§ 2. Московская губерния накануне и в годы первой мировой войны

Первая революция не достигла своих главных целей, но она вынудила самодержавие пойти на серьезные уступки. Главная из них состояла в издании царского манифеста 17 октября 1905 г., даровавшего политические свободы. Манифест предусматривал широкие избирательные права по выборам в Государственную Думу. Стремясь урезать эти революционные завоевания, 3 июня 1907 г. царь распустил II Государственную Думу и издал новый закон о выборах в Государственную Думу. Новый закон значительно сокращал избирательные права рабочих и крестьян и расширял права дворян и крупной буржуазии. Так был совершен третьеиюньский государственный переворот, означавший наступление самодержавия на демократические завоевания народа. Начались жестокие расправы над участниками революционных выступлений и преследование революционных политических партий и профсоюзов.

Одновременно начались новые государственные реформы. Их инициатором стал глава правительства П.А. Столыпин. Целью реформ являлось укрепление царской власти, приспособление её к послереволюционным условиям, создание для неё новой социальной опоры в деревне. Решить эту задачу могла аграрная реформа. Она предоставляла право крестьянам выходить из общины, закреплять за собой земельный надел в полную частную собственность, выделяться с хозяйством на хутор или отруб, малоземельным оказывалась помощь для переселения на свободные земли в отдаленные районы страны.

Столыпинская реформа охватила и Московскую губернию. Но эти царские меры не могли удовлетворить крестьян и лишь привели к дальнейшему обострению классовых противоречий. Как отмечалось выше, основной причиной столкновений в деревне было крестьянское малоземелье. Не случайно среди крестьян Московской губернии шел разговор о предстоящем якобы разделе помещичьей зем­ли между крестьянами. «Слухи эти, — доносили жандармы в департамент полиции, — являются настолько упорными, что некоторые крестьяне отказываются пока выходить из общи­ны, а вышедшие не вносят деньги за землю, укрепленную в собственность». В Подольском уезде в 1908 г. крестьяне гово­рили, что «земля и без того отойдет в руки крестьян даром, поэтому выделяться из общины нет смысла».

Классовая борьба в деревне имела различные формы. Крестьяне оказывали сопротивление землемерам при межевании и отводе земли зажиточным крестьянам под отрубные и хуторские владения, производили самовольные запашки помещичьих земель и потравы хлебов, порубку леса и пр. В Бронницком уезде крестьяне отказывались от уплаты податей и недоимок, от выполнения дорожных повинностей, оказывали сопротивление властям при описи крестьянского имущества. Крестьяне деревень Боровиково и Хохлово Звенигородского уезда организовали коллективную порубку леса в имении помещицы Еродовой, а жители деревни Чигасово того же уезда сжигали хозяйственные строения, уничтожали посевы богатых крестьян, выходивших на отруба.

Весьма характерна телеграмма Столыпина, посланная московскому губернатору: «Ввиду заметного учащения поджогов на аграрной почве (возможности еще большего усиления их с наступлением осеннего периода) — предупреждал Столыпин в августе 1907 г. — прошу принять самые решительные меры к охране стражниками землевладельческих усадеб и владений консервативного крестьянства».

За время проведения реформы в Московской губернии за 9 лет (с 1907 г. по 1915 г.) 66,7 тыс. крестьян-домохозяев, или 32,4% всего числа крестьян­ских дворов, вышло из общины и получило землю в личную собственность. За это же время было создано около 6,5 тыс. хуторских и отрубных хозяйств. Попытка массового переселения малоземельных крестьян в Сибирь, Казахстан и Среднюю Азию не дала результатов. Из 591 семьи переселенцев Московской губернии 319 семей, вконец разорившись, вернулись обратно. Эти данные подтверждают, что столыпинская аграрная реформа как буржуазная мера дала только толчок развитию производительных сил в сельском хозяйстве. Но она не сняла основного противоречия российской деревни — противоречия между всем крестьянст­вом и помещиками.

Столыпинская политика предусматривала подъем национальной промышленности. Он начался во второй половине 1910 г. после нескольких лет застоя в стране. По темпам и степени концентрации производства Россия опережала страны Запада. Если в 1907 г. в Московской гу­бернии (включая Москву) насчитывалось 1367 предприятий и 306429 рабочих, то в 1911 г. их было уже соответственно 1480 и 347859. К этому времени в Москве и Подмосковье имелось 68 предприятий с числом рабочих от 501 до 1000, 72 — с числом рабочих свыше 1000. Особенно быстро росло количество фабрик и заводов, насчитывавших от 3 до 7 и более тысяч рабочих. Московская губерния считалась одной из наиболее промышленных местностей России. Чисто земле­дельческих семей в ней имелось всего 6%.

Росло производство важнейших видов продукции. Если в 1910 г. в Подмосковном районе было выплавлено 4,7 миллио­на пудов чугуна, то в 1913 г. — уже 11,8 миллиона пудов. Та­кое же положение наблюдалось в угольной и других отраслях производства. Все это вызвало дополнительный спрос на ра­бочие руки. Следует отметить, однако, что значительная часть чугуна и топлива поставлялась промышленности иностран­ными монополиями.

С середины 1910 г. полным ходом заработали машино­строительные заводы. Но положение в машиностроительной отрасли вследствие той же конкуренции иностран­ных монополий было не очень благоприятным. Главной отраслью в Московской губернии оставалась все же текстильная промышленность. В 1913 г. на 564 текстильных фабриках было занято 248 тысяч человек, или 64% общего количества московских рабочих. Одновременно с ростом производства оживлялась и торговля, в которой было занято свыше 52 тыс. рабочих и служащих. Быстро росло строительство, увеличивался городской транспорт. Несмотря на рост производства, положение трудящихся изменилось мало. Уровень жизни оставался чрезвычайно низким, а условия труда и быта тяжелыми.

Росла дороговизна, снова стала широко вводится система штрафов. В 1913 г. штрафы взимались чуть с 96% рабочих Петербургской, Московской и других центральных губерний. Московская буржуазия жестоко эксплуатировала рабочих. Она широко применяла сверхурочные и фактически восстановила 10—11-часовой рабочий день. Усиление гнета самодержавия и рост капиталистической эксплуатации вызывали возмущение трудящихся и революционный протест с их стороны. Рабочие снова брались за испытанное в сражениях с капиталистами оружие — стачку.

В 1910 г. в Московской губернии произошло 23 забастовки, в которых участвовало 10973 человека. В 1911 г. в Московском промышленно районе было 27 забастовок с числом участников 31176 человек. Упадок революционного движения уступил место новому революционному подъему и подготовке трудящихся к новой революции.

Мощный толчок рабочему движению дали Ленские события – расстрел рабочих на Ленских золотых приисках 4 апреля 1912 г. С 12 апреля по 4 мая 1912 г. на 400 предприятиях Москвы и Московской губернии бастовало около 90 тыс. рабочих. Рабочие устраивали собрания, на которых выносились резолюции протеста и постановления об отчислении однодневного заработка в пользу семей расстрелянных. Со второй половины 1910 г. кривая стачечного движения вновь пошла вверх.

19 июля (1 августа) 1914 г. началась Первая мировая война, в которой Россия в союзе с Англией и Францией столкнулась с Германией и Австро-Венгрией.

Манифест о войне императора Николая II был, как и по всей России, поддержан жителями Московской губернии. С первых дней войны началась перестройка промышленности на выпуск нужной фронту продукции. К январю 1916 г. военная продукция, к примеру, на Коломенском машиностроительном заводе составляла 93,5% всех заказов: завод выпускал военно-полевые паровозы, судовые дизели, минные транспорты, пулеметные двуколки, зарядные ящики, стаканы для артиллерийских снарядов. Главное артиллерийское управление и «Товарищество мануфактур Викула Морозова с сыновьями» заключили договор о поставке запальных стаканов для фугасных гранат. На заводе «Зингер и Ко» в Подольске были реквизированы станки, необходимые для Тульского оружейного завода. Всего выпуск военной продукции осуществлялся на 16 предприятиях Московской губернии. В первые месяцы войны в Московском крае наблюдался патриотический подъем, в желании людей из различных социальных групп оказать помощь армии, фронту, стране.

Однако продовольственный кризис 1915 г. и неудачи на фронте способствовали росту недовольства, как среди населения Московской губернии, так и России в целом. Несмотря на повышение заработной платы от 15 до 25% жизненный уровень рабочих значительно снизился, т.к. цены выросли в 4-5 раз, а рабочий день увеличился с 10,5 до 12-13 часов.

И как результат, с 1915 г. начались волнения рабочих. В первых выступлениях присутствовал налет шовинизма: рабочие Коломенского завода, Воскресенской мануфактуры, фабрики Коншина требовали удаления с заводов лиц немецкой национальности. Постепенно главенствующую роль стали играть стачки экономического характера. Они произошли на Богородско-Глуховской мануфактуре. На фабрике «Ф. Щербаков и сыновья» более 4 тыс. рабочих участвовало в стачке. Свыше 2 тыс. бастовали на Вознесенской, Покровской и Садковской мануфактурах. На Коломенском машиностроительном заводе бастовали все рабочие – свыше 11 тыс. Всего в Московской губернии с августа 1914 г. по январь 1917 г. произошло 188 стачек. Отдельные политические стачки были направлены против реакционных мероприятий правительства, роспуска Государственной Думы. К 1917 г. стачки стали почти исключительно политическими, антивоенными. В начале 1917 г. социальная напряженность в Московской губернии, как и по всей России, значительно возросла, в обществе сложились предпосылки для новых революционных потрясений.