§ 156. Видимая сторона таинства. Невидимые его действия.

    

    I. К видимой стороне таинства покаяния принадлежат: устное исповедание грехов, приносимое кающимся перед священнослужителем, и словесное разрешение от грехов, произносимое священнослужителем по принесении исповеди.

    

    1) Устное исповедание грехов православная церковь признает {стр. 203} существенной и необходимой составной частью таинства покаяния. И это понятно, как скоро кающийся может получить разрешение или неразрешение от грехов не через непосредственное явление Бога человеку с объявлением ο прощении грехов, а через служителя церкви. Не было бы надобности и в установлении видимой власти разрешать или не разрешать грешника, если бы для получения прощения грехов достаточно было одного внутреннего их сознания. И служитель церкви имеет власть в повеление Божие разрешать от грехов не безусловно, а под условием раскаяния со стороны грешника, каковое должно выразиться и видимым образом. С другой стороны, таинство покаяния есть не только духовный суд, — суд в смысле самоосуждения грешником своей греховности, но, прежде всего и главным образом, врачевание. «Здесь врачебница, а не судилище», — говорил св. И. Златоуст. Но как служитель церкви может быть орудием врачевания, не зная, от какой болезни врачевать? Больной телом, желая исцеления от болезни, сам рассказывает врачу ο действиях и состояниях болезни. Значит, и грешник, если искренне желает исцеления от душевных болезней, должен искренне открывать грехи свои перед духовным врачом. Наконец, устное исповедание грехов не может не составлять потребности души и для самих кающихся. Положение человека, действительно жаждущего уврачевания в таинстве покаяния, нельзя иначе представлять, как положением человека в собственном смысле кающегося и сокрушающегося сердцем от сознания тяжести своих грехов и их гибельных последствий (примеры такого покаяния в притчах ο блудном сыне и мытаре и фарисее). Но в таком состоянии человек невольно ищет высказать себя, открыть свою душу, свои чувства и дела. Но перед кем и открыть свою душу кающемуся христианину и ищущему прощения и помилования от Бога, как не Богу же перед Его служителем, Им же уполномоченным выслушивать исповедь сердца человеческого и облеченным такою властью, что его слово, разрешающее на земле, утверждается разрешением на небе, и запрещающее на земле, производит запрещение на небе?

    {стр. 204}

    Исповедь в смысле устного исповедания христианином своих грехов перед служителем церкви всегда была признаваема необходимой и потому существовала в церкви уже при апостолах. Первенствующие христиане, когда обращались к апостолам за отпущением своих грехов (тайных), то исповедывали перед ними грехи, по примеру тех из кающихся, которые приносили покаяние пред Иоанном Крестителем, исповедающе (έξομολογούμενοι) грехи своя (Мф 3, 6). Так, в кн. Деяний ап. повествуется, что в Ефесе, после того как сыновья Скевы иудеянина, заклинавшие духов именем Иисуса и Павла, подверглись за такую безрассудность избиению от бесноватого, мнози от веровавших прихождаху и исповедающе (έξομολογούμενοι) и сказующе (άναγγέλλοντες) дела своя (Деян 19, 18). Из связи речи можно видеть, что верующие исповедывали дела свои не перед кем другим, а пред ап. Павлом (11 ст. и сл.), и это исповедание состояло в открытом объявлении этих дел; пред Богом не было бы и надобности в таком объявлении. Α что оно было действительно открытым, ясно из того, что самое слово έξομολογείν — confitere (и происходящее от него существительное εξομολογήοις, confessio, как и простое όμολογείν) значит вообще устно исповедывать, признавать что-нибудь (Лк 12, 8; Ин 1, 20; Деян 24, 14; Рим 10, 9 -10), а έξομολογείν и όμολογείν в соединении с τάς αμαρτίας или παραπτώματα значит не только внутренне сознавать, но и открыто признавать и объявлять грехи (Мф 3, 6; Мк 1, 5; 1 Ин 1, 9). Здесь же такое значение έξομολογούμενοι усиливается еще словом άναγγέλλοντες — возвещая. Άναγγέλλειν значит раздельно пересказывать что-нибудь.

    Ап. Иоанн говорит: аще исповедуем (όμολογώμεν) грехи наша, верен есть и праведен (т. е. Господь Иисус), да оставит нам грехи наша и очистит нас от всякия неправды (1 Ин 1, 9; сн. Иак 5, 16). Под исповеданием грехов здесь разумеется не внутреннее только сознание их, но и устное или открытое их исповедание.

    По вопросу ο том, — всенародным (публичным) или частным (уединенным) должно быть исповедание грехов, ни И. {стр. 205} Христос, ни апостолы не дают прямого повеления. В древней церкви, наряду с покаянием тайным (в грехах не тяжких), впадавшие в тяжкие грехи, производившие соблазн в церкви, исповедывали их перед всей церковью, оставаясь между кающимися не малое время. Но потом, по снисхождению к немощи кающихся и в виду ослабления ревности в вере и прежней строгости жизни, публичное покаяние с особыми степенями для кающихся стало заменяться (с V в.) покаянием частным — пред одним духовным отцом.

    

    2) Грешнику, исповедавшему свои грехи, служитель тайны покаяния должен, согласно повелению Спасителя, в словах, выразить свое решение ο нем (Ин 20, 23; Мф 18, 16). Сам И. Христос во всех случаях, когда разрешал того или другого грешника от грехов, на словах выражал ему прощение грехов, напр., говорил: прощаются ти греси твои (Мф 9, 2; Лк 7, 48). По чинопоследованию нашей, православно-русской церкви, служитель церкви над исповедником, признанным достойным разрешения от грехов, читает краткую молитву, в коей испрашивает ему отпущение грехов и примирение с церковью, и после этого совершает «тайну святаго покаяния» словами; «Господь и Бог наш И. Христос, благодатью и щедротами Своего человеколюбия да простит ти, чадо N вся согрешения твоя; и аз, недостойный иерей, властью Его, мне данною, прощаю и разрешаю тя от всех грехов твоих, во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа, аминь». При произнесении конца этих слов иерей «знаменует крестообразно десницею кающегося», обыкновенно над главою кающегося, покрытого концом епитрахили (Требник).

    

    II. Благодатное действие Св. Духа, соединяющееся с действием власти, разрешающей грехи, состоит в отпущении грехов (Ин 20, 23; Лк 18, 13 -14), в очищении нас от всякой неправды (1 Ин 1, 9). С этим действием нераздельно соединяется примирение с Богом (Лк 15, 17–24; сн. Рам. 5, 1–2; 2 Кор 5, 19) и восстановление или приумножение благодати, оправдывающей грешника, дарованной в крещении, но через грех потерянной или умаленной, и надежды {стр. 206} на вечную жизнь (Лк 19, 7 — 8; 23, 42–43). Все эти действия соединены между собою неразрывной связью.

    Благодатные действия таинства покаяния простираются на все грехи человеческие, как бы они ни были тяжки. Милосердие Божие и цена заслуг Христовых безмерно превышают тяжесть грехов человеческих. Поэтому нет греха, которого бы истинно кающийся грешник не мог загладить покаянием. Писание указывает примеры грешников, через покаяние получивших прощение и помилование. Покаянием оправдался мытарь пред Богом; за покаяние помилована грешница, омывшая слезами ноги Спасителя. Покаянием разбойнику отверзты райские двери. Покаянием и горькими слезами ап. Петр, троекратно отрекшийся от Господа, снова возведен в звание апостольское. Ап. Петр призывал к покаянию Симона волхва (Деян 8, 22) и даже тех иудеев, которые распяли Мессию (2, 22, 37, 38), a И. Христос молился ο них: Отче, прости им; не ведят бо, что творят (Лк 23, 24). Ап. Павел разрешил понесшего временное отлучение и покаявшегося кровосмесника (2 Кор 2, 7). О себе ап. Павел говорит, что он прежде был хулитель, а теперь помилован (1 Тим 1, 13). Правда, И. Христос говорил ο хуле на Духа Святаго, что этот грех не отпустится ни в сей век, ни в будущий (Мф 12, 32), a ап. Иоанн не повелевает и молиться ο прощении греха смертного (1 Ин 5, 16). Но под таким грехом разумеется совершенное ожесточение во зле и нераскаянность, высшая степень злобы и вражды против Бога. Причина невозможности отпущения этого греха, следовательно, не в том заключается, что этот грех превышает бесконечную благость Божию, а в нравственном состоянии впавших в этот грех, — в том, что их ожесточение во зле достигло степени невозможности для них раскаяния, как в падших духах.