой и мертвый никогда не имеет удовольствий.

46. Кто не желает причинять живым существам страдание от уз и смерти,

[а желает] благополучия для всех, тот вкушает бесконечное блаженство.

47. Кто никому не причиняет вреда, без усилий достигает того, о чем

думает, что предпринимает и в чем находит удовольствие.

48. Мясо никогда нельзя получить, не причинив вреда живым существам, а

убиение живых существ несовместимо с пребыванием на небесах; поэтому

'надо избегать мяса.

49. Имея в виду происхождение мяса и [необходимость при этом] убиения

и связывания имеющих тело существ, надо воздерживаться от употребления

в пищу всякого мяса.

50. Кто не вкушает мяса подобно пищаче, пренебрегая (вышеуказанным]

правилом, тот в мире пользуется любовью и не поражается болезнями.

51. Позволяющий (убить животное], рассекающий [тушу], убивающий,

покупающий и продающий [мясо], готовящий [из него пищу], подающий [его

к столу], вкушающий - [все они1 убийцы.

52. Нет большего грешника, чем тот, кто, не почтив предков и богов,

старается увеличить свое мясо мясом других*.

53. Плод благочестия того, кто в продолжение ста лет совершает

жертвоприношение ащвамедха, и того. кто не ест мяса, - одинаков.

54. [Никто] не достигает употреблением чистых кушаний из плодов и

кореньев и пищи отшельников плода столь большого, как воздержанием от

мяса.

55. "Меня (mam) тот (sa) да пожирает в будущем мире, мясо которого я

ем здесь!" - так мудрецы объясняют значение слова мясо (marnsa) *.

56. Нет греха в употреблении мяса, спиртных напитков и в плотских

удовольствиях - таков образ жизни живых существ; но воздержание [от

всего этого приносит] большую награду.

57. Теперь я расскажу в должном порядке об очищении в связи со

смертью, а также об очищении вещей, как оно должно производиться у

четырех варн.

58. Когда [дитя] умирает после появления зубов, раньше их появления и

когда [над ним] было совершенно пострижение *, - все его родственники

нечисты; то же объявлено и относительно рождения *.

59. Нечистота вследствие смерти установлена для сапинд на десять дней,

[или] до собирания костей *, [или] три дня или только один день.

60. Родство сапинд прекращается седьмым человеком, родство саманодак

*, - когда происхождение и [родовое] имя [более] неизвестно.

61. Как эта нечистота вследствие смерти установлена для сапиид, так же

пусть будет [соблюдаема] для добивающихся совершенной чистоты и при

рождении.

62. Нечистота по причине смерти - обща всем [сапиндам], нечистота же

по случаю рождения [распространяется] только на родителей [или] только

на мать, а отец делается чистым, совершив омовение.

63. Мужчина, извергнув семя, очищается, совершив омовение; после

сношения с женщиной он сохраняет нечистоту три дня.

64. Прикоснувшись к трупу, очищаются по истечении дня и ночи,

[присоединенных к] трем трехдневным периодам "-, дающие воду - по

истечении трех дней^.

65. Ученик, исполняющий питримедху * за умершего гуру, наряду с

несшими труп [на кладбище] очищается при этом по прошествии десяти

дней.

66. (Женщина] при выкидыше очищается [в число] дней. равных количеству

месяцев [ее беременности]; женщина, имеющая менструации, очищается

омовением при прекращении [выделения] крови.

67. Для мальчиков, не прошедших обряд пострижения, предписано очищение

в течение ночи; для прошедших этот обряд желательно очищение в течение

трех дней.

68. Умершего {ребенка], не достигшего двух лет, пусть родственники,

украсив, похоронят в чистую аемлю^ вне [селения], без собирания [его]

костей;

69. для него не должен производиться огненный обряд *" не должно

производиться возлияние воды "", оставив его в лесу, как полено *, им

надо поститься три дня.

70. Для недостигшего трех лет обряд возлияния воды родственниками не

должен исполняться, но для имеющего зубы, или если [над ним] был

произведен обряд наречения именем, [родственники] могут исполнить.

71. Когда умирает соученик (sabrahmacarin), нечистота установлена на

один день; при рождении отдаленного родственника "" желательно

очищение * в течение трех дней.

72. [По смерти] женщин, [обрученных, но] не вышедших замуж, [жених и

его] родственники очищаются по прошествии трех дней; [их] кровные

родственники очищаются в соответствии с ранее указанным правилом *.

73. Им следует есть пищу [только] с натуральной солью, совершать

омовения в продолжении трех дней; пусть не вкушают мясной пищи и спят

отдельно на земле.

74. Это правило относительно нечисюты вследствие смерти предписано

[для родственников, живущих] вблизи. Вот какому правилу нужно

следовать сапиндам и саманодакам *, [когда умерший жил] вдали [от

них].

75. Кто о смерти [родственника], находящегося в отдаленной местности,

услышит до истечения десяти [суток после его смерти], тот будет нечист

столько [суток], сколько [составляет] остаток от десяти суток (ratri).

76. Если эти десять дней прошли, он является нечистым в течение трех

суток; если же пройдет год, он очищается одним омовением водой.

77. Услышав о смерти родственника или о смерти сына, человек по

истечении десяти дней нечистоты становится чистым, погрузившись в воду

в одежде;

78. если в отдаленной местности умирает дитя или отдаленный

родственник*, он сразу же очищается, погрузившись в воду в одежде:

79. если во время десяти дней [нечистоты] случится новое рождение или

смерть, то брахман остается нечистым до истечения этих [первых] десяти

дней.

80. Объявили, что нечистота после смерти учителя (ясагуа),

[продолжается] три дня. его сына или жены - день и ночь: таково

правило.

81. Если [в его доме] умер знаток Веды (^rotriya), он нечист три ночи,

если умер брат матери, ученик, жрец и родственник по матери - одну

ночь с предшествующим и последующим днем.

82. Если умирает парь, в стране которого он живет, [нечистота

продолжается] пока есть свет *, но по смерти [в его доме] неизучившего

Веду - весь день, так же как гуру, изучившего Веду ".

83, Если брахман очищается десятью днями, то кшатрийдвенадцатью,

вайщий - четырнадцатью, щудра очищается месяцем.

84. Пусть не увеличивает число дней нечистоты, не прерывает обряды,

совершаемые на огне; исполняющий этот обряд не становится нечистым

даже из-за кровных родственников.

85. Прикоснувшийся к чандале (divakirti), к женщине. имеющей

менструации, к изгою (patita), к роженице, к трупу или к коснувшемуся

трупа очищается омовением.

86. Очистившись прихлебыванием воды *, пусть при виде нечистоты всегда

шепчет старательно мантры, посвященные Солнцу *, и с усердием -

посвященные Соме *.

87. Брахман, прикоснувшись к жирной человеческой кости, очищается

омывшись; [прикоснувшись] к сухой, [очищается] ополоснув рот, так же

как дотронувшись до коровы или посмотрев на солнце.

88. Ученику (adisUn) не следует совершать обряда возлияния [мертвым]

до исполнения обета; сделав возлияние, по окончании [его], он

очищается тремя ночами.

89. Пусть не совершает обряда возлияния воды ни для родившихся

напрасно * и от смешанного брака *, для пребывающих с бродячими

отшельниками *, а также для самоубийц;

90. ни для женщин, присоединившихся к еретикам *, из похоти живущих

[со многими мужчинами], вредящих зародышу и ненавидящих мужа, а также

для употребляющих спиртные напитки.

91. Исполняющий обет^, вынося умерших - своего учителя (асагуа),

преподавателя (upadhyaya), отца, мать, гуру,- не нарушает обета.

92. Выносить умершего щудру полагается через южные городские ворота *,

{тела] же дваждырожденных в соответствующем порядке - через западные,

северные и восточные *.

93. Нечистоты не существует для царей, для исполняющих обет и для

занятых в жертвоприношении саттра-"-, ибо [первый} восседает на троне

Индры, [а последние два] всегда соединены с брахмой *.

94. Для царя *, [сидящего] на величественном троне, очищение

установлено немедленное; основание для этого то, что он восседает [на

престоле] для защиты подданных.

95. [То же применимо к родственникам] убитых во время бунта "- или в

сражении, молнией или царем, ради [спасения} коровы и брахмана *, и к

тем, кого царь желает [видеть чистыми] *.

96. Царь - воплощение восьми хранителей мира: Сомы. Агни, Солнца,

Анилы *, Индры, владык богатств * и воды * и Ямы.

97. Так как царь поставлен владыками мира, то для него не существует

нечистоты; ведь чистота и нечистота, смертных обязаны своим

происхождением и устранением владыкам мира *.

98. Для кшатрия, убитого в соответствии с дхармой - в битве, поднятым

оружием, - тут же совершается жертвоприношение, а также очищение*:

таково правило.

99. [По окончании периода нечистоты] брахман, совершивший необходимые

обряды, очищается, прикоснувшись к воде, кшатрий - к ездовому

животному и оружию, вайщий _ к стрекалу или поводьям, щудра - к

посоху.

100. Это вам, о лучшие из дваждырожденных, объявлен [порядок] очищения

(при смерти] сапинд; выслушайте теперь [порядок] очищения при смерти

Закони Драконта

ВВЕДЕНИЕ

1. ПРЕДПОСЫЛКИ ПРИНЯТИЯ И ОСНОВНЫЕ ИСТОЧНИКИ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА ДРАКОНТА

2. ОСНОВНЫЕ ПРИНЦИПЫ ЗАКОНАДАТЕЛЬСТВА ДРАКОНТА

2.1 УГОЛОВНОЕ ПРАВО

2.2 ПРОЦЕССУАЛЬНОЕ ПРАВО

2.3 ПРАВО СОБСТВЕННОСТИ

2.4 ОБЯЗАТЕЛЬСТВЕННОЕ ПРАВО

2.5 СЕМЕЙНОЕ И НАСЛЕДСТВЕННОЕ ПРАВО

3. ЗАКОНЫ ДРАКОНТА ПО АРИСТОТЕЛЮ

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

СПИСОК ИСПОЛЬЗУЕМОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

 

ВВЕДЕНИЕ

законодательство драконт афины право

К началу первого тысячелетия до н.э. скотоводство, продолжая оставаться главной отраслью хозяйства древних греков, начинает уступать место земледелию. Это подтвердили и археологические раскопки.

Ремесло, достигшее в некоторых отношениях высокого развития, начинает уже отделяться от земледелия, превращаясь в особую, самостоятельную отрасль хозяйства. Труд пастуха, земледельца и ремесленника окружен почетом. В противоположность этому занятие торговлей считается еще позорным. Аристократические семьи получают наибольшую и наилучшую часть военной добычи. В их собственности находятся огромные стада.

Народная масса состояла из свободных земледельцев, живших патриархальными семьями в соседских (территориальных) общинах и совместно владевших землей. Каждая семья получала по жребию определенный надел, с которого кормилась и отправляла, повинности. Дома и орудия труда перешли в частную собственность этих семей и передавались по наследству детям. Социальное расслоение проникло и в сельские общины. Появились многонадельные и безнадельные общинники, а также батраки-феты.

Власть осуществляется в этот период народными собраниями, советами старейшин и базилевсами - племенными вождями. Базилевс был военным вождем, он осуществлял суд (в присутствии народа), выполнял жреческие функции.

Главной обязанностью базилевса, главным отличительным признаком его власти является военное предводительство. Вместе с советом других старейшин, каждый из которых является военным предводителем в свою очередь, и с народным собранием, каждый член которого является, одновременно с тем, воином, все эти власти создали в своей совокупности такую форму первобытной демократии, которую Маркс и Энгельс называют военной демократией.

«Мы видим таким образом, в греческом строе героической эпохи, - пишет Энгельс, - еще в полной силе древнюю родовую организацию, но, вместе с тем, уже и начало подрыва ее...».

Все эти перемены делали неизбежным появление особой публичной власти, которая была бы способна оградить сложившиеся отношения от традиций родового строя, обеспечить безопасность накопляемых богатств, гарантировать послушание рабов. Для этого требовалось создать такие средства насилия, каких родовой строй не имел и не мог иметь. Этой новой и особой публичной властью явилось государство.

Право как один из факторов, скрепляющих гражданское общество и элементы его культуры, не сразу достигло в эпоху античности зрелости и совершенства. На ранних этапах своего развития оно по уровню юридической техники и степени разработанности основных институтов имело немало сходства с правовыми системами стран Востока. Развитие права в античных Греции и Риме осуществлялось в рамках отдельных полисов, и уровень развития демократических институтов в отдельных городах-государствах находил свое отражение и в праве.

Утверждение полисной системы имело результатом активизацию правотворческой деятельности и ее постепенное освобождение от религиозно-мифологической оболочки. На смену неписаным обычаям, толкование которых нередко произвольно осуществлялось светской или греческой аристократией, приходит закон, имеющий светский характер и выраженный обычно в письменной форме. Право в античном мире, таким образом, предстает в своем чистом виде как авторитетный и обязательный регулятор полисной жизни, лишенный какой-либо мистической или религиозной силы.

О законодательстве архонта-фесмофета Драконта нам известно очень мало. Об этих законах, изданных в 621 г. до н. э., свидетельствует позднейшая надпись, которая содержит постановление народного собрания от 409 - 408 г. до н. э. о реставрации статей законов о непредумышленном убийстве и отрывки из них (Драконтовы законы о непредумышленном убийстве действовали в Афинах до III в. до н. э.), а также высказывания древнегреческих философов и историков.

Сам Аристотель в своем произведении - «Политике» - пишет: «Законы Драконта представляли собой лишь простую запись хранившихся до того времени в устной традиции древних норм - норм так называемого обычного права. Вообще строгость древнейших законов нужно приписывать не личной суровости законодателей, а господствующим принципам эпохи, в которой они жили. Если эти законы казались позднейшим грекам чересчур уж суровыми, то это вполне объявляется постепенным смягчением нравов и большей гуманностью к преступникам, бывшею естественным следствием этого смягчения. Имя Драконта, несмотря на строгость его законов, в древности пользовалось высоким уважением и ставилось рядом с именами лучших законодателей».

 

1. ПРЕДПОСЫЛКИ ПРИНЯТИЯ И ОСНОВНЫЕ ИСТОЧНИКИ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА ДРАКОНТА

В VII в. до н. э. жители Аттики (области, в которой находятся Афины), конечно, продолжали во многом руководствоваться архаическими родовыми законами. Законами, по мнению наших современников, бывшими излишне жестокими. При этом судебными решениями, как и всеми делами в государстве, ведали аристократы - эвпатриды. Именно они входили в высший судебный орган - ареопаг, именно они избирались на должности архонтов. Этих архонтов в Афинах было девять. Главный - архонт-эпоним, кроме него архонт-басилей (бывший царь, ведавший теперь религиозными вопросами), архонт-полемарх (занимавшийся военными делами) и шесть архонтов-фесмофетов, занимавших различные городские магистратуры, ведавшие строгим соблюдением законов и судом.

К концу VII в. до н. э. уже всем афинянам было очевидно, что юриспруденцию пора приводить в порядок. Во-первых, в смутный период во второй половине века созрела необходимость в более строгой охране частной собственности, во-вторых, во время политических неурядиц отчетливо проявилось несовершенство судебной системы. В частности, недовольство вызывал произвол судей аристократов, толковавших законы так, как им было удобно. Наконец, возникла острая необходимость в том, чтобы просто укрепить государство путем фиксации его правовых основ.

Одним из толчков к изданию новых законов послужила, вероятно, Килоновская смута. Между 636 и 624 гг. до н. э. честолюбивый аристократ Килон попытался захватить власть. Эта попытка была пресечена аристократами из рода Алкмеонидов, для которых эта победа оказалась пирровой. По их приказу были убиты даже те килоновцы, которые пытались укрыться у алтарей богов. Оскорбление святыни надолго стало проклятием Алкмеонидов. Произвол аристократов, одни из которых хотели стать тиранами, другие не посчитались с обычаями - возмутил афинян.

После заговора Килона, который чуть не привел к тирании, продемонстрировать свою заботу о государстве нужно было и эвпатридам. Именно поэтому архонту-фесмофету Драконту поручили кодифицировать афинское право. Человек энергичный, добросовестный и уважаемый в обществе, Драконт проделал эту работу в 621 г. до н. э. В результате на свет появились законы Драконта. Считается, что это было первое письменное законодательство Афин, хотя правильней было бы говорить о первом, дошедшем до нас письменном законодательстве. Как правило, подобные "первенцы" являются переработкой каких-то существовавших и до этого норм. Так, по свидетельству Аристотеля, в 80-х годах VII в. до н. э. шестеро фесмофетов уже занимались той же работой, что и Драконт.

Основным источником афинского права в период расцвета демократии был закон. Официальная теория связывала строгое соблюдение законов с самой сутью демократического правления. «Если в государстве будут соблюдаться законы, этим самым сохраняется и демократия», - писал один из политических деятелей Афин Эсхин. «В гражданской присяге, которую принимал всякий молодой афинянин по достижении совершеннолетия, говорилось: «И я буду слушаться властей... и повиноваться установленным законам... И, если кто-нибудь будет отменять законы или не повиноваться им, я не допущу этого, но буду защищать их один и вместе со всеми» .

Афинское право представляло собой наиболее развитую в Древней Греции систему права, оказавшую заметное влияние на правовые системы других полисов, особенно входивших в состав Афинского морского союза.

Существовавшая в родоплеменной организации Аттики мононорма, в процессе становления политической власти и затем государства начинает «расщепляться». С появлением новых социальных отношений и расширением сферы социального регулирования, необходимости его большей определенности и фиксированности основные элементы мононормы (обычаи, религиозные установления, нравственные предписания) приобретают все большую самостоятельность, хотя и остаются взаимосвязанными. Часть из них приспосабливается к складывающемуся менталитету политически, а затем государственно организованного общества, являет собой древнейшие источники права. Они получают новое истолкование (некоторые родоплеменные обычаи становятся территориальными правовыми обычаями, появляется правовая фиксированность и защищенность культа богов, из элементарной нравственной нормы «взял – отдай» возникает долговая кабала). Поначалу это соответствовало интересам прежде всего эвпатридов и закреплялось решениями ареопага и архонтов, а со временем - и большинства свободных граждан, когда основным источником права становится законодательная деятельность верховных органов власти, хотя и правовые обычаи продолжают играть важную роль.

Оставаясь в течение ряда столетий не кодифицированным, афинское право страдало массой противоречий – формально действующим считались и такие законы, которые фактически давно перестали применяться. И, наоборот, многие новые отношения не были урегулированы правом. В силу этих обстоятельств верховный суд Афин - гелиэя - мог руководствоваться не только законами и обычаями страны, т. е. ее писаным и неписаным правом, но и убеждением, создавая норму права своим решением.

Говоря об обычае, имеются в виду те нормы права, которые, будучи известны с древнейших времен, оказались по ряду причин не записанными. Многие из них носили сакральный, т. е. священный, характер и относились к делам культа, религиозным преступлениям, семейным отношениям и пр. «Судебный оратор Лисий сообщает, например, что Перикл советовал применять в делах о религиозных преступлениях не только писаные законы, но и неписаные, на основе которых жрецы дают свои разъяснения» .

 

2. ОСНОВНЫЕ ПРИНЦИПЫ ЗАКОНАДАТЕЛЬСТВА ДРАКОНТА

Одна из афинских надписей конца V в. до н. э., воспроизводящая часть текста законов Драконта, подтверждает что эти законы представляли собой нормы так называемого обычного права. Хотя, в ней и приводятся процессуальные правила о не ответственности сородичей убийцы за совершенное им преступление, что, однако, вне всякого сомнения, являлось обычаем очень древних времен. И все-таки законы Драконта, по всем данным, явились первой записью афинских законодательных обычаев.

В этом отношении весьма характерно, что античные писатели называют законы Драконта не «законы», а, в буквальном переводе - «обычаи». Такая запись законодательных обычаев, очевидно, была призвана ограничить произвол судей-аристократов, толковавших устную традицию в своих узкоэгоистических интересах. С этой точки зрения запись законов несомненно отвечала стремлениям демоса и, надо думать, была осуществлена не без борьбы и серьезного нажима на аристократию со стороны последнего.

На основании свидетельств античных авторов более позднего времени, Драконт зафиксировал во многих случаях уже существовавшие нормы. Более или менее четко были прописаны функции государственных чиновников, принципы их избрания. Хотя основными были не статьи о политическом устройстве, что отразилось и в названии нового сборника узаконений – «Обычаи», речь в них шла главным образом об уголовных преступлениях, о различных видах убийств, о кражах и налагаемых за них наказаниях, а так же о порядке ведения процессов. С именем Драконта связаны также законы, касавшиеся поведения граждан. Один из таких законов налагал наказание за «бездеятельность» и праздную жизнь.

Главным было прописывание штрафных санкций за те или иные правонарушения. Штрафы (например быками) и изгнания вводились и для ряда других преступников. Законы Драконта были явно направлены на преодоление обычая кровной мести, они запрещали самовольную расправу. Ответственность за убийство нес только убийца, а не весь род. К ответственности привлекался также и человек, подстрекавший к убийству. Это и ряд других нововведений свидетельствовали о борьбе со старыми родовыми обычаями в пользу возникших новых классовых и государственных отношений.

Несмотря на это, выражение "драконовские меры" стало крылатым обозначением исключительно жестких способов борьбы с чем-либо. Позже говорили, что Драконт писал свои законы не чернилами, а кровью. Легенда сохранила якобы произнесенное архонтом объяснение чрезвычайной строгости наказаний: "Малые преступления заслуживают смертной казни, а для больших я просто не выдумал более сурового наказания".

Законы Драконта, несомненно, были шагом вперед в развитии греческого права. Теперь аристократы в судах уже были ограничены писаными правилами, выполнение которых легко было проверить.

2.1 Уголовное право

«Первый аксон. И если один человек убьет другого неумышленно, он должен уйти в изгнание. Басилеи же должны судить виновного в убийстве... организовавшего его ; эфеты же должны расследовать дело. Если у убитого есть отец, брат или сыновья, примириться с убийцей они могут только все в совокупности; в случае несогласия кого-либо из них его мнение должно иметь решающую силу. Если же таковых нет, примиряться должны родственники убитого вплоть до двоюродных братьев, если все они желают примирения; в случае несогласия кого-либо из них его мнение должно иметь решающую силу. Если же нет и таких родственников, убийство же совершено неумышленно, что установлено коллегией из 51 эфета, простить убийцу могут, если пожелают, 10 членов фратрии, которых должна избрать из числа наиболее знатных коллегия из 51 эфета. Совершившие убийство ранее должны подпадать под действие этого закона. Объявить убийцу на агоре должны родственники убитого, включая двоюродных братьев. Участвовать в судебном преследовании убийцы должны также двоюродные братья и их дети, зятья, тести, члены фратрии... Виновен в убийстве... пятидесяти одного... будет уличен в убийстве... Если же кто-либо убьет убийцу, не пересекающего границ агоры , не участвующего в состязаниях и не посещающего амфик-тионовых святилищ, или окажется виновным в его убийстве, такой человек подлежит такому же наказанию, как убивший афинянина; расследовать дело должны эфеты... Наоборот, разрешается убивать и арестовывать человекоубийц на их собственной земле, и это не должно считаться осквернением и требовать искупления; в противном случае виновный должен в двойном размере выплатить за причиненный ущерб... зачинщика насилия... если кто убьет непредумышленно во время состязания, или задавит на дороге, или убьет на войне, по недоразумению... точно так же подлежит обвинению в убийстве, раз убьет раба или свободного... если кто человека, насильственным образом пытавшегося беззаконно уносить или уводить неживое или живое имущество, тут же убьет в состоянии самозащиты, это убийство не подлежит наказанию... Если кто - будь это должностное или частное лицо - будет повинен в повреждении или изменении этого закона, он подвергается лишению гражданской чести - и сам, и дети, и все его достояние».

Уголовные законы Драконта на первый взгляд выглядит исключительно жестоким. Даже за самые невинные проступки человек мог быть наказан смертной казнью, например за кражу овощей. Не считалось преступлением убийство вора, если оно было совершено в целях самозащиты или чтобы отобрать свое имущество. Что касается суровости наказаний, назначаемых за кражу, то за этой суровостью скрывается исторически объяснимое стремление собственников оградить свое имущество от пережитков первобытного коллективизма. Законы Драконта не представляют в этом отношении исключения из общего правила.

Смерть полагалась за святотатство, убийство или поджог. Драконт предусмотрел даже такую, кажущуюся дикостью, вещь, как наказание неодушевленного предмета за убийство, т. е. “наказанию” подвергались и предметы, вроде камня или бревна, если они были причиной смерти человека.

С другой стороны, эти законы Драконта отразили несомненный прогресс в развитии афинского общества. Так, убийства были четко разделены на предумышленные, непредумышленные и совершенные в состоянии обороны. Особое место занимали убийства соблазнителя матери, жены, дочери или сестры; сюда же были отнесены убийства в результате несчастных случаев и при спортивных состязаниях. Согласно законам Драконта, что касалось непредумышленных убийств, виновный в этом преступлении подлежал изгнанию (без конфискации имущества), т.е. такое же наказание, какое назначалось за причинение телесных повреждений. К ответственности привлекалось и лицо, подстрекавшее к убийству и являвшееся, следовательно, косвенным убийцей.

Убийства с целью самообороны, к которым причислялась и зашита собственности, наказанию не подлежали.

Афинское правосознание долго и упорно сохраняло пережитки первобытнообщинных воззрений на преступление и наказание. Драконт узаконил освященное религиозными требованиями и обычаями в Афинах право родовой мести, но при этом провел целый ряд мер, облегчавших участь убийцы: ограждение его от истязаний, возможность спастись добровольным изгнанием или уплатой штрафа и т. д. Эта мягкость отношений к преступникам объясняется тем, что при неразвитости общества в древние времена убийства совершались чаще и не считались таким тяжким преступлением, как ныне. Вместе с тем законы Драконт установил, что ответственность за убийство не должна распространяться, как в прошлые времена, на род убийцы – отвечать должен сам виновный. Следы кровной мести пережиточно сохранились в праве мужа убить застигнутого им на месте преступления любовника жены, в праве гражданина учинить самосуд над самовольно вернувшимся из добровольного изгнания убийцей; кровная месть была обязанностью родственников в случае убийства и т.п.

Однако Драконт оставил право мужа примириться с соблазнителем своей жены, на условиях уплаты последним штрафа, такая же сделка была возможна между убийцей и родственниками убитого. В случае примирения ни потерпевший, ни его родственники не должны были возбуждать против виновных судебные иски, и так как дела об убийстве или прелюбодеянии возбуждались не иначе, как по заявлению частных лиц, виновные в этих преступлениях освобождались от наказания. К делам частного обвинения афинское право относило почти все те преступления, которые касались причинения вреда личности или имуществу потерпевшего, например, ранения, увечья, оскорбления, кражи и прочего.

Следы первобытнообщинных воззрений на преступление проявились и в том, что многие из преступлений, которые в настоящее время причисляются к государственным, например, убийство или оскорбление посла, считались в афинском, праве преступлениями против религии (считалось, что личность посла находится под покровительством бога).

Преступления, наносившие ущерб общественному интересу (как он тогда понимался), преследовались как государством, так и частными лицами. Последние имели право в определенном порядке делать правительственным органам (в народном собрании, в совете 500) чрезвычайные заявления: о государственной измене, о заговоре против демократии, о подкупе должностных лиц, о притеснениях сирот, находящихся под опекой государства, и прочее. Предание суду за государственные преступления, равно как и за преступления против религии, относилось к компетенции народного собрания, совета 500, некоторых коллегий и должностных лиц.

Среди преступлений государственных на первом месте стояла государственная измена, за которую полагалась смертная казнь, сопровождавшаяся конфискацией имущества, объявлением врагом народа, запрещением хоронить изменника в Аттике и лишением чести всего его потомства. Тот, кто убивал изменника, освобождался от наказания. Особое место среди государственных преступлений занимали: ложный донос, за который следовало наказывать смертной казнью, и лжесвидетельство в суде. Наиболее распространенными наказаниями за государственные преступления были смертная казнь, конфискация имущества, изгнание, а также лишение гражданских прав. Последнее имело своим следствием не только устранение осужденного от общественных дел, но и невозможность для него защищать себя от обиды; как и раба, его можно было подвергнуть пытке. Незаконное присвоение гражданских прав влекло за собой обращение виновного лица в рабство.

Наиболее тяжелыми преступлениями против религии, наказываемыми смертной казнью, были разглашение тайны мистерий (особых религиозных таинств, совершавшихся ежегодно), оскорбление богов, критика религии и т.п.

Грабители, воры, охотники за рабами (обращавшие в рабство свободных граждан или похищавшие чужого раба) наказывались смертной казнью, если они были пойманы на месте преступления или сознавались в нем.

Особую группу составляли воинские преступления и прежде всего дезертирство, трусость и уклонение от воинской повинности. Суд над такими преступниками осуществлялся соратниками виновного лица, а председателем суда был стратег.

2.2 Процессуальное право

Суд по делам об убийствах находился под верховным ведением архонта царя. Различалось три рода убийств: предумышленное, непредумышленное и дозволенное. Убийства первого рода подлежали суду Ареопага, т. е. рассматривал только умышленные убийства и карал их смертью.

Драконт учредил коллегию эфетов из 51 члена по различного рода убийствам, которые были избираемы из лучших граждан не моложе 50 лет, испытанной нравственности. Решению эфетов подлежали дела об убийствах непредумышленных и дозволенных или не преследуемых законом, о смертных случаях, причиненных предметами неодушевленными, и пр. Им принадлежали 4 судебные палаты, из которых в каждой разбирались дела только известного содержания, так что эфеты заседали то в одной, то в другой, смотря по роду дела, подлежавшего суду. Царь председательствовал при всех разбирательствах подобных дел как ареопагитами, так и эфетами. Впоследствии, с развитием демократии, деятельность коллегии эфетов была в значительной степени ограничена: ее юридическое значение перешло к гелиастам, а за нею осталось только значение религиозное.

Законы Драконта о наказании за убийство, заменяющие институт родовой мести оставляли преследование убийцы делом рода убитого. Для примирения с убийцей требовалось согласие ближайших родственников: сына, брата, двоюродного брата, зятя, тестя; при отсутствии близкой родни примирение могло состояться с согласия не менее десяти членов фратрии. В случае примирения с родственниками убитого или, при их отсутствии, с членами его фратрии, убийца мог возвратиться из изгнания, при этом воспрещалось требование со стороны родственников убитого какого-либо выкупа.

Для каждого вида убийств назначалось специальное место разбирательств: для дел об убийствах непредумышленных - в Палладии, для дел об убийствах умышленных - в Ареопаге. В особом месте производился суд над теми, кто, находясь в изгнании, совершил там новое убийство; подсудимый не мог в этом случае вступать на землю Аттики, а должен был находиться в лодке - суд же происходил на берегу моря близ Пирея.

Архаический характер носило судилище в здании пританея, где заседали филобасилеи (стоявшие во главе фил). Здесь разбирались дела о насильственной смерти, причиненной человеку животными или неодушевленными предметами. Если суд признавал их виновными, они выбрасывались за границы Аттики или топились в море.

Рассмотрению дела в афинском суде предшествовало предварительное расследование, осуществлявшееся по определенным правилам. В делах о государственных преступлениях оно производилось чрезвычайными следственными комиссиями, в остальных случаях - архонтами и другими должностными лицами. В особо важных случаях обвиняемый заключался в тюрьму.

В ходе следствия обеим сторонам - обвинителю и обвиняемому - предоставлялось право давать показания и представлять доказательства, в том числе свидетельские. Фиксировался и допрос свидетелей. По окончании предварительного расследования все, в том числе и вещественные доказательства, если последние имелись, запечатывались в специальные сосуды и в таком виде представлялись суду. На суде эти показания зачитывались, и каждый допрошенный должен был личным заявлением подтвердить их. Оглашались же эти показания во время произнесения речей - обвинителя и защищавшегося от обвинения.

По окончании судебного расследования приступали к голосованию. Вначале решался вопрос о виновности лица. Если вердикт присяжных был обвинительным, приступали к определению меры наказания, причем предварительно испрашивались мнения, как обвинителя, так и обвиняемого.

Оправдание, помимо той чести, которую оно приносило, позволяло оправданному возбудить иск против ложного доносчика, которому это грозило денежным штрафом, лишением гражданских прав, а иногда и смертной казнью.

Афинские судьи имели значительную свободу в определении того, что является преступным и непреступным, т. е. при вынесении вердикта о виновности, при оценке представленных доказательств и, поскольку по целому ряду дел не было установлено точно определенных наказаний, - в выборе последних.

Весьма часто постановляемое судьями решение основывалось не столько на праве, сколько на политических соображениях, на репутации тех или иных лиц. Стороны по обыкновению приводили в суд своих родных, чтобы разжалобить судей их мольбами и слезами.

Особой торжественностью и суровостью отличался судебный процесс в Ареопаге. По некоторым предположениям, он происходил ночью, чтобы судьи не видели лиц и не были предвзяты (походя на богиню правосудия - Фемиду, которую рисовали с завязанными глазами). Приговор постановлялся на третий день, за это время обвиняемый мог - по закону - избавить себя от наказания добровольным удалением из Афин.

 

2.3 Право собственности

О прежней эпохе, когда частной собственности еще не существовало, напоминают только названия земельных участков (ибо клерос, как они назывались, означало в точном значении – «жребий», то, что получено от общины по жребию) да еще обычай литургий. Последний заключается в обязанности богатого гражданина устраивать на собственный счет празднества, шествия, театральные представления и пр.

В этом обычае нельзя не видеть своеобразного выкупа, который разбогатевший член общества должен был платить за” свое право владеть большим достоянием, чем другие, за право неравенства имуществ. Литургии налагались в соответствии с имущественным положением лица, ибо одни из них требовали больших, другие меньших расходов. Обязанное лицо могло переложить литургию на другого, которого оно считало более богатым, а если тот отказывался, - предложить ему обменяться имуществом. Такие сделки действительно происходили.

Во время войны на богатых возлагалась и триерархия - обязанность снаряжать за свой счет военный корабль.

В зависимости от имущественного положения определялись и суммы прямого налога, падавшие на граждан. В этом случае каждый гражданин должен был заявить под страхом ответственности за ложное показание о составе своего имущества.

Весьма возможно, что характер афинского обложения был причиной юридически санкционированного деления собственности на две категории: видимой и невидимой. К первой относилось то, что было доступно обозрению соседей: дом, поле, скот, рабы и т.п.; к невидимой собственности причислялись главным образом деньги, которые было возможно запрятать, держать у родственников, отдать взаймы и т. д.

Суровыми мерами афинское право защищало частную собственность граждан. Достаточно сказать, что воровства наказывалось, как правило, смертной казнью.

Для исков о нарушении права собственности были установлены определенные формы. Строго охранялась не только собственность, но и всякое правомерное владение. Нарушение владения влекло за собой, помимо возмещения убытков потерпевшему, уплату штрафа государству.

Активную роль в хозяйственной деятельности Афин играло само государство. В его непосредственной собственности находились рудника, корабельные верфи, многие пахотные земли и пастбища, разного рода строения и другое имущество. Все это, за исключением общественных и культовых зданий, передавалось в аренду частным лицам. Государство осуществляло контроль за хозяйственным состоянием арендованного имущества, за ввозом и вывозом, судостроением, основанием колоний на захваченных землях, за состоянием торговли на рынках.

Правовое регулирование имущественных отношений достигло в Афинах относительно высокой ступени развития. При всем том Афины так и не выработали определения права собственности, как это сделали римские юристы. Не было еще и такой терминологии, которая выражала бы с достаточной ясностью различие, существующее между фактическим господством лица над вещью (владением) и правом собственности на нее (хотя, конечно, и ораторы, и писатели Афин прекрасно различают юридическую неоднородность указанных отношений).

В афинском праве различалось владение - как фактическое обладание имуществом с его использованием и собственность - как владение с правом распоряжения. Самого же понятия права собственности как абсолютного права лица еще не было. Коллективная собственность господствующего класса имела ограниченное распространение. К ней относились государственные имения и рудники, доходы с которых делились между гражданами, а затем шли на военный флот, храмовое имущество и др. Помимо государственной земли, сдаваемой преимущественно в аренду, существовали общественные земли фил и домов. Имущество, находившееся в частной собственности, делилось на «видимое» (земля, дом, рабы и т.п.) и «невидимое», способное «ускользать» от налогообложения и конфискации (деньги, драгоценности).

Между государственной и частной земельной собственностью существовала органическая связь - частная собственность на землю считалась ведущей свое происхождение от государственной, а государственная существовала в форме частной. Поэтому частная собственность носила отпечатки прежних коллективистских представлений об общности имущества и считалась предоставленной государством. Поэтому архонты, вступая в должность, ежегодно объявляли о сохранении за гражданами принадлежащего им имущества.

2.4 Обязательственное право

Обязательства, имеющие юридический характер, т. е. урегулированные правом и, следовательно, связанные с возможным принуждением обязанного лица к совершению определенных действий или воздержанию от них, возникают из: договоров, заключенных между сторонами; правонарушений - деликтов, - в результате которых определенное лицо или лица понесли материальный или иной ущерб («вольные» и «невольные» обязательства).

Афинское право хорошо различало оба эти обстоятельства.

Договорные отношения получили в Афинах широкое развитие. Источники указывают на многочисленные сделки с землей и прочим имуществом, на весьма развитые арендные отношения, на существование договоров займа, найма недвижимости и рабов и т. п. Основанием возникновения договоров считалось соглашение сторон, не требовавшее особых формальностей. Но наиболее важные договоры заключались, как правило, в письменной форме. В зависимости от характера договора соответствующий документ подписывался или обеими сторонами (договор купли-продажи), или одной обязанной стороной (договор займа). Это свидетельствует о настолько развитых имущественных отношениях, что под их влиянием право сумело освободиться от всякого рода стеснительных условий, характерных для его начальной стадии (вроде клятв, обязательного присутствия свидетелей, совершения религиозных обрядов и прочего, без чего сделки считались недействительными).

Среди договоров важное место занимала купля-продажа, получившая большое распространение в связи с широким развитием торговли как в самой Греции, так и с соседними странами; заем, в том числе у ростовщиков под большие проценты (до 20%); имущественный наем движимости (в том числе и рабов) и недвижимости (особенно домов метеками, не имевшими или имевшими ограниченное право приобретать дома); личный найм и некоторые другие. Был известен и договор товарищества, по которому несколько лиц вносили средства в общее имущество для достижения каких-либо целей (торговые, религиозные и иные товарищества). Доходы и убытки товарищества распределялись между его участниками так, как это было обусловлено договором, или пропорционально сделанному взносу.

Действовала долговая кабала с помощью которой стремились обеспечить прочность договора и гарантировать арендодателю и ростовщику выполнение обязательств их контрагентами.

Гораздо большее значение в экономической и социальной жизни Афин имел залог недвижимостей, одной из наиболее применяемых форм, которого была так называемая ипотека. Сущность ипотеки состояла в том, что должник закладывал кредитору свою землю, но с тем условием, что до момента уплаты долга (как он определен договором) земля эта остается во владении должника и последний сохранят возможность работать на ней и извлекать в свою пользу приносимый ею доход. Однако, если в указанный в договоре срок, долг не был уплачен, заложенная земля переходила в собственность кредитора. На заложенной земле ставился закладной камень, на котором писалось, что данный участок заложен такому-то за такую-то сумму.

Задаток, уплачиваемый, как правило, при заключении соглашения и засчитываемый в общую сумму предстоящих платежей, имел своим назначением гарантировать обе вступившие в соглашение стороны от возможного нарушения договора. В последнем случае давший задаток терял его, а взявший задаток должен был возвратить его в двойном размере. Если же должник не мог предоставить соответствующего обеспечения хотя бы потому, что принадлежавшая ему земля была уже заложена кредиторам, а срок платежей наступал, и он, нуждаясь в деньгах, прибегал к новому займу, кредитор (прежний или новый) мог поставить условием займа поручительство третьих лиц. Эти лица, как правило, друзья или родственники должника, должны были поручиться собственным имуществом за своевременный взнос денег, взятых взаймы лицом, за которое они поручились.

Обязательства из причинения вреда возникали при нанесении ущерба имуществу (повреждение или истребление имущества, причинение убытков и т.п.). Они влекли за собой возмещение ущерба, а вред, причиненный сознательно, возмещался в двойном размере. Ответственность возникала и тогда, когда вред был результатом действий подвластных лиц - детей, рабов. Раб мог быть передан потерпевшему в компенсацию за причиненный ущерб. При причинении вреда личности (а в некоторых случаях и имуществу) возникала ответственность за преступление.

2.5 Семейное и наследственное право

По меткому выражению Энгельса, жена была для афинянина, помимо деторождения, не более чем старшей служанкой.

Афинская женщина не имела ни политических, ни гражданских прав. Ее уделом было домашнее хозяйство, и стены дома ограничивали доступный ей мир. Афиняне хвалились тем, что их жены выходят на улицу только по большим праздникам (направляясь в храм), или, что их жены так хорошо воспитаны, что стыдятся видеть любого постороннего, в том числе и своих родственников.

Женщина была лишена права совершать от своего имени юридические акты, в том числе и такие, как заключение брачного договора. Это было делом ее отца, а при отсутствии отца - старшего брата. Законным представителем интересов замужней женщины был ее муж. Он же должен был подыскать своей разведенной жене нового мужа.

Сам развод был для мужа сравнительно легко осуществим – достаточно было призвать свидетелей и дать «разводную» жене. Если причиной развода не было предосудительное поведение жены, муж должен был возвратить ей приданое.

Приданое было в принципе не обязательным для отца невесты, но если ее выдавал замуж брат, он должен был дать за ней некоторую часть имущества семьи. Так же поступал и муж, отправляясь на войну: в своем завещании он обычно указывал, какое приданое дается им для жены, если он не останется в живых.

Пережитком старых, до государственных обычаев был в Афинах обычай заключения браков между кровными родственниками. Брак между дядей и племянницей был обыкновенным явлением.

Закон требовал от жены строгого целомудрия. В противном случае мужу разрешалось изгнать ее из дому, и в своей последующей жизни она не могла ни украшаться, ни входить в храм, чтобы, как говорили, не совращать других. При нарушении женщиной этого запрета первый встречный был обязан разорвать на ней платье, снять с нее украшения и избить ее.

Для мужа не считалось чем-то необыкновенным иметь любовниц и не только рабынь, но и гетер. В богатых домах содержались настоящие гаремы.

Убийство и продажа детей родителями разрешалась законом. Отцу было запрещено лишать своих детей наследства, но давалось право ограничить ту часть имущества, которую он оставлял сыну, а дочь выдать замуж по своему усмотрению. О свободе завещателя распорядиться своим имуществом говорит, например, завещание афинского стратега Кокона. «Из приблизительно 57 тысяч золотых рублей он оставил сыну только 25 тысяч, столько же отдавал храмам Афины и Аполлона, еще 2,5 тысячи завещал племяннику, управлявшему его имуществом, и 4,5 тысячи – брату» .

Всем этим отец имел возможность прочно держать сыновей в своей власти. При наличии сыновей дочь по афинскому праву наследницей не являлась. Если не было завещания, наследственная масса распределялась поровну между сыновьями. При этом, как уже говорилось, братья должны были выделить известную часть имущества на приданое сестрам.

Если не было сыновей, ближайшими наследниками становились дочери. При этом завещатель поступал по обыкновению так: он указывал в завещании лицо, которому следовало передать имущество, при условии, что это лицо женится на дочери-наследнице; если было несколько дочерей, ставилось еще и дополнительное условие: он должен был выдать их всех замуж, дав каждой приданое, указанное в завещании.

Когда оставалась дочь-наследница, а завещания не было, государство само в лице архонта брало на себя обязанности опекуна. При этом право обязывало наследницу выйти замуж за ближайшего родственника, а если их было несколько и все они добивались ее руки, архонт должен был отдать предпочтение старшему. Всем этим имелось в виду сохранить имущество в пределах того же рода.

Если не было детей вообще и завещатель не успел распорядиться своим имуществом, оно передавалось (по закону) братьям и племянникам умершего, а если и их не было, - дядям, двоюродным братьям и их сыновьям.

 

3. ЗАКОНЫ ДРАКОНТА ПО АРИСТОТЕЛЮ

Глава «Афинской политии» Аристотеля, посвященная изложению государственных преобразований Драконта, по-видимому, представляет собой позднейшую вставку, которая, возможно, была обусловлена стремлением сторонников олигархического строя позднейшего времени подкрепить свою политическую программу авторитетом древности.

Аристотель писал: «После этого, немного времени спустя, при архонте Аристехме, Дракон издал свои законы. Что касается государственного строя, то он имел следующий характер. Гражданские права были предоставлены тем, кто мог приобрести себе тяжелое вооружение. Девятерых архонтов, а также и казначеев выбирали из людей, имевших свободного от долгов состояния не меньше как на десять мин, а на остальные, менее важные, должности - из людей, могущих приобрести себе тяжелое вооружение; на должности же стратегов и гиппархов избирали из людей, которые показывали свободного от долгов имущества не меньше как на сто мин и законных детей от законной жены в возрасте свыше десяти лет. За них до сдачи ими отчета должны были представлять поручительство старые пританы, стратеги и гиппархи, причем сами должны были брать четверых поручителей из того же класса, к какому принадлежат эти стратеги и гиппархи. Совет должен был состоять из 401 члена, выбранных из числа граждан. Избираться же и на эту и на остальные должности полагалось по жребию людям свыше 30 лет от роду, и два раза одному и тому же нельзя было занимать ее, пока не отбудут ее все, а тогда полагалось бросать жребий опять сначала. Если же кто-нибудь из членов Совета пропускал заседание Совета или Народного собрания, когда оно бывало, тот платил штраф пентакосиомедимн - три драхмы, всадник - две, зевгит - одну. Совет Ареопага стоял на страже законов и наблюдал за должностными лицами, чтобы они правили по законам. Всякий человек в случае нанесения ему обиды мог подать о том заявление в совет Ареопага, указывая при этом, какой закон нарушается чинимой ему обидой. Но ссуды, как сказано, обеспечивались личной кабалой, и земля была в руках немногих».

«Но на самом деле законы Драконта не были до такой степени жестоки и представляли собою даже известного рода прогресс, по крайней мере сравнительно с законами Залевка. Кроме смертной казни Драконтом были назначены и другие наказания, как например, штраф ценою в 20 быков, лишение прав, изгнание и пр. Вообще строгость древнейших законов нужно приписывать не личной суровости законодателей, а господствующим принципам эпохи, в которой они жили. Если эти законы казались позднейшим грекам чересчур уж суровыми, то это вполне объявляется постепенным смягчением нравов и большей гуманностью к преступникам, бывшею естественным следствием этого смягчения. Имя Драконта, несмотря на строгость его законов, в древности пользовалось высоким уважением и ставилось рядом с именами лучших законодателей. Особенно славились его уголовные законы. Из отрывков их, сохранившихся в различных речах Демосфена (против Навсимаха, Мидия, Аристократа, Еверга и Мнесибула), и восстановляемой на основании этих отрывков надписи, заключавшей вновь переписанный в конце V в. текст постановлений Драконта об убийствах, видно, что он узаконил освященное религиозными требованиями и обычаями в Афинах право родовой мести».

 

www.allbest.ru

Салічна правда

I. Про виклик на суд

§ 1. Якщо когось викличуть на суд за законами короля і не з'явиться, присуджується до сплати 600 ден., що становить 15 сол. (солід — золота монета, денарій — срібна монета, що становить 1/40 соліда).

§ 2. Якщо хто-небудь, викликавши іншого на суд, сам не з'явиться і якщо його не затримає якась законна причина, присуджується до сплати 15 сол. на користь того, кого він викличе на суд.

§ 3. І той, хто викликає іншого на суд, у супроводі свідків має прийти до його будинку і, якщо останній буде відсутній, має покликати дружину або кого-небудь із домашніх для того, щоб вони повідомили йому про виклик на суд.

§ 4. Якщо ж (відповідач) буде зайнятий несенням королівської служби, він не може бути викликаний на суд.

II. Про крадіжку свиней

§ 1. Якщо хтось украде молочне порося і буде викритий, присуджується до сплати 120 ден., що становить 3 сол.

§ 4. Якщо хтось украде годовалу свиню і буде викритий, присуджується до сплати 120 ден., що становить 3 сол., не рахуючи вартості украденого і відшкодування збитків.

§ 7. Якщо ж хтось украде трьох і більше свиней, присуджується до сплати 1400 ден., що становить 35 сол., не ра-; хуючи вартості украденого і відшкодування збитків.

III. Про крадіжку рогатих тварин

§ 1. Якщо хтось украде молочне теля і буде викритий, присуджується до сплати 120 ден., що становить 3 сол....

§ 2. Якщо хтось украде годовану або двохрічну тварину і буде викритий, присуджується до сплати 600 ден., що становить 15 сол.

§ 6. Якщо хтось украде 12 тварин і жодного не залишиться (у стаді), присуджується за крадіжку всього стада до 42 сплати 2500 ден., що становить 63 сол., не рахуючи вартості украденого і відшкодування збитків.

XIII. Про крадіжку вільних

§ 1. Якщо три особи украдуть вільну дівчину, вони зобов'язані заплатити по 30 сол. кожен.

§ 6. Якщо ж дівчина, яку украдуть, виявиться під захистом короля, у такому випадку за порушення fritus (королівського миру) платиться 2500 ден., що становить 63 сол.

§ 7. Королівський раб або літ (напіввільний), що украли вільну жінку, підлягають смерті.

§ 8. Якщо вільна дівчина добровільно піде за рабом, вона втрачає свободу.

§ 9. Вільний, що взяв чужу рабиню, зазнає такої ж кари.

XIV. Про напади і грабежі

§ 1. Якщо хто-небудь пограбує вільну людину, напавши на неї раптово, і буде викритий, присуджується до сплати 2500 ден. що становить 63 сол.

§ 2. Якщо римлянин пограбує салічного варвара, треба застосувати вищевказаний закон.

§ 3. Якщо франк пограбує римлянина, присуджується до штрафу у 35 сол.

§ 6. Якщо хто-небудь нападе на чужу віллу, усі викриті у цьому нападі присуджуються до сплати 63 сол.

XV. Про вбивства або якщо хто-небудь украде чужу

дружину

§ 1. Якщо хто-небудь позбавить життя вільну людину або умикне чужу дружину від живого чоловіка, присуджується до сплати 8000 ден., що становить 200 сол.

XVI. Про підпали

§ 2. Якщо хтось спалить дім із прибудовами і буде викритий, присуджується до сплати 2500 ден., що становить 63 сол.

§ 3. Якщо хтось спалить комору або тік з хлібом, присуджується до сплати 2500 ден., що становить 63 сол.

XVII. Про рани

§ 1. Якщо хтось наміриться позбавити життя іншого, але промахнеться ударом і буде викритий, присуджується до сплати 2500 ден., що становить 63 сол.

§ 3. Якщо хтось ударить іншого по голові так, що відкриється мозок і випадуть три кістки, присуджується до сплати 1200 ден., що становить 30 сол.

XVIII. Про те, якщо хтось звинуватить перед королем невинну людину

§ 1. Якщо хто-небудь звинуватить перед королем невинну людину, коли та відсутня, присуджується до сплати 2500 ден., що становить 63 сол.

Доп. 1-е. А якщо покладе на нього таку вину, за яку у випадку підтвердження має бути смертна кара, звинувачувач присуджується до сплати 8000 ден., що становить 200 сол.

XXIV. Про вільновідпущених

§ 1. Якщо якась вільна людина у присутності короля через денарій відпустить на волю чужого літа без згоди господаря останнього і буде викрита, присуджується до сплати 4000 ден., що становить 100 сол. Речі ж літа мають бути повернені його законному господареві.

§ 2. Якщо хтось у присутності короля через денарій відпустить на волю чужого раба і буде викритий, присуджується до сплати господарю вартості раба і, понад те, 35 сол.

XXVII. Про різноманітні крадіжки

§ 1. Якщо хтось украде з вожака чужого телячого стада дзвіночок і буде викритий, присуджується до сплати 600 ден., що становить 15 сол., не рахуючи вартості украденого і відшкодування збитків.

§ 2. Якщо хтось залізе у чужий сад з метою крадіжки, присуджується до сплати 600 ден., що становить 15 сол., не рахуючи вартості украденого і відшкодування збитків.

§ 10. Якщо хтось викосить чужий луг, втрачає свою працю.

§ 11. І якщо вивезе сіно додому і складе його там, присуджується до сплати 1800 ден., що становить 45 сол., не рахуючи вартості украденого і відшкодування збитків.

§ 23. Якщо хтось виоре чуже поле без дозволу господаря, присуджується до сплати 15 сол.

§ 25. Якщо ж хтось засіє його, присуджується до сплати 1800 ден., що становить 45 сол.

XXIX. Про скалічення

§ 1. Якщо хтось скалічить руку або ногу іншому, позбавить його ока або носа, присуджується до сплати 4000 ден., що становить 100 сол.

§ 3. Якщо хтось відірве великий палець на руці або нозі, присуджується до сплати 2000 ден., що становить 50 сол.

§ 5. Якщо ж хтось відірве другий палець, а саме той, яким натягують лук, присуджується до сплати 1400 ден., що становить 35 сол.

§ 9. Якщо хтось каструє вільну людину, присуджується до сплати 8000 ден., що становить 200 сол.

XXX. Про образу словами

§ 1. Якщо хто-небудь назве іншого потворою, присуджується до сплати 3 сол.

§ 3. Якщо хтось — чоловік або жінка — назве вільну жінку повією і не доведе цього, присуджується до сплати 1800 ден., що становить 45 сол.

§ 7. Якщо хтось назве іншого наклепником або брехуном і не зможе довести, присуджується до сплати 600 ден., що становить 15 сол.

XXXV. Про вбивство або пограбування рабів

§ 1. Якщо якийсь раб позбавить життя раба, господарі хай розділять між собою вбивцю.

§ 6. Якщо хтось украде або позбавить життя дворового слугу, або коваля, або золотої справи майстра, або свинопаса, або виноградаря, або конюха і буде викритий, присуджується до сплати 1200 ден., що становить 30 сол.

XXXIX. Про крадіїв рабів

§ 1. Якщо хтось надумає зманити чужих рабів і буде викритий, присуджується до сплати 600 ден., що становить 15 сол.

§ 2. Якщо хтось викраде вільну людину і (проти нього) не буде правдивого доказу, він має представити співпри-сяжників ніби при вбивстві, якщо він буде неспроможним знайти співприсяжників, присуджується до сплати 8000 ден., що становить 200 сол.

XLI. Про вбивство людини

§ 1. Якщо хтось позбавить життя вільного франка або варвара, що живе за Салічним законом, і буде викритий, присуджується до сплати 8000 ден., що становить 200 сол.

§ 2. Хто позбавить життя людину, що перебуває на королівській службі, або вільну жінку, присуджується до сплати 24000 ден., що становить 600 сол.

§ 5. Якщо хтось позбавить життя римлянина — королівського співтрапезника і буде викритий, присуджується до сплати 12000 ден., що становить 300 сол.

XVL. Про переселенців

§ 1. Якщо хтось побажає переселитися у віллу до іншого і якщо один або декілька із жителів вілли захочуть прийняти його, але знайдеться хоча б один, який чинитиме опір переселенню, він не буде мати права там поселитися.

XLVIII. Про неправдиве свідчення

§ 1. Якщо хто-небудь дасть неправдиве свідчення, присуджується до сплати 600 ден., що становить 15 сол.

XLIX. Про свідків

§ 1. Якщо хтось буде змушений представити свідків і вони, може трапитись, не побажають з'явитися на судове засідання, той, хто має потребу в них, має задовольнити їх і має при свідках запросити їх на судове засідання, щоб вони під клятвою засвідчили, що їм відомо.

§ 2. Якщо вони не побажають прийти і якщо їх не затримує законна причина, кожен з них присуджується до сплати 600 ден., що становить 15 сол.

LIII. Про викуп руки від казана

§ 1. Якщо хтось буде викликаний для випробування через казанок з киплячою водою, то сторони можуть досягти угоди, щоб присуджений викупив свою руку і зобов'язав-ся представити співприсяжників. Якщо проступок буде таким, за який, у випадку доказів, винний за законом повинен заплатити 600 ден., що становить 15 сол., він може викупити свою руку за 120 ден., що становить 3 сол.

§ 3. Якщо ж проступок буде такий, за який у випадку доказів винуватий міг би бути присуджений до сплати 35 сол., і якщо сторони погодяться, щоб він викупив свою руку, нехай він викупить її за 240 ден., що становить 6 сол.

LIV. Про вбивство графа

§ 1. Якщо хтось позбавить життя графа, присуджується до сплати 24000 ден., що становить 600 сол.

LVI. Про неявку на суд

§ 1. Якщо хтось зневажить і не з'явиться на суд або повільно виконуватиме те, що визначено рахінбургами (суддями), і не побажає погодитись ні через композицію (відшкодування збитків), ні якимось іншим способом, тоді позивач має викликати на суд перед особою короля. І там будуть 12 свідків, із яких нехай перші три поклянуться, що вони були там, де рахінбург присудив, щоб він пішов на випробування водою або зобов'язався заплатити композицію, і що він зневажив (постанову рахінбургів). А потім інші три мають поклястися, що після постанови рахінбургів про те, щоб він очистився або випробуванням водою, або сплатою композиції, вони були присутні при повторній пропозиції йому з'явитися на суд протягом 40 діб, починаючи з тОго дня, і він ніякого бажання не проявив, щоб виконати вимоги закону. Тоді позивач має викликати його перед особою короля протягом 14 діб, і при свідках мають поклястися, що вони були там у той час, коли він викликав його на суд і визначив йому певний термін. Якщо і тоді він не з'явиться, нехай ці 9 свідків під присягою, як ми вище говорили, дадуть свої свідчення. Також, коли він не з'явиться у той день, нехай (позивач) назначить йому певний термін, маючи трьох свідків при визначенні терміну. Якщо позивач виконав усе це і відповідач в жоден із визначених термінів не побажав з'явитися, тоді нехай король, до якого він викликаний на суд, оголосить його поза своїм захистом. Тоді і сам винний і все його майно стає власністю позивача. І якщо до тих пір, поки він не заплатить всього, що з нього стягується, хто-небудь дасть йому хліба або проявить гостинність, навіть, якщо це буде його власна дружина, присуджується до сплати 600 ден., що становить 15 сол.

LVII. Про рахінбургів

§ 1. Якщо хтось із рахінбургів, засідаючи на судовому зібранні і розбираючи тяжбу між двома особами, відмовляється сказати закон, необхідно, щоб позивач заявив їм: «Тут я закликаю вас постановити рішення у відповідності із Салічним законом». Якщо вони (знову) відмовляться сказати закон, семеро із цих рахінбургів до заходу сонця присуджуються до сплати 120 ден., що становить 3 сол.

§ 3. Якщо ж рахінбурги ті будуть судити не по закону, той, проти кого вони винесуть рішення, нехай подасть на них позов, і якщо буде спроможний довести, що вони судили не по закону, кожен з них присуджується до сплати 600 ден., що становить 15 сол.

LVIII. Про пригоршню землі

§ 1. Якщо хтось позбавить життя людину і, віддавши усе майно, не буде спроможний заплатити те, що треба у відповідності із законом, він має представити 12 співприсяжників (які поклянуться у тому), що ні на землі, ні під землею він не має майна ніякого, окрім того, що уже віддав. І потім він має увійти у свій дім, набрати у пригорщі із чотирьох кутків землі, стати на порозі, повернувшись обличчям у середину будинку, і цю землю лівою рукою кинути через свої плечі на того, кого він вважає своїм найближчим родичем. Якщо батько і брати уже платили, тоді він має тією ж землею кидати на своїх, тобто на трьох найближчих родичів по матері і по батькові. Потім у одній тільки сорочці, без очкура, босий, з кілком у руці він має перескочити через загороду, і ці три (родичі по матері) повинні заплатити половину того, чого не - вистачає для виплати, потрібної за законом віри. Те ж мають зробити і три решта, які є родичами по батькові. Якщо ж хтось із них буде надто бідним, щоб заплатити припаду на нього частку, він має у свою чергу кинути пригорщу землі на кого-небудь із більш заможних, щоб він заплатив усе по зако-ну. Якщо ж і цей не буде мати чим заплатити решту, тоді той, хто узяв на поруки убивцю, має доставити його на судове засідання і так потім протягом чотирьох засідань має брати його на поруки. Якщо ж ніхто не поручиться у виплаті віри, тобто у відшкодуванні того, що він не заплатив, тоді він має заплатити віру своїм життям.

LIX. Про алоди

§ 1. Якщо хтось помре і не залишить синів і якщо мати переживе його, нехай вона успадковує спадщину.

§ 2. Якщо не буде матері і якщо він залишить брата або сестру, нехай успадковують спадщину.

§ 3. У тому випадку, якщо їх не буде, сестра матері нехай успадковує спадщину.

Доп. 1-е. Якщо не буде сестри матері, нехай сестри батька успадкують спадщину.

§ 4. І якщо потім з'явиться хто-небудь близькіший з цих поколінь, нехай успадковує спадщину.

§ 5. Земельна ж спадщина ні в якому випадку не має дістатись жінці, вся земля нехай поступає чоловічій статі, тобто братам.

LX. Про бажаючого відмовитись від родичання

§ 1. Він має з'явитися на судове засідання перед особою тунгіна і там зламати над своєю головою три гілки у лікоть довжиною. І він має у судовому засіданні розкидати їх на чотири боки і сказати там, що він відмовляється від співпри-сяжництва, від спадщини і від усяких рахунків з ними. І якщо потім хто-небудь із його родичів або буде убитий, або помре, він не повинен брати участь у спадщині або в уплаті віри, а спадщина його має поступити у скарбницю (державну).

LXII. Про віру за вбивство

§ 1. Якщо буде позбавлений життя чийсь батько, половину віри нехай візьмуть його сини, а іншу половину нехай розподілять між собою найближчі родичі, як з боку батька, так і з боку матері.

§ 2. Якщо з жодного боку, ні з боку батька, ні з боку матері, не буде жодного родича, ця частка нехай відбирається на користь скарбниці.

Велика Хартія Вільностей

1. Во-первых, дали мы перед Богом свое согласие и настоящей xapтией нашей подтвердили за нас и за наследников наших на вечныя времена, чтобы Английская церковь была свободна и владела своими правами в целости и своими вольностями неприкосновенными, что явствует из того, что свободу выборов, которая признается важнейшей и более всего необходимой Английской церкви, мы по чистой и доброй воле, еще до несогласия, возникшаго между нами и баронами нашими, пожаловали и грамотой нашей подтвердили и получили подтверждение ея от сеньера папы Иннокентия Третьяго, которую и мы будем соблюдать, и желаем, чтобы ее добросовестно на вечныя времена соблюдали и наследники наши.

Пожаловали мы также всем свободным людям королевства нашего за нас и за наследников наших на вечныя времена все нижеписанныя вольности, чтобы имели их и владели ими они и их наследники от нас и от наследников наших.

2. Если кто из графов или баронов или других держателей, держащих от нас непосредственно (in capite) за военную повинность, умрет, и в момент его кончины наследник его будет совершеннолетен и обязан будет платить рельеф, то он (наследник) должен получить свое наследство после уплаты стариннаго рельефа, т.е. наследник или наследники графа (должен уплатить) за целую графскую баронию сто фунтов (стерлингов), наследник или наследники барона за целую баронию сто фунтов, наследник или наследники рыцаря, владеющаго целым рыцарским фьефом, сто шиллингов самое большее; а кто меньше должен платить, пусть и дает меньше, согласно древнему обычаю фьефов.

3. Если же наследник кого-либо из таких (держателей) окажется несовершеннолетним и находящимся под опекой, то, достигнув совершеннолетия, пусть получает свое наследство без уплаты рельефа и пошлины.

4. Опекун земли этого наследника, который несовершеннолетен, должен брать с земли наследника только умеренные доходы и умеренные обычные платежи и умеренные повинности, и при этом не нанося ущерба и разорения ни людям, ни вещам;

и если мы поручим опеку какой-либо из таких земель шерифу или кому-либо другому, который должен будет давать нам отчет о доходах ея, и он разорит и опустошит эту находящуюся под его опекой землю, то мы возьмем с него штраф, и земля пусть будет поручена двум полноправным и честным людям из этого фьефа, которые и будут давать отчет о доходах нам или тому, кому мы назначим;

и если мы подарим или продадим кому-либо опеку над какой-нибудь из таких земель, и он произведет на ней разорение или опустошение, то он лишится этой опеки, и она будет передана двум полноправным и честным людям из этого фьефа, которые таким же образом, как сказано выше, будут давать нам отчет.

5. Опекун же, пока будет держать в опеке землю, будет поддерживать дома, парки, помещения для скота, пруды, мельницы и прочее, относящееся к этой земле, из доходов этой земли и обязан будет передать наследнику, когда тот достигнет совершеннолетия, всю его землю снабженной плугами и другим сельскохозяйственным инвентарем, сколько требуется его в рабочее время и сколько можно иметь его, сообразуясь разумно с доходами с земли.

6. Наследники будут вступать в брак так, чтобы не было неравнаго брака, и таким при том образом, чтобы до заключения брака об этом доводилось до сведения близких из кровных родственников самого наследника.

7. Вдова после смерти мужа своего немедленно же и без всяких затруднений пусть получает приданое и свое наследство и пусть ничего не платит за свою вдовью часть или за свое приданое, или за свое наследство, каковым наследством муж ея и сама она владели в день смерти мужа, и пусть остается в доме своего мужа в течение сорока дней после смерти его, в течение которых ей будет выделена ея вдовья часть.

8. Никакая вдова не должна быть принуждаема к браку, пока желает жить без мужа, так, однако, чтобы представила ручательство, что не выйдет замуж без нашего соглаея, если она от нас держит, или без согласия своего сеньера, от котораго она держит, если она от кого-либо другого (а не от нас) держит.

9. Ни мы, ни наши чиновники не будем захватывать ни земли, ни дохода с нея за долг, пока движимости должника достаточно для уплаты долга; и поручители самого должника не будут принуждаемы (к уплате его долга), пока сам главный должник будет в состоянии уплатить долг; и если главный должник окажется не в состоянии уплатить долг, не имея откуда заплатить, поручители отвечают за долг и, если пожелают, могут получить земли и доходы должника и владеть ими до тех пор, пока не получат возмещения долга, который они перед этим за него уплатили, если только главный должник не докажет, что он уже разсчитался с этими поручителями.

10. Если кто возьмет что-нибудь, больше или меньше, взаймы у евреев и умрет раньше, чем этот долг будет уплачен, долг этот не будет давать процентов, пока паследник (умершаго) будет несовершеннолетен, от кого бы он ни держал (свою землю), и если долг этот попадет в наши руки, мы взыщем только то имущество, которое значится в долговом обязательстве.

11. Если кто умрет, оставшись должным евреям, жена его должна получить свою вдовью часть и ничего не обязана давать в уплату этого долга; и если у умершаго остались дети несовершеннолетния, им должно быть обезпечено необходимое соответственно держанию умершаго, а из остатка должен быть уплачен долг, но так, чтобы повинности, следуемыя сеньерам (умершаго), не потерпели при этом никакого ущерба; таким же образом надлежит поступать и с долгами другим, не евреям.

12. Ни щитовыя деньги, ни пocобиe (auxilium) не должны взиматься в королевстве нашем иначе, как по общему совету королевства нашего (nisi per commune consilium regni nostri), если это не для выкупа нашего из плена и не для возведения в рыцари первороднаго сына нашего и не для выдачи первым браком замуж дочери нашей первородной; и для этого должно выдавать лишь умеренное пособие; подобным же образом надлежит поступать и относительно пособий с города Лондона.

13. И город Лондон должен иметь все древния вольности и свободные свои обычаи как на суше, так и на воде. Кроме того, мы желаем и соизволяем, чтобы все другиe города и бурги, и местечки, и порты имели все вольности и свободные свои обычаи.

14. А для того, чтобы иметь общий совет королевства при обложении пособием в других случаях, кроме трех вышеназванных, или для обложения щитовыми деньгами, мы повелим позвать архиепископов, епископов, аббатов, графов и старших баронов (majores barones) нашими письмами за нашей печатью;

и кроме того повелим позвать огулом, через шерифов и бэйлифов наших, всех тех, которые держат от нас непосредственно (in capite); (повелим позвать мы всех их) к определенному дню, т.е. по меньшей мере за сорок дней до срока, и в определенное место;

и во всех этих призывных письмах объясним причину приглашения; и когда будут таким образом разосланы приглашения, в назначенный день будет приступлено к делу при участии и совете тех, которые окажутся налицо, хотя бы и не все приглашенные явились.

15. Мы не позволим впредь никому брать пособие с своих свободных людей, кроме как для выкупа его из плена и для возведения в рыцари его первороднаго сына и для выдачи замуж первым браком его первородной дочери; и для этого надлежит брать лишь умеренное пособие.

16. Никто не должен быть принуждаем к несению большей службы за свой рыцарский лен или за другое свободное держаше, чем та, какая следует с него.

17. Общия тяжбы не должны следовать за нашей курией, но должны разбираться в каком-нибудь определенном месте.

18. Разследования о новом захвате, о смерти предшественника и о последнем представлении на приход должны производиться только в своих графствах и таким образом: мы или, если мы будем находиться за пределами королевства, наш верховный юстициарий, будем досылать двух судей в каждое графство четыре раза в год, которые вместе с четырьмя рыцарями каждаго графства, избранными графством, должны будут разбирать в графстве в определенный день и в определенном месте графства вышеназванныя ассизы.

19. И если в день, определенный для собрания графства, вышеназванныя ассизы не могут быть разсмотрены, то должно остаться столько рыцарей и свободных держателей из тех, которые присутствовали в этот день в собрании графства, чтобы с их помощью могли быть составлены надлежащим образом судебные приговоры, соответственно тому, более важное или менее важное будет каждое из дел (подлежащих их решению).

20. Свободный человек будет штрафоваться за малый проступок только сообразно роду проступка, а за большой проступок будет штрафоваться сообразно важности проступка, при чем должно оставаться неприкосновенным его основное имущество (salvo contenemento suo); таким же образом (будет штрафоваться) и купец, и его товар останется неприкосновенным; и виллан таким же образом будет штрафоваться, и у него останется неприкосновенным его инвентарь, если они подвергнутся штрафу с нашей стороны; и никакой из названных выше штрафов не будет наложен иначе, как на основаны клятвенных показаний честных людей из соседей (обвиняемых).

21. Графы и бароны будут штрафоваться не иначе, как при посредстве своих пэров, и не иначе, как сообразно роду проступка.

22. Клирик будет штрафоваться в качестве держателя своего светскаго держания не иначе, чем другие (держатели), названные выше, а не сообразно величине своей церковной бенефиции.

23. Ни община, ни отдельный человек не должны быть принуждаемы сооружать мосты на реках, кроме тех, которые издревле обязаны делать это по праву.

24. Ни шериф, ни констебль, ни коронеры, ни другие чиновники наши не должны разбирать дел, подсудных нашей короне.

25. Все графства, сотни, уэпентеки и трети должны отдаваться на откуп за плату, какая установлена издревле, без всякой надбавки, за исключением наших домениальных поместий.

(Англия делилась на графства, а графства на сотни; Иоркское же графство - Иоркшир - делилось на трети - trethingi, иначе ridings, - а трети на wapentakes. - Прим. пер.)

26. Если кто-либо, держащий от нас светский лен, умрет, и шериф или бэйлиф наш предъявит наш приказ об уплате долга, который умерший должен был нам, то пусть шериф или бэйлиф наш наложит запрещение на движимое имущество умершаго, найденное на светском лене, и составит ему опись в размере суммы этого долга, в присутствии полноправных людей, так, однако, чтобы ничего не было отчуждено из этого имущества, пока не будет уплачен нам долг, вполне выяснившийся;

а остаток пусть будет оставлен душеприказчикам, чтобы они могли выполнить завещание умершаго;

а если ничего нам он не был должен, то вся движимость пусть будет оставлена за умершим, при чем должны быть обезпечены жене его и детям следуемыя им части.

27. Если какой-либо свободный человек умрет без завещания, движимость его пусть будет распределена руками близких родственников его и друзей под наблюдением церкви, при чем должна быть обезпечена уплата долгов каждому, кому умерший был должен.

28. Ни констебль, ни другой какой-либо наш чиновник не должен брать ни у кого хлеб или другое имущество иначе, как немедленно же уплатив за него деньги или же получив от продавца добровольное согласие на отсрочку (уплаты).

29. Никакой констебль не должен принуждать рыцаря платить деньги взамен охраны замка, если тот желает лично охранять его или через другого честнаго человека, если сам он не может сделать этого по уважительной причине;

а если мы поведем или пошлем его в поход, он будет свободен от обязанности охраны замка соразмерно времени, в течение какого он был в походе по нашему повелению.

30. Никакой шериф или бэйлиф наш или кто-либо другой не должен брать лошадей или повозки у какого-либо свободнаго человека для перевозки иначе, как с согласия этого свободнаго человека.

31. Ни мы, ни чиновники наши не будем брать лес для укрепления или для других надобностей наших иначе, как с согласия самого того, кому этот лес принадлежит.

32. Мы не будем удерживать у себя земель тех, кто обвинен в тяжких преступлениях, дольше года и дня, а затем земли эти должны быть возвращены сеньерам этих ленов.

33. Все запруды на будущее время должны быть совсем сняты с Темзы и с Медуэя и по всей Англии, кроме берега моря.

34. Приказ, называемый Praecipe, впредь не должен выдаваться кому бы то ни было о каком-либо держании и, вследствие чего свободный человек мог бы потерять свою курию.

35. Одна мера вина пусть будет по всему нашему королевству, и одна мера пива, и одна мера хлеба, именно лондонская четверть, и одна ширина крашеных сукон и некрашеных и сукон для панцырей, именно два локтя между краями; то же, что о мерах, пусть относится и к весам.

36. Ничего впредь не следует давать и брать за приказ о разследовании о жизни или членах, но он должен выдаваться даром, и в нем не должно быть отказа.

37. Если кто держит от нас per feodifirmam или per socagium или per burgagium, а от кого-либо другого держит землю за военную повинность (рыцарскую службу), мы не будем иметь опеки над наследником и над землею его, которую он держит от другого, на основании этой feodifirmae, или socagii, или burgagii; не будем мы иметь опеки и над этой feodifirma, или над socagium, или над burgagium, если сама эта feodifirma не обязывает нести военную повинность. Мы не будем иметь опеки над наследником или над какой-либо землею, которую он держит от другого за рыцарскую службу, на том основании, что он (в то же время) и от нас держит землю на праве parvae sergenteriae, обязанный давать нам ножи или стрелы или что-либо подобное.

(Feodifirma, socagium и bargagium - разные виды свободнаго, но не военнаго, не рыцарскаго держания, именно: денежное держание, простое свободное держание и городское держание, т.е. держание по городскому праву. - Прим. пер.)

38. Впредь никакой чиновник не должен привлекать кого-либо к ответу (на суде, с применением ордалий) лишь на основании своего собственнаго устнаго заявления, не привлекая для этого заслуживающих доверия свидетелей.

39. Ни один свободный человек не будет арестован или заключен в тюрьму, или лишен владения, или объявлен стоящим вне закона, или изгнан, или каким-либо (иным) способом обездолен, и мы не пойдем на него и не пошлем на него иначе, как по законному приговору равных его (его пэров) и по закону страны.

40. Никому не будем продавать права и справедливости, никому не будем отказывать в них или замедлять их.

41. Все купцы должны иметь право свободно и безопасно выезжать из Англии и въезжать в Англию, и пребывать, и ездить по Англии, как на суше, так и по воде, для того, чтобы покупать и продавать без всяких незаконных пошлин, уплачивая лишь старинныя и справедливыя, обычаем установленныя пошлины, за исключением военнаго времени и если они будут из земли, воюющей против нас;

и если также окажутся в нашей земле в начале войны, они должны быть задержаны без ущерба для их тела и имущества, пока мы или великий юстициарий наш не узнаем, как обращаются с купцами нашей земли, находящимися тогда в земле, воюющей против нас;

и если наши там в безопасности, то и те другие должны быть в безопасности в нашей земле.

42. Каждому пусть впредь будет позволено выезжать из нашего королевства и возвращаться в полной безопасности, по суше и по воде, лишь сохраняя верность нам;

изъятие делается, в интересах общей пользы королевства, только для некотораго короткаго времени в военное время; исключаются сидящие в заключении и поставленные, согласно закону королевства, вне закона, а также люди из земли, воюющей с нами, и купцы, с которыми надлежит поступать так, как сказано выше.

43. Если кто держал землю, принадлежащую к какому-нибудь выморочному лену, как барония Уоллингфорд, Нотингэм, Булонь, Лэнкастер или другие выморочные лены, которые находятся в нашей руке и представлют собою баронии, и умер, то наследник его даст не какой-либо иной рельеф и будет нести не какую-либо иную службу, а лишь тот рельеф, какой он давал бы барону, и ту службу, какую он нес бы барону, если бы барония находилась в руках (самого) барона; и мы таким же образом будем держать ее, каким держал ее (сам) барон.

44. Люди, которые живут за пределами лесного округа, впредь не должны являться перед нашими лесными судьями в силу общих приглашений, если они не являются стороною в деле или поручителями кого-либо из тех, которые привлечены к суду по лесным делам.

45. Мы будем назначать судей, констеблей, шерифов и бэйлифов лишь из тех, которые знают закон королевства и имеют желание его добросовестно исполнять.

46. Все бароны, которые основали аббатства и имеют грамоты английских королей или старинныя держательския права в отношении к ним, должны иметь опеку над ними на время вакансий, как им надлежит иметь.

47. Все леса, которые стали заповедными королевскими лесами при нас, немедленно же должны перестать быть ими; так же надлежит поступать и с реками, которыя были объявлены нами заповедными.

48. Все дурные обычаи, существующие относительно заповедных королевских лесов и выделенных в них для охоты заповедных мест, а также должностных лиц, заведующих этими лесами и местами, шерифов и их слуг, рек и их охранителей, немедленно же должны быть подвергнуты разследованию в каждом графстве через посредство двенадцати присяжных рыцарей из того же графства, которые должны быть избраны честными людьми того же графства, и в течение сорока дней после того, как будет произведено разследование, должны быть ими совершенно уничтожены, чтобы больше никогда не возобновляться, так, однако, чтобы мы предварительно об этом были уведомлены или наш юстициарий, если мы не будем находиться в Англии.

49. Всех заложников и (все) грамоты, которые были выданы нам англичанами в обезпечение мира или верной службы, мы немедленно возвратим.

50. Мы совсем отстраним от должностей родственников Жерара de Athyes, чтобы впредь они не занимали никакой должности в Англии, Анжелара de Cygony, Петра и Жиона и Андрея de Cancellis, Жиона de Cygony, Жофруа de Martyny и его братьев, Филиппа Марка и братьев его и Жофруа, племянника его, и все потомство их.

51. И немедленно же после возстановления мира удалим из королевства всех иноземных рыцарей, стрелков, сержантов, наемников, которые прибыли с лошадьми и оружием во вред королевству.

52. Если кто был лишен нами, без законнаго приговора своих пэров, (своих) земель, (своих) замков, (своих) вольностей или своего права, мы немедленно же вернем ему их;

и если об этом возникла тяжба, пусть будет решена она по приговору двадцати пяти баронов, о которых сделано упоминание ниже, где идет речь о гарантии мира;

относительно же всего того, чего кто-либо был лишен без законнаго приговора своих пэров королем Генрихом, отцом нашим, или королем Ричардом, братом нашим, и что находится в наших руках или чем другие владеют под нашим обезпечением, мы получим отсрочку до конца обычнаго срока принявших крест;

исключение составляет то, о чем уже начата тяжба или уже произведено разследование по нашему повелению перед принятием нами креста;

когда же мы вернемся из нашего паломничества или, если случится, что воздержимся от нашего паломничества, мы немедленно же окажем относительно этого полную справедливость.

53. Такую же отсрочку мы будем иметь и таким же образом и в оказании справедливости относительно лесов, которые должны перестать быть заповедными королевскими лесами, и тех, которые останутся заповедными королевскими лесами, которые Генрих, отец наш, или Ричард, брат наш, объявили заповедными королевскими лесами, и относительно опеки земель, входящих в состав чужого феода, каковую (опеку) мы до сих пор имели на том основании, что кто-либо (держащий землю от другого сеньера) в то же время держал феод и от нас за рыцарскую службу, и относительно аббатств, которыя основаны были на чужом феоде, а не на нашем, относительно которых сеньер феода заявил свое право; и когда вернемся или если воздержимся от нашего паломничества, относительно этого тотчас же окажем полную справедливость.

54. Никто не должен подвергаться аресту и заключению в тюрьму по жалобе женщины, если она жалуется по случаю смерти кого-либо иного, а не своего мужа.

55. Все пошлины, которыя были уплачены нам несправедливо и против закона страны, и все штрафы, уплаченные несправедливо и против закона страны, пусть будут преданы полному забвению или пусть с ними будет поступлено по приговору двадцати пяти баронов, о которых упоминается ниже, где идет речь о гарантии мира, или по приговору большинства их совместно с вышеназванным Стефаном, кентерберийским архиепископом, если он будет иметь возможность присутствовать, и с другими, которых он пожелает для этого позвать с собою; а если он не будет иметь возможности присутствовать, дело тем не менее и без него пусть идет так (при этом), что если в подобной тяжбе будет выступать какой-либо или какие-либо из вышеназванных двадцати пяти баронов, то они устраняются, поскольку дело идет о решении этой тяжбы, а на их место и только для этого назначаются другие остальными из этих двадцати пяти и дают присягу.

56. Если мы лишили Уэлсцев земель, или вольностей, или чего-либо иного без законнаго приговора их пэров в Англии или в Уэлсе, пусть оне будут им немедленно возвращены; и если об этом возникла (уже) тяжба, в таком случае пусть разбирается она в (Уэлсской) марке их пэрами, о держаниях английских по английскому праву, о Уэлсских держаниях по Уэлсскому праву, о держаниях в пределах марки по праву марки. Так же пусть поступают Уэлсцы с нами и с нашими.

57. Относительно же того, чего был лишен кто-либо из Уэлсцев без законнаго приговора своих пэров королем Генрихом, нашим отцом, и королем Ричардом, братом нашим, что мы держим в нашей руке или что другие держат за нашим поручительством, мы будем иметь отсрочку до конца обычнаго срока принявших крест, за исключением того, относительно чего уже возбуждена тяжба или произведено разследование по нашему повелению перед принятием нами креста; когда же мы вернемся, или если случится, что не отправимся в наше паломничество, мы немедленно же окажем им относительно этого полную справедливость по законам Уэлсцев и сообразно с указанными выше местностями.

58. Мы возвратим сына Левелина немедленно же, а также всех Уэлсских заложников и грамоты, которыя были выданы нам в обезпечение мира.

59. Мы поступим с Александром, королем шотландцев, относительно возвращения его сестер и заложников и относительно вольностей их и их права в согласии с тем способом, каким мы поступим с другими нашими Английскими баронами, если только не должно быть поступлено (с ним) иначе в силу грамот, которыя мы имеем от его отца Вильгельма, некогда короля шотландцев; и это будет сделано по приговору их пэров в курии нашей.

60. Все же те вышеназванные обычаи и вольности, какие только мы соблаговолили признать подлежащими соблюдению в нашем королевстве, насколько это касается нас в отношении к нашим (вассалам), все в нашем королевстве, как миряне, так и клирики, обязаны соблюдать, насколько это касается их в отношении к их вассалам.

61. После же того, как мы, для Бога и для улучшения королевства нашего и для более успешнаго умиротворения раздора, родившагося между нами и баронами нашими, все это вышеназванное пожаловали, желая, чтобы они пользовались этим прочно и нерушимо на вечныя времена, создаем и жалуем им нижеписанную гарантию, именно: чтобы бароны избрали двадцать пять баронов из королевства, кого пожелают, которые должны всеми силами блюсти и охранять и заставлять блюсти мир и вольности, какия мы им пожаловали и этой настоящей xapтией нашей подтвердили, таким именно образом, чтобы, если мы или наш юстициарий, или бэйлифы наши, или кто-либо из слуг наших, в чем-либо против кого-либо погрешим или какую-либо из статей мира или гарантии нарушим, и нарушение это будет указано четырем баронам из вышеназванных двадцати пяти баронов, эти четыре барона явятся к нам или к юстициарию нашему, если мы будем находиться за пределами королевства, указывая нам нарушение, и потребуют, чтобы мы без замедления исправили его.

И если мы не исправим нарушения или, если мы будем за пределами королевства, юстициарий наш не исправить (его) в течение времени сорока дней, считая с того времени, когда было указано это нарушение нам или юстициарию нашему, если мы находились за пределами королевства, то вышеназванные четыре барона докладывают это дело остальным из двадцати пяти баронов, и те двадцать пять баронов совместно с общиною всей земли будут принуждать и теснить нас всеми способами, какими только могут, то есть путем захвата замков, земель, владений и всеми другими способами, какими могут, пока не будет исправлено (нарушение) согласно их решению; неприкосновенной остается (при этом) наша личность и личность королевы нашей и детей наших; а когда исправление будет сделано, они опять будут повиноваться нам, как делали прежде.

И кто в стране захочет, принесет клятву, что для исполнения всего вышеназваннаго будет повиноваться приказаниям вышеназванных двадцати пяти баронов и что будет теснить нас по мере сил своих вместе с ними, и мы открыто и свободно даем разрешение каждому давать присягу, кто пожелает дать ее, и никому никогда не воспрепятствуем дать присягу.

Всех же в стране, которые сами добровольно не пожелают давать присягу двадцати пяти баронам относительно принуждения и теснения нас совместно с ними, мы заставим дать присягу нашим приказом, как сказано выше.

И если кто-либо из двадцати пяти баронов умрет или удалится из страны или каким-либо иным образом лишится возможности выполнить вышеназванное, остальные из вышеназванных двадцати пяти баронов должны избрать по собственному решению другого на его место, который подобным же образом принесет присягу, как и прочие.

Во всем же, что поручается исполнять тем двадцати пяти баронам, если случится, что сами двадцать пять будут присутствовать, и между ними о чем-либо возникнет несогласие, или если некоторые из них, получив приглашение явиться, не пожелают или не будут в состоянии явиться, пусть считается решенным и твердым то, что большая часть тех, которые присутствовали, постановила или повелела, так, как будто бы согласились на этом все двадцать пять;

и вышеназванные двадцать пять должны принести присягу, что все вышесказанное будут соблюдать верно и заставлять (других) соблюдать всеми зависящими от них способами.

И мы ничего ни от кого не будем домогаться, как сами, так и через кого-либо другого, благодаря чему какая-либо из этих уступок и вольностей могла бы быть отменена или уменьшена;

и если бы что-либо такое было достигнуто, пусть оно считается недействительным и не имеющим значения, и мы никогда не воспользуемся им ни сами, ни через посредство кого-либо другого.

62. И всякое зложелательство, ненависть и злобу, возникшия между нами и вассалами (homines) нашими, клириками и мирянами, со времени раздора, мы всем отпускаем и прощаем.

Кроме того, все правонарушения, совершонныя по поводу этого раздора от Пасхи года царствования нашего шестнадцатаго до возстановления мира, мы вполне всем отпускаем, клирикам и мирянам, и, сколько нас это касается, вполне прощаем.

И кроме того мы повелели написать для них открытыя удостоверения от имени сеньера Стефана, архиепископа кентерберийскаго, сеньера Генриха, apxиепископа дублинскаго, и вышеназванных епископов и магистра Пандульфа об этой гарантии и вышеназванных пожалованиях.

63. Поэтому мы желаем и крепко наказываем, чтобы английская церковь была свободна, и чтобы люди в королевстве нашем имели и держали все названныя выше вольности, права, уступки и пожалования надлежаще и в мире, свободно и спокойно, в полноте и в целости для себя и для наследников своих от нас и от наследников наших во всем и везде на вечныя времена, как сказано выше.

Была принесена клятва как с нашей стороны, так и со стороны баронов, что все это вышеназванное добросовестно и без злого умысла будет соблюдаться.

Свидетелями были вышеназванные и многие другие.

Дано рукою нашею на лугу, который называется Рэннимид, между Уиндзором и Стэнзом, в пятнадцатый день июня, в год царствования нашего семнадцатый.

Нантський едикт

Нантський едикт — указ короля Франції Генріха IV від 13 квітня 1598, який дарував французьким гугенотам певні громадянські права, відкривши таким чином шлях до релігійної терпимості. За указом протестанти отримували право на свободу совісті, поновлювалися їхні громадянські права, включно з правом обіймати будь-яку державну посаду і подавати скарги безпосередньо королю. Едикт поклав кінець релігійній війні у Франції. Виконання едикту гарантувалося шляхом передачі в самоуправління протестантів 150 фортець а також фінансуванням з королівських скарбниць. Генріх IV, перший король династіі Бурбонів, протестант, вирішив перейти в католицьку віру після смерті свого двоюрідного брата Генріха III, і, таким чином, зійти на французький престол.

Історичний контекст

Нантський едикт поклав кінець релігійним війнам, що роздирали Францію протягом 40 років. Але, вже в минулому, були спроби прийняти законодавчий текст такого типу.15 січня 1562 року, Карл ІХ підписав Сент-Жерменський едикт (Січневий едикт), що дозволяв свободу культу протестантизму в передмістях. В 1570 році була підписана Сент-Жерменська угода, яка гарантувала протестантам свободу совісті, свободу культу, а також передавало під контроль протестантських ватажків чотири міста, а саме Ла-Рошель, Коньяк, Шаріте-сюр-Луар, Монтобан. Але, різниця між різними едиктами і Нантським едиктом полягає в тому, що Нантський едикт не лишився мертвою буквою, а був впровадженний в життя і виконувався, завдяки авторитету короля Генріха IV, що сам був протестантом в минулому

Генріх IV, король Франції

Нантський замок, резиденція герцогів Бретані

Розробка Едикту

З 7 березня по 3 квітня 1598 Генріх IV, король Франції та Наварри, в недавньому минулому лідер протестантської партії, намагається взяти контроль над вороже настроєною до нього провінцією Бретань. Столиця Франції тимчасово розташована в місті Анже, де і відбулася розробка Едикту. Після нищівної поразки іспанської арміі коло міста Ам'єн, позиції Генріха IV значно зміцнилися : майже вся країна перейшла на сторону короля, завдяки воєнним успіхам його війска, переходу Генріха IV в католицизм, а також загальному прагненню до злагоди в країні.В Анже, Генріх IV демонструє ультра-католицькому населенню, всю щирість свого переходу в католицизм : отримує благословіння єпископа, ходить на службу в Собор святих Петра і Павла виконує традиційні католицькі королівські обряди (миє ноги 12 бідним, дотиркається до хворих з метою зцілення). Королівська армія займає позиції вздовж кордону з провінцією Бретань, демонструючи готовність до воєнних дій в останній провінції, на яку не розповсюджується влада нового короля. Тим часом, деякі бретонські фортеці, з криками "Хай живе наш король!" переходять на сторону короля.Позиції герцога Меркера, губернатора провінції, значно ослабилися масовою підтримкою населення королю. Герцог, під час зустрічі з Генріхом IV 28 березня, кидається йому в ноги, присягає в вірності і здає Бретань королівскій владі. Французький король Генріх IV урочисто заходить в Нант, столицю Бретані, 12 квітня 1598 року. Королівська рада завершує редагування Нантського едикту. Як пізніше писав Сюллі, прем'єр-міністр Генріха IV, король прагнув якнайшвидше покласти край громадянскій війні, що виснажувала, як католиків, так і протестантів. З цією метою була підписана мирна угода з Іспанією, заклятим ворогом Генріха IV, 2 травня 1598 року. Шлях до підпису Нантського едикту був відкритий.

Едикт "умиротворення і терпимості"

Тексти, що склали Нантський Едикт були підписані з 3 по 30 квітня 1598 року.Раніше історики вважали, що Едикт був оголошений з замку бретонських герцогів в Нанті, але насправді, ця історична подія відбулася в маленькому будиночку розташованому коло замку. Цей будинок не зберігся : він був зруйнований під час Другої Світової війни. Нантський едикт не був ні в якому разі "милостивим указом", прийнятим могутнім королем для своїх підданих, а навпаки, дипломатичною компромісною угодою, в якій кожна з сторін виборювала кожен пункт на користь свого власного табору. Нантський Едикт гарантує свободу совісті на території всього Французького королівства, він дозволяє свободу культу в населенних пунктах, в яких до 1597 року існували протестантські спільноти, а також в 3500 замках протестантського дворянства і в містах місцевого самоуправління.В деяких містах (Бордо, Гренобль, Кастр) були впроваджені суди, що складалися на половину з католиків, на половину з протестантів для гарантії справедливого суду над протестантами. В інших містах (Париж, Руан, Діжон, Тулуза, Ліон тощо), протестантський культ був заборонений, а в Сомюрі, Седані, Ла-Рошелі, Монпельє, Монтобані був заборонений католицький культ. Протестанти більше не будуть позбавлені своїх громадянских прав, будуть мати доступ до всіх державних посад, зможуть відкривати школи і академії. Фінансова дотація для пасторів в 45 000 екю буде виплачуватися щорічно королівською скарбницею. Як гарантії їх майбутньої безпеки, 150 замків було передано в управління протестантам, серед них 51 фортеця : Ла-Рошель, Коньяк, Руаян,Монтобан, Нім, Монпельє. Була дозволена армія в 30000 солдат для захисту протестантських фортець. Оголошення едикту викликало різні реакції. Радість, задоволення, але й обурення. Католицькі міста Париж, Ренн, Руан затвердили Нантський едикт тільки через десять років і те, після загроз Генріха IV, а великий протестантський поет, соратник і особистий друг короля Агриппа д'Обіні назвав едикт "жахливим указом".

Нантський едикт в Європі 17го століття

Вперше в Західній Європі, релігійне протистояння було припинено не шляхом заборони і переслідувань (католицизму в Англії, протестантизму в Іспаніі і Італії), а шляхом легалізаціі міноритарної релігії і затвердження державою ії прихильників у всіх громадянських правах.

Терпимість

Нантський едикт заклав основи терпимості як принцип управління суспільством. Але насправді, слово "терпимість" не існує в тексті едикту, на нього немає жодного натяку.В французькій мові 17го століття, слово "терпимість" (la tolérence) має негативний відтінок. і "терпіти" є синонімом слова "страждати", "витримувати муки". Зміст який ми вкладаємо сьогодні в слово "терпимість", а саме, допускати, що релігійні переконання наших опонентів мають таке саме право на існування як і наші власні, був абсолютно чужим філософії 16го століття. В 16му столітті, кожна людина впевнена, що саме ії віра є єдино правильною, таким чином інший помиляється і прирікає себе на пекло в день страшного суду. Врятувати єретика від його єресі, навіть силою, є святим обовязком кожного віруючого.Католики вважають, що едикт є тимчасовим компромісом, необхідним на шляху майбутнього знищення протестантської релігіі. Протестанти розцінюють едикт як поступку католицькій більшості і розраховуюють на майбутню підтримку Англії і подальше послаблення Іспанії.

Перелом в європейській ментальності

Насправді, Нантський едикт знаменує собою остаточний відхід від середньовічних догм, коли влада короля і божа влада були синонімами. Нантський едикт різко розміжував, з одної сторони, релігійні переконання, які покидають громадський простір і стають особистою справою кожного і закон короля, якому підкоряються всі, без вийнятку. Цікаво, що сучасники Нанського едикту називали його едиктом умиротворення.

Скасування Нантського едикту

Людовік ХІІІ і герцог Рішельє, прем'єр міністр короля, під час осади Ла Рошелі, останнього оплоту протестантів

Скасування оборонних гарантій едикту (1629 рік)

Всі воєнні гарантії що едикт надавав протестантам, а саме, право утримувати фортеці, оборонні замки були скасовані королем Людовіком ХІІІ, Алеським едиктом в 1629 році. Син Генріха IV, Людовік ХІІІ захоплює протестантську фортецю міста Ларошель, забороняє політичні протестантські збори та партіі, але дозволяє протестантський культ на всій територіі Франції, крім Парижу.

Політика конверсій (1660-1685

Людовік XIV починає активну політику конверсій, добровільних але часто насильницьких. Король насаджує абсолютизм і вважає, що Франція повинна слідувати принципу : один народ, один король, одна віра. Місіонери намагаються переконати протестантів змінити віру, поліція примушує кожну протестантську родину брати на утримання жандарма.

Остаточне скасування Нантського Едикту (1685 рік)

Нантський едикт був скасований у 1685 Едиктом Фонтенбло, який заборонив протестантизм у Франції. Після смерті Людовіка XIV, протестантизм був заборонений, але французькі королі не продемонстрували непремиримості Людовіка в цьому питанні і значні протестантські спільноти змогли вижити. В 1787 році, Людовік XVI підписав Версальский Едикт, який забороняв всі переслідування проти протестантів. Тільки Французька революція 1789 року дозволила повну і остаточну політичну, релігійну і особисту реабілітацію французьких протестантів.

Бомануар, «Звичаї Бовезі»

§ 467. Ми називаємо віланським володінням таке, яке від сеньйора за чинш, ренту або шампар (шампар — натуральна; чинш — грошова плата за землю), оскільки з володіння феодального ... жодного із цих платежів не повинно бути.

§ 1434. Відомо, що стан кріпосної залежності ... передається через матерів, оскільки кожна дитина, народжена кріпачкою, ... вважається кріпосною, хоча б батько її був вільним. Навіть, якщо батьком буде лицар, що взяв шлюб із кріпачкою, ... усі діти, яких вона буде мати від нього, успадковують її кріпосне становище...

§ 1438. Особиста кріпосна залежність ... виникала багатьма шляхами. По-перше, внаслідок того, що у давнину, коли викликали своїх підданих на війну, ... тих, хто без поважної причини залишалися (вдома), перетворювали навіки у кріпосних разом з нащадками... По-друге, внаслідок того, що керуючись великим благочестям, багато хто віддав і себе, і своїх нащадків святим..., обкладаючи себе повинностями за своєю доброю волею. І повинності, які з них надходили, управляючі церковним майном заносили у списки, ... а потім з дня у день ухитрялись брати з них більше і більше... У підсумку те, що було зроблено за доброю волею і благочестям, перетворювалось на шкоду і погіршення добробуту ... нащадків. Третя причина, через яку багато хто став кріпосним, це — продаж, коли хто-небудь, зубожівши, казав своєму сеньйорові: «Ви мені дасте стільки-то, а я стану вашою особисто залежною людиною»... Іншим разом віддавали себе у кріпосну залежність для того, щоб захистити себе від інших сеньйорів... Через усі ці причини і з'являється особиста кріпосна залежність, адже за природнім правом усі вільні... Існують й інші способи набуття (кріпаків), адже існують землі, які мають властивість робити людей недворянського роду, чоловіків і жінок, у випадку, якщо вони проживуть на них один рік і один день, кріпосними тих сеньйорів, під владою яких вони проживають.

§ 1452. ...Існує багато станів особистої кріпосної залежності... Адже одні із закріпачених так підпорядковані своїм сеньйорам, що ці сеньйори мають над ними право життя і смерті, можуть тримати їх в ув'язненні за своїм волевиявом — за вину або без вини, і ні перед ким за них не відповідальні, окрім лише як перед богом. З іншими поводяться більш по-людському, оскільки за їх життя сеньйори не можуть від них нічого вимагати, якщо тільки вони не скоять злочину, окрім їх чиншів, рент і повинностей, які, за звичаєм, платять за їх кріпацьке становище... І тільки коли вони помирають або одружуються із вільними жінками, усе їх майно — і рухоме, і нерухоме — переходить до сеньйорів. Адже той, хто одружується із вільною, має заплатити викуп за рішенням сеньйора. І якщо кріпак помирає, немає у нього спадкоємця, окрім сеньйора, і діти кріпака нічого не отримують, якщо не заплатять викупу сеньйорові, як це зробили б люди сторонні. Ці останні повинності ... мають у кріпаків Бовезі назву мертвої руки і шлюбного викупу.

§ 1457. Наші звичаї більш м'які ... стосовно кріпаків, ніж у багатьох інших областях, адже у багатьох інших областях сеньйори можуть розпоряджатися життям і смертю своїх кріпаків, коли і як їм забажається, а також змушують їх вічно жити на своїх землях. В Бовезі ж ставляться більш людяно, оскільки за умови плати своїм сеньйорам належних за звичаєм рент і подушного, ...вони можуть іти служити поза юрисдикцією своїх сеньйорів, ...за винятком місць, перебування у яких може дати їм свободу, як, наприклад, у деяких містах, всякий житель яких вільний із-за привілею і звичаю. Адже, як тільки хто узнає, що його кріпак поселився у такому місті, він має одержати його назад, якщо заявить на нього протягом одного року і одного дня претензію, як на свого кріпака... Багато кріпаків, що таємно пішли від своїх сеньйорів для проживання у такі міста, одержали свободу.

ЗОЛОТАЯ БУЛЛА

Глава II

Об избрании римского короля

1. После же того, как... князья-избиратели или их послы вступят в город Франкфурт, они должны немедленно, на другой же день, рано утром прослушать в присутствии их всех в церкви св. апостола Варфоломея заказанную ими мессу... И архиепископ майнцский даст им форму присяги, и он с ними и они или, в случае их отсутствия, (их) послы с ним принесут на народном языке присягу...

3. Наконец, по принесении князьями-избирателями или (их) послами... присяги... пусть приступят они к избранию и никак уже названного города Франкфурта не покидают, прежде чем большая часть их не выберет временного главу мира или христианского народа, то есть римского короля, долженствующего стать императором. Если же они не успеют это сделать в течение 30 дней, считая без перерыва со дня принесения упомянутой присяги, то после этого, по прошествии этих 30 дней, пусть они питаются лишь хлебом и водою и никоим образом не выезжают из вышеназванного города до тех пор, пока ими или большею частью их не будет избран правитель или временный глава верующих, как об этом сказано выше.

4. После же того, как в том же месте они или большая по числу часть их совершит избрание, такое избрание должно считаться и рассматриваться так же, как если бы оно было совершено ими всеми единодушно без чьего-либо несогласия. И так как то, о чем ниже пишется, по древнему, установленному и похвальному обычаю всегда до селе нерушимо было соблюдаемо, посему и мы постановляем и предписываем всей полнотой данной нам императорской власти, что тот, кто вышеуказанным способом будет избран римским королем, тотчас же по окончании избрания, прежде чем он в силу власти Священной империи займется какими-нибудь другими делами или предприятиями, должен всем вместе и каждому в отдельности князьям-избирателям, духовным и светским, которые считаются ближайшими членами Священной империи, незамедлительно и беспрекословно подтвердить и одобрить своими грамотами и печатями все их привилегии, грамоты, права, вольности, пожалования, старинные обычаи, а также почетные саны и все, что они от империи получили и чем обладали вплоть до дня выборов, и все перечисленное повторить еще раз им, после того как будет коронован императорской короной. Такое подтверждение избранный сам сделает и повторит каждому князю-избирателю особо, сперва от своего королевского имени, а затем под императорским титулом, и во всем этом будет обязан всем этим князьям-избирателям вместе к каждому из них в отдельности не чинить никаких препятствий а, наоборот, без злого умысла оказывать милостивую поддержку.

5. Мы постановляем, наконец, что в случае, если три князя-избирателя, присутствующие (на выборах), или (их) послы за (их) отсутствием, изберут в римские короли четвертого среди них или из их среды, то есть князя-избирателя, присутствующего или отсутствующего, то голос этого избранного, если он будет присутствовать, или его послов, в случае его отсутствия должен иметь полную силу, увеличивая число избирающих и образуя большинство вместе с (голосами) прочих князей-избирателей...