1.3. Обязательства, возникающие из банковской гарантии

Результатом совершения гарантом односторонней сделки по выдаче банковской гарантии является возникновение гарантийного обязательства. Гарантийное обязательство представляет собой правоотношение между гарантом и бенефициаром, в соответствии с которым гарант обязуется уплатить бенефициару определенную денежную сумму по представлении бенефициаром письменного требования о ее уплате¹.

Таким образом, содержание гарантийного обязательства составляют следующие права и обязанности сторон:

- обязанность гаранта об уплате денежной суммы, определенной в гарантии, в соответствии с условиями гарантии;

- право бенефициара предъявить гаранту соответствующее требование об уплате денежной суммы по гарантии.

Гарантийное обязательство является примером одностороннего обязательства, в котором обязанность лежит на одной стороне, а корреспондирующее ей право требования принадлежит другой, т.е. в обязательстве есть один обязанный и один управомоченный субъект.

Динамика развития гарантийного обязательства возможна в двух вариантах, каждый из которых является правомерным. Первый вариант заключается в таких ситуациях, когда бенефициар не реализует свое право требования к гаранту и гарантийное обязательство прекращается по основаниям иным, чем выплата денежной суммы по банковской гарантии. Второй вариант представляет случаи реализации кредитного риска бенефициара, в которых бенефициар обращается к гаранту с требованием об уплате денежной суммы в соответствии с условиями банковской гарантии. С точки зрения банка-гаранта всегда предпочтительнее первый вариант развития гарантийного обязательства, поэтому в период действия банковской гарантии банк предпринимает организационно-правовые меры для минимизации возможности наступления кредитного события².

Банк учитывает на внебалансовом счете выданную гарантию, создает под нее определенный резерв и ставит на контроль. Контроль, как правило, осуществляют специалисты кредитного отдела способами и методами, аналогичными тем, которые используются при контроле за заемщиками по кредитам, с учетом специфики отношений по банковской гарантии. Например, особой мерой контроля, применимой в отношениях по банковской гарантии, является запрос бенефициару о состоянии его отношений с принципалом.

Идеальным для банка-гаранта является такое развитие отношений сторон, при котором у бенефициара не возникает необходимости использования своих прав по банковской гарантии. В таком случае по истечении срока действия гарантии банк погашает ее (гарантийное обязательство прекращается автоматически в силу п. 2 ст. 378 ГК РФ), так и не включая в баланс.

Однако не всегда удается избежать выплаты по банковской гарантии, поэтому банки должны быть готовы к возможности уплаты указанной в гарантии суммы еще при ее выдаче. Гаранту необходимо иметь в виду, что выдача банковской гарантии изменяет взаимоотношения между принципалом и бенефициаром и устанавливает новые отношения между бенефициаром и гарантом. Изменяется мотивационный механизм всех участников отношений, связанных с выдачей банковской гарантии, поскольку кроме чисто экономических рисков возникает так называемый моральный риск и конфликт интересов. Гарант стремится только к тому, чтобы снизить возможные потери от реализации кредитного риска, в то время как бенефициар иногда имеет меньшую заинтересованность в минимизации таких потерь и даже может получить некоторую выгоду от реализации кредитного риска. Поэтому условия обязательства гаранта перед бенефициаром должны быть направлены, прежде всего, на выравнивание интересов его участников.

Кроме того, несовпадение интересов гаранта и бенефициара при выдаче банковской гарантии характеризуется наличием следующих возможных проблем:

- ассиметричность информации (бенефициар может иметь более полную информацию относительно передаваемого кредитного риска, чем гарант);

- неполнота сопровождающей сделку документации, что, например, может предоставить возможность гаранту избежать платежа при реализации кредитного риска.

Эти проблемы на практике приводят к судебным спорам между гарантами и бенефициарами, предметом которых является требование бенефициара об уплате денежных средств по гарантии в ситуации, когда гарант отказывается от оплаты, основываясь на недобросовестном поведении бенефициара. Судебная практика различных стран, а также международно-правовые акты признают указанные проблемы и разрешают их в той или иной степени¹.

В связи с тем, что операции по выдаче банковских гарантий являются разновидностью предпринимательской деятельности гарантов, к ответственности гаранта за нарушение гарантийного обязательства подлежит применению п. 3 ст. 401 ГК РФ относительно оснований наступления ответственности. Гарант несет ответственность независимо от вины, за исключением случаев непреодолимой силы, если банковской гарантией не предусмотрено иное. В п. 2 ст. 377 ГК РФ содержится специальное правило, согласно которому ответственность гаранта перед бенефициаром за невыполнение или ненадлежащее выполнение гарантом обязательства по гарантии не ограничивается суммой, на которую выдана гарантия, если в гарантии не предусмотрено иное. Указанная норма применяется судами в случаях, когда бенефициар требует взыскания с гаранта денежных средств сверх суммы гарантии в качестве ответственности за нарушение гарантийного обязательства.

С другой стороны, в соответствии с п. 2 ст. 377 ГК РФ гарант имеет право ограничить суммой гарантии свою ответственность перед бенефициаром за неисполнение гарантийного обязательства. В литературе было высказано мнение, что в случаях, когда на основании п. 2 ст. 377 ГК РФ ответственность гаранта за нарушение его обязательств в гарантии ограничена или вообще исключена, следует учитывать правило п. 4 ст. 401 ГК РФ, согласно которому заключенное заранее соглашение об устранении или ограничении ответственности за умышленное нарушение обязательства ничтожно, а в силу ст. 156 ГК РФ эта общая норма договорного права применима к гарантии как односторонней сделке. Действительно, допущение того, чтобы гарант имел возможность уменьшить либо исключить ответственность за умышленное нарушение своего обязательства перед бенефициаром, означало бы высшую степень несправедливости и позволяло бы гаранту нарушать гарантийное обязательство без опасений применения к нему мер ответственности. Кроме того, исключение ответственности гаранта за умышленное нарушение гарантийного обязательства противоречит не только интересам бенефициара, но и принципала, который уплачивает гаранту вознаграждение за выдачу гарантии и перед которым гарант также несет обязанность по надлежащему исполнению гарантийного обязательства.

Таким образом, гарант имеет право ограничить свою ответственность, например, исключив ответственность за невиновное нарушение гарантийного обязательства, однако не имеет права ограничивать ответственность в случаях умышленных нарушений. Подобные условия банковской гарантии должны признаваться ничтожными¹.

Нарушения гарантом гарантийного обязательства могут заключаться в следующем:

- нерассмотрение или несвоевременное рассмотрение предъявленного бенефициаром требования.

- неуведомление или несвоевременное уведомление бенефициара об отказе в удовлетворении требования.

- неудовлетворение (необоснованный отказ в удовлетворении) или несвоевременное удовлетворение требования бенефициара.

Ответственность за нарушение обязанностей по рассмотрению требования бенефициара, а также по уведомлению бенефициара об отказе в удовлетворении требования возможна в форме возмещения убытков (ст. 393, ст. 15 ГК РФ) и уплаты неустойки, если она предусмотрена банковской гарантией (ст. 394 ГК РФ).

Нарушение гарантом обязанности по удовлетворению требования бенефициара является неисполнением денежного обязательства, так как существо указанной обязанности состоит в уплате определенной денежной суммы гарантом в пользу бенефициара. К ответственности гаранта за нарушение указанной обязанности применяется ст. 395 ГК РФ об ответственности за неисполнение денежного обязательства. Гарант обязан уплатить проценты на сумму денежных средств, которые были выплачены бенефициару с просрочкой либо которые необоснованно не были выплачены бенефициару. Как отмечалось, ответственность за неуплату или несвоевременную уплату денежных средств бенефициару наступает с момента истечения срока, необходимого для совершения платежа гарантом. Именно с этого момента на неуплаченную сумму подлежат начислению проценты согласно ст. 395 ГК РФ. В связи с этим нельзя согласиться с действующей судебной практикой, согласно которой проценты по ст. 395 ГК РФ подлежат начислению с момента получения гарантом требования бенефициара, поскольку ответственность не может применяться до тех пор, пока обязательство не нарушено¹.

Если убытки, причиненные бенефициару нарушением обязательства гаранта по уплате денежных средств, превышают сумму процентов, причитающуюся ему на основании п. 1 ст. 395 ГК РФ, бенефициар вправе требовать от гаранта возмещения убытков в части, превышающей сумму процентов (п. 2 ст. 395 ГК РФ).

Несмотря на то, что гарантийное обязательство возникает из односторонней сделки - банковской гарантии, с момента вступления его в силу гарант не имеет права своим односторонним решением прекратить указанное обязательство. Исключение составляют случаи, когда в гарантии предусмотрено право ее отзыва гарантом.

В ст. 378 ГК РФ определены случаи, когда обязательства перед бенефициаром прекращаются. Ими являются:

1) уплата бенефициару суммы, на которую выдана гарантия;

2) окончание определенного в гарантии срока, на который она выдана;

3) отказ бенефициара от своих прав по гарантии и возвращение ее гаранту;

4) отказ бенефициара от своих прав по гарантии путем письменного заявления об освобождении гаранта от его обязательств¹.

При уплате бенефициару суммы гарантии обязательства гаранта прекращаются независимо от того, возвращена ли ему гарантия или нет. Однако для предотвращения повторной ошибочной оплаты предъявленного требования по уже исполненной гарантии гаранту целесообразно истребовать у бенефициара указанный документ с отметкой об исполнении. Хотелось бы отметить, что закрепление этого условия в законе позволило бы гаранту принять меры воздействия к бенефициару, не выполняющему это важное положение.

Бенефициар вправе отказаться от своих прав по гарантии и либо возвратить гаранту гарантийное обязательство, либо направить гаранту письменное заявление об освобождении его от обязательств. Действия бенефициара в этом случае являются односторонней сделкой, направленной на прекращение обязательств по гарантии. Согласия гаранта в данном случае не требуется. Гарант, которому стало известно о прекращении гарантии, обязан без промедления уведомить об этом принципала.

Несмотря на то, что перечень оснований прекращения банковской гарантии, указанный в ст. 378 ГК РФ, является ограниченным, это не исключает применения к банковской гарантии общих правил прекращения гражданско-правового обязательства.

В.В. Витрянский отмечает, что отдельные специальные правила о прекращении банковской гарантии уже включают в себя и некоторые общие основания прекращения гражданско-правового обязательства¹.

Например, уплата бенефициару гарантом суммы, на которую выдана банковская гарантия, означает надлежащее исполнение должником своего обязательства, что признается общим основанием прекращения всякого обязательства (п. 1 ст. 408 ГК РФ). Отказ бенефициара от своих прав по гарантии путем письменного заявления об освобождении гаранта от его обязательства может быть одновременно квалифицирован как прощение долга (ст. 415 ГК РФ).

Таким образом, следует согласиться с В.В. Витрянским, который считает, что помимо специальных оснований прекращения банковской гарантии, предусмотренных в ст. 378 ГК РФ, основанием прекращения обязательств гаранта могут служить также отступное (ст. 409 ГК РФ), зачет встречного однородного требования (ст. 410 ГК РФ), совпадение должника и кредитора в одном лице (ст. 413 ГК РФ), новация обязательства (ст. 414 ГК РФ) и другие².

Исключение составляет лишь такое основание прекращения обязательства, как невозможность исполнения (ст. 416 ГК РФ), которое не подлежит применению к любому денежному обязательству, включая и банковскую гарантию, обеспечивающую кредитный договор.

Следовательно, что касается иных общих оснований прекращения гражданско-правового обязательства, то, исходя из содержания норм, их устанавливающих, представляется, что ничто не препятствует их применению и к обязательствам, вытекающим из банковской гарантии.

Таким образом, среди оснований, влекущих прекращение договора банковской гарантии, следует рассматривать не только прямо перечисленные в ст. 378 ГК РФ, но и общие основания прекращения денежных обязательств.