Банкирские дома в экономической жизни пореформенной России

В 60-х гг. XIX в. правительство России было вынуждено реорганизовать кре­дитную систему. К 1872 г. ведущую роль играл Государственный банк, первым управляющим которого был крупнейший предприниматель барон А. Л. Штиглиц.

В 1864 г. был основан первый акционерный коммерческий банк. Разрешение на их создание давало государство. К концу XIX в. их было 39.

Но главную роль играли не акционерные банки, а банкирские дома, которые в меньшей степени контролировались государством. Банкирский дом Гинцбургов разбогател на питейных откупах в 50-х гг. XIX в. Этот дом имел сахарные заводы, земельные владения, учредил ряд банков, но в 1892 г. вернул деньги кредиторам и прекратил операции.

Самуил Поляков был откупщиком и мелким подрядчиком. Его банкирский дом благодаря взяткам получил крупные концессии и кредиты на строительство железных дорог. Он вел торговлю с Персией, учредил Азовское пароходство, ряд банков. В 90-е гг. XIX в. его позиции стали утрачиваться.

Министр финансов Вышнеградский обвинял банкирские дома в мошенниче­стве, пытался усилить контроль государства над их деятельностью. С финансовы­ми аферами россияне столкнулись в период первого строительства капитализма в России, но в 90-е гг. XX в. опять отдали свои деньги финансовым «пирамидам». Исторический опыт востребован не был.

В конце XIX в. на смену частным предприятиям приходят акционерные обще­ства. Большое развитие получили торговые акционерно-паевые предприятия. В 1900-1913 гг. усилилось участие банковского капитала в торговых операциях. Все больше появлялось коммерческих банков. Получила развитие биржевая форма торговли. К 1912 г. в России действовало 85 бирж.

В 1905 г. для осуществления всей внешней и внутренней торговли было создано Министерство торговли и промышленности. Оно было тесно связано с крупней­шими банковскими и промышленными монополиями, последовательно защищало интересы российской финансовой олигархии.

Государственный банк действовал не только как центральный эмиссионный банк страны, но и как крупнейшее денежно-кредитное учреждение, как непосред­ственный орган проведения в жизнь экономической политики царского прави­тельства.

Частные акционерные банки коммерческого кредита России по концентрации капитала превосходили банки развитых капиталистических стран. Перед Первой мировой войной 89,3% всего основного капитала принадлежало банкам с акционер­ным капиталом свыше 10 млн рублей. На долю «большой пятерки» банков — Рус­ско-Азиатский, Петербургский международный, Азовско-Донской, Торгово-Промышленный и Русский для внешней торговли — приходилась почти половина всех ресурсов капитала и активов. По всей стране находились филиалы этих банков. К 1914 г. в России насчитывалось 600 кредитных учреждений и 1800 отделений государственных, общественных и частных банков. Широкое развитие банковской системы было прервано Первой мировой войной.

Доля иностранного капитала в российской добывающей и обрабатывающей промышленности

При проведении индустриализации во всех странах огромную роль играли ино­странные займы. В России иностранные капиталовложения привлекались в наи­более важные отрасли промышленности, национального хозяйства.

На протяжении 50 лет «великого железнодорожного строительства» прави­тельство за счет зарубежных источников поддерживало железнодорожный бум. За 1899 г. было построено 4692 км рельсовых путей. К 1900 г. железнодорожная сеть охватила 64 губернии Европейской России (85% всей сети), 8 губерний Великого княжества Финляндского, 7 областей Азиатской части России. В начале XX в. были завершены Великая Сибирская магистраль, Китайско-Восточная железная дорога, Ташкентская железная дорога. Темпы железнодорожного строительства снизились. Если в 1895-1899 гг. строили более чем по 2700 км ежегодно, то в 1902-1912 гг. ежегодно вводилось в эксплуатацию чуть больше 1000 км. Государственная дума выделяла средства практически по всем запросам Министерства путей сообщения. К началу 1914 г. сеть железных дорог России достигла 74,6 тыс. км. По протяженно­сти железных дорог Россия занимала второе место в мире после США, где имелось к этому времени свыше 380 тыс. км железнодорожной сети. Железные дороги были ведущим видом транспорта в стране, одной из крупнейших отраслей народного хозяйства. Строительство и эксплуатация железных дорог обеспечивали работой сотни тысяч людей. В экономическую жизнь вовлекались все новые территории. Железные дороги увеличили рост грузооборота в десятки раз и надежно обеспе­чивали функционирование российской экономики.

Иностранный капитал без различия национальностей устремился в тяжелую промышленность. Из более чем 2 млрд рублей иностранных инвестиций (до 1917) в российскую промышленность было вложено 1436 млн рублей. В горную промышленность было вложено 775 млн руб., в металлообработку и машинострое­ние — 354 млн, в химическую — 80 млн, в текстильную промышленность — 126 млн, в пищевую — 36 млн.

На юге России почти во всех предприятиях участвовал иностранный капитал. 22 металлургических завода южнорусского комплекса (из 167) давали большую часть стали и чугуна, заметно превосходя уральские предприятия по оснащенности и производительности труда.

Важную роль иностранный, особенно германский, капитал сыграл в развитии таких передовых отраслей, как энергетическая, электротехническая, химическая. Были построены электростанции. Налажено производство электротехнических изделий — от проволоки до генераторов. Кампания «Сименс и Гальске» с 1845 г. выполняла правительственный заказ на создание телеграфной связи. Почти 100% трамвайных путей было построено в России германскими фирмами. Англичане немало сделали для развития нефтяной и текстильной промышленности.

Иностранцев в России привлекала возможность получения огромных прибы­лей. В 1887-1913 гг. средняя норма прибыли на заграничный торгово-промыш­ленный капитал составила 12,9%. По российскому государственному долгу доход внутренних кредиторов составлял 4,5%. Такая «цена» за иностранные кредиты может показаться несправедливой. И можно было собирать капиталы по копеечке столетиями, как это делалось в свое время в Европе. Но у России в запасе столетий не было. Надо было догонять.

В то же время следует подчеркнуть, что Россия того времени не стала «ба­нановой империей» или «европейским Китаем». Созданные в стране передовые промышленные предприятия, развитая сеть железных дорог усиливали промыш­ленный потенциал страны, укрепляли военную, политическую и экономическую безопасность страны. К 1913 г. Россия на 55% удовлетворяла свои потребности в станках и оборудовании за счет внутреннего производства. Правительство ис­пользовало против товарной интервенции таможенную политику «Золотыми по­шлинами» (по прежним ставкам, но в золотой валюте) защищался отечественный производитель. Так, железнодорожное хозяйство обеспечивалось практически всем необходимым за счет внутреннего производства.

Вместе с иностранными капиталами народное хозяйство России воспринимало огромный опыт организации экономики. Морозовы, Прохоровы, Гучковы и дру­гие российские предприниматели быстро проходили путь от мелких мануфактур до мощных синдикатов. Многому научились российские инженеры, подрядчики, рабочие. Россия вывозила из Европы промышленный капитал, технические до­стижения, плоды европейского просвещения.

Доля заграничного капитала в совокупном торгово-промышленном и кредитном капитале в России увеличилась с 25% в 1889 г. до 43% в 1914 г. Иностранный ка­питал в России, как, например, и в США, выступал в роли «локомотива», «тягача» промышленного развития. В 1917 г. зарубежные деньги закончились.

Форсирование российской индустриализации «сверху»

В России, как и в других крупных странах, понимали необходимость создания своей мощной промышленности, проведения индустриализации.

«Создание своей собственной промышленности — это и есть та коренная, не только экономическая, но и политическая задача, которая составляет краеуголь­ное основание нашей протекционистской системы... Нужно не только создавать промышленность, нужно заставлять ее дешево работать, нужно в возникшей про­мышленной среде развить более деятельную и стремительную жизнь, — словом, поднять ее количественно и качественно на такой высокий уровень, дать ей такую могучую силу, чтобы она была не только питающимся, но и питающим органом отечественного хозяйства... Капиталы, знания и предприимчивость. Только эти три силы могут ускорить процесс образования вполне независимой национальной промышленности», — обращался С. Ю. Витте к Николаю II.

Для проведения успешной индустриализации в России имелись как положи­тельные, так и отрицательные факторы.

Первым важным фактором была дешевизна рабочей силы. После отмены крепостного права в города, на промышленные предприятия пришли миллионы людей, которые, потеряв прежние источники дохода, были готовы за минимум жизненных благ трудиться на своих новых хозяев. Не слишком дорогим был и труд крестьян-отходников, которые артелями все светлое время «пахали» на строитель­стве железных дорог и других объектов. «Дешевый мужик — величайшее благо для российской промышленности», — обрисовал ситуацию один из предпринимателей того периода.

Вторым положительным фактором было наличие колоссальных природных ресурсов.

Третьим фактором следует считать высокое качество человеческого потенциала, наличие большой группы специалистов высочайшего класса в сфере науки и тех­ники как следствие высокого уровня постановки высшего и среднего специального образования в стране.

Наличие кадров научной, инженерно-технической и педагогической интелли­генции позволяло рассчитывать на масштабное и целесообразное использование передового зарубежного опыта, инновационных технологий. Так, первая тепловая электростанция появилась в Нью-Йорке в 1882 г., а в Петербурге — в 1883. Первая линия электрического трамвая была проложена в 1881 г. в окрестностях Берлина. Затем электрические трамваи были введены в эксплуатацию во многих странах. В России первая линия трамвая длиной 1,5 км в 1892 г. соединила Подол и Крещатик в Киеве. В 1899 г. были построены две линии трамвая в Москве, а в 1907 г. налажено регулярное движение трамваев в Петербурге.

В начале XX в. в России выходило 120 технических журналов. В 1912 г. рос­сийские типографии выпускали больше печатной продукции, чем Англия, США и Франция вместе взятые.

На первом этапе, на стадии промышленного переворота, в российской экономике (30-80-е гг. XIX в.) произошел переход от ручного труда к машинному.

Второй этап охватил 80-90-е гг. и был временем небывалого промышленного подъема. За 1860-1896 гг. число машиностроительных заводов выросло с 99 до 544 (в 5,5 раз), а число рабочих на них — в 7,4 раза. Появились Обуховский сталели­тейный и пушечный в Петербурге, Паровозостроительный в Коломне, Пушечный и Механический в Перми и другие крупные заводы.

В рамках третьего этапа российской индустриализации, в 1900-1914 гг. крупно­капиталистические формы производства заняли господствующие позиции в рос­сийской промышленности, сложилась ее отраслевая и региональная структура, сформировалась система коммуникаций. Успешно развивались территориальное разделение труда, взаимодействие аграрных и индустриальных районов за счет внутренней торговли. Этот этап российской индустриализации начался с эконо­мического кризиса 1900-1903 гг. В 1904 г. наступило оживление, которое в 1905 и 1908 гг. прерывалось. В 1909 г. начался мощный подъем, не уступавший подъему 90-х гг. XIX в.

В 1913 г. на Путиловской верфи по лицензиям иностранных фирм было впер­вые в России организовано производство корабельных и судовых паровых турбин. Электротехническая промышленность, почти целиком основанная на германских капиталовложениях, была оборудована по последнему слову европейской техники и технологии и удовлетворяла почти весь спрос внутреннего рынка. Накануне Пер­вой мировой войны в стране имелось 255 металлургических заводов, 568 предпри­ятий в угольной промышленности, 170 нефтедобывающих и 54 нефтеперерабаты­вающих, 1800 металлообрабатывающих заводов, 840 фабрик в хлопчатобумажной промышленности. В целом за 1890-1913 гг. объем продукции тяжелой, а также легкой промышленности вырос в 7 раз.

Не было в стране недостатка и в предприимчивых людях, крупных организато­рах. Морозовы, Рябушинские, Путиловы, Елисеевы, Мамонтовы и многие другие проявляли инициативу. Они иногда рисковали и лучше, чем интеллигенция, на­ходили пути «наверх».

К сожалению, в стране действовали и механизмы торможения.

Во-первых, сохранялось существенное отставание от развитых стран в по­литической и социальной сферах. К началу XX в. Россия оставалась абсолютной самодержавной монархией без конституции, без парламента, без разрешенных по­литических партий и профессиональных союзов, без гарантированных гражданских прав, но с отсталым сословным строем, всесильной бюрократией и слабым царем во главе.

Во-вторых, Россия оставалась отсталой аграрной страной с примитивным патриархальным сельским хозяйством. Россия едва ли не последней из крупных стран отменила крепостное право. Аграрная реформа был проведена непосле­довательно. Аграрный вопрос сохранялся в качестве главного «гордиева узла» российского экономического развития. Многомиллионное российское крестьян­ство, обремененное выкупными платежами, обязательствами перед помещиками (арендная плата, отработки), было плохим покупателем промышленных изделий, что тормозило промышленное развитие, развитие товарно-денежных отношений в стране.

В-третьих, из-за косности политической системы, низкого жизненного и куль­турного уровня большей части населения постоянно нарастал уровень социальной напряженности. Российская верхушка предпочитала держать «вожжи» натянутыми до предела, а местные власти по своему обыкновению действовали в соответствии с принципом «Держать и не пущать!»