В. О термине тептяри

Как отмечает . . Якупов, в опубликованной литературе вопрос о том, кто такие тептяри, поднимался неоднократно и на разных этапах историографии проблемы решался по-разному []. Наиболее ранняя научная характеристика тептярей дана в XVIII в. естествоиспытателем И.Г.Георги. Автор говорит о тептярях как о “многолюдном” конгломерате, сложившемся из “черемис, чуваш, вотяков, татар”. “Сии люди,- сообщает И. Георги, - употребляя разные по неодинаковой своей природе языки, и при том будучи между собой различны во нравах, а отчасти и в вере, перемешались, исключая татар, так, что иногда нарочито трудно дознаваться от какого происходят они племени”. []

Из россиян во второй половине XVIII в. о тептярях писали чиновник Оренбургской “особой” экспедиции, историк – краевед А.И. Рычков и его сын Н.П. Рычков.

Член – корреспондент Академии наук А.И. Рычков в одной из главных своих работ «Топографии Оренбургской» описывает современное состояние народов Оренбургской губернии – башкир, татар, чувашей, черемисов (марийцев), вотяков (удмуртцев), мордвы и др. В главах VIII, IX («О мордве и черемисах общественно»), Х («О вотяках»), XI – («О чувашах») своей работы А.И. Рычков говорит о том, что эти народы с 1747 года платят в государственную казну «тептярский ясак» (налог) и состоят «в числе тептярей и бобылей во всём равенственно» []. Их этих сообщений ясно, что автор видит в тептярях полиэтнический социальный слой общества, находящийся в определенной экономической зависимости от государства. В более поздней своей работе А.И. Рычков характеризует тептярей как «иноверцев» из татар, мордвы, чувашей и других «бежавших» в Башкирский край из регионов среднего Поволжья в период обложения их подушной податью [].

Н.П. Рычков описал тептярей правобережья среднего и нижнего течения р. Белой и сделал это значительно обстоятельнее своих коллег по Оренбургской (Физической) экспедиции. Он отмечал: «Имя тептярей дается той части народа, которое обитает внутри Башкирии и кою составляют татары, чуваша, черемиса и вотяки. И ещё:… татары в числе тептярей находящиеся, содержат закон магатобанский, а чуваш, черемисы и вотяги хранят почтение к своим древним богам».

Необходимо упомнить об описании тептярей, представленного Сенату обер – секретарём и тайным собственникам, главой Оренбургской миссии И.К.Кириловым. Текст его изъяснения опубликован в многотомном сборнике документов «Материалы по истории Башкирии». Сюжет о тептярях цитирует в полном объёме. «Тептяри, татары, чуваши, мордва, вотяги исстари у башкирцев на землях живали, а паче от времени до времени всегда прибывали». Бобыли и ныне прибывают, ибо уезд обширной верстах на тысячи и за тем одному городу Уфе никак пресечь невозможно, пока не огорожены будут другими городами.

Тептяри и бобыли двоякие: одни называются припущенными, коих настоящие башкирцы приняли к себе на земле жить и платить лисий и куний ясак, тот кой и без них повины они, башкирцы сами отдают в казну, и тако, сложа с себя на припущенников платеж, сами без ясаку живут: а инде уже называли и называют их якоби природные башкирцы, но ныне некоторые волости начали таких припущенников объявлять собой в особый в казну тептярский оклад, однако и вдруг никак в том принудить нельзя, а исследовать при добрых поступках могут и всех объявить.

Другие тептяри и бобыли, как живут у башкирцев по записям и без записей, нанимал земли, т.е. в казну платят с себя тептярский и бобыльский склад по кунице, то есть по 40 кожек с двора или ясака, да подымных по пяти кожек, ямских по четыре кожики, а иные больше и меньше, о чем покажется, когда посланные верные ясачные сборщики возвратятся. Но ко второй половине XIX в., состояние тептярей в историческом, этнографическом и социально-политическом отношении изменилось настолько, что выводы некоторых исследователей, основанных на описаниях XVIII в., были, не только неадекватны реальности, но и усложнены дальнейшими понимание проблемы тептярей.

Обобщая названные материалы XVIII в., можно сделать следующие заключения. Почти все сведения об объекте собраны авторами путем непосредственного наблюдения, которые вполне можно назвать этнографическими. Что касается вопроса идентификации тептярей, то ясно, что авторы относят их к социальному слою, сложившиеся из представителей народов Волго-Уральского региона: татар, марийцев, чувашей, удмуртов, мордвы.

Очевидно также, что в течении XVIII в. состояние изменилось. Так у И.К.Кирилова тептяри – «двоякие». Одни связаны арендными отношениями с башкирами, но не с государством. Другие, оставаясь припущенниками, «платят с себя в казну тептярский ясак». Часть припущенников, судя по всему, постепенно растворились в башкирской этнической среде: … а инде уже называли и называют их якобы природные башкирцы.

Во второй половине XIX в. идентификация тептярей постепенно изменяется и усложняется. Не последнюю роль в это процессе сыграл факт официального учета тептярей наряду с другими этносами России. Яркой иллюстрацией тому служат работы П.И. Кеппена, осуществляющий подбор исторических документов о народностях Волго-Уральского региона, в том числе тептярей, а также этностатические разработки по материалам ревизий. В описании путешествия по Вятскому краю П.И.Кеппен замечает: «приводимые до сих пор в списках живущих в России народов, так называемые «Тептери» или «Тептяри» не составляют ни отдельного племени, ни даже племенной ветви или отрасли. Эти тептяри, известные также под именем бобылей … происходят от беглых татар, поселившихся между башкирами». В материалах для этнографической карты Европейской России А.И. Кеппен определяет тептярей не как народ, по состояние: нечто среднее между государственными крестьянами и Башкиро-Мещерскими воинами. Автор делает ещё одно ценное замечание тептяри Пермской губернии «суть черемисы, вотяги, чуваши; под бобылями же здесь разумеются татары, перемешавшиеся с вотягами». В Оренбургской губернии под названием тептяри разумеют беглецов татарского происхождения, которые в XVI в., по разрешению Казанского ханства, ушли к башкирам, а бобылями называют подобных же беглецов финского племени. Автор явно отмечает внутреннюю неоднократность тептярского сословия.

Так, Н.И. Воробьёв однозначно относит тептярей к этнографическим группам татар. В монографии «Казанские татары» можно встретить даже замечания автора об особенностях материальной и духовной культуры тептярей.

Г. Комиссаров видит проблему тептярей иначе. Он считает их не особой национальностью, а группой, которая в прошлом занимала особое социально-экономическое положение по отношению к коренному населению – башкирам и к царскому правительству. Заслуживает особое внимание другая аналогия, предложенная Г. Комиссаровым: «Можно сказать, что тептяри выделяются в особую этнографическую группу по тому же праву, по которому выделяются в группу, например, казаки (уральские, кубанские, донские)». Особое место в рассуждениях Г. Комиссарова отводится самосознанию и самоназванию тептерей. Исследователь хотя и настаивает на отсутствии у тептерей собственного языка, особенностей материальной и духовной культуры, но облегчает, что башкиры «выделяют их (тептярей) в особую группу, да и сами они именуют себя не татарами и не башкирами, а именно тептярами». Тезисы выдвинутые Г. Комиссаровым, являются первой попыткой теоретического осмысления тептярского феномена в ХХ столетии.

Исследователь-лингвист А.А. Юлдашев употребляет в отношении тептярей термин «народность». Точно также выразился о них Г. Ахмаров. В заключении к своей работе А. Юлдашев уточняет свою позицию: «Тептяри представляли, благодаря относительной общности материальной культуры, языка и социальному весу, самостоятельную этнографическую единицу».

Р.Г. Кузеевым был сформулирован тезис о переходном (между татарами и башкирами) характере тептярской группы. В последующем Р.Г. Кузеевым высказано мнение о выделении татарско-тептярской этнографической группы из состава тептярей. В одной из последних работ на основе анализа широкого круга исторических, этнографических и лингвистических материалов Р.Г. Кузеев отнес тептярей XVIII – XX в.в к этносоставным образованиям, определив тем самым место тептярей в иерархии тюркских этносов Урало-Поволжья. Таким образом, Р.Г. Кузеевым был впервые сформирован вопрос об эволюции сословия в этнос.

Особое место в историографии тептярского вопроса занимают работы А.З. Асфандиярова. Он считает тептярей «изгоями» башкирских общин []. Автор утверждает, что тептяри – обедневшие и потерявшие вотчинные права на землю в своих общинах («изгнанные, отвергнутые, вытесненные из своих общин и сословий») и ставшие припущенниками в соседних башкирских общинах.

Таким образом, история формирования тептерей и их этнические корни замыкаются на территории Башкирии в башкирском этносе. Только впоследствии к тептярам-башкирам начинают (?) применять понятие припущенники – переселенцы – татары, марийцы, удмурты, чуваши, - говорит А.З.Асфандияров.

Р.Н. Рахимов допустил возможности объединения позиций А.З. Асфандиярова и Р.Г. Кузеева. С одной стороны, автор подтвердил версию происхождения тептярей А.З. Асфандиярова, с другой – согласился с Р.Г. Кузеевым, что «некоторые языковые процессы, определенные этнические ассимиляционные процессы могли в дальнейшем способствовать созданию нового этноса ». Вместе с тем Р.М. Рахимов признал, что исторические события второй половины XIX в. способствовали полному исчезновению тептярей из истории Башкирии. В этом случае возникает вопрос: можно ли говорить о полном исчезновении тептярей из истории Башкирии, если они фигурируют в данных этнической статистики 1926 года и отмечались в первичных данных всех последующих переписей включая 1989 год.

Всеобщая перепись 1897 года, критерием национальной принадлежности которой был определен «родной язык», показала почти 118 тысяч человек назвавших родным языком тептярский.

В переписи 1926 года тептяри были включены с одной оговоркой. Переписчикам на местах предлагалось в случае указания респондентом национальности «тептяр», специально «дознаваться», из каких народов они происходят (татар, башкир, марийцев, чувашей, мордвы, удмуртов). Часть тептярей действительно указала на свои исторические корни и была отнесена к соответствующим этническим группам. Всего из 113796 тептярей, отмеченных первичными данными, после уточнения выявлено тептярей – татар – 59468, тептярей – башкир 28922, тептярей – мишарей – 1129, тептярей - удмуртов – 390, тептярей – марийцев – 309, тептярей – киргизов – 291. Но 23290 признали себя тептярами, а свой язык тептярский. Думается, без наводящих вопросов представителей администрации данные о числе тептярей могли быть существенно выше или соответствовать первичным.

Таким образом, возникает ещё один сложный сюжет пробсты, а именно самосознание тептярей. Для исследователей, не признающих этничность, вопрос о самосознании, естественно, не стоит. Но совершенно очевидно, что названные 23 тысячи тептярей не могут быть причислены, по существу, к какому либо этносу. Только малочисленность группы позволяет рассматривать её как этнографическую группу татар или башкир.