§ 5. Соединенные Штаты Америки

1. В США почти каждое уголовное дело, включая и дела о малозначительных уголовно наказуемых деяниях, начинается с ареста подозреваемого (кроме дел о нару­шении правил движения). Даже в тех 28 штатах, где в соответствии с действующим уголовно-процессуальным правом допускается сравнительно широкое применение процедуры вызова в суд взамен ареста, лица, привлека­емые к уголовной ответственности, обычно подвергают­ся аресту1. Так как по многим делам полицейский арест превращается в длительное (предварительное заключе­ние, широко распространенная практика арестов сущес­твенно затрагивает права граждан.

При расследовании уголовных дел в США аресты производятся на основании приказа уполномоченного на это государственного органа пли должностного лица и без такого приказа.

Выдача приказа об аресте признается функцией судьи лишь в чисто теоретическом плане2. В городах судьи, как правило, фактически перепоручают право выдачи приказов об аресте клеркам судов (не имеющим, между прочим, юридической подготовки), подписывая представляемые ими проекты приказов пли передавая клеркам незаполненные бланки приказов об аресте со своей подписью.

По сложным делам полиция, прежде чем истребовать приказ об аресте, иногда запрашивает мнение прокурора. В некоторых штатах судьи не выдают приказов об арес-

1 D. Karlen and others. Op. cit., p. 113.

2 Police Power and Individual Freedom, p. 13.

147

те, не заручившись предварительно согласием прокуро­ра. Иногда приказы об аресте выдаются самими проку­рорами1.

Формально считается, что решение о выдаче прика­за об аресте может состояться только при наличии «дос­таточного основания» подозревать определенное лицо в совершении преступления. На деле же, как утверждают американские юристы, «все заботы магистратов исчер­пываются тем, что они подтверждают принятое поли­цией решение о производстве ареста, и они не склонны рассматривать выдачу приказов об аресте в качестве столь существенного занятия, чтобы оно могло быть предметом их беспокойства»2.

При всей легкости получения приказов об аресте по­лиция в подавляющем большинстве случаев производит аресты, не истребуя этих документов. Объем полномо­чий полиции по производству арестов без приказа .за­висит от того, какова степень тяжести уголовно наказу­емого деяния, в связи с которым производится арест, т. е. идет ли речь о фелонии (felony), мисдиминоре (misdemeanor) или малозначительном преступлении (petit or minor offence)3.

По делам о фелонии арест может быть произведен:

1) если преступление было совершено в присутствии полицейского, а также если преступление было толь­ко что совершено или производится преследование по горячим следам;

2) если полицейскому известно, что преступление было совершено, или если имеются основания для ве-

1 Wis. Slat. § 954.01 (1957); California Penal Code. Sec­tion 813. Note.

2 D. Karl en and others. Op. cit., p. 110.

3 По федеральному законодательству фелония — это преступ­ление, караемое смертной казнью или лишением свободы на срок более одного года. В соответствии с законодательством штатов фелонией считается преступление, за которое предусмотрено при­менение смертной казни или лишение свободы в тюрьме, что обычно предполагает назначение лишения свободы сроком более одного года. Мисдиминоры — все те преступления, которые не отнесены к категории фелонии. В федеральном законодательстве мисдиминоры, наказуемые лишением свободы на срок до шести месяцев или штрафом до 500 долларов, входят в категорию «ма­лозначительных преступлений». Законодательство большинства штатов не выделяет «малозначительные преступления» в особую категорию (L. Mayers. Op. cit. pp. 22—23).

148

роятного предположения о том, что оно было соверше­но и что лицо, арест которого производится, совершило данное преступление1.

В законодательстве штатов встречается еще одно ос­нование для производства ареста >по делам о фелониях: наличие разумных оснований для предположения, что подозреваемый может скрыться2.

Какова же степень доказанности, требуемая для того, чтобы арест без приказа по делу о фелонпп был приз­нан законным? В этом отношении сколько-нибудь чет­кого критерия не выработано, причем обоснованность произведенного ареста может доказываться данными, полученными внепроцессуальным путем. Например, как полагает Верховный суд США, полицейский, производя­щий арест, может основывать свои выводы на данных, не получивших процессуального закрепления, в частнос­ти на сведениях, полученных от осведомителя3, что, ес­тественно, исключает возможность проверки правиль­ности произведенного ареста. Полиция, охотно исполь­зуя предоставляемую ей свободу действий, производит аресты по делам о фелониях, когда существует подоз­рение гораздо менее убедительное, чем «разумное ос­нование для предположения» (reasonable ground "for believing)4.

По делам о мисдиминорах полномочия полиции по производству ареста без судебного приказа формально несколько уже, чем при расследовании дел о фелониях. В большинстве штатов законом предусмотрено, что поли­цейский может арестовать лицо, совершающее мисдими-нор в его присутствии. При этом не обязательно, чтобы полицейский видел, как совершается преступление. Мис-диминор считается совершенным в присутствии поли­цейского, если он при помощи хотя бы одного из орга­нов чувств воспринимал отдельные обстоятельства происшествия (слышал крики, чувствовал запах и т. п.).

В некоторых штатах полномочия полиции несколько

'V.A.Leonard. The Police, the Judiciary and the Cri­minal, p. 20.

2 D. Fellman. The Defendant's Rights, p. 14.

3 Draper v. United States, 358 U. S. 307 (1959); Ker v. California, 374 U. S. 23, 35 (1963).

* L. Mayers. Op. cit., p. 54.

149

ограниченны: арест разрешается производить только в том случае, если мисдиминор представляет собой нару­шение общественного порядка.

В ряде штатов правила производства ареста по де­лам о миеднмнпорах приближены к регламентации, действующей при расследовании дел о фелониях. 15 этих штатах арест может быть произведен, если существуют разумные основания для предположения о том, что ли­цо совершило мисдимннор.

В США весьма распространены также аресты в связи с малозначительными преступлениями1. Характер этих преступлений может быть самым разнообразным, Например, законодательством отдельных штатов пре­дусмотрена возможность ареста лиц, виновных в нару­шении общественного порядка (disorderly conduct), при­чем понятие такого нарушения толкуется очень широко. Так, в качестве нарушителя рассматривается любое ли­цо, которое встретилось ночью на улице полицейскому и не смогло дать удовлетворительных ответов на задан­ные полицейским вопросы2. Следовательно, в данном случае разрешается производить аресты лиц, в отноше­нии которых, строго говоря, вовсе не существует подо-зрения в совершении преступления.

В штатах Делавэр, Нью-Гемпшир и Род-Айленд дей­ствует закон о едином порядке производства ареста (Uniform Arrest Act), который определяет порядок краткосрочного задержания в тех случаях, когда от­сутствуют основания для производства обычного арес­та3. В соответствии с этим законом должностные лица, охраняющие общественный порядок, могут остановить находящееся за пределами своего жилища любое лицо, которое они с достаточным основанием подозревают в том, что оно совершает, совершило пли собирается со­вершить преступление, спросить его фамилию, адрес и место работы, а также куда оно идет. Если опрошенное

'John V. Ryan. The. Last Days of Bail.— «The Journal of Criminal Law, Criminology and Police Science», vol. 58, № 4, December 1967, p. 546.

2 L. Mayers. Op. cit., p. 54.

3 В штате Нью-Йорк в 1964 году был принят сходный по со­держанию закон о задержании в общественном месте и беглом обыске, положения которого вошли в ст. 180 (а) УПК штата Нью-Йорк.

150

такнм образом лицо не может удостоверить свою лич­ность или удовлетворительно объяснить свои действия, то должностное лицо, охраняющее общественный поря­док, имеет право его задержать, подвергнуть опросу и произвести необходимые -проверочные действия.

Такое задержание не должно продолжаться более двух часов. В законе специально оговаривается, что подобное задержание не является арестом в обычном пониманий, а поэтому оно не подлежит регистрации В качестве ареста. По окончании срока задержания лицо должно быть либо при наличии к этому оснований арес­товано с (предъявлением обвинения, либо освобождено.

Аналогичные нормы действуют также в Массачусет­се и па Гавайях. В нескольких штатах приняты законы, разрешающие производство задержания на улице даже в тех случаях, когда отсутствуют основания для пред­положения, что было совершено преступление. В отдель­ных штатах право полиции на осуществление кратко­срочного задержания признано решениями судов шта­тов. Однако и в тех штатах, где правовые основания для производства краткосрочною задержания не пре­дусмотрены, полиция повсеместно производит такие задержания'.

В федеральном законодательстве и законодатель­стве большинства штатов содержится требование о том, чтобы лицо, арестованное полицией, было доставлено к магистрату «без неоправданной задержки». Указанное требование выражается в различных словесных форму­лировках2. Пользуясь неопределенностью этой формули­ровки, полиция часто в течение нескольких суток содер­жит подозреваемых под стражей, полностью лишая их возможности сообщаться с внешним миром и собирать данные, свидетельствующие в их пользу3.

Хотя по производству арестов американской полиции предоставлены, как мы видим, очень большие полномо­чия, позволяющие ей на «законном» основании посягать

1 D. К. а г 1 е n and others. Op. cit., p. 115.

2 В законодательстве некоторых штатов такое предписание совсем отсутствует (L. Mayers. Op. cit:, p. 52).

3 A. S с a g 1 i о n e. Op. cit., col. 230.

151

на конституционные права граждан, в своей повседнев­ной деятельности она систематически игнорирует даже те незначительные ограничения, которые предусмотрены для процедуры арестов. Как свидетельствует Д. Фел-лман, «нет никакого сомнения в том, что в общем не­законные аресты являются обычным делом в этой стране (США. — А. Л.). В действительности каждый год совершается, вероятно, несколько миллионов не­законных арестов»1.

Некоторое время тому назад пллннойское отделение Американского союза гражданских свобод произвело расследование злоупотреблений, допускаемых чикагской полицией. В докладе, содержащем результаты рассле­дования, в частности, отмечалось: «Ежегодно тысячи лиц незаконно содержатся под стражей чикагской по­лицией... Бедняки, расовые и этнические меньшинства—> вот те люди, которые больше всего страдают от без­закония, творимого полицией. Но столкнуться с пося­гательством на личную свободу может каждый — и так б действительности происходит»2.

О том, с какой безответственностью полиция США принимает решения об аресте, свидетельствуют и такие данные. При обследовании деятельности полиции в двух городах штата Калифорния выяснилось, что полиция са­ма освобождает из-под стражи без предъявления обви­нения от 18 до 34% арестованных. В Детройте 45% арестованных в момент ареста не было предъявлено об­винения, а впоследствии подавляющее большинство из них было освобождено без привлечения к уголовной от­ветственности3.

Одним из условий, способствующих произволу амери­канской полиции при производстве арестов, является без­наказанность ее служащих даже в случаях самых гру­бых нарушений требований закона. Чикагские обследо­ватели, на мнение которых мы ссылались, в связи с этим писали: «Положения з'акона, обязывающие достав­лять лицо, содержащееся под стражей, в суд вскоре после ареста и запрещающие заключение под стражу с

1 D. Fellman.The Defendant's Rights, p. 17.

2 Secret Detention by the Chicago Police. A Report by the American Civil Liberties Union. Glencoe, Illinois, 1959, p. 5.

3 L. Mayers. Op. cit., p. 54 (n. 23).

152

целью добиться сознания, попросту игнорировались, и лица, их нарушавшие, не преследовались»1.

2. Лицо, арестованное полицией и доставленное за­тем к магистрату, ino решению магистрата может быть либо оставлено в предварительном заключении, либо освобождено из-под стражи до суда под залог пли иму­щественное поручительство2.

Традиционно сложившаяся в США система освобож­дения под залог (bail system) в последние годы стала постепенно пересматриваться, особенно нормы феде­рального законодательства.

Традиционная система освобождения под залог. Определенные законодательством и нормами общего права формальные правила освобождения под залог в реальных условиях американской действительности час­то не соблюдаются.

По федеральному законодательству лицо, арестован­ное за преступление, за которое не предусмотрена смерт­ная казнь, должно быть освобождено под залог3. По усмотрению судьи освобождение из-под стражи может иметь место (с учетом весомости собранных дока­зательств, а также характера и обстоятельств совершен­ного преступления) и по делам о преступлениях, кара­емых смертной казнью.

Аналогичные нормы с некоторыми вариациями со­держатся в конституциях или отдельных законах боль­шинства штатов.

Итак, если следовать точному смыслу закона, по­давляющее большинство обвиняемых должно находить­ся до суда на свободе. В действительности этого не про­исходит по следующим причинам.

Закон предписывает, что при освобождении под за­лог размер денежного или имущественного обеспечения, представляемого обвиняемым, должен быть таков, что­бы гарантировать явку обвиняемого в суд. При опре­делении размера залога, как указано в законе, должны учитываться такие данные, как характер преступления

1 Secret Detention by the Chicago Police, p. 17.

2 В дальнейшем в целях упрощения изложения мы будем на­зывать процедуру «освобождения обвиняемого из-под стражи до суда под залог или имущественное поручительство» «освобожде­нием под залог».

3 Статья 46 федеральных правил уголовного судопроизводства.

153

п обстоятельства его совершений, весомость обвинитель­ных доказательств, имущественное положение обвиняе­мого и особенности его личности. Судьям, кроме того, при всех обстоятельствах формально рекомендуется по возможности избегать применения предварительного заключения.

Фактически же судьи все указанные предписания и рекомендации во внимание не принимают1. Размер за­лога, как правило, определяется не с учетом всей сово­купности перечисленных выше факторов, а лишь исходя из характера совершенного преступления. При этом, ко­нечно, большую роль играют классовые и расовые пред­рассудки судьи, а также его политические взгляды. В результате этого тысячи неимущих обвиняемых оказы­ваются в тюрьме еще до суда только потому, что они не имеют достаточно денег2. Не улучшает положения не­имущих обвиняемых и существующая в США система профессионального имущественного поручительства3. Во-первых, размер страховой премии достаточно высок, а поэтому далеко не всегда ее внесение по средствам небогатому гражданину. Во-вторых, поручители часто предпочитают скорее иметь дело со своими обычными клиентами — профессиональными преступниками, чем с бедняками, впервые привлекаемыми к уголовной от­ветственности и составляющими большую часть тех об­виняемых, которые не в состоянии внести требуемый за­лог4.

Американские судьи склонны назначать крупные суммы залога. По делам о фелониях его размер обычно ие бывает менее 1 тыс. долларов5. В Чикаго, например, в 1964 году в отношении 75% обвиняемых залог назна­чался в сумме не менее 5 тыс. долларов0. По делам, ко­торым властями придается особое значение, в частности если привлекаются к ответственности прогрессивные

1 J. V. Ryan. Op Cit., p. 544 (п. 22).

2 Report of the U. S. Attorney General'.? Committee on Poverty and the Administration of Criminal Justice. Washington, 1964, pp. 66—68.

3 Имеется в виду предоставление имущественного поручитель­ства частными лицами (фирмами), для которых подобная дея­тельность является обычным «бизнесом».

4 D. Karl en and others. Op. cit., p. 138 (n. 1).

5 Ibid., p. 138.

6 D. H. О a k s and W. L e h m a n. Op. cit., p. 96.

154

политические и общественные деятели, размер залога может доходить до 100 тыс. долларов и даже значитель­но превышать эту сумму. Иногда судьи умышленно за­вышают размер залога, с тем чтобы заведомо исклю­чить для обвиняемого возможность заручиться гаранти­ей профессиональных имущественных поручителей, так как в этом случае обвиняемый оказывается ие в состоя­нии собрать деньги, необходимые для уплаты хотя бы страховой премии1.

В США, как и в Англии, существует формальный за­прет назначения залога в чрезмерной сумме (8-я поп­равка к Конституции). В силу этого конституционного принципа обвиняемый вправе подать жалобу на реше­ние судьи о сумме залога. Но успеха ему удается до­биться только в редких случаях. Чтобы жалоба обвиня­емого была удовлетворена, ему необходимо доказать, что судья при определении размера залога допустил «явное злоупотребление» своими полномочиями, а это обстоятельство подтвердить чрезвычайно трудно. Даже если обвиняемый все же сумеет это сделать, то и тогда нет никакой гарантии, что апелляционная инстанция снизит сумму залога до размера, соответствующего материальным возможностям обвиняемого2.

Если существующую в американском уголовном про­цессе процедуру освобождения под залог рассмотреть с точки зрения процесса доказывания и попытаться опре­делить тезис, который является при этой процедуре предметом обсуждения, то выяснится следующее: реша­ется вопрос не о том, имеются ли основания для приме­нения предварительного заключения, а о том, можно ли обвиняемого освободить из-под стражи. При такой пос­тановке вопроса центр тяжести переносится на исследо­вание обстоятельств дела, свидетельствующих за или против освобождения обвиняемого, без учета, как прави-

1 В штате Иллинойс размер страховой премии может дости­гать 10% от суммы имущественного поручительства (111. Rev. Stat. ch. 16, § 62 (с), 1965). Страховая премия — это плата, вноси­мая лицом, в отношении которого дано имущественное поручи­тельство, поручителю.

2 J. V. R у а п. Op. cit., p. 544,

155

ло, самого главного — насколько доказан как сам факт преступления, так и виновность обвиняемого в его совер­шении. Если же учесть, что данные, касающиеся личнос­ти обвиняемого, его семейного и социального положения, обычно исследуются судьями весьма поверхностно, то не будет преувеличением утверждение, что американская система освобождения под залог является в руках влас­тей очень удобным средством для прикрытия массового, без соблюдения элементарных требований законности применения предварительного заключения1.

В последние годы контингент подследственных за­ключенных обычно составляет около 100 тыс. человек, т. е. значительную часть общего количества заключен­ных2. Условия содержания подследственных заключен­ных гораздо хуже, чем лиц, отбывающих лишение свобо­ды по приговорам судов.

Предварительное заключение нередко продолжается в течение многих месяцев. Так, в федеральном округе Колумбия средняя продолжительность предварительного заключения (с момента составления обвинительного ак­та до судебного разбирательства) по делам, рассмот­ренным в декабре 1968 года, составляла пять с полови­ной месяцев, а в другие периоды была еще больше. По делам о фелониях этот срок доходил до одного года3.

О том, как произвольно решается iBonpoc о примене­нии предварительного заключения, свидетельствуют дан­ные обследования 1 тыс. обвиняемых, оказавшихся не в состоянии внести потребованный от них залог. Лишь менее половины этих лиц (470) были осуждены к лише­нию свободы. 318 осужденных приговорены к мерам

1 О широко распространенной практике превентивных арестов под видом предварительного заключения см.: D. Н, Oaks and W. Lehman. Op. cit., p. 97 (n. 152); Ronald G о 1 d f a r b. Ran­som. A Critique of the American Bail System. New York, 1965, passim.

2 Constitutional Limitations on the Conditions of Pretrial Detention. — «The Yale Law Journal», vol. 79, № 5, April 1970, pp. 941—942.

В 1970 году в США лица, содержавшиеся в предварительном заключении, составляли 52% от общего количества заключенных («Revue de science criminelle et de droit penal compare», 1975, № 1, p. 250).

3 The Costs of Preventive Detention. — «The Yale Law Journal», vol. 79, № 5, April 1970, p. 938 (n. 46).

156

наказания, не связанным с лишением свободы. Осталь­ные 210 обвиняемых признаны невиновными1.

Процент оправданных и осужденных к мерам нака­зания, не связанным с лишением свободы, мог бы быть еще выше, если бы процессуальные права обвиняемых, содержащихся в предварительном заключении, не под­вергались всевозможным ограничениям. Как вытекает из данных социологических обследований, в США обвиняе­мые, содержащиеся в предварительном заключении, не могут, как и при полицейском задержании, в долж­ной мере осуществлять свою защиту из-за всякого рода стеснений в общении с адвокатами и трудностей в поис­ках оправдательных доказательств2.

Пороки традиционной американской системы осво­бождения под залог настолько очевидны, что их не мо­гут не признать все сколько-нибудь объективные иссле­дователи уголовного правосудия США. К их числу, не­сомненно, принадлежит и Рональд Гольдфарб, автор книги «Выкуп», содержащей много интересных данных, которые свидетельствуют о глубоком кризисе судебной системы США. Гольдфарб пишет: «Американская си­стема освобождения под залог вызывает чувство возму­щения. Она воплощает то наихудшее и наиболее цинич­ное, что шмеется в нашей системе правосудия. Она дис­криминирует бедняков, она дискриминирует тех, кто выступает в защиту не пользующихся симпатией (влас­тей.—Л. Л.) движений, и тех, кто их представляет. Она компрометирует и проституирует отправление правосу­дия судами. Она не только несправедлива—она нелогич­на. Она даже не может нормально функционировать»3.

Новеллы, направленные на пересмотр традиционной системы освобождения под залог4. Некоторые корректи­вы в традиционную систему освобождения под залог были внесены законом от 22 июня 1966 г.5.

По ранее действовавшим правилам обвиняемый под­лежал освобождению до суда под залог по всем делам,

1 R. G о 1 d f a r b. Op. cit., pp. 37—38.

2 J. V. Ryan. Op. cit., p. 543 (n. 15).

3 R. G о 1 d f a r b. Op. cit., pp. 4—5.

4 Рассматриваются лишь новеллы в федеральном законода­тельстве.

5 Bail Reform Act of 1966 (Public Law 89—465); 18 U. S. Co­de § 3146—3152.

157

кроме дел о преступлениях, караемых-смертной казнью. Единственной возможностью для суд;: воспрепятствовать

освобождению было установление залога в размере, пре­восходящем материальные возможности обвиняемого. В законе 1966 года предусмотрено, что судья решает вопрос об освобождении исключительно па основе соб­ственного усмотрения в зависимости от того, явится ли пли нет в суд обвиняемый, если он будет отпущен на свободу.

В соответствии с законом 1966 года несравненно бо­лее широким стал перечень условий, на которых произ­водится освобождение из-под стражи. Наряду с такими условиями, как залог, денежное или имущественное по­ручительство, судья по собственному усмотрению может установить для обвиняемого любые обязательства. Для обвиняемого могут быть предусмотрены ограничения в передвижении и выборе места жительства, а также установлен запрет на участие в деятельности определен­ных организаций. Ему может быть назначен режим час­тичного лишения свободы, при котором он будет обязан с наступлением определенного часа возвращаться в место лишения свободы. Возможны и другие условия освобождения.

Американские судьи, например, требуют от привлека­емых к уголовной ответственности участников движения за гражданские права представления «обязательства соблюдать порядок» (peace bond), стремясь тем самым парализовать активность борцов за гражданские права1.

Нарушение любого из установленных судьей условий освобождения неминуемо влечет за собой заключение под стражу независимо от того, предусмотрено или нет за преступление, по обвинению в котором привлекается к уголовной ответственности данное лицо, наказание в виде лишения свободы2.

В законе 1966 года содержится еще одно весьма су­щественное нововведение: обвиняемый, освобожденный из-под стражи, при неявке по вызову суда или судьи подлежит уголовному наказанию в виде лишения свобо­ды на срок до 5 лет и (или) штрафу в сумме до 5 тыс. долларов. Ранее в уголовном законодательстве США

1 The Costs of Preventive Detention, p. 930 (n. 16).

2 18 U. S. Code § 30 46 (c).

158

такой нормы не имелось, а в случае неявки по вызову суда обвиняемый привлекался к ответственности как за «неуважение к суду».

Итак, закон 1966 года сохранил основы традиционной системы освобождения под залог, хотя и сделал ее более гибкой, менее шаблонной. После принятия этого закона процент освобожденных под залог в федеральном округе Колумбия несколько увеличился — с 58 до 75'. Но с учетом того, что преступность в этой местности является одной из самых высоких в стране и постоянно растет, число лиц, содержащихся до суда под стражей, продол­жает быть очень большим.

При оценке значения закона 1966 года надо учиты­вать еще одно важное обстоятельство: он является лишь одним из первых шагов по пересмотру традиционной системы освобождения под залог. На протяжении ряда лет в правительственных кругах циркулируют всевоз­можные проекты, предусматривающие официальное вве­дение в уголовном процессе США института превентив­ного заключения (preventive detention), что позволило бы значительно расширить полномочия судей я дать им возможность оставлять под стражей тех обвиняемых, которых они считают «опасными» для общества. По мне­нию американских юристов, узаконение превентивного заключения, которое на практике существует и сейчас, почти наверняка увеличит число лиц, содержащихся до суда под стражей2.

1 Hearings on Amendments to the Bail Reform Act of 1966 Before the Subcommittee on Constitutional Rights to the Senate Judiciary Committee. 91st Congr. 1st Sess. (1969), p. 138.

2 Constitutional Limitations on the Conditions of Pretrial Detention, p. 941 (n. 1).

глХ

О ИСТОРИИ

Эта книга не история шпионажа и разведок разных времен и у разных народов, хотя охватывает она период от первой мировой войны и до наших дней. Впрочем, ска­жем сразу, что эта историческая веха не так уж велика. По подсчетам некоторых западных специалистов, секрет­ная служба существует не меньше, а может быть, и больше чем 33 века.

Нас самих как авторов интересовала не история сек­ретных служб сама по себе, а их эволюция в зависимо­сти от общественного и государственного строя, которо­му они служили и служат.

Действительно, будучи явлением историческим, шпио­наж, так же как и войны, в разные эпохи принимает соответствующую окраску. Типы и характеры шпионов и разведчиков тоже меняются в зависимости от строя, которому они служат. С течением времени трансформи­руется и само понятие «секретная служба», что влечет за собой иное толкование таких определений, как воен­ная и государственная тайна. Видоизменяется и отноше­ние общества к тем, кто непосредственно выполняет сек­ретные операции. В одни времена это невидимые, но смелые и достойные подражания герои, в другие — под-

лые и коварные людишки. В самом слове «шпион» уже ^программирован презрительный оттенок. Зато слово «разведчик» несет на себе отблеск славы, подвига во имя святого, великого. Различие между этими словами заключается, на наш взгляд, не в технических особенно­стях этих профессий, а в их общественно-политическом проявлении.

На историческом пути развития человечества меняют­ся типы шпионов и разведчиков. Уходят одни и прихо­дят иные способы, средства, приемы добывания инфор­мации, возрастают масштабы деятельности специальных служб. Было время, когда к разведке привлекали лиц преимущественно из дворянских кругов. Многих увлекал пнантюризм, необычность профессии, связанной с борь­бой па тайном фронте, с борьбой, которая предшествует войне и которая продолжается после заключения пере-""Рия- в эпоху французской буржуазной революции XVIII века и американской войны за независимость мы находим немало разведчиков-патриотов, беззаветно пре­данных делу свободы. Затем роль центральной фигуры разведка и шпионажа перешла к организаторам агентур-КОЙ сети. Усложняется сама техника разведывательного Д*ДЯ. Для капиталистических стран в эпоху импориалп;:-на характерно тесное переплетение военной разведки с политическим шпионажем. Шпионаж все больше соеди­няется с прямой подрывной работой. Появляются специ-■||"сил по взрывам, убийствам, поджогам. Некоторых во время поенных действий ловкие политиканы «консерви­рую!» - Переводят в глубокое подполье для использо-ММЯ и будущем. Других, в мирное время, фабрикуют па скорую руку. Французский словарь Поля Робера дает ряд СНОНВМОВ слова «предатель»: «доносчик, шпион, измен­ите, иуда, клятвопреступник, ренегат, перебежчик, ко-варный, подлец, мошенник, вероломный, отступник, об­манщик». Специалисты утверждают, что в старину слово '•предатель» носило пассивный характер и означало «че-1Овек, который продал». Использование предателя его недругам, теми, в чей лагерь он сам перешел, было редким в почти случайным явлением. Предательство сви­детельствовало о полном ничтожестве того, кто его совер­шил. Что же движет предателями, на что бывают осо-бенно падки вербуемые? Для одной категории все затме-иают деньги. У другой играют на больном (ущемленном) Самолюбив, у третьей — на стремлении к тайной власти, И прямому нарушению законов, к знанию того, чего не

могут знать другие. Неизвестное всегда представляется значительнее, нежели оно есть на самом деле. Но роко­вой шаг сделан, и вот уже тот или иной человек оказыва­ется в мире тех самых порочных тайн, где иногда бывает трудно отличить действительность от легенды. Он кажет­ся себе героем, отбрасывает гнетущую мысль о преда­тельстве и измене, о том, что, в сущности, стал жалким воришкой, ничтожеством.

Наполеон, император Франции, любил повторять: «Шпион — это естественный предатель». И еще: «Верьте мне: анализируя исходы военных баталий, невольно при­шел к выводу, что не столько храбрость пехоты или от­вага кавалерии и артиллерии решали судьбы многих сражений, сколько это проклятое и невидимое оружие, на­зываемое шпионами». Тот, кто произнес эти слова, не был ни историком, раздумывающим в тиши своего кабинета о необратимости времени, ни гражданским министром, склонным к скепсису в отношении военного решения проблем вообще, а одним из выдающихся полководцев прошлого... Ни минуты не сомневаясь в своем военном гении, Наполеон прекрасно понимал, что без ловкости и смелости своего секретного агента Шульмейстера он не одержал бы тех блестящих побед, которыми была отме­чена кампания 1805 года. Ульма и Аустерлиц были в такой же степени триумфом стратегического гения, как и секретной деятельности «императорского шпиона» Карла Шульмейстера, одного из важнейших советников гене­рального штаба Австрии и шефа австрийской службы информации. По существу, этот хитрый и коварный че­ловек, у которого, как говорили люди из его окружения, «не было ни отечества, ни чести», открыл новую страни­цу в истории шпионажа и разведки и в то же время в истории предательства и торговли государственными ин­тересами.

Фуше, министр полиции Франции, подтверждает в своих «Мемуарах» важность шпионажа в подготовке планов войны своего императора. «Лошади, которые вез­ли золото французского банка к будущим полям сраже­ний в Австрии для оплаты секретных агентов, — утверж­дает он, — имели большее значение, чем стремительная и отважная конница Мюрата». Что же, Фуше, полицей­ский «гений», состоявший на службе у императора Фран­ции, видимо, ничего не писал зря...

Свидетельств о том, что шпионаж находил свое отра­жение в мифологии народов мира, имеется немало. Во-

8

.....цс-то говорят, что самыми ранними источниками по-

|учения сведений были провидцы, оракулы и астрологи. Коль скоро боги наперед знали, что может приключиться 11 будущем — поскольку они сами в определенной стс-HI ни предопределяли исход событий, — было вполне ло-i II чно искать указаний о божественных намерениях в шкровениях «святых» людей, в рассуждениях оракулов, I расположении звезд, гаданий, а то и просто сновнде-М1И1Х. Мифология и история религий содержат огромное количество примеров, касающихся практических дел го-

iipcTB, связанных с предсказанием и «сбором разве-n.tiut iслгьных данных». Согласно легенде действительно DOT Аполлон наделил дочь троянского царя Приама Кас-l in фу, в которую был влюблен, даром пророчества. Но, I in it обладательницей этого дара, она насмеялась над ис-куоителем. Аполлон не имел возможности взять свой ВОДАрок обратно. Но он мог, да так и сделал, ЙрИСОВОКу-||м п. к пому ту оговорку, что пророчествам Кассандры НИКТО пс будет перить. В результате предсказание Кас-i hi i|'ii и ТОМ, что похищение Елены принесет гибель

Г|....., и ев предостережения о знаменитом троянском ко-

|||' и и кто не принял во внимание. Суть? Эту легенду МОЖНО считать одной из первых записанных «обманных» операций. Л вот еще. Греки перед одним из великих ПОХОДОВ 480 года до нашей эры, как сообщает нам Гс-родот, ваолали в Персию трех шпионов, чтобы они вы-щ пили, bin; велико войско Ксеркса. Шпионов поймали цр.1 мнч. кавнить П<1 Ксеркс шжелел показать шпио­ним с ног войско н отпустить лазутчиков. Он надеялся ■ мим обравом пмпугать греческих полководцев, вполне iiiiiumMii.no подарив им все данные о своем войске. Но греки не испугались и не захотели сдаваться без боя...

Древние, средние века, Ренессанс изобилуют приме-рамв секретной деятельности людей, которая иногда ре-шала судьбы не только императоров... Могущество Рим-i КОИ империи основывалось на тщательно организован-11<>и полицейской секретной службе. В Европе церковь в гочение МНОГИХ ВвКОВ через монас|ыри и приходы полу­чила тайную информацию по всем вопросам, касавшимся настроений, действий и побуждений «Христова стада». Венеция торжествовала победы в значительной степени благодаря ловкому шпионажу своих послов и огромным иепежпым фондам, которыми они располагали для под-кува «нужных людей». В XVI веке Великий Могол укрепил свое владычество в Индии, прибегая к услугам

тысяч шпионов, которые информировали его о настроени­ях в этой необъятной и неустойчивой империи.

Еще за шестьдесят лет до нашей эры китайский фило­соф Сунь Цзы написал книгу об искусстве шпионажа, ко­торая называлась «Происхождение стратегии — искус­ства войны». В ней автор, в частности, утверждает, что нельзя обладать тем, что называется предвидением че­рез духов и богов, через изучение аналогий истории и че­рез собственные размышления. Только люди могут дать это, люди, знающие, что делается у врага... Судя по Сунь Цзы, нужно различать пять категорий шпионов: мест­ные, внутренние, обращенные, обреченные, прижившие­ся. Когда эти пять категорий шпионов начинают действо­вать, никто- не в состоянии раскрыть их секретную систе­му. Но нужно держать в своих руках всю сеть. На этом держится могущество владыки. Местные шпионы — это те, которые действуют среди населения того или иного района. Внутренние шпионы, как правило, — люди, за­нимающие определенные посты в различных организаци­ях противника. Обращенные шпионы — это шпионы вра­га, используемые в целях, направленных против пего. Обреченные — те, кто работает открыто в целях обмана противника, сообщая ему заведомо ложные сведения, в которые, как мы того хотели бы, он должен поверить. Прижившиеся — это те, кто приносит нам информацию из вражеского лагеря... В войске необходимо поддержи­вать самые тесные отношения со шпионами и вознаграж­дать их работу с щедростью. Никакая другая деятель­ность не должна осуществляться с такой строгой секрет­ностью, как шпионаж. Нельзя работать со шпионами, но обладая собственной тонкой интуицией, которая помога­ла бы разбираться в преданности этих людей... — так писал китайский философ.

В Европе одной из самых старых секретных служб считают английскую. Ее создал сэр Френсис Уолсингем, государственный секретарь королевы Елизаветы, окру­жив себя специалистами в самых разнообразных обла­стях. Одни из них обладали даром незаметно вскрывать чужие письма, другие — подделывать государевы печа­ти, третьи — искусно имитировать почерки и подписи. Некто Томас Филлипс специализировался, например, ис­ключительно на дешифровке тайнописных кодов и со­ставлении шифров для агентов британской секретной службы. Ему удалось, кстати, полностью расшифровать закодированные послания к Марии Стюарт, политической

10

тивнице Елизаветы, которые шотландская королспа лучала, находясь в своем изгнании в Бэдингтоне. Уол-смпгем весьма активно помогал королеве Елизавете в ее интригах. Он засылал своих агентов в высшие англий­ские круги, которые путем всевозможных инсинуации натравливали одних аристократов на других. Шпионы Уол­сипгема находились при дворах королей Франции и Ис­пании, при послах больших и малых государств, от ко­торых британская секретная служба черпала обширную и ценную информацию. Один из его людей, некто Энто­ни Стэнден, завязал настолько крепкую дружбу с пред­ставителем итальянской республики Тосканы при мад­ридском дворе, что ему удалось пристроить английского агента в посольство республики в Мадриде. Именно этот. агент сумел загодя предупредить Френсиса Уолсингема о готовящемся походе~ испанской «пепобедимой армады», которую, как известно, постигла печальная участь.

Руководитель тайной службы при Елизавете обла­дал, видимо, недюжинными способностями, ибо, несмотря II ОХУДООТЬ средств, оплачиваемых его ведомству коро-'М'нпй, оно функционировало весьма эффективно.

Положение значительно изменилось, когда позже в Англии было создано «Бюро информации», которым за­нимался лично Оливер Кромвель, выдавший на ведение щи немалые средства — около 60 тысяч фунтов стерлин­гов и год. Шефом этой службы стал Джон Терло, поли-1И к, юрист, депутат парламента. Он впервые ввел почто-н\цр цонзуру и создал отдел политической полиции, то • тип, службу коптршпионажа против внешних и внут­ренних врагов государства. После падения Кромвеля Герл'о был оставлен руководителем • секретной службы, получившей название «Интеллидженс департмепт», не-ВМОтря на свои «кромвельские» убеждения. Метод его работы основывался в основном на коррупции. Он без-шиетно верил лишь в одну магическую силу — в деньги, hi которые покупал необходимых ему людей. Его аген-гурная сеть значительно расширилась. Терло имел своих

i.....шиов практически во всех странах, снабжавших его

информацией по вопросам, которые в той или иной сте-m п н затрагивали интересы Великобритании.

ФрбНСИС Уолсингем и Джон Терло стали в истории шпионажа наиболее крупными из первых шефов секрет-N111 ОЛужб, которые нашли позднее своих «ярких» после­дователе! во все времена и эпохи...

Мы еще раа хотим повторить, что не собирались

11

рассказывать историю разведок и шпионажа. Неболь­шой экскурс в прошлые века вполне осознанная необхо­димость, проистекающая из той простой истины, что на­стоящее не существует без прошлого, а будущее без па-стоящего. На примерах наиболее «знаменитых» операций секретных служб мы хотим показать, чем отличается шпионаж от разведки, а разведчик от шпиона. Из первой мировой войны мы взяли всего лишь два «классических» и в то же самое время полярно противоположных приме­ра: долголетнюю работу профессионального британского разведчика полковника Лоуренса и весьма короткую жизнь «шпиона-двойника» Маргарет Целле, вошедшей в историю под именем Мата Хари. Оба имени вплоть до наших дней окружены в западной литературе ореолом «славы» и таинственности, вокруг них нагромождены то­росы невероятных легенд. Мы попытались докопаться до истины, доказать, что Лоуренс был неизбежным порож­дением своей эпохи, он был нужен Англии для проведе­ния своей колониальной политики, и если бы не суще­ствовало Лоуренса, британский империализм выдумал бы его. В противоположность этому «герою» Мата Хари, ис­полнительница ритуальных танцев, стала жертвой интриг германской и французской разведок, двух гнезд государ­ственных изменников, бесчестных людей, бессовестно торговавших военными тайнами, покупавших и продавав­ших друг другу агентов тайных служб...

Окончилась первая мировая война. В Европу пришел фашизм, внесший в секретную службу свои присущие ему черты. Да, гитлеровский шпионаж имел специфиче­ские особенности. Созданием «пятых колонн» в тех стра­нах, которые «третий рейх» намечал в качестве своих жертв, фашизм венчал всю подготовительную и вспомо­гательную шпионско-диверсионную работу. Гитлеровский рейх создал систему «тотального шпионажа», попытался сделать шпионами всех немцев, проживающих за грани­цей. Шпионская сеть разрослась до гигантских размеров. Подкуп, угрозы, месть становятся основными средствами агентуры. Фашизм «открыл» новую категорию предате­лей: всех этих Квислингов, петенов, лавалей — европей­ских изменников, носивших маску сторонников большин­ства, а затем в самый критический момент предавших свои народы, предавших свои государства.

Самая мерзкая и преступная из измен —' измена свое­му народу. Измена народу омрачала, пожалуй, все этапы человеческой истории. Мы на своей земле тоже видели

12

изменников и предателей. Одни умышленно оставались в • ылу врага и работали в годы войны на гитлеровцев, пре­вращаясь в оголтелых полицаев; другие переходили к немцам непосредственно из боевых порядков. Власов — i пмвол особой формы предательства и измены, преда­тельства людей, согласившихся носить мундиры палачей гиоего народа. Акция Власова — одна из разновидностей операции «психологической войны» тех времен. Немецко-фашистские мракобесы не случайно тогда привнавали, что, если эта операция «выйдет из-под контроля, она ва-иредит рейху». И напрасно иные буржуазные горе-исто­рики пытаются по сей день доказать, что, мол, «власов­цы— это свободная политическая организация». С самого пс|жого дня власовцы стали орудием Гитлера, Гимм-lepa и Геббельса, стали орудием нацистов. Но фашист-i кий «тотальный шпионаж» родил и свой мощный анти­под. Коварству нацистской разведки были противбпо-i iдилены мужество и героизм антифашистов. Имени многих разведчиков-интернационалистов стали известны после окончания второй мировой войны.

Шпионаж гитлеровской Германии и ее союзников ОКаМЯСЯ несостоятельным потому еще, что он сбросил со

......гон самое основное: народ. Великая Отечественная

война самым убедительным образом доказала, какую си­лу представляет разведка, когда она становится делом народи, который отстаивает свою независимость и йена iiiuHMocTi, всех угнетенных стран.

I.....1ЧИЛ«сь вторая мировая война. Германия и Япо­нии i IBBHU0 очаги воины и фашистской агрессии на и Востоке — были разгромлены. Но не исчезли «ироюй арены краги коммунизма. Когда наши совет-i КИ1 ООЛдаты обнимались на Эльбе с американскими пар­ии ми, празднуя светлый День Победы, в кабинетах аме-риканскнх и английских секретных служб уже разраба-

1ЛИСЬ сверхсекретные планы борьбы с коммунизмом, | 0В6ТСКИМ Союзом в первую очередь. А потом тайное

10 явным. Английский премьер Уинстон Черчилль,

и hi самых двуличных персонажей периода второй Мировой войны и двух десятилетий после ее окончания, 'Ч.....пне свою недоброй памяти речь в Фултоне. Забрало

и.....ущено. Начался длительный период «холодной

■hii>i'). Деятельность империалистических разведок, и в

Мерную очередь Центрального разведывательного управ-

II ниц, активизируется. Все имеющиеся возможности

1ЯЮТСЯ на повышение эффективности их деятельпо-

13

сти: совершенствуется аппарат секретных служб, к про­ведению подрывных акций подключаются правительст­венные и иные органы пропаганды, научно-технические заведения и даже специальные подразделения. Шпио­наж, уже не «тотальный», а «глобальный», возглавляе­мый ЦРУ, становится составной частью внешней поли­тики империалистических государств, и в первую оче­редь Соединенных Штатов Америки. Правящие круги заокеанской «сверхдержавы» рассматривают шпиопаж не только как обычную практику международных отпоше-лий, но и призывают к расширению функций американ­ских спецслужб против Советского Союза и братских социалистических стран, против национал-освободитель­ных движений и прогрессивных организаций. Особое ме­сто отводится расширению идеологических диверсий. Центральное разведывательное управление США, спец­службы других капиталистических государств огромные силы и средства бросают на координацию враждебной де­ятельности так называемых «диссидентов», направляют работу подрывных радиостанций, засылают шпионов в Советский Союз, другие страны социалистического со­дружества.

С развитием науки неуклонно оснащается техпически-ми средствами и «классический» шпионаж. Наиболее важным результатом влияния технического прогресса яв­ляется сбор в огромных количествах разведывательной информации при помощи спутников, систем радиопере­хвата. Как считают специалисты в этой области из ЦРУ, вышеперечисленные системы «стали самыми важными источниками информации об основных противниках США». К этой сфере деятельности непосредственное от­ношение имеет в США так называемое Агентство нацио­нальной безопасности, которое располагает постами под­слушивания в разных районах мира.

В современном мире, где небывалое значение приоб­рели «психологическая война», диверсии и шпионаж, предатель самым активным образом используется наши­ми идеологическими врагами. Противнику, в чей лагерь он перебрался, он поставляет информацию со знанием дела. Такого человека можно использовать и для подго­товки «кадров» в школах специального назначения, и на поприще «творчества». Если умело водить его пером, то из него можно выжать любой пасквиль. Одним словом, предатель в руках западных спецслужб — необходимый товар, за которым они не перестают охотиться.

14

Враги социализма ведут борьбу против нас по только || области политики и экономики, но и в такой специфи­ческой области, где действуют разведки, где использу-"1'гся шпионаж и диверсии, в том числе и идеологические. И разоблачении приемов и методов империалистических •скретных служб мы видели основную свою задачу, когда гадились за эту книгу.

ТОГ САМЫЙ

t. 7

/

I

Тот вечер выдался особенно Душным в Каире, и гости, собравшись на очередной дипломатический раут, который устроил шеф британской военной миссии — Арабского бюро — генерал Клейтон,/с нетерпением ожидали того момента, когда мож11о будет исчезнуть из отеля, не оби­дев всевидящего хозянла/лриема.

Англичане и франпузы, присутствовавшие на рау-то, — союзники в толиж) что вспыхнувшей мировой вой­не, вполне респектабельные союзники в том, что касает-р<| европейского театра военных действий. Но здесь, на Арабском Востоке,Д)ритансной короне союзники не нуж­ны. Британской крроне нужны колонии. Ими она не же­лает делиться на с кем. Поэтому выглядели беззабот­ной всех женщины на том душном приеме в Каире. I(прочем, не вс

Маркиза Йаргерит д'Андюрэн, \неизменно вызывав­шая восхищение разновозрастных «рыцарей» не только гноим шармом, но и весьма легкомысленным отношением и святости брака, была в тот вечер чем-то сильно озабо­чена. На прием она пришла без мужа. Впрочем, маркиз II ьор д'Андюрэн, преподнесший своей жене не только титул, но и весьма приличное состояние, давно уже мах­нул рукой на ее шалости. Война застала их в Египте во иремя свадебного путешествия, и маркиз не очень то­ропился возвращаться в родные пенаты. Маргерит тоже Ир торопилась в Париж, поскольку коллекция ее поклон-пикон пополнилась еще одним, на сей раз молодым ап-глимским офицером.

Он стоял в углу зала, держа в руке фужер с сель­терской, в котором плавали кусочки льда. Белокурые во-■■м'ы над высоким лбом, голубые глаза, сухое, гладко вы-1'итое лицо. Но Маргерит знала наверняка, что не устоит Рид странной, гипнотизирующей обворожительностью «'men этого человека. Выждав, когда от маркизы отлетит

/ 15

12

АЛЬБЕРТ ПЛАКС. ОРУЖИЕ ВОЗМЕЗДИЯ

КРАТКАЯ ИСТОРИЯ И СТРУКТУРА ИЗ!',

далеко не первое место в пополнении эмигрантских рядов (Украина и Белоруссия были, несомненно, далеко впереди), то можно смело предположить, что число агентов КГБ (а ГРУ тоже не дремало в это время), осевших в Израиле или проследовавших дальше — в Европу и США, насчитывало не одну тысячу. Не вызывает сомнений, однако, что по крайней мере 95% издавших подписку о сотрудничестве с советскими спецслужбами уже после пересечения границы вспомнили об ЭТОМ как о кошмарном сне или поспешили доложить о себе в Шинбет, ФБР и другие органы безопасности западных государств. Тем не менее какая-то часть бывших советских граждан осталась лояльной и благодарной своим «крестным отцам» из КГБ. Об этом свидетельствуют конкретные факты, приведенные А. Плаксом.

Сегодня в Израиле проживает более миллиона выходцев из СССР. Многие из них поддерживают родственные, деловые и дружеские связи в России. Но Россия ныне другая страна, и хотя она не отказалась от поддержки «справедливого дела» арабов, ее политика в отношении Израиля претерпела драматические изменения.

В этом контексте несомненный интерес представляют стоящие особняком в книге А. Плакса дела Мордехая Ваануну, Дитера Герхарда и Джонатана Полларда. Они разные по содержанию, и написано о них немало. Но они раскрывают еще один важный аспект деятельности современных спецслужб. «Холодная война» закончилась, но национальные интересы государств, забота об их военной, политической и экономической безопасности остаются. И в этом смысле союзнические отношения государств — отнюдь не препятствие для проведения разведывательных операций на их территориях или с их территорий против других стран.

Как говорили марксистские классики: «В политике можно объединяться ради достижения известной цели даже с самим чертом — нужно только быть уверенным, что ты проведешь черта, а не черт тебя». Именно этим целям и подчинена деятельность разведывательных служб.

Альберт Плакс не специалист и не профессионал от разведки. Он признает, что рассказанные им истории почерпнуты из открытых источников. Но это не принижает достоинств книги, рассчитанной на самый широкий читательский круг.

Олег Калугин.

Вашингтон, США,

февраль 2006 г.

КРАТКАЯ ИСТОРИЯ И СТРУКТУРА ИЗРАИЛЬСКОЙ РАЗВЕДКИ

Первые разведывательные органы Израиля были созданы задолго до появления на карте мира Еврейского государства. В 1934 г. руководители подпольной еврейской военизирован­ной организации «Хагана» в подмандатной Великобритании Палестине поручили видному ее деятелю, который уже не­сколько лет выполнял тайные миссии по связи с евреями диа­споры, главным образом, из стран Ближнего Востока, Реувену Шилоаху создать профессиональную разведслужбу для защи­ты интересов евреев, проживающих в этом регионе. Вместе с еще двумя функционерами Хаганы Мейсровым и Авигуром он вскоре такую организацию создал. Ее назвали «Ширут Едиот — Информационный сервис», или сокращенно «Шай». Шило-ах новую организацию и возглавил. Если в начале она имела дело в основном с палестинскими арабами и представителями английского мандата, то во время Второй мировой войны она приняла большое участие в борьбе против немецких фашис­тов и спасении евреев Европы от их рук. После войны эта организация сосредоточила свое внимание, главным образом, на репатриации оставшихся в живых после катастрофы евро­пейского еврейства в Палестину. Однако, когда 15 мая 1948 г. было провозглашено Государство Израиль, его первый ру­ководитель Давид Бен-Гурион заявил, что новое государство должно иметь новую разведку, причем не просто хорошую, а одну из лучших в мире.

30 июня 1948 г., всего лишь через 6 недель после провозгла­шения нового еврейского государства, в знойный летний день

в Тель-Авиве состоялось историческое совещание, в котором приняли участие 6 высших деятелей Шай. Председательствовал на совещании тогдашний руководитель Шай Исер Беэри. Он сообщил присутствующим о решении премьер-министра и министра обороны по совместительству Давида Бен-Гуриона распустить Шай и создать вместо него разведывательное сообщество, состоящее из четырех самостоятельных спецслужб: Военной разведки, позже она стала называться «Аман»; Службы внутренней безопасности, Службы внешней разведки, каковой должен был стать новый политический отдел министерства иностранных дел, и «Института Алия-Бет», организации, со­зданной еще в 1937 г., занимавшейся нелегальной переправкой эмигрантов-евреев из стран диаспоры в Израиль, которая в марте 1952 г. была распущена.

Ведущая роль в новом разведывательном сообществе была отдана Военной разведке, которую возглавил Исер Беэри, или, как его называли, «Исер большой». В отличие от Исера Харе-ла — «Исера маленького», который стал начальником Службы внутренней безопасности. Службу внешней разведки поручи­ли новому начальнику политического отдела МИДа Борису Гуревичу. А Институт «Алия-Бет» возглавил Шауль Авигур. В 1949 г. с целью лучшего распределения сфер деятельности и координации имеющихся органов разведки был создан спе­циальный координационный комитет «Вараш» (Ваадат Решет Хаширутим), иногда называемый «Ваадат», в который вошли руководители четырех названных выше спецслужб. Возглавил его Вараш Реувен Шилоах. Этот орган в определенном статусе существует и по сегодняшний день.

В феврале 1949 г. Служба внутренней безопасности была реорганизована и получила название «Ширут битахон», сокра­щенно «Шин Бет» — по первым буквам ивритского написания нового названия службы. Под таким названием она была ши­роко известна не только гражданам Израиля, но и многим в бывшем Советском Союзе. В 80-х годах эта служба опять поме­няла свое название на «Ширут Битахон Клали» (Общая служба безопасности), или сокращенно ШАБАК. Так мы в дальней­шем и будем ее называть. В США эту службу часто называют Israeli Security Service — ISS. Служба подчинена канцелярии премьер-министра, т. е. непосредственно ему. Служба проводит свою деятельность главным образом внутри страны, а также на территориях сектора Газы и Западного берега реки Иордан.

Не прожил долго и политический отдел МИДа. В 1951 г. он был расформирован, а на его развалинах в день официально-

КРАТКАЯ ИСТОРИЯ И СТРУКТУРА ИЗРАИЛЬСКОЙ РАЗВЕДКИ

15

Реувен Шилоах — первый руководитель израильской разведки

го его закрытия 1 апреля 1951 г. был основан «Центральный институт по координации», который вскоре переименовали в «Центральный институт разведки и безопасности». Так Служ­ба внешней разведки Израиля называется и поныне. Вскоре для простоты ее стали называть одним словом, взятым из этого длинного названия — «Институт», что на иврите звучит как «Мосад». Так и мы в этой книге будем называть это учреж­дение. Первым руководителем Мосада был Реувен Шилоах. И эта служба подчинена непосредственно премьер-министру. Он по согласованию с правительством назначает ее начальника. Сегодня Мосад имеет в своем составе порядка 2000 сотрудни­ков. Естественно, он занимается разведывательной и другой «сопутствующей» ему деятельностью за пределами Израи­ля. Кроме штатных сотрудников, Мосад пользуется помощью

16

АЛЬБЕРТ ПЛАКС. ОРУЖИЕ ВОЗМЕЗДИЯ

большого количества добровольных помощников — «саяним». Это обычно евреи стран рассеяния, которые оказывают необ­ходимые локальные услуги Мосаду, главным образом при вы­полнении конкретных операций или заданий, а также арабы, постоянные жители некоторых стран и территорий.

АМАН (Агаф Модиин), или Модиин, — Военная разведка в составе Армии Обороны Израиля. Это самая крупная разве­дывательная структура страны, в которой занято порядка 8000 человек. Руководитель назначается начальником Генерального штаба по согласованию с министром обороны и главой прави­тельства. В структуру этой разведки входит Войсковая разведка (Хель Модиин) и Разведка сухопутных войск (Модиин Саде).

До сравнительно недавнего времени имена руководителей Мосада и ШАБАКа были засекречены и обнародовались толь­ко после их ухода в отставку. Теперь их сообщают при назна­чении, а иногда даже раньше. Назову имена тех, кто руко­водил спецслужбами к началу 2006 г. Руководителем Мосада является Меир Даган, бывший армейский генерал, в сентябре 2002 г. сменивший на этом посту Эфраима Галеви, работавше­го в Мосаде долгое время на различных должностях. Руководит ШАБАКом Юваль Дискин, назначенный на этот пост в мае 2005 г. вместо Ави Дихтера. Военной разведкой Аман коман­дует генерал Аарон Зеэви-Фаркаш.

Несомненно самыми выдающимися руководителями на­званных ведомств в истории Израиля были Исер Харел и Меир Амит. Поэтому в книге им посвящены отдельные очерки. Хотя в различных главах и различных контекстах мы расскажем и о других бывших руководителях разведывательных ведомств страны.

Кроме названных трех основных, израильское разведыва­тельное сообщество включает еще несколько других организа­ций и агентств: Натив, ЛаКаМ и МалМаБ. Натив — Ведомство по связям с еврейством Советского Союза. Об этом ведомстве мы будем рассказывать достаточно подробно. ЛаКаМ — Бюро научных связей — небольшая секретная организация, зани­мавшаяся промышленным и научным шпионажем, включая приобретение и поставку высоконаучных технологий и мате­риалов для израильской ядерной программы. Эта организация была официально «расформирована» в 1986 г. в результате шума, поднятого после разоблачения Джонатана Полларда, который «работал» на нее. Но в определенной форме она су­ществует и сегодня. МалМаБ — в переводе с иврита аббре­виатура «Структура, ответственная за безопасность в системе

КРАТКАЯ ИСТОРИЯ И СТРУКТУРА ИЗРАИЛЬСКОЙ РАЗВЕДКИ

17

обороны». Подчиняется министерству обороны. В 1986 г. ЭТОЙ организации были переданы задачи ЛаКаМа.

Несколько отдельно в этой системе разведывательного со­общества Израиля стоит Центр исследований и политическо­го планирования министерства иностранных дел. Этот Центр создан на базе существовавшего отдела исследований МИД, являвшегося в той или иной форме важным разведывательным органом страны со времени создания государства Израиль. Центр занимается сбором и анализом информации, получен­ной через дипломатических представителей Израиля в разных странах, а также из открытых источников, т. е. из средств мас­совой информации (СМИ). На основе анализа этой информа­ции Центр составляет периодические обзоры и долгосрочные аналитические записки по отдельным проблемам, странам и регионам. Центр состоит из четырех региональных отделов: аравийского, багдадского полумесяца, североафриканского и других (неарабских) стран, а также из двух функциональных отделов: экономического и стратегического. В наши дни более 70% сотрудников Центра заняты в отделах арабских стран. Формально Центр является самостоятельной организацией, но фактически зависит от Мосада, большинство работающих в нем являются сотрудниками Мосада. Однако в вопросах, ка­сающихся дипломатических служб и иностранного дипломати­ческого персонала, Центр активно сотрудничает с ШАБАКом.

Израильское разведывательное содружество окружено за­весой секретности. Но, анализируя государственный бюджет Израиля, можно установить, что, к примеру, в 1998 г. бюд­жет двух организаций — Мосада и ШАБАКа, составлял при­близительно 2,7 миллиарда шекелей (около 700 милл. долла­ров). При этом предположительно 60% от этой суммы идет на финансирование Мосада. АМАН имеет значительно больший бюджет (цифры не опубликованы), т. к. имеет значительно больше сотрудников.

Кратко укажем на основные цели (объекты) израильского разведывательного сообщества:

1. Арабские государства, их намерения по отношению к Из­раилю, их лидеры, представительства и деятельность в других странах, внутренняя и международная политика, военная го­товность и другие аспекты жизнедеятельности.

2. Сбор секретной информации о политике США и их ре­шениях по отношению к Израилю.

3. Сбор военно-технической информации в США и других развитых странах.

АЛЬБЕРТ ПЛАКС. ОРУЖИЕ ВОЗМЕЗДИЯ

4. Сбор информации о политике правительств России, быв­ших республик СССР и стран Восточной Европы по отноше­нию к Израилю, а также по проблемам эмиграции евреев из этих стран.

5. Наблюдение за антисемитской и антисионистской де­ятельностью во всем мире.

6. Сбор политической и экономической информации в дру­гих странах и регионах, например, в Африке, юго-восточной Азии и т. п.

Структурам разведывательного сообщества оказывают все­мерную помощь различные правительственные организации и ведомства, крупные общественные организации и частные компании, такие, как министерство финансов, министерство внутренних дел, министерство туризма, таможня, авиакомпа­нии, компания морского судоходства ЦИМ, Еврейское агентс­тво (Сохнут) и др.

ИЗРАИЛЬСКИЕ ШПИОНЫ

19

ИЗРАИЛЬСКИЕ ШПИОНЫ

Любая цивилизованная страна, играющая пусть и неболь­шую роль в международной политике, имеет за границей шпи­онов. Роль Израиля в международной политике гораздо значи­тельнее, чем это может показаться, соотнося размеры Израиля с размерами соседей и всей большой планеты. В том-то и «гвоздик», что есть у Израиля «военная тайна», есть «могучий секрет», есть «мальчиши-Кибальчиши», которые хранят эту тайну и умеют разведать секреты врагов и недоброжелателей. Государство Израиль имело своих шпионов в других странах столько, сколько оно существует, вероятно, даже и дольше. Израильские шпионы действовали преимущественно в арабс­ких странах, в частности, в Египте, Сирии, Ливане, Иордании, Ираке. Но имеются факты об их работе и в странах Западной Европы, Азии, Африки. (Разговор о США будет отдельный, в продолжение книги.)

Первым успехом израильской разведки за рубежом можно считать вербовку в 1953 г. резидентом Мосада в Норвегии Ре-увеном Баркату лидера Норвежской рабочей партии Хокона Ли, с его помощью он добыл чистые бланки норвежских пас­портов, которые потом использовались «Нативом» в СССР для организации выезда оттуда нескольких евреев. Позже Ли спо­собствовал получению Израилем документации на новейшие танки и бронемашины. В 1968 г. тот же Ли помог Израилю по­лучить 21 тонну «тяжелой» воды с норвежского завода «Норск Гидро», необходимой для производсва ядерного оружия.

Помогал израильтянам и Трюгве Ли, первый Генеральный секретарь ООН. Эта помощь продолжалась с 1947 по 1953 г., т. е. до окончания его каденции в ООН. Но этот Ли никогда не сотрудничал с органами израильской разведки, а имел дело только с политиками.

Начало созданию в США сыск­ных служб было положено в Филадельфии в 1833 г., затем в Нью-Йорке и Чикаго.

Около 1851 г. в Америке появляется под скромной вывеской «Национальное сыскное агентство Пинкерто­на». Это агентство организовал Аллан Пинкертон, шот­ландец, эмигрировавший из Глазго в США. Его, пред­приимчивого шотландца, привлек Новый, неведомый, Свет. По прибытии в США Пинкертон долгое время не мог найти по душе работу, обещавшую богатство, при­шлось много лет работать обыкновенным бондарем. Па­рень, однако, не унывал. Как-то, находясь на одном из пустынных островов озера Мичиган, он случайно на­ткнулся на погасший костер. Это его натолкнуло па мысль: раз есть костер, значит, были и люди. Об этом он незамедлительно доложил шерифу полиции, сдобрив свой рассказ хорошей порцией собственного вымысла о «подозрительных». Тем временем в ходе предпринятых поисков была задержана шайка жуликов. Этот благо­приятный случай в жизни Пинкертона не был упущен. Он пришел к мысли об организации сыскного агентства. Для начала подобрал себе девять детективов. Чтобы не перечислять вновь все его давно разрекламированные заслуги, действительные и мнимые, скажем, что Пин­кертон считается основателем первой криминально-по­лицейской организации в США и даже отцом американ­ской секретной службы. Кроме того, Пинкертон летом 1861 г. некоторое время был даже личным телохрани­телем Авраама Линкольна.

В 1861 г. началась гражданская война между Севе­ром и Югом Америки. Аллан Пинкертон ушел в дейст­вующую армию. В армии он получил чин майора и... продолжал заниматься слежкой и шпионажем. Эта ра­бота для пего была ближе, роднее и все же безопаснее, чем ходить в атаку. Вскоре он создал первую секретнук) службу в США, которая называлась «Сикрет сервис», Кстати сказать, она существует и поныне, только в более узких рамках. В ее сегодняшние обязанности вхо-

дят охрана президента и борьба с фальшивомонетчи­ками.

Спустя много лет, а именно 26 июля 1908 г., прези­дент США Теодор Рузвельт (пришедший к власти 6 сентября 1901 г., после убийства президента Уильяма Маккинли) поручил министру юстиции Чарльзу Д. Бо­напарту организовать специальный следственный отдел министерства юстиции. Вот с этого момента и начина­ется «биография» совершенно новой организации — Фе­дерального бюро расследований (ФБР). Правда, в то время оно еще так не называлось. Тогда, в 1908 г., как, впрочем, и сейчас, ФБР считалось отделом министерства юстиции США. Но это всего лишь название — отдел. На самом деле оно переросло любое управление, в том числе и само министерство юстиции, в несколько раз.

4 марта 1909 г. преемником Теодора Рузвельта стал Уильям Тафт. Новому следственному органу президент Тафт присвоил наименование «Бюро расследований», и только в 1935 г. к этому названию прибавили — феде­ральное. Таким образом, с 1935 г. ведомство полити­ческого сыска США стало называться Федеральным бюро расследований.

Первые годы ФБР занималось главным образом расследованием банкротств, слежкой, а также различ­ного рода подстрекательствами и провокациями. Во вре­мя первой мировой войны ФБР взялось за организацию контрразведки и «наведение порядка» — па первых по­рах в отношении лиц, уклоняющихся от воинской служ­бы. Для этой цели министерство юстиции создало спе­циальный военный отдел. Заместителем начальника этого отдела стал 22-летний Дж. Эдгар Гувер.

В начале 1919 г. ушел в отставку шеф ФБР Биласки, а вместо него на этот пост был назначен бывший на­чальник «Сикрет сервис» Уильям Флипп. Спустя какое-то время для организации слежки и контроля за всеми демократическими и революционными организациями в США при ФБР был утвержден отдел «Дженерал интеллидженс дивижн» («Общий сыскной отдел»), на­чальником которого стал Эдгар Гувер.

Шел второй год Великого Октября...

Великая Октябрьская социалистическая революция в России встревожила тогдашнюю вашингтонскую вер­хушку во главе с президентом Вудро Вильсоном. Рес­публика Советов твердо выступила против империали­стов, зачинщиков бойни народов, за установление демо-

кратического справедливого мира. И правители Запада решили: Страну Советов надо ликвидировать, и, чем скорее, тем лучше. Но под каким таким предлогом?

Сразу же после победы Великого Октября правящие круги Антанты и США стали раздувать клеветническое утверждение о том, что большевики - якобы хотят «экспортировать коммунистическую революцию» в стра­ны Западной Европы и Америку. Чудовищной ложью заполнялись страницы газет, империалисты США рас­пускали самые дикие слухи и сплетни, дабы, с одной стороны, очернить Советскую власть, а с другой — огра­дить «демократическую» Америку от проникновения из-за океана идей Ленина, идей Октября.

Уже тогда вершители судеб Америки повели борьбу с выдуманной ими же самими «красной опасностью». Идеи революции, симпатии простого люда Америки к Стране Советов вызывали гнев администрации Вудро Вильсона. ФБР жестоко расправлялось со своими жерт­вами. В первую очередь руководители ФБР Биласки, Флинн (не стоял в стороне и Гувер) подвергали распра­ве рабочих лидеров, прогрессивных профсоюзных акти­вистов. Еще на заре своей деятельности Гувер провел массовую операцию под кодовым названием «Рейд Пальмера» по аресту подозрительных лиц одновременно в 30 городах США.

«Ночь наручников» — так окрестил народ вопиющее беззаконие. Возглавлял операцию сам министр юстиции Митчел Пальмер. Общее число арестованных только за одну ночь превысило 10 тыс. человек. На совести Гувера и организованная им расправа над ни в чем не повинными рабочими лидерами Николо Сакко и Барто-ломео Ванцетти, казненными 23 августа 1927 г. по сфабрикованному обвинению. Впрочем, до 1927 г. было еще далеко. Гувер еще не был шефом ФБР. Функции ФБР разрастались. 29-й президент США Уоррен Дж. Гардинг 18 августа 1921 г. под нажимом влиятельных кругов Америки назначил директором ФБР человека из своего окружения — Уильяма Дж. Бернса.

Ровно через четыре дня у Бернса появился новый заместитель — Эдгар Гувер.

В 1923 г. хозяином Белого дома стал Кальвин Ку-лидж. После определенной чистки аппарата новый гене­ральный прокурор Харлин Ф. Стоун предложил 29-лет­нему Эдгару Гуверу пост директора ФБР. Гувер не заставил себя уговаривать. Предложение было им при-

10

пято. За какие-нибудь пять-шесть месяцев работы в попом качестве Гувер успел завести картотеку па многие тысячи лиц, от рядовою служащего до... президента. В то же время он провел значительную реорганизацию ведомства тайного политического сыска.

В немалой степени благодаря усилиям Гувера пре­ступная деятельность ФБР приобретала все более широ­кий размах. Постепенно, шаг за шагом совершенствова­лась тайная система слежки за демократическими орга­низациями Америки, отдельными прогрессивными ли­цами, в том числе и в первую очередь за членами Коммунистической партии США. А в то же время неко­торые преступные группы и организации получали под­держку ФБР и его шефа.

Известно, что еще в конце 20-х годов преступный гангстерский синдикат США «Коза ностра» (в переводе означает «Наше дело»), явно имея высоких покровите­лей, преспокойно тзорил свои черные дела. Мы упомя­нули именно эту крупнейшую преступную организацию' потому, что она активнейшим образом действует в США и сейчас, обладая незримой властью и экономической силой. Этот всемогущий синдикат преступного мира име­ет огромное влияние во многих штатах Америки.

Сегодняшняя мафия — это не только подделка и <у>ыт фальшивых банкнот, проституция, торговля наркотика­ми, контрабанда и азартные игры. Отнюдь нет. Ма­фия— это и участие в управлении мощными промыш­ленными компаниями, работа на военно-промышленный комплекс. По данным министерства юстиции США, ма­фия имеет ежегодный доход свыше 45 млрд долларов, у нее разветвленные связи с местными властями, поли­цией и ЦРУ.

Как уже упоминалось, «Коза ностра» кроме террори­стической и иной деятельности занимался контрабандой наркотиков и запрещенными азартными играми. В шта­те Невада эта организация ограничений законом не имела — все игорные дома Лас-Вегаса практически были во власти этого синдиката, а за его спиной стоял сам Эдгар Гувер. Впрочем, связь эта тщательно скрывалась.

К. Хеерман, публицист из Германской Демократиче­ской Республики, отмечает такой факт. «Спустя несколь­ко лет после второй мировой войны,— говорит он,— один

1 В целом организованную преступность в США нередко назы-МЮТ мафией.

11

журналист задал директору ФБР вопрос о роли синди­ката. «Это плод вашей фантазии,— невозмутимо ответил Э. Гувер,— никакой «Коза ностра» не существует». Ра­зумеется, откровенничать покровитель мафии не соби­рался.

В 1935 г. ФБР вело расследование (всего лишь для проформы) против организации «Германо-американ­ский союз». Почему для проформы? Да хотя бы потому, что все пронацистские организации в США, так же как и некоторые сейчас, а тогда их насчитывалось более ста, чуть ли не беспрепятственно занимались своим де­лом, то бишь в основном шпионажем в пользу фашист­ской Германии. Крупнейшие промышленники США Дю­пон, Форд и другие призывали американские власти к «сдержанности», способствовали тому, чтобы фашист­ская Германия укреплялась, готовили ее для удара по Советскому Союзу. Гувер не только разделял эту пози­цию, но и полностью поддерживал ее.

После начала второй мировой войны обстановка изменилась.

... 6 сентября 1939 г. президент США Франклин Руз­вельт специальной директивой поручает ФБР «взять на себя расследование дел о шпионаже, саботаже и нару­шении нейтралитета». Гуверу пришлось заняться этим. В 1940 г. шеф ФБР командировал своих агентов в Лон­дон, в «Скотланд Ярд», для обмена опытом и сотрудни­чества на будущие времена. В том же году ФБР пере­бросило своих людей в Канаду и Мексику, и с этого момента вся Северная Америка стала полем деятельно­сти джименов (агентов ФБР). В том же 1940 г. в ФБР создается специальный разведывательный отдел Эс-ай-эс, предназначенный для зарубежных акций, для нача­ла—в Южной Америке. Его цель заключалась в следу­ющем: действовать конспиративно, уничтожать «враж­дебную США» шпионскую и диверсионную сеть, вести самостоятельную разведывательную работу, снабжать информацией все виды вооруженных сил США и госу­дарственный департамент. Но прежде всего — продол­жать неусыпно следить за «красными».

24 июля 1940 г. президент Ф. Рузвельт, одобрив дей­ствия Э. Гувера, утвердил его руководителем Эс-ай-эс.

Гувер всю жизнь проработал в сыске. Был шефом ФБР при восьми президентах: четырех демократах и четырех республиканцах — Кальвине Кулидже, Герберте Гувере, Франклине Рузвельте, Гарри Трумэне, Дуайте

12

Эйзенхауэре, Джоне Кеннеди, Линдопе Джонсоне, Ри­чарде Никсоне.

Агенты Эс-ай-эс в различных странах были зачисле­ны в штаты американских посольств, другие разъезжали по стране, пребывая в качестве маклеров или предста­вителей как существующих, так и не существующих фирм, а третьи занимались шпионажем под безобидным видом туристов.

Перед Эс-ай-эс была поставлена ФБР еще одна зада­ча — проникнуть внутрь полицейских органов страны пребывания, завести и закрепить прочные контакты и с контрразведывательными службами.

Еще шла на полях Европы вторая мировая война, а указанные службы уже полным ходом готовились к «хо­лодной войне». Почву для нее создавали Управление стратегических служб УСС (мы еще вернемся к этой службе) и ФБР, пока 30 июня 1946 г. отдел Эс-ай-эс не был расформирован, а УСС несколькими месяцами спу­стя, в 1947 г., передало свои функции вновь созданному Центральному разведывательному управлению США (ЦРУ). Надо сразу же отмстить, что ЦРУ переняло основные формы и методы работы ФБР по ведению международного шпионажа, террора и диверсий против социалистических стран, коммунистического и нацио­нально-освободительного движения и полностью их ис­пользует в своей работе.

Но роль ФБР в международных делах не закапчи­валась. Напротив, роль всех секретных служб США за рубежом приобретала с каждым днем все более целе­направленный характер.

Так, уже тогда, когда ЦРУ вступило в свои права, активность агентуры ФБР за рубежом не спала, скорее наоборот. Возникла срочная необходимость легального размещения джименов в столицах иностранных госу­дарств под «крышей» дипломатического иммунитета. Параллельно усердствовало и Центральное разведыва­тельное управление, выколачивая себе «право на при­оритет».

К началу 70-х годов агентура ФБР обосновалась уже в двадцати пяти зарубежных странах, в том числе в Западной Европе и Латинской Америке. То, что ФБР действовало активнейшим образом, можно для нагляд­ности показать на следующем примере. Формально ФБР вроде бы не имеет полномочий заниматься разведыва­тельной деятельностью за пределами США. Но вот

13

Эдгар Гувер по личному приказу Линдона Джонсона поручил своим людям сфабриковать «свидетельства о коммунистическом заговоре» в Доминиканской Респуб­лике. Для чего это потребовалось? Эта акция в отноше­нии Доминиканской Республики нужна была тогдашне­му президенту США для того, чтобы сначала спровоци­ровать конфликт в этой республике, а затем оправдать перед широкими кругами мировой общественности ин­тервенцию вооруженных сил США.

Итак, дипломатический иммунитет был отвоеван, агенты охранки ФБР получили статус атташе. Парал­лельно агентам ФБР была поручена еще одна секретная миссия — шпионить против стран пребывания. Для этих целей возможностей у них было предостаточно, притом они действовали, не беспокоясь о последствиях. Люди ФБР внедрялись в полицейские органы под видом «советников». Эта лазейка открывала для них широкую возможность осуществления практически любых задач, по шпионажу в особенности, и не только в стране пре­бывания, но и против третьих стран. Конечно, все эти акции ФБР осуществлялись в контакте с ЦРУ, несмот­ря на конфликтные ситуации, возникавшие между ними в борьбе за приоритет в этой грязной работе.

21 января 1972 г. газета «Интернэшнл геральд три-бюн» писала: «Эдгар Гувер потихоньку добился согла­сия Ричарда Никсона на расширение международных разведывательных операций ФБР». Бесспорно, ФБР было в фаворе у Белого дома. Известно и то, что ФБР с 1 января 1947 г. было поручено охранять секреты атомной бомбы. Обратите внимание — не какой-нибудь из военных разведок, не Управлению стратегических служб, а именно ФБР была поручена охрана атомных сверхсекретов США. Эта «маленькая» деталь говорит о том, что ФБР неизменно пользовалось у президента и у военно-промышленного комплекса самым благопри­ятным расположением и доверием.

ФБР и ЦРУ имеют теснейшие контакты не только с военщиной и мафией, но и со многими организациями ультраправого толка, видя в них своих естественных союзников в борьбе против коммунистов США и других прогрессивных сил.

Печально известна во всем мире махрово-реакцион­ная, расистская организация Ку-клукс-клан (ККК).Она была создана в декабре 1865 г. в Пыоласки (штат Тен­несси). Ее создателями были рабовладельцы и бывшие

14

южные офицеры-сепаратисты, их называли тогда «охот­никами за людьми». Ку-клукс-клан очень быстро пре­вратилась в мощную террористическую организацию, вершившую кровавые расправы над неграми и прогрес­сивно настроенными белыми. Вспомним тысячи невин­ных жертв, суды Линча, факельные шествия и другие сборища этой организации... Куклуксклановцы дейст­вуют и сегодня, именно действуют, а не прозябают.

Очередной шабаш в городе Сан-Хосе (штат Кали­форния). Власти не только разрешили сборище (насе­ление протестовало), но и обеспечили расистам охрану.

Ку-клукс-клановский марш в Чикаго с факелами и сожжением крестов.

Или так называемый «всемирный конгресс арийских наций» в Хейдеи-Лейк, штат Айдахо, иначе говоря, сбо­рище главарей неонацистских ультраправых, расист­ских организаций, антикоммунистических группировок и прочего отребья.

Цель этого, с позволения сказать, «конгресса» за­ключалась в том, чтобы выработать единый план дейст­вий против «красных», черных, цветных, против всех прогрессивных сил, которые ведут борьбу за демокра­тические права и свободы, против разгула, насилия и расовой дискриминации. Для главарей сборища лю­безно предоставил свою усадьбу священник куклукскла­новец Ричард Батлер.

Последнее время в США все чаще говорят о том, что членами Ку-клукс-клана являются и некоторые сотруд­ники ЦРУ, хотя руководящие работники шпионского ведомства и представители конгресса, в частности сена­тор Д. Даренберг (председатель специального сенат­ского комитета по разведке), заявил: «Да, что-то подоб­ное слышал, но деталей не помню...»

Как известно из многих публикаций, взгляды шефа ФБР были патологически расистскими. Например, нена­висть к Мартину Лютеру Кингу. Так что родство душ «великого дракона» ККК и шефа охранки было полным.

«Нэшнл кокес оф лейбор коммитис» (НКЛК) —это название террористической организации, которая объ­единила троцкистов, левых экстремистов, правых ради­калов и куклуксклановцев. НКЛК заявила в свое время: «Мы покончим с Коммунистической партией США». Если вспомнить, что на заре своей карьеры Гувер лишь в одной из своих операций арестовал более 10 тыс. «инакомыслящих», и сопоставить цели и образ дейст-

15

ыии НКЛК и спецслужб, то станет ясно: их дорожки были не только близки, но они шли единым маршру­том провокаций, травли, террора. Как впоследствии вы­яснилось, НКЛК состояла на содержании у ФБР и ЦРУ.

Кроме ЦРУ и ФБР в США имеется немало и других секретных служб. Одна из военных разведок — Разве­дывательное управление штаба американской армии (Джи-2)—самая старая. Джи-2 очень разрослась во время второй мировой войны. Она занималась тактиче­ской и стратегической разведкой, а также контрразвед­кой. Главной задачей этой разведки был и остается сбор сведений о военном потенциале, дислокации и воору­жении прежде всего Советской Армии, а также о про­изводстве атомного и ракетного оружия; решает она и другие вопросы. Джи-2 имеет свою специальную служ­бу контрразведки — Си-ай-си, своего рода двойник ФБР.

Есть и Военно-морская разведка. Ее задачи: сбор, обработка и оценка сведений об иностранных военных флотах, системах оружия, береговых укреплениях, мор­ской авиации, портах, гаванях и т. п. Главное внимание этой разведки нацелено на сбор сведении о Военно-Морском Флоте СССР.

И самая «молодая» разведка — штаба ВВС США (А-2). Ее основные цели — сбор сведений о советских военно-воздушных силах, авиационной и космической технике, производстве самолетов и ракет, а также выбор объектов для нанесения ядерного удара, применения межконтинентальных баллистических ракет и стратеги­ческой бомбардировочной авиации. А-2, разумеется, ве­дает и другими вопросами шпионажа.

Вышеуказанные разведывательные службы армии, флота и авиации подчинены Разведывательному управ­лению министерства обороны (РУМО), учрежденному в октябре 1961 г. Они действуют, как и прежде, только вся их разведывательная информация обобщается и ана­лизируется в РУМО и докладывается министру оборо­ны США.

Первым начальником РУМО стал генерал-лейтенант авиации Джозеф Кэролл. Этот пост он занимал с 1961 по 1969 г. Примечательно, что Кэролл в прошлом был коммивояжером известной компании «Свифт», а затем первым помощником заместителя директора ФБР.

Начальник РУМО получаст задания от министра обо-

16

ропы и Комитета начальников штабов и подчиняется только министру обороны и Совету по разведке США. Начальнику РУМО подчиняются и перед ним отчиты­ваются все военные атташе, работающие за рубежом, даже если они и выполняют задания, скажем, Разведы­вательного управления штаба ВВС.

Рождению этой организации (РУМО) противилось ЦРУ, в особенности Аллен Даллес. Этот шпион № 1, как и суперагент ФБР № 1 Эдгар Гувер, предпочитал всегда видеть только свою персону престижной, первой. Когда первым директором ЦРУ в 1947 г. стал контр­адмирал Роскоу Хилленкоттер, его заместителем был назначен бригадный генерал Эрвин Райт, прослужив­ший на этом посту с 1947 по 1949 г., а с 1951 по 1953 г.— Аллеи Даллес. В том же 1953 г. Даллес получил пост директора ЦРУ. Шпионаж был его стихией. Он не по­зволял вмешиваться в свои дела (иными словами, в дела ЦРУ) кому бы то ни было. Даллес давал специальную дезинформацию для Белого дома с целью наращивания гонки вооружений. Он лично руководил подрывными ак­циями против ГДР. Он не мог* терпеть ни малейшего «застоя» в своем шпионском синдикате. В уЗком кругу закадычных друзей А. Даллес говаривал: «Я требую только действии. Пусть рискованных, пусть опрометчи­вых, пусть фарисейских, однако же действий». Провалы, разоблачения его не смущали. Акции его учреждения становились все более рискованными. Даллес разраба­тывал план подземного тоннеля из Западного Берлина в Восточный для подслушивания телефонных перегово­ров, лично занимался вопросом свержения правитель­ства Мосаддыка в Иране в 1953 г. ...По происхождению Аллен Даллес был потомственным дипломатом. Его дед Джои Фостер-старший занимал пост государственного секретаря при президенте Бенджамине Гаррисоне; его дядя Роберт Лансинг — государственный секретарь при президенте Вудро Вильсоне; его родной брат Джон Фо-стер — тоже госсекретарь при Дуайте Эйзенхауэре; еще один дядя, Джон Уэлш-старший, был послом в Англии. Сам Аллен Даллес в послевоенный период был сотруд­ником посольств США в Берлине и Константинополе, а затем он становится шефом ближневосточного отдела государственного департамента США. Как-то президент Джон Кеннеди в разговоре со своими приближенными заметил: «Да, Даллес — легендарная фигура, а с леген­дарными нелегко сотрудничать...» После этих, как бы

А. И. Асеевский

17

случайно оброненных президентом, слов многие посчи­тали, что дни Даллеса на посту директора ЦРУ сочте­ны. Так оно и оказалось на самом деле. 23 ноября 1961 г. Аллен Даллес получил «почетную» отставку. Так закон­чилась карьера шпиона № /. А. Даллес умер 30 января 1969 г. от осложнения в легких, вызванного азиатским гриппом.

А теперь снова вернемся к зарождению РУМО.

Даллес, как никто другой, считал, что необходимо постараться всеми силами сузить рамки деятельности новой разведывательной организации РУМО, в против­ном случае она постоянно будет вторгаться в сферу деятельности ЦРУ.

В свою очередь тогдашний министр обороны США Роберт Макнамара ретиво защищал право на «адекват­ное существование» РУМО. Надо отметить, РУМО в этой борьбе повезло. Пентагон свой престиж отстоял. Препоны со стороны ЦРУ были преодолены. Больше того, РУМО получило даже разрешение создавать за границей свою агентурную сеть, неподконтрольную ЦРУ.

Здесь следует сказать и о том, что военная разведка США во взаимодействии с ФБР и ЦРУ занимается по­давлением демократических прав и выступлений амери­канского народа, а также организацией подрывных ак­ций за рубежом. Можно привести много фактов; оста­новимся только на некоторых из них.

Вспомним середину 60-х годов, когда безжалостно были подавлены «негритянские бунты». Тысячи людей попали за решетку, сотни убитых, раненых... В этих ка­рательных операциях активное участие принимали аген­ты ФБР и сотни тысяч солдат, национальных гвар­дейцев и полицейских. А весной 1971 г. в Вашингтоне вооруженные до зубов джимены ФБР и солдатня звер­ски расправились с демонстрантами, протестовавшими против войны во Вьетнаме.

Как-то бывший американский сенатор Джеймс Фул-брайт сказал: «Мы создали общество, главным занятием которого является насилие». Добавим: и насилие «на экспорт»...

Совместные акции ЦРУ, Пентагона и ФБР были про-Еедены в Южной Корее, Гватемале, Греции, Ливане, Доминиканской Республике, Конго, Кампучии, Лаосе, во Вьетнаме и многих других странах. И еще: армейская контрразведка получает постоянную информацию от ФБР и наоборот. В 1968 г. РУМО совместно с ЦРУ про-

18

водило секретнейшую операцию под кодовым названием «Феникс». Эту операцию сенатор Фулбрайт назвал «про­граммой массового физического уничтожения» предста­вителей политической оппозиции в Южном Вьетнаме.

На этих примерах мы видим, сколь тесно переплета­ются интересы американского «разведывательного сооб­щества» как внутри страны, так и за ее пределами.

В США имеется широкая сеть так называемых от­раслевых разведорганов. Их задача — обслуживать от­дельные ведомства, министерства. Тем не менее все они используются и для ведения подрывной работы среди прогрессивных сил. Специалистами, занимающимися во­просами внешней политики США, обладают десятки различных министерств, ведомств, правительственных учреждений, научно-исследовательских институтов, уни­верситетов, которые причастии к решению разведыва­тельных задач.

Особую роль выполняет Агентство национальной безопасности (АНБ). Это агентство формально подчи­нено министерству обороны США, на самом же деле оно выполняет разведывательные функции самостоятельно. Сфера деятельности АНБ — глобальный электронный шпионаж с помощью ультрасовременной техники. Наря­ду со многими разведывательными службами США АНБ имеет собственную службу безопасности, не подчинен­ную ФБР. Все сотрудники АНБ США проверяются на предмет лояльности. Они систематически контролируют­ся службой «своего» контрразведывательного аппарата.

АНБ ведет перехват и дешифровку секретных сооб­щений иностранных государств, прослушивает между­народные линии связи. В распоряжении АНБ спутники-шпионы, антенные поля, укрытые в горах, а также по­сты подслушивания, оснащенные «тарелочными» антен­нами 50 м в диаметре, и плавучие центры перехвата, разбросанные от Пуэрто-Рико до Шотландии и от Оки­навы до Крита. Их обслуживает по меньшей мере 45 тыс. солдат, моряков и летчиков.

Сердце «дворца загадок» (как назвал АНБ автор одноименной книги Дж. Бамфорд)—девятиэтажная се­рая громада в Форт-Миде (штат Мэриленд), а его мозг — в глубоких подвалах здания, где находятся два главных электронно-вычислительных комплекса: «Кэ-рилон» и «Лодстоун».

Одной из функций АНБ является и шпионаж на тер­ритории самих Соединенных Штатов. Параллельно с

2* 19

ЦРУ и ФБР оно участвует в организации тотальной слежки за американцами, составлении досье на комму­нистов, членов Американского союза защиты граждан­ских прав, Антивоенной лиги и других неугодных вла­стям организаций.

АНБ систематически ведет досье на всех прогрессив­ных деятелей, в частности журналистов. Например, быв­ший редактор ведущей буржуазной газеты «Ныо-Иорк тайме» Харрисон Солсбери обвинил Агентство нацио­нальной безопасности в незаконном подслушивании те­лефонных разговоров и сборе сведений о его личных связях. Он потребовал через суд выплатить ему 10 тыс. долларов за нанесенный моральный ущерб. Солсбери также потребовал, чтобы суд публично признал противо-конституционными действия АНБ и предоставил имею­щиеся у АНБ на него материалы. Первоначально с этим вопросом он обратился в ЦРУ, однако его просьба была отклонена и переадресована в Агентство национальной безопасности. Безуспешными были попытки добиться какого-либо положительного результата и здесь. В этом, скажем прямо, щекотливом деле активное участие при­нял Центр по изучению вопросов национальной безопас­ности входящий в Американский союз гражданских свобод. Адвокат этого союза Марк Линг заявил в 1980 г., что имя Харрисона Солсбери, возможно, занесено в списки АНБ для наблюдения. Конгресс же выразился определеннее и точнее: в списки- АНБ входят граждане Америки, принимавшие участие в антивоенном движе­нии. Агентство национальной безопасности проинфор­мировало суд о том, что, дескать, X. Солсбери нахо­дился как журналист в Китае, Северном Вьетнаме и Северной Корее... По всему было видно, что это намек: а не «красный» ли Солсбери? Информация о X. Солсбе­ри, говорилось далее, накапливалась в АНБ в связи со сбором материалов по указанным странам, что не про­тиворечит американскому закону... Нам кажется, что на этом примере мы воочию видим цену американской демократии, свободы слова и гражданских прав.

Можно было бы об этом больше и не говорить, и так все ясно. Но нам представляется, будут интересными высказывания одного высокопоставленного лица из ЦРУ по вопросу, связанному с использованием американских журналистов в шпионаже, и бывшего директора ЦРУ Дж. Буша, нынешнего вице-президента США.

Итак, высокопоставленный представитель ЦРУ съяз-

20

вил: «Мы редко просим журналистов, ученых, священно­служителей добывать информацию. Главная их ценность для нас заключается в том, что они могут устанавливать за рубежом тесные контакты с теми лицами, которых ЦРУ желало бы завербовать, но к которым оперативные сотрудники не имеют прямого доступа. Журналист, на­пример, способен совершенно открыто подойти к любому интересующему нас человеку и завязать дружескую бе­седу...»

Известно, что ряд крупных издателей газет, напри­мер Е. Паттерсон, А. Розенталь и другие, выступили в печати с требованиями исключить использование жур­налистов в шпионской деятельности. Но не тут-то было. Силы оказались неравными.

Вот что сказал Дж. Буш: «Мы издали предписание, запрещающее использование корреспондентов амери­канских газет, радио и телевидения в секретных опера­циях». Однако адмирал Стэнсфилд Тэрнер, занявший пост директора ЦРУ в 1977 г., изменил предписание Буша, и ЦРУ опять получило «законные» (оно их и не теряло, имея «предписание») санкции па привлече­ние журналистов к шпионской деятельности. Правда, Тэрнер сделал маленькую оговорку: «Можно привлекать журналистов к секретной деятельности за рубежом с разрешения директора ЦРУ». Отметим, что, как прави­ло, отказа со стороны директора ЦРУ в вербовочных санкциях на журналистов не отмечалось.

Бюро разведки и исследований государственного де­партамента США возглавляется помощником государст­венного секретаря по разведке. Свою шпионскую дея­тельность это ведомство проводит в основном в зару­бежных странах. Комиссия по атомной энергии США также имеет свой отдел разведки. Разведывательной деятельностью занимается секретная служба Националь­ного агентства по аэронавтике и исследованию космиче­ского пространства. Министерство финансов содержит свою разведку. Множество шпионских отделов {ШееТ-ся и в других организациях, например в центре меж­дународных исследований Массачусетского технологи­ческого института и ряде других учебных и научных заведений.

Все эти разведки, или все это «разведывательное со­общество», подотчетны Совету национальной безопасно­сти США, а СНБ действует под председательством президента.

21

СНБ, так же как и ЦРУ, был создан в 1947 г. в соот­ветствии с принятием «закона о национальной безопас­ности». А уже в 1948 г. СНБ издал секретное указание, разрешающее ЦРУ проводить тайные политические опе­рации в различных странах мира. В процессе работы шгшопско-разведывательная система Америки совер­шенствовалась, приспосабливаясь к запросам государ­ства и военно-промышленного комплекса. Так, при пре­зиденте Кеннеди, в 1961 г., после очередной реоргани­зации высшего руководства разведки США при СНБ был создан комитет по разведке во главе со специ­альным помощником президента по вопросам нацио­нальной безопасности, получившим широчайшие полно­мочия.

Совет национальной безопасности играет главенст­вующую роль в определении внешней политики США и на сегодняшний день является самым засекреченным разведывательным органом США, координатором всей шпиоиско-подрывной деятельности, всех специальных и секретных служб США.

В состав СНБ входят: президент (председатель), вице-президент, государственный секретарь, министр обороны. В состав комитета СНБ по разведке входят: директор ЦРУ, заместитель министра обороны, заме­ститель государственного секретаря, министр юстиции и председатель комитета начальников штабов.

В 1985—1986 гг. в руководстве СНБ произошли весь­ма существенные перестановки. 5 декабря 1985 г. подал в отставку (а затем попытался покончить с собой) по­мощник президента по национальной безопасности Ро­берт Макфарлейн. Отставка была вызвана его актив­ным участием в организации грязной операции «Ирап-контрас», о которой мы уже упоминали. Стало широко известно, что Макфарлейн в сентябре 1986 г. инкогни­то— по указанию президента Рейгана — посетил Иран и вел там тайные переговоры с представителями оп­ределенных иранских кругов по вопросам поставок (запрещенных официально) американского оружия в Иран.

Новым помощником президента по национальной без­опасности был назначен Джон Пойндекстер. Будущий адмирал родился в 1936 г. в Индиане. В 1958 г. окон­чил военно-морскую академию, а в 1964 г. получил уче­ную степень в области ядерной физики в калифорний­ском политехническом институте. Служил па подводных

22

кораблях, командовал эскадрой эсминцев. Итак, новый ВЫСОКИЙ чип в СНБ — Пойндекстер? Нет, явная заме­шанность в «Ирангейте» прервала и его служебную карьеру. 3 декабря 1986 г. пост помощника президента по национальной безопасности занял Фрэнк Карлуччи. (О нем мы еще расскажем подробнее.) 30 января 1986 г. заместителем помощника президента по национальной безопасности был назначен Р. Леман; он отвечает за оборонную политику США.

Как уже говорилось, ЦРУ США было создано в со­ответствии с так называемым «законом о национальной безопасности» в 1947 г., когда маховик «холодной вой-пи» уже начал набирать скорость. Несмотря на то что главным направлением деятельности нового ведомства считалась разведка, тайные диверсионные операции с самого начала заняли в его практике заметное место. Один из авторов «закона о национальной безопасно­сти»— бывший министр обороны США Кларк Клиф­форд так прокомментировал это: «Было решено, что за­кон, учреждающий ЦРУ, должен содержать «всеобъем­лющий» пункт во избежание непредвиденных случайно­стей в будущем... В соответствии с этим пунктом вскоре после принятия закона были санкционированы подрыв­ные акции. Я припоминаю, что первые из них были про­ведены в 1948 г., и даже возможно, что их планирование началось в конце 1947 г. С самого начала предполага­лось, что предпринимаемые в соответствии с этим зако­ном акции будут строго ограничиваться и тщательно контролироваться. Формулировка «всеобъемлющего» пункта закона предусматривает проведение таких акций лишь в случаях, затрагивающих национальную безопас­ность». Оговорка, как всем понятно, куда как неубеди­тельная.

«Всеобъемлющий» пункт «закона о национальной безопасности» оказался своеобразным каналом для тех, кто с самого начала видел в ЦРУ тайное орудие внеш­ней политики США.

Уже в декабре 1947 г. госдепартамент США пореко­мендовал Совету национальной безопасности продумать меры по дополнению традиционных методов внешней политики тайными операциями. С июня 1948 г. по март 1955 г. Совет национальной безопасности издал целую серию директив, касающихся тайных акций ЦРУ. Что

23

же имелось в виду под термином «тайные операции»? Какое содержание вкладывал в него СНБ?

Вот что по этому поводу написано в директиве Сове­та национальной безопасности 10/2:

«Под термином «тайные операции», употребляющим­ся в этой директиве, следует понимать все виды дея­тельности, которые проводятся или одобряются прави­тельством США против враждебных иностранных госу­дарств или групп. Однако эта деятельность планирует­ся и проводится так, что внешне никак не проявляется ее источник — правительство США, а в случае ее разо­блачения правительство может правдоподобно отрицать до конца всю ответственность за нее.

Эти тайные операции включают: пропаганду, эконо­мическую войну, превентивные прямые действия, в том числе саботаж, разрушения и диверсии; подрывную ра­боту против иностранных государств, включая помощь подпольному движению сопротивления, повстанцам и эмигрантским группам освобождения, поддержку анти­коммунистических групп в странах свободного мира, находящихся под угрозой».

Запомним эту формулировку. Она нам еще приго­дится для того, чтобы понять истинное содержание про­возглашенной Вашингтоном «борьбы с международным терроризмом», доктрины «неоглобализма» и т.д.

С ЦРУ, ФБР, РУМО (и, разумеется, СНБ) связана целая сеть различных, в том числе международных, антикоммунистических, террористических организаций. Они активно участвуют в шпионско-подрывной деятель­ности и систематически используются спецслужбами США в проведении тайных акций.

Эти организации свои связи с ЦРУ, ФБР, РУМО, как правило, не афишируют, скрывают. Да это и понятно. Действуют они как бы автономно, самостоя­тельно, что, разумеется, выгодно для империалисти­ческих разведок. Но, по существу, все эти организа­ции находятся у них на службе и работают по их ука­заниям.

Среди всех разведорганов США особая роль при-^ надлежит Центральному разведывательному управле­нию. I----Вггэтом и_

24

Глава вторая

ТЕРРОР ЦРУ ПРОТИВ КУБЫ

Международный терроризм как

политика империализма США — это прежде всего разбой в глобальном масштабе, поддержка самых ре­акционных режимов и групп, убийства глав государств, политических деятелей, дипломатических представите­лей, провоцирование международных конфликтов, за­говоров, переворотов и войн.

Наглядный пример такой политики — действия США в отношении Республики Куба. Еще при президенте Эйзенхауэре, в 1960 г., ЦРУ разработало подробный план свержения и физического устранения руководителя революционной Кубы Фиделя Кастро Рус. Доктор Ри­чард Биссел, руководитель сверхтайных дел ЦРУ, «аль­тер эго» Аллена Даллеса по технической части, говорил: «...если бы Кастро умер, тогда можно было бы поднять мятеж...»

Но вот уже почти 30 лет живет, мужает и крепнет день ото дня первая социалистическая страна в Латин­ской Америке — Куба. И все эти годы влиятельные круги Вашингтона совместно с Центральным разведы­вательным управлением и прочими разведками США, а также, разумеется, Пентагоном и по сей день не рас­стаются со своими темными замыслами об уничтожении революционных завоеваний острова Свободы.

Любому американцу, так же как и бывшей админи­страции Дж. Картера и нынешней — Р. Рейгана, доско­нально известно, что Куба не собиралась и не собира­ется нападать на США. Подтверждением тому может, в частности, служить речь Фиделя Кастро Рус, произне­сенная им 2 января 1964 г. после военного парада в Гаване, где он сказал: «Пусть не придется сражаться ни одному из этих танков, ни одной из этих ракет, ни одному из этих самолетов. Пусть не падет убитым ни один из наших бойцов. Это наше самое заветное жела­ние».

Бывший президент США Картер вынужден был при­знать, отмечала редакционная статья кубинской газеты «Грамма», тот факт, что в военном сотрудничестве Кубы

25