Глава 15. Свобода и приверженность 417

14 Свобода учиться

дения не определяется так называемой свободой. Это позво­ляет объяснить, почему Скиннер в книге «Уолден Два» гово­рит устами своего героя следующее:

Ну, а что вы скажете по поводу планирования личностей? Это вас заинтересует? Контроль над темпераментами? Дайте мне технические условия, и я дам вам человека! А что вы скажете по доводу контроля мотивации, создания интересов, которые сделают людей наиболее продуктивными и наиболее успешными? Это кажется вам фантастичным? Однако некото­рыми технологиями мы располагаем уже сегодня, а экспери­ментально их можно разработать еще больше. Подумайте о возможностях... Позвольте нам контролировать жизни детей, и вы увидите, что мы сможем из них сделать (Skinner, 1948. Р. 243).

Некоторое время тому назад в одном из университетов на Западном побережье я получил новую иллюстрацию несво­боды человека. Психологи изучали способы изменения ин­дивидуальных паттернов поведения в группе. Четверо взрос­лых испытуемых сидели за столом. Перед каждым из них находилась экранированная электрическая лампа, невиди­мая для других испытуемых. Им давалась тема для разгово­ра. Затем в группе выявлялся наименее доминантный инди­вид («стыдливая мимоза»), который никогда не брал на себя руководящей роли. Во второй части эксперимента этому ин­дивиду письменно сообщалось: дискуссия прослушивается и наблюдается экспертами; когда эти эксперты будут считать, что Вы успешно содействуете групповому процессу, Ваша лампа будет мигать. Трое других, более доминантных, испы­туемых получали аналогичные листы с инструкциями с од­ной лишь разницей: каждому говорилось, что его лампа бу­дет мигать тогда, когда он (по мнению экспертов) не содей­ствует групповому процессу. Затем им давался другой воп­рос для обсуждения, с инструкцией, что через полчаса они должны попытаться достичь консенсуса по данному вопро­су. Теперь каждый раз, когда говорил испытуемый «стыдли­вая мимоза», его лампа мигала. А что бы ни говорили дру­гие, их лампы также мигали, но с противоположным смыс-

лом: они не вносят в дискуссию ничего полезного. После получаса такого обусловливания робкий член группы почти всегда начинал восприниматься как ее лидер. Более того, этот паттерн продолжал действовать на протяжении допол­нительного получаса, когда лампы уже не использовались. Рассказывали историю о трех зрелых ученых и одном юном студенте, прошедших через эту процедуру. В первой серии студент почти не участвовал в обсуждении, однако в серии с мигающими лампами он стал настолько доминантным, что к ее завершению, когда группу попросили подвести итог об­суждения, более старшие участники повернулись к нему и предложили: «Почему бы не резюмировать все это Вам? Вы способны сделать это лучше всех». Здесь вновь возникает впечатление, что поведение людей предельно подвержено манипуляции и так называемой свободы не существует. Чле­ны группы вели себя как марионетки, дергаемые за веревоч­ки по прихоти экспериментаторов.

Эксперименты на крысах показали, какой высокой сте­пени контроля над поведением смогли достичь ученые. Мно­го лет назад д-р Джеймс Олдс научился вживлять тонкие электроды в септальную область мозга лабораторных крыс (Olds, 1955). Когда крыса нажимала на рычаг, расположен­ный в ее клетке, это вызывало минутную электрическую сти­муляцию мозга посредством этих электродов. Стимуляция правой области мозговой ткани вызывала подкрепляющее переживание такой силы, что животное впадало в экстаз, нажимая и нажимая на рычаг до полного изнеможения. Субъективное ощущение, по-видимому, было настолько удов­летворяющим, что животное предпочитало его любой другой активности. Истощенная крыса довольствовалась непродол­жительным отдыхом и небольшим количеством пищи и воды и вновь возвращалась к своей оргии наслаждения. В одном эксперименте крысы проводили в таком режиме сутки на­пролет в течение трех недель. Довольно любопытно, что жи­вотные, по всей видимости, не несли ни физического, ни пси­хического ущерба ни во время эксперимента, ни впослед­ствии. Можно лишь предполагать, к чему могла бы привести такая процедура, в полном объеме примененная к людям.

⁴¹⁸ Часть IV. Философско-аксиологические эссе